Сладкая месть.

***

Тьма в заброшенном амбаре пахла ржавчиной, старым сеном и запекшейся кровью. Блитц пришел в себя от резкой вспышки боли.

Он висел на тяжелых цепях, прикрепленных к потолочной балке, едва касаясь носками сапог земляного пола.

Из тени медленно вышел Страйкер.

В тусклом свете луны его желтые глаза горели искренней, ледяной яростью. На нем не было и следа отчаяния — он выглядел всё таким же уверенным, опасным и расчетливым профессионалом, каким был всегда. Но сейчас он был взбешен.

      — Наконец-то ты очнулся, палач-недоучка, —

процедил Страйкер, и его хвост раздраженно ударил по полу.

— Страйкер… — Блитц попытался сплюнуть кровь. — Опять ты? Твои фанатские подкаты становятся слишком навязчивыми.

Страйкер не стал тратить время на пустые разговоры. Перехватив тяжелую железную арматуру, он с размаху нанес сокрушительный удар Блитцу под дых, а следом — наотмашь по лицу. Звук ломающихся ребер и хруст хряща эхом разнеслись по амбару. Блитц задохнулся, его тело судорожно выгнулось в цепях, а изо рта хлынула темная кровь. Боль была такой ослепляющей, что в глазах на мгновение потемнело.

Страйкер схватил Блитца за рога, силой заставляя смотреть на себя.

— Закрой свою пасть и слушай сюда, — прорычал он прямо в лицо импу. — Я самодостаточный киллер. Мое имя до сих пор наводит ужас, и у меня полно заказов. Но ты, жалкий эгоистичный кусок дерьма, и твой дебильный И.М.П. стоите у меня поперек горла! Из-за твоей беготни вокруг этого ебучего принца Столаса я потерял огромные, колоссальные деньги. Мои чистые, заслуженные миллионы! Ты срываешь мои планы просто своим ебучим существованием.

Блитц хрипел, из его глаз от дикой боли покатились слезы, но он попытался слабо огрызнуться:— Так… кха… убей меня… чего ждешь?

Страйкер зловеще оскалился, демонстрируя острые зубы, и отшвырнул арматуру в сторону.

— Нет уж, убивать тебя я не буду,

— тихо с наслаждением произнес он. — Слишком легкий исход для такого ублюдка. Я буду пытать тебя долго. Медленно. Дни, может, недели. Я выжму из тебя все соки, БлитцÓ. Но это только начало.

Страйкер достал свой телефон, открыл галерею и повернул экран к лицу Блитца. На фотографиях были Луна, покидающая офис — Сначала я сломаю тебя здесь. А потом я начну пугать твоих родных. Твою шавку-дочь. Твоих мелких подчиненных. Я буду присылать им кусочки твоих рогов и кожи. Я заставлю их дрожать от каждого шороха, оглядываться на каждую тень и просыпаться в холодном поту, зная, что я иду за ними.

ОНИ БУДУТ ЖИТЬ В АБСОЛЮТНОМ, ЧИСТОМ УЖАСЕ.

Страйкер убрал телефон и взял со стола раскаленное клеймо с ангельским напылением. Воздух вокруг инструмента затрещал от смертоносной магии.

— А когда они достаточно настрадаются от страха… дело дойдет и до них. Я пущу их на фарш прямо у тебя на глазах, Блитцо. А пока — давай вернемся к твоему долгу.

Он резко, без предупреждения прижал раскаленный металл к груди Блитца. Амбар огласился истошным, полным агонии криком, который сорвал импу голос в первую же секунду.

Запах паленой плоти заполнил амбар. Раскаленное ангельское клеймо буквально выжигало саму суть Блитца, заставляя его тело выгибаться дугой. Каждая секунда казалась вечностью. Когда Страйкер наконец отнял металл от его груди, Блитц бессильно повис на цепях. Его шумно вздымающаяся грудь была покрыта дымящимся, черным ожогом.— Ну что, Блитцо? Все еще хочешь пошутить? — Страйкер ухмыльнулся, аккуратно возвращая клеймо на стол и выбирая следующий инструмент — тяжелые, зазубренные щипцы для обрезки копыт.

Блитц судорожно хватал ртом воздух. Боль ослепляла, взрывалась в голове тысячами неоновых искр, но ярость внутри него оказалась сильнее.

Он резко вскинул голову, выплевывая смесь слюны и крови прямо на кожаный жилет Страйкера.

