Пока мы не проснулись

Они в одной машине. Обычная девятка деда Кацуки. Как не странно, Изуку за рулем, а Бакуго уперся локтем в подлокотник соседнего сидения. — У тебе совсем прохладная толстовка для такой погоды. Хоть ночное небо ясное и звездное, температура за окном близится к нулю. Изуку уже наизусть знает, что Кацуки всегда одевается легче необходимого скорее всего из-за особенностей причуды. А еще, что он не любит ощущения флиса на коже, хоть тот и согревает. Кацуки не отвечает. Тихо хмыкает в ответ и не отводит взгляд от города. Изуку делает тоже самое. Он выключает Twenty one pilots и они погружаются в тишину. До дома остался час езды, но ребята все равно решили остановиться и выдохнуть после насыщенного дня. Они весь день катались по области с друзьями: купались в озере, дрались в лесу и помогали родителям Эйджиро с огородом.  Кацуки тянется к сумкам на заднем сидении и начинает что-то искать: — Хочешь Сако? — Давай, — легко соглашается Изуку, рассматривая свои руки. Помимо лимонада Кацуки в добавок отдает сладкий ломтик, получая мягкую улыбку в ответ. Бакуго прищуривается. Он помнит, что Изуку совсем не умеет наслаждаться напитками без десертов, а еще, что в нем совсем не должно быть никаких сил на улыбки.  — Чего лыбишься? — он всматривается в лицо друга, будто сможет найти в нем ответ.  — Каччан, ты думаешь, я настоящий? В машине темно, но Кацуки уверен, что при желании все равно смог бы пересчитать абсолютно все веснушки. Вопрос странный, хочется разозлиться, но эта улыбка позволяет ему лишь ворчать: — Че?  Изуку открывает пирожное, рассматривает шоколадную глазурь, затем возвращает взгляд к Кацуки.  — Здесь очень хорошо, правда? — Изуку всматривается в Кацуки. Его глаза полны тепла, как всегда с искренними морщинками по углам. Кацуки не понимает, что с ними обоими не так.  Изуку прикасается ладонью к плечу Бакуго, будто делал так уже сотни раз. В глубинах его глаз за теплотой плещется вина и извинение. Кацуки остается на своем месте, ожидая объяснений. Деку смотрит на его губы, возвращается к щеке, глазам.   Затем он моргает и окутавшая их пелена ослабевает. Изуку не отводит взгляд, но возвращается обратно к своему креслу, убирает руку. Будто чуть не забыв, обращает свое внимание к кофте. Он трогает ткань худи Кацуки, перебирает между пальцами. — Одевайся в следующий раз теплее, — слышит Кацуки и открывает глаза. Его сердце пропускает удар. Он в собственной постели. Раздражение и отчаяние смешиваются в один клубок, от чего он стонет. Чертовски хочется обратно в этот сон.  *** далее рекомендуется читать под аудио «How did they know - Kilu» *** Кацуки не был романтиком, не был мыслителем и уж тем более не мечтателем. Суровая реальность врывалась как незванный гость - без предупреждений и приветствий. Но то, что происходило с его жизнью он объяснить не мог. Он шел на учебу в своей выстиранной рубашке сытый и готовый ко всему. Как всегда. Утренний ритуал не отличался изо дня в день. Мама на кухне, отец уже на работе. Дорога с музыкой в ушах, сверка времени по часам на руках. Идеально за пять минут до урока он заходит в класс. Но как только начинается учеба, мысли возвращаются к рубашке за соседним столом. Будто цепляются за завязанный, непонятно как, красный галстук. Изуку сидит за соседним столом с начала этого года и он не может перестать перебирать все сотни снов, где они пересекаются в разных реальностях, общаются как лучшие друзья, понимают друг друга без слов. Он пишет задачу, но возвращается к рисункам, которые Деку рисует на полях своей тетради. Там изображен шоколадный батончик и сако. Это кажется смутно знакомым. Кацуки чувствует, что сходит с ума. Это не то, что должно его интересовать. Они совсем рядом, но между ними будто километры. Кажется он смотрит на чужую тетрадь слишком долго, потому что когда поднимает взгляд, Изуку наблюдает за ним. Кацуки раздраженно фыркает и возвращается к своим пустым полям.  Он не помнит, когда это началось. Все, что он понял за это время, что сны от настоящей жизни отличить очень трудно. И эта реальность надоела ему. Он бы хотел сейчас проснуться, но к сожалению это как раз та самая полоса времени, в которой он вынужден находиться больше всего. А знать о Деку меньше всего. Может даже держаться от него подальше.