— Пошел ты… в глубокую, вонючую… кха… пизду, ковбой недоделанный! — прохрипел Блитц, срывая голос. — Ты можешь резать меня на куски, сука хвостатая, но если ты… хоть пальцем… тронешь Луни или ребят… Я ТЕБЕ ЭТОТ ТВОЙ ЕБАНЫЙ ХВОСТ ЧЕРЕЗ ГОРЛО ВЫТАЩУ!

Страйкер лишь лениво вытер жилет рукавом. Его глаза опасно сузились.

— Громкие слова для куска мяса, который даже пошевелиться не может.

«Думай, думай, блять, думай!» — пульсировало в голове у Блитца, пока Страйкер медленно подходил к его правой ноге. От боли сознание плыло, но образ Луны, Мокси и Милли в опасности заставил его мозг работать на пределе.

Блитц незаметно для Страйкера оценил обстановку:

***

Хруст. Страйкер сжал щипцы на одном из его когтей и резко рванул. Блитц взвыл, вцепившись зубами в собственную губу до новых струек крови, чтобы не доставить убийце удовольствия слышать его крик.

«Так, ладно, сука…» — Блитц сквозь пелену слез посмотрел наверх. Цепи крепились к старой, трухлявой деревянной балке. Если Страйкер продолжит его бить или если раскачать тело… Нет, веса беса не хватит, чтобы сломать дерево. Нужен рычаг. Или огонь.

Блитц скосил глаза на верстак. Там стояла канистра. По запаху — керосин или горючее для ламп. Страйкер использовал его, чтобы раскалять клеймо. Если как-то перевернуть этот стол… — Ты меня вообще слышишь, клоун? — Страйкер сильно ударил Блитца кулаком в челюсть, возвращая его из мыслей. — Я спросил, с кого мне начать? С твоей шавки? Или, может, прирезать мелкого гнома на глазах у его женушки?

Блитц сплюнул сломанный зуб и дико, безумно оскалился. План начал обретать форму. Нужно было заставить Страйкера подойти ближе и потерять бдительность.

— Знаешь что, Страйкер? — Блитц натужно рассмеялся, хотя каждый вздох отзывался адской болью в ребрах. — Ты просто завистливый неудачник... Считаешь себя крутым киллером, а сам… обычная шестерка на побегушках, которая плачет из-за потерянных бабок. Давай, подойди поближе, я шепну тебе, куда ИМЕННО ты можешь засунуть свои щипцы…

Страйкер раздраженно схватил Блитца за горло, перекрывая кислород и прижимая его к балкам.

— Ты до сих пор не понял, в каком ты положении, придурок?

Блитц этого и ждал. Пока Страйкер душил его, держа вплотную, имп из последних сил согнул колени и резко, со всей оставшейся дурью, всадил свои разбитые копыта прямо в пах Страйкеру, одновременно пытаясь дотянуться зубами до его щеки.

***

Удар Блитца пришелся точно в цель, но Страйкер, зашипев от неожиданной боли, среагировал мгновенно. Вместо того чтобы согнуться, он на чистых рефлексах профессионального убийцы выбросил ногу вперед и с сокрушительной силой всадил кованый сапог прямо в пах Блитцу.

Бес мгновенно потерял воздух. Остекленевшие от шока глаза округлились, а из горла вырвался лишь беззвучный, удушливый хрип. Его тело безвольно обмякло в цепях, качаясь из стороны в сторону, как тряпичная кукла.

Садистский удар Страйкера выбил из Блитца последние остатки сил, разом перечеркнув весь его едва зародившийся план.

***

Страйкер сделал пару шагов назад, тяжело дыша и потирая ушибленное место. Его змеиные глаза сузились до едва заметных щелок. Лицо исказилось от бешеной, неконтролируемой ярости. Он больше не выглядел как вальяжный кот, играющий с мышью, — теперь это был разъяренный хищник.

— Ах ты… мелкая, припизднутая мразь, — процедил Страйкер сквозь зубы, сплевывая на пол. — Хватит. Я планировал развлекаться с тобой еще пару дней, но ты мне уже блядь надоел. Раз уж ты так рвешься защитить свою драгоценную семейку… пора переходить к делу.

Он подошел к верстаку, швырнул щипцы в сторону и взял длинный, бритвенно-острый охотничий нож. Развернувшись к Блитцу, Страйкер грубо схватил его за левый рог, оттянул голову назад и одним точным, профессиональным движением срезал верхнюю треть рога.

Амбар захлестнул дикий, истошный крик Блитца. Из обрубка рога хлынула густая черная кровь, заливая ему лицо и шею. Рога для импов были невероятно чувствительной частью тела, и эта боль едва не выжгла Блитцу сознание.

— Это пойдет в качестве первого подарка для твоей псины, — холодно сказал Страйкер, поднимая окровавленный кусок рога с пола и небрежно заворачивая его в грязную тряпку. — Добавлю записку, где именно ей искать твой труп, если она не придет одна.

Страйкер спрятал сверток в карман куртки, выключил газовую горелку, на которой грелось клеймо, и затушил лампу. Амбар погрузился в зловещий полумрак, разрываемый лишь редкими лучами лунного света.

— Подыхай тут со своими планами, Блитцо, — бросил Страйкер через плечо, направляясь к выходу. — Кровь из бедра и рога вытечет часа за три. Как раз успеешь помучиться в темноте, пока я буду выслеживать твою дочурку.

Часики тикают.

***

Тяжелая дубовая дверь амбара со скрипом захлопнулась. Щелкнул массивный засов. Блитц остался в абсолютной тишине, наедине с угасающим сознанием, адской болью и звуком собственной крови, которая мерно и быстро капала на сухую землю: кап… кап… кап…

«Луни…» — пронеслась в его мутящемся разуме последняя отчаянная мысль, прежде чем темнота окончательно затянула его.

Капли крови продолжали глухо падать на земляной пол: кап… кап… кап… Время уходило. Блитц очнулся от резкого спазма в пробитом бедре. В голове набатом стучала одна-единственная мысль: «Луна. О боже, Луна. Я должен успеть. Я не могу её потерять».

Внутри него закипела безумная, отчаянная паника, смешанная со страшным раскаянием. Он вспомнил все свои глупые шутки, то, как отталкивал близких, как рисковал ими ради собственного эго. Осознание того, что из-за его ошибок Страйкер сейчас идет резать его приемную дочь, напрочь отключило у Блитца инстинкт самосохранения.

Ему было плевать на собственное тело.

— Нет… нет, сука, только не она! — прохрипел Блитц, срывая голос.

Он начал дико, судорожно извиваться в цепях. Первым делом он попытался со всей силы выдернуть руки из стальных наручников. Железо мгновенно врезалось в запястья, сдирая кожу до костей. Амбар огласился его хриплым криком. Блитц дернул еще раз, выворачивая суставы. Боль была такой, что перед глазами поплыли кровавые круги, но цепи даже не звякнули. Не помогло.

— Думай, ублюдок, думай! — сквозь слезы и зубы рычал Блитц.

Тогда он посмотрел на свои рога.

Левый рог был наполовину срезан Страйкером, из него все еще сочилась черная кровь.

Правый оставался целым.

Блитц вспомнил, что цепи свисали с потолка совсем рядом с массивной, грубой деревянной опорой амбара.

Раскачав свое израненное тело, Блитц, преодолевая адскую вспышку боли в пробитом бедре, швырнул себя в сторону деревянного столба. Он с размаху ударился правым, целым рогом о торчащий из дерева железный строительный костыль.

Звук трескающейся кости заставил бы любого демона потерять сознание.

Блитц закричал так, что сорвал связки, переходя на сиплый ультразвук. Правый рог треснул у самого основания. Бесëнок задыхался, его тошнило от боли, но в голове горел один приказ:

«Еще раз!»

Он снова качнулся и со всей дури ударил сломанным рогом о выступ.

Рог с хрустом отломился, брызнула новая порция крови.

Блитц почти ослеп от болевого шока, но этот дикий, мазохистский маневр дал ему то, что нужно — кусок острой, как бритва, костяной щепы от собственного рога упал прямо ему в сложенные замком ладони.

Пальцы не слушались, скользили в собственной крови. Блитц, хрипя и матерясь сквозь слезы, перехватил зубами костяной осколок, так как руки были зафиксированы слишком высоко. Напрягая шею до предела, чувствуя, как рвутся мышцы, он начал вслепую тыкать острым концом обломка рога в замочную скважину правого наручника.

Осколок вошел внутрь. Блитц повернул голову, ломая зубы и раздирая десны.

Раздался долгожданный, тихий щелчок.

Правая рука освободилась.

Не удерживаемый больше с одной стороны, Блитц с размаху рухнул вниз, повиснув на одной левой руке. Плечевой сустав с мерзким звуком вылетел из сумки.