***

— Хэй, Каччан! — Чего тебе?  Они идут через лесной массив на охоту. Если повезет, то выйдут на оленя, но Кацуки чувствует, что сегодня на ужин пойдут только дикие птицы. — Как думаешь, мы успеем все сделать до заката? Кацуки оборачивается и задерживает взгляд на Изуку, оценивая. Камуфляжная одежда очень ему идет. Хоть они и купили ее в спортивном магазине, кажется, что она была сделана прямо под его личные мерки. Изуку без капли сомнения выдерживает внимательный взгляд. Конечно, он замечает такие мелочи. — Со мной ходят только победители. Так что, если ты перестанешь отвлекаться, то этот закат в жизни не опуститься, пока мы не поймаем оленя! Изуку резко останавливается, прислушиваясь. Кацуки замирает. Вдалеке с шумом взымают птицы. Кацуки перехватывает ружье, но Изуку срывается к нему и хватает за плечо.  — Подожди, — он хмуро смотрит в сторону. — Что? Изуку переводит на него взгляд, в животе все падает от страха и глаза распахиваются в ужасе. Кацуки замирает, он как всегда менее чувствителен, но Изуку всегда списывает это на его ужасный слух. В следующую секунду они слышат рев медведя и срываются в другую сторону. Никто из них не планировал сегодня сталкиваться с медведем. «Потому что их не водится в этих лесах,» — думает Кацуки и кричит в следующую секунду: — Деку, держись ближе ко мне! Они разделены парой деревьев и несутся на всех порах. Перепрыгивают ямы и ветки, затем наконец сходятся вместе на открытой поляне с которой пришли. Ружье Кацуки мотает из стороны в сторону. Кацуки громко свистит, пока они продолжают бежать от рева зверя позади.  Их обдает ветром с левого бока. Изуку шокированно ахает, а Кацуки широко улыбается. Красный дракон летит параллельно их бегу. Никто из них не обладает акробатическими способностями, чтобы запрыгнуть на ящера прямо на бегу, поэтому всем приходится остановиться и вскарабкиваться на дракона как на гору. Адреналин очень помогает и через минуту они парят в воздухе. Кацуки дико смеется и Изуку тоже широко улыбается, раскинув руки. Бакуго разворачивается лицом к Изуку на широкой спине дракона. У них сумасшедшие улыбки и кажется у Деку слезы на глазах. Если это и так, то ветер прячет их в своих ладонях. — Кацуки, не могу поверить, как ты это сделал? — Изуку пытается кричать сквозь ветер. — Я понял, что это сон! — с широкой улыбкой кричит в ответ. Но затем он слышит удар собственного сердца, а звуки вокруг обрываются. Последнее, что он видит, отчаянное лицо Деку, протягивающего к нему руку. На следующий день Кацуки не может отвести взгляд от полей в тетради Изуку. Там среди облаков парит шикарный дракон.