Блитц даже не закричал — у него просто закончился воздух. Теряя сознание, он свободной правой рукой схватил замок левого наручника, вогнал туда окровавленную кость и провернул.

Имп мешком свалился на земляной пол, прямо в лужу собственной крови.

***

Он лежал, тяжело и прерывисто дыша. Обе руки были разодраны до мяса, левое плечо вывернуто, рога сломаны, грудь сожжена, а из бедра хлестало.

Каждое мизерное движение отзывалось такой болью, от которой хочется умереть.

Но Блитц выжил.

Он прижал поврежденную руку к груди, перевернулся на живот и, оставляя за собой широкий кровавый след, пополз к запертой двери амбара.

«Пожалуйста… только бы успеть… Луни…» —

мысленно умолял он, цепляясь ободранными пальцами за сухую землю.

Блитц дополз до тяжелой дубовой двери, оставляя за собой широкий, размазанный по земле след черной крови. В голове стучало, перед глазами плыли серые пятна. Сознание угасало, но паника за Луну толкала его вперед, заставляя совершать одну глупость за другой.

Дверь была заперта снаружи на массивный засов. Блитц попытался дотянуться до щели между досками ободранными пальцами, но вывихнутое левое плечо и порванные мышцы рук просто не слушались.

Он не мог даже приподняться. «Сука… сука, нет! Время идет, этот чешуйчатый гандон уже может быть у офиса!» — в панике думал Блитц.

Мозг, отравленный болевым шоком и потерей крови, напрочь отказался работать логически. Вместо того чтобы осмотреться и поискать скрытый лаз или подгнившие доски в стенах, Блитц принял самое глупое, отчаянное и роковое решение.

Он вспомнил про старую, заржавевшую сельскохозяйственную сеялку, которую заметил слева, когда еще висел в цепях.

На ее корпусе крепились длинные, погнутые железные штыри и массивные шестеренки.

Блитц, хрипя от невыносимой боли, перевернулся на бок и из последних сил подполз к железной конструкции.

Его безумная идея заключалась в том, чтобы использовать один из ржавых штырей как рычаг — загнать его под дверь и попытаться выломать доски. Он ухватился здоровой рукой за металлический штырь и дернул его на себя. Но Блитц не учел, насколько он слаб, и насколько неустойчиво стояла эта огромная, многотонная груда старого железа.

***

Скрежет. Конструкция качнулась. Вместо того чтобы отломить деталь, Блитц нарушил хрупкий баланс машины. — Оу… блядь… — только и успел прохрипеть он.

Тяжелая железная рама сеялки с глухим грохотом завалилась прямо на него. Острый, ржавый металлический угол насквозь пробил Блитцу грудную клетку, намертво пригвоздив его к земляному полу амбара и окончательно сломав оставшиеся ребра.

Из его рта хлынула густая кровь. Этот нелепый, глупый несчастный случай оборвал его последние силы. Блитц больше не мог дышать. Легкие стремительно заполнялись кровью. Он лежал под завалами старого железа, глядя в темный потолок амбара, и из его глаз катились беззвучные слезы.

У него не осталось злости на Страйкера. Не осталось мыслей о Столасе. Была только разрывающая сердце тоска и дикое, удушающее сожаление о том, что он так и не успел спасти Луну. И что он умирает здесь — один, в грязи, из-за собственной глупости.

Его пальцы в последний раз судорожно дернулись и замерли. Взгляд остекленел. Блитц сделал свой последний, хриплый выдох и затих.

В амбаре воцарилась абсолютная, мертвая тишина.

Никто в Аду не знал, что произошло. Страйкер в этот самый момент уверенно шел по ночным улицам Импи-Сити, полагая, что его пленник все еще висит на цепях и медленно исходит кровью, как он и планировал.

Мокси и Милли в офисе ворчали, что босс снова где-то шляется и опаздывает на работу. А Луна сидела на диване, уткнувшись в телефон, даже не подозревая, что человек, который любил её больше жизни, только что нелепо погиб в заброшенном амбаре на окраине кольца, и спасать её больше некому..

***

Луна сидела на продавленном офисном диване I.M.P., уткнувшись в экран телефона и лениво пролистывая ленту соцсетей. Часы на стене показывали глубокую ночь, но Блитц так и не объявился.

— Ну и где этого придурка черти носят? — проворчала Луна, раздраженно цыкнув. — Опять, небось, застрял в каком-нибудь дебильном приключении или шпионит за тем пернатым через окно.