***

— Давай сначала поставим удочки? — говорит Изуку. — Может все-таки искупаемся? — ворчит Кацуки. Они на пляже в деревне. Река шумит перед их лицами. Кацуки знает, как Деку не любит холодную воду в отличие от него. Поэтому он достает удочки, молча соглашаясь сначала устроить все для рыбалки. Он уже знает, что с этого места Деку не сдвинется еще как минимум час, пока не прогреется на солнце. Будет ли Бакуго ждать его - другой вопрос. Пока они все ставят, Бакуго на автомате отдает свою кофту Изуку. Второй молча принимает. Кацуки очень хочется закурить, но он бросил. Он отрывает ближайший колос и молча жует. Изуку достает ему конфету с корицей и имбирем. Они садятся плечом к плечу возле удочек. Деку ковыряется в песке, а Кацуки наблюдает за встающим солнцем. Он хочет принести кучу рыбы домой и засушить для них и для семьи Мидории. Вряд ли Инко сможет этим заняться. — Как там тетя Инко? — Кацуки смотрит на удочки. Он готов к любому ответу. Изуку не перестает рисовать на песке. — Сейчас лучше. Я готовлю и убираюсь, читаю ей на ночь. Это звучит может быть странно, но ей нельзя волноваться. Терапия прошла успешно и она должна поправиться. — Ты хороший сын. Изуку вздыхает и перестает рисовать не песке. Он тоже смотрит на закат пустыми глазами. — Я устроюсь на работу. Как только она сможет заниматься домашними делами, я начну совмещать учебу и работу. Кацуки молчит. У них тяжелая учеба и без работы. Это будет требовать много сил, но вероятнее всего у него нет другого выхода. Можно было бы съехать в квартиру поменьше, но это слишком большая нагрузка и стресс для них. Изуку поступает совсем как взрослый. Мидория отряхивает руки и смотрит на пальцы без всякого интереса. — Я не знаю, как все сложится. Не уверен, кем меня возьмут. Но мы точно будем видеться реже, Каччан.  — Я всегда буду видеть тебя в своих снах, — отвечает Бакуго, не подумав ни секунды. От такого откровения Изуку мило улыбается. Но не искренне. — Я буду меньше спать, — их взгляды встречаются. — К тому же мы и так видимся только во снах. Кацуки просыпается, сведя брови у переносицы. На сетчатке глаз застряла печальная улыбка Деку. Она маячит у него в голове, когда он идет на учебу.

***

В этот раз они делают уроки у Кацуки дома. Деку сидит за столом, Кацуки учит материал  в кресле. — Я давно не был у тебя, — говорит Изуку. Кацуки отвечает чисто на интуиции. — Не так уж и давно. И вообще, ты мог бы быть здесь чаще, если б захотел, задрот. Изуку перестает писать. Поднимает взгляд и встает со стула. Он начинает ходить по комнате и изучать каждую деталь. Кацуки ворчит: — Ну что ты делаешь? — Смотрю твою комнату. Изуку действительно рассматривает парочку плакатов с героями, новый ковер, коробки в углу, цветы в горшках, которые появились здесь в последние два года.  — У тебя так просто в комнате, даже как-то пустовато, — замечает Изуку. — Не неси чепухи. Это называется «чисто и убрано». — Кацуки пытается вспомнить комнату Изуку, чтобы сказать что-то про нее в ответ, но ничего не приходит в голову. — А вот что у тебя в комнате, нам еще предстоит узнать. —Он с хлопком закрывает книгу и встает с кресла. Время еще восемь вечера. — Пошли, я тебя провожу, заодно комнату посмотрим. Изуку смотрит на него как на восьмое чудо света. — Почему-то не могу вспомнить, в каком виде я ее оставил… — Ха, наверное в самом безобразном!  Кацуки в хорошем настроении. Изуку собирает все со стола. Блондин кладет ему в рюкзак учебник по географии. Он накидывает кофту и дает вторую Деку, как обычно. Они по очереди пользуются ложечкой в прихожей и выходят на свежий воздух.  — Нашел работу? — Первым спрашивает Кацуки. — Еще нет. — Идеи? — По классике, бариста в кофейню. — Тц, а че не официантом? Платить будут больше. — Не уверен, что выдержу такую активную работу совместно с учебой. И места разные бывают, не везде стабильно. — Согласен. Изуку переводит тему на компьютерные игры. Они обсуждают все, что есть в стиме, пока не доходят до нужного дома. Изуку открывает дверь и кричит, что не один. Их никто не встречает, но из другой комнаты доносится спокойный ответ.  Они разуваются и идут в комнату Деку. Кацуки подмечает, что все чисто и убрано, но в квартире все равно стало тише, запахов стало меньше, а цвета будто более блеклые. Когда Мидория приоткрывает свою дверь, то он застывает с напряженными плечами. Кацуки кажется, что Изуку закроет дверь и не впустит его. Он отодвигает эти мысли. — Чего там? Ты че застыл? — Кацуки насильно протискивается в комнату, отодвигая Изуку плечом. Тот отшатывается и заявляет: — Тут такого не было! Я ее так не оставлял! Когда Кацуки наконец проходит и поднимает взгляд, все встает на свои места.  Весь стол завален тетрадями, на полу учебники и какая-то техника. Плакаты с всемогущим на всю стену не помогают ситуации. На кровати одежда, будто Деку впопыхах достал все из шкафов. Кацуки нагло начинает ржать. — Клянусь, это не я, — млеет Изуку. — Ага, мистер критик комнат. Поздравляю, кто-то решил раскидать все ваши вещи по комнате. — Кацуки хохочет уже во весь голос, пока Деку подходит к своему столу, подняв брови. Бедняга, ему действительно не по себе. — Ладно, Деку. Никому я не расскажу о твоей трагедии в комнате. — Он замолкает на секунду, а затем восклицает с новой силой. — С ума сойти, где твой ноутбук. Как бы ты играл со мной в этом беспорядке, Деку? — Я бы не играл! Этого всего бы не было! Каччан, я правда не знаю, как так вышло. Ноутбук всегда был на столе. — Изуку активно жестикулирует, ужасно переживая из-за сложившейся ситуации. — О, я его нашел в твоем шкафу! — Кацуки продолжает забавляться ситуацией, но уже слышит бормотание: — Как мне с этим разобраться до ночи, как это вообще могло произойти. Может быть мама, но она не стала бы и у нее совсем нет сил на такое, кому могло это понадобиться, а мне еще готовить и читать с ней… — Деку, — Изуку зацепился за его спокойный голос и остановил взгляд на нем, — давай помогу все разложить, — большие изумрудные глаза отражали благодарность всего мира. — Я буду очень благодарен, Каччан. Они перенесли книжки с пола в шкаф, сложили одежду и перенесли тетради. Изуку запечатал технику в коробки. Когда все закончили, время близилось к десяти. Деку начал искренне благодарить и кланяться в пол. Кацуки решил показать в ответ свой удушающий прием и они уже распластались на кровати с детскими улыбками, пытаясь отдышаться. Кацуки проснулся со звуком будильника с гордой улыбкой на лице. Оказалось, что помощь другу может ощущаться также, как и победа над злодеем. Также восхитительно.