Она открыла переписку с отцом. Последнее сообщение от него было отправлено еще днем: куча дурацких, капслоковых смайликов с лошадьми и подпись: «ЛУНИ!! Я СКОРО БУДУ, КУПЛЮ ТВОИ ЛЮБИМЫЕ ЧИПСЫ!!! 💖🐴🔥». Луна тогда даже не ответила.

Сейчас в груди почему-то шевельнулось странное, липкое чувство тревоги, но она привычно отмахнулась от него.

Блитц всегда был ходячей катастрофой, к этому все привыкли.

***

Вдруг внизу, со стороны парадного входа в здание, раздался глухой, резкий стук, а затем — тяжелые шаги, которые быстро удалялись.

Луна насторожилась. Её чуткие волчьи уши задергались. Она поднялась с дивана, подошла к двери офиса и прислушалась. Тишина. В коридоре никого не было. Напрягшись, Луна медленно приоткрыла дверь и вышла на лестничную площадку.

На коврике перед дверью лежал небольшой, грубо завернутый в грязную мешковину сверток. Ткань насквозь пропиталась свежей, еще не застывшей черной кровью. Рядом на полу валялся клочок помятой бумаги.

Луна замерла. Сердце бешено заколотилось в груди. Она медленно опустилась на корточки и подняла записку. Крупным, размашистым почерком там было выведено:

«Твой папочка слишком много путался под ногами и стоил мне больших денег. Теперь он платит по счетам. Это — его первая часть. Если хочешь забрать остальное мясо, приходи одна на старую ферму у Кровавого каньона. Попробуешь позвать своих мелких дружков или пернатого принца — я начну присылать его куски в коробках каждый час. Время пошло, псина».

У Луны перехватило дыхание. Руки начали крупно дрожать. Когтями, которые стали ватными, она аккуратно развернула кровавую мешковину.

Внутри лежал кусок черного рога с белыми полосами. Верхняя треть рога Блитца. Свежая кровь пачкала пальцы Луны, и этот запах — родной, знакомый запах её приемного отца — ударил ей в нос с такой силой, что её едва не стошнило от ужаса.

— Б-Блитц?.. — тихо, срываясь на скулёж, прошептала она.

В её глазах мгновенно закипели слезы. Весь её привычный цинизм и напускное безразличие рухнули в одну секунду. Страйкер думал, что эта посылка сломает её и заставит подчиниться. Он не знал, что Блитц уже мертв из-за нелепой случайности в амбаре, и спасать уже некого. Но для Луны этот окровавленный кусок рога стал триггером первобытной, дикой ярости.

Она сжала обрубок рога в кулаке так сильно, что когти вонзились в ладонь. Слезы текли по её морде, но взгляд адской гончей мгновенно стал ледяным и смертоносным. Она не собиралась сидеть и ждать. Она собиралась рвать Страйкера на куски.

***

Пока Луна в ужасе разглядывала окровавленный обрубок рога, в самом офисе I.M.P. ситуация взорвалась за долю секунды.

***

Мокси и Милли сидели в кабинете, мирно обсуждая бюджет на следующий месяц и ворча на очередное опоздание Блитца. Вдруг со стороны окна раздался оглушительный звон.

Осколки толстого стекла брызнули во все стороны, полоснув по стенам.

Сквозь оконную раму, разрывая ночную тьму, в кабинет вихрем влетел Страйкер.

Ковбой приземлился на полусогнутые ноги, мгновенно перекатился и с хищным оскалом вскинул свой пистолет с ангельской гравировкой. Он решил не ждать Луну на ферме, а лично зачистить остатки конторы.

— ВСЕМ ЛЕЖАТЬ, мелкие ублюдки! — рявкнул Страйкер, наводя ствол на Мокси.

Но И.М.П. не зря были лучшими киллерами. Реакция Милли оказалась быстрее.

— Ах ты сукин сын! — взвизгнула она.

Милли одним мощным пинком перевернула тяжелый дубовый стол Блитца, сорвав с него все бумаги. Стол принял на себя первый выстрел Страйкера — ангельская пуля с грохотом разнесла древесину в щепки, но выиграла супругам секунду.

Мокси кувырком ушел за диван, на ходу выхватывая из набедренной кобуры свои любимые пистолеты.

— Милли, обходи слева! — крикнул Мокси, открывая беглый ответный огонь.

Пули Мокси заставили Страйкера отпрянуть. Киллер крутанулся на пятках, уворачиваясь от выстрелов, и его змеиный хвост с силой хлестнул по стене, сбивая со стены тяжелый шкаф с оружием прямо на Мокси. Шкаф с грохотом рухнул, завалив бесëнка.