***

Много народу собралось у Киришимы. Кацуки не помнит, по какому поводу. На кухне готовят попкорн, некоторые расставляют напитки. Денки с Джиро и Миной рубятся в приставку. Изуку разговаривает с Шото и Очако. А Кацуки помогает Киришиме, потому что он крутой друг и он может это делать. Уже час они дожидаются всех и возятся с мелочами. Если честное это уже начинает быть раздражающим. Киришима уходит за Токоями и Серо. Для Кацуки это последняя капля. Он садится на диван рядом с Деку. Никто не удивляется кроме, кажется, самого Деку. Но тот ничего не говорит. Кацуки давно не был с ним в большой компании. Шото, Очако и Изуку продолжают что-то обсуждать с напитками в руках. Последний передает ему саке с виноградом, как он любит. Кацуки кивает в благодарность, задумываясь, когда это стало таким нормальным, но ничего не приходит в голову. Иида зачитывает правила их тусовки и Кацуки закатывает глаза. И в правду, правила вечеринки, они что, в доме престарелых? Видимо, Изуку замечает его ворчливое настроение потому что он улыбается краешками губ и шепчет:  — Каччан, потерпи немного. — И без тебя знаю, — шикает в ответ. Еще бы, попробуй сейчас что-то скажи и лекция увеличится вдвое. Даже Денки делает вид, что внимательно слушает, а он явно не из тихонь.  Шинсо стоит поодаль, облокотившись на стену. Они встречаются глазами и он делает глоток из бутылки, улыбаясь. Небеса, дайте ему терпения, находиться здесь с этими придурками. Изуку сидит близко. Они в четверном пытаются ютиться на бордовом диване. Зеленоволосый соприкасается с Кацуки плечом и еще половиной тела. В квартире становится шумно, прибавили музыку. Изуку что-то спрашивает у соседей, а Кацуки не понимает, зачем он здесь, черт возьми. Он решает отбросить все рамки и тянется к зеленой макушке. — Деку, нафига мы все здесь? — рычит он сквозь музыку. Изуку слегка смещается в его сторону, смотрит растерянно, пытается вспомнить. — Я не знаю, Каччан. Мимо идет Киришима с закусками. — Эй, что за повод нашей тусовки? — кричит Кацуки. Эйджиро вскидывает брови. — Ты не знаешь? Я прошел отборочный тур в космонавты, — он празднично восклицает и все начинают хлопать и шуметь, поздравляя его. Изуку сидит в шоке, Кацуки умирает от абсурдности. В этот момент осознание приходит к Бакуго лениво, как остывший кофе. Это сон. Он замирает. Почти задерживает дыхание, ожидая, что его сейчас вышвырнет после осознания, но ничего не происходит. Все радуются и отмечают такое невероятное событие. Только Деку рядом до сих пор в растерянности. Кацуки ухмыляется. Неожиданно вечеринка становится менее раздражающей. Он воспользуется всеми привилегиями сна, если эта вселенная наконец-то благосклонна к нему. Блондин слегка поворачивается и облокачивается на Деку всем телом. — Каччан, что ты делаешь?! — Раз уж мы здесь застряли, то устраиваюсь поудобнее, зануда. Они оба ерзают, пока не устраиваются идеально. И, конечно, Изуку выдает: — Я хочу батончик. — Кто бы сомневался.  Кацуки удивляется сам себе, как быстро он отреагировал и пошел за сладким. Он решил, что в холодильнике найдется шикарный торт. Так и случилось. Кацуки возвращается назад с грацией официанта. По середине его ладони огромный торт «Прага». Каждый это замечает и поднимается новая волна ликования. Ха, а к этому можно привыкнуть. — Откуда ты это взял? — спросил Изуку, забирая свой кусочек у Кацуки из рук. — Из холодильника. Может ты хочешь еще что-нибудь? — ухмылка не сходит с его лица. Кацуки уверен, что в этом холодильнике есть все, что угодно. Изуку слегка подвис, покраснел и резко отрицательно замотал головой.  — Вот и славно, — вопреки всему, Кацуки снова сел, слегка облокотившись на Деку. Изуку остановился, даже не начав есть торт. — Каччан, с тобой точно все хорошо? — Да. Киришима летит в космос. Шинсо мне улыбается. А я сижу тут. Все просто замечательно. Изуку все-таки ест свой торт. Теперь он внимательно осматривает каждого. Еще до того, как он снова посмотрит на свой кусочек торта, Кацуки прикрывает глаза. А в следующую секунду оказывается у себя в темной комнате. Музыка обрывается. Ее отголоски оседают как роса по утру. Он ненавидит абсурдные сны.

***

Сидя на уроке, Кацуки задумывается, что ему реже снится Изуку. Он лениво записывает лекцию и переводит взгляд на ботаника. Мешки под глазами, рубашка безобразная. Трудно сказать на первый взгляд, но он точно похудел. Кацуки вспоминает, как они вместе разбирали комнату ботаника и ухмыляется. Иногда сны так хорошо запоминаются, что трудно сказать, что это была не реальность. А иногда их совсем не вспомнить. Деку чувствует взгляд на себе и поворачивается в его сторону. Кацуки хмыкает все с той же ухмылкой, а потом замечает, что у Деку поля пустые. Давно он ничего не рисовал. Ухмылка пропадает. Кацуки поднимает свою тетрадь и показывает на чистые поля пальцем, а затем указывает на тетрадь Изуку, как бы говоря «Где рисунки?». Изуку поджимает губы и пожимает плечами. У Кацуки плохое предчувствие. Он отворачивается, но краем глаза замечает, как Деку кладет руку на стол и внимательно смотрит на пальцы. Кацуки думает, что тот очень любит рассматривать свои руки или шрамы, потому что это движение тоже стало привычным.

***

У Бакуго уехали родители, именно поэтому они сидят с Изуку в гостиной на полу и играют в приставку. Деку закидывает на него ноги, просто не умея сидеть спокойно. Кацуки молчит, потому что ему в целом все равно. Сейчас он борется за победу. После несколько игр друг против друга они все же объединились в команду и это было лучшим решением за вечер. Они вместе дерутся, возмущаются и громко побеждают. Заказывают пиццу, пьют колу и едят любимые батончики Изуку.  — Это мой лучший выходной в жизни, — уверенно заявляет Деку, развалившись на диване с едой, поставив игру на паузу. Эйджиро что-то пишет Кацуки, но он не обращает никакого внимания. — Скажи честно, это из-за еды за мой счет? — подшучивает Кацуки. — Нет, из-за работы на этой неделе. — Он тянется за новым куском. — Оказывается, чем выше нагрузка, тем прекраснее отдых. — Ты устроился наконец. Ну как? — Первое время тяжело. Но реально. Как только всему обучусь - станет проще. — Хорошо. Они возвращаются к игре через пару минут и засиживаются до поздна. Кацуки несколько раз предлагает остаться с ночевой. Изуку несколько раз хочет сказать «да», но вопреки всему говорит «нет».   — Ты же знаешь, Каччан, сейчас я нужен дома. Из чистого упрямства Кацуки хочет ответить «тогда я пойду к тебе!», но молчит и провожает по улице, ведь погода недавно наладилась и идеальна для прогулок. Как только дверь за Изуку закрывается, он открывает глаза в своей постели. Просыпается дома.  По счастливой случайности это в самом деле первый сон с Изуку за всю неделю. Кацуки приятно, что Деку отдохнул с ним во сне, даже если он не настоящий.

***

Кацуки летает на своем драконе над зелеными скалами. На нем плащ и ветер так приятно треплет волосы, что улыбка сама наползает на скулы. Он замечает на одной из гор Деку за записями у растений. У него уходит лишь секунда, чтобы решить спикировать к другу. Изуку восхищенно смотрит на них, как на восьмое чудо света. Это всегда приятно как в первый раз. Дракон урчит, но улетает в тот же миг, как Кацуки спрыгивает с его спины на землю.  — Хэй, Деку! Чем ты занимаешься? — Кацуки вышагивает к нему с уверенностью солдата. Изуку не отрывает взгляд, выпрямляя спину и откладывая ручку. — Привет, Каччан! Я нашел редкую орхидею, записываю в свой травник. — Рисунок тоже делаешь? — Конечно!  Они на большой высоте, но еще не слишком далеко, поэтому разнотравье действительно восхитительное. Кацуки наблюдает, как за холмом выглядывает их деревня, а прямо по горизонту залив с еще холодной водой. Ветер развивает его плащ и треплет ненавистную льняную рубашку. — Здесь чудесно, правда? — спрашивает Изуку тоже любуясь красотой. Кацуки переводит взгляд на него. Он много видов разделил с Изуку. Так много прекрасного видел и так много обычных вещей. Они умеют наслаждаться тишиной вместе и умеют поднимать шум на пустом месте. Они всегда выручают друг друга и находятся в самые необходимые моменты. Они постоянно сталкиваются. И даже сейчас, они вновь нашли друг друга. Любуясь этим невероятным пейзажем Кацуки вновь и вновь находит Изуку, чтобы разделить это с ним. Чтобы снова и снова смотреть на него  и не хотеть отводить взгляд. — Да, Изуку, здесь чудесно. Деку сразу замечает перемену в словах. Он оборачивается на Кацуки и видит среди старых шипов лишь тепло. Он не знает, в какой момент этот взгляд стал для него родным и привычным. Он не верит, что когда-то видел на этом же месте лишь пылающую ненависть. Кажется, что это было в прошлой жизни, а теперь он не знает ничего, кроме принятия.  Изуку отворачивается, срезает цветок и подходит к Кацуки.  — Это редкая огненная орхидея. — Изуку задерживает взгляд на своих пальцах, а не на цветке. После он продолжает уже увереннее, — Она напоминает мне тебя. Такая же яркая и незабываемая. Хочется, чтобы ее огонь никогда не потухал. Отдай этот цветок матери, она будет очень рада. Они оба знают, что Кацуки не любит цветы. Он не поэт, а Изуку - это просто Изуку с множеством талантов. Кацуки хмурится, но сохраняя достоинство, забирает драгоценность. — Не удивлен, что ты еще и поэт, Деку. Кацуки просыпается и осознает, что он скучал по Изуку.  У него весь день навязчивое желание купить цветы матери, что он и делает. Но он ничего не может сделать с навязчивым желанием видеть Изуку во снах чаще.