— Мокси! — яростно закричала Милли.

Она рванулась вперед, выхватив из-за пояса свой огромный боевой топор. Милли взмыла в воздух и с размаху обрушила лезвие на голову Страйкера. Ковбой едва успел заблокировать удар стволом винтовки, которую выдернул из-за спины. Металл заскрежетал о металл, посыпались искры.

Страйкер был намного сильнее физически — он злобно ухмыльнулся прямо в лицо Милли, пересиливая её и прижимая лезвие топора обратно к её груди.

— Вы, мелкие черви, всегда были обузой для Блитцо! — процедил Страйкер, резко ударив Милли ковбойским сапогом под колено. — Но не волнуйтесь, ваш босс уже ждет вас в аду для ада!

Милли вскрикнула от боли, падая на одно колено, но позицию не сдала. В этот момент из-под завала шкафа высунулся окровавленный Мокси с дробовиком в руках:

— Отвали от моей жены, грязная рептилия! — заорал он, наводя дуло прямо в спину Страйкеру.

Дверь кабинета с треском распахнулась от мощного удара ноги. На пороге стояла Луна. Её глаза горели яростным красным огнем, шерсть стояла дыбом, а в руке она все еще сжимала кусок рога Блитца. Увидев Страйкера, она издала оглушительный, первобытный волчий рык, от которого задрожали уцелевшие стекла.

Мокси нажал на спусковой крючок дробовика, но Страйкер среагировал со сверхъестественной скоростью.

Он резко дернул Милли за шиворот, подставляя её под удар. Мокси в ужасе успел увести ствол в сторону — мощный выстрел разнес в труху стену, но секундная заминка дорого ему обошлась.

Страйкер с размаху ударил Милли рукоятью винтовки по голове. Оглушенная импка рухнула на пол с глубоким рассечением на лбу.

— МИЛЛИ! — закричал Мокси, но договорить не успел.

Хвост Страйкера, извиваясь как хлыст, обвился вокруг шеи Мокси. Киллер резко дернул его на себя и всадил нож в плечо маленького импа. Мокси хрипнул и упал рядом с женой, истекая кровью и хватаясь за рану.

В ту же секунду на Страйкера огромной серой тенью налетела Луна. Ослепленная яростью, она вцепилась зубами в его плечо, раздирая куртку и плоть. Страйкер взвыл от боли, но боевой опыт взял верх. Он перехватил ангельский пистолет и в упор выстрелил Луне в бедро.

Священный свинец обжег плоть гончей. Луна взвизгнула, разжала челюсти и тяжело покатилась по полу, прижимая лапу к кровоточащей ране.

Страйкер тяжело дышал, его плечо было залито кровью, но на лице играла торжествующая, безумная ухмылка. Он обвел взглядом поверженную, стонущую команду И.М.П — Жалкое зрелище, — выплюнул ковбой, пятясь к разбитому окну. — Передавайте привет Блитцо, когда сдохнете от потери крови! Я возвращаюсь в амбар, чтобы закончить то, что начал, и забрать его башку!

С этими словами Страйкер спиной выпрыгнул из окна третьего этажа.

Прямо под окнами, в темном переулке, его преданно ждал адский скакун.

Страйкер с глухим стуком приземлился точно в седло. Конь испуганно заржал, пуская пламя из ноздрей. Киллер резко натянул поводья, разворачивая животное. — Но-о, пошел! — прикрикнул Страйкер, вонзая шпоры в бока коня.

Под копытами полетели искры. Оставляя за собой выжженный след на асфальте, Страйкер на полной скорости помчался прочь из города — обратно к заброшенной ферме у Кровавого каньона. На ходу он упивался своей победой. Он был уверен, что сейчас вернется в амбар, высмеет израненного Блитца, расскажет, как отделал его «семью», и медленно добьет его.

Убийца даже близко не подозревал, какая жуткая, гробовая тишина и раздавленный труп Блитца ждут его под обломками тяжелого железа.

Луна, Мокси и Милли ранены, но живы в офисе, а Страйкер скачет навстречу страшной правде.

***

Адский скакун на бешеной скорости затормозил у старого амбара, выбивая копытами снопы искр из сухой земли Кровавого каньона. Страйкер лихо спрыгнул с седла. Его плечо, прокушенное Луной, сильно болело, но предвкушение скорой триумфальной