***

Кацуки пишет конспект по истории в библиотеке. Напротив него Деку и желтая настольная лампа. На улице темно и общий свет почему-то погашен. Поэтому те редкие посетители, что здесь есть, тоже пользуются настольными лампами. Кацуки понимает, что это выглядит красиво и тихо ворчит. Изуку поднимает взгляд на него и смотрит по сторонам. Время уже девять вечера, им пора бы собираться домой, но Кацуки не хочет уходить с недоделанной работой. Изуку поймал его взгляд и заговорил: — Представляешь, здесь написано, что оболочки от насекомых, которые мы видели на подоконнике, называются экзоскелетом. Они его сбрасывают, если тот становится маленьким по размеру. Почему нам не рассказывали об этом в школе? Это же так просто. — Потому что ты ни черта не слушал, Деку. — Кацуки рассматривает лицо Изуку в свете желтой лампы. Выглядит так, будто они снова в детском саду собрались читать книжки на ночь. — Нам рассказывали, что жесткая оболочка у насекомых называется экзоскелет. Кто ж знал, что они могут его сбросить. — Вот именно! Они продолжают сидеть напротив. Изуку читает с линейкой и карандашом. Кацуки знает это движение наперед. Он безуспешно пытается вернуть всё внимание книге перед собой. В какой-то момент Изуку начинает рисовать в тетради и Кацуки сдается: — Мне нравится, как ты рисуешь. Пауза. Изуку вскидывает брови и вежливо отвечает на автомате: — Спасибо. Кацуки делает вид, что возвращается к книге, а Изуку продолжает изучать его черное худи без флиса, желтые волосы от лампы и такие необычные брови. Он оглядывает библиотеку внимательнее: стеллажи и книги с золотыми корешками, пару человек за дальними столами, темные окна вдалеке. Всматривается в свои руки, неужели совсем не может поверить комплименту? А затем в глазах Изуку загорается огонь. — Что ты задумал Деку, — не отрываясь от книги спрашивает Кацуки.  Тот самый Деку, улыбаясь, в открытую смотрит на Кацуки. — Дай мне свою руку, — без тени сомнения говорит он. — Зачем? — Надо. Кацуки сканирует его взглядом, но сдается. Деку берет его кисть в две свои, расправляет чужие пальцы. Они оба начинают считать пальцы Кацуки, но каждый раз сбиваются. Это самое ужасное чувство, которое испытывал Бакуго. Ты уже у цели, ты даже знаешь правильный ответ, но снова осекаешься. В груди закипает как в печке. — Что за черт! — он вспыхивает, а Изуку мягко смеется. — Как можно запутаться в пальцах! — Он забирает руку и вскакивает со стула. Подносит кисть к лицу и смотрит на нее, как на врага народа.  — Каччан, пошли домой, наверное, мы устали, — уговаривает Деку, будто это нормально, что они не могут посчитать пять пальцев. — Нет. Деку, это какая-то фигня, — Кацуки смотрит на свою кисть издалека, затем вблизи, ворчит. — Дай сюда свою руку. Изуку встает и протягивает свою. Он абсолютно уверен в том, что будет дальше. Кацуки с ненавистью обозревает его кисть. Держит бережно, но в подсчете пальцев сбивается, будто пил за десятерых. Он переводит взгляд на Деку. На Деку, который даже не считал свои пальцы, который подозрительно расслаблен все это время. — Деку, скажи мне пожалуйста, какого черта ты такой спокойный? — Тот пожимает плечами. Кацуки наклоняется и хватает его за плечо. — Ты что-то понимаешь, да?  Изуку тихо вздыхает. Рука на его плече горячая. — Мне кажется, что я не могу тебе сказать Каччан, но всё хорошо. То, что с нами - это не плохо. — Если это неплохо, тогда объясни мне. — Нет, — упрямо повторяет Изуку. Он хватается за край стола и костяшки рук белеют. — Если объясню, то все закончится.  В этот момент что-то качнуло их обоих. Кацуки убрал руку. Изуку разочарованно опустил плечи, сделал шаг назад. Он допустил ошибку. Уже эта фраза помогла пазлам в голове Кацуки сложиться. Произошел еще один толчок, Кацуки пришлось схватить за стол, но было уже поздно. Он понял, где они. Мир перевернулся.

***

Кацуки смутно догадывается, что происходит. Что может быть его сны и не реальны, но то, что говорит Деку - очень похоже на правду. Кацуки собирается это проверить. Он посещает пару кофеен после учебы. Заказывает чай, смотрит на персонал, на интерьер. Бывает, сидит в телефоне, будто ждет кого-то, а потом нетерпеливо уходит. В одном из снов Кацуки догадывается спросить название заведения и приходит туда на следующий день. Уже с улицы он видит, что людей к восьми вечера в кофейне совсем мало и это даже к лучшему. Он заходит со звоном колокольчиков, заказывает чай. Садится на кресло в углу и думает о том, что можно закончить это расследование, раз ничего не вышло. Видимо, это просто его странные сны и никакой мистики.  Затем у бариста происходит ракировка и Кацуки замирает: задерживает дыхание, вцепившись в свою чашку горячего чая. Он наконец видит зеленую макушку. Изумрудные глаза смеются, отвечая что-то коллеге и настраивая экран для оплаты. Изуку бросает взгляд на посетителей и они встречаются взглядами сквозь расстояние. Деку замирает, как олень в свете фар, но берет себя в руки гораздо быстрее Кацуки. Он опять что-то говорит девчонке в футболке и выходит из-за стойки. Идет прямо к блондину. — Ээм, привет Каччан, — как же неловко должно быть это все. — Привет, ты здесь работаешь? — вопрос для справки. — Да, устроился недавно. — Ага. Чтобы помочь маме. Я знаю, — Изуку удивленно вскидывается. — Откуда? — Ты во сне рассказал, — чего уж там таить. Подумает, что псих, и пусть. Кацуки же пришел и правду говорит. — А еще, что мама болеет и надо помогать. Что теперь только по выходным высыпаешься. Что любишь эти дурацкие батончики. А еще сон, где мы разбирали твою дурацкую комнату я не забуду никогда в жизни. Изуку стонет. А Кацуки ухмыляется, раскинувшись в кресле и смотря на него снизу вверх. —  Я проснулся и моя комната была в идеальном состоянии, как и до ночи! Это все сновидения! — Ага, переживать надо было меньше. Осознание доходит до Изуку. — Так значит ты тоже все это видел. — Ага. — Ну, у тебя классный дракон, — Кацуки фыркает, ему так хочется расхохотаться, потому что теперь они оба понимают, о чем говорят, — И, кажется, теперь мы можем в реальности тоже поиграть в приставку, а не только во сне. Кацуки оценивает его взглядом. — Только если после этого ты мне снова покажешь свою комнату, — они не выдерживают и оба прыскают от смеха. — Хорошо, Каччан, договорились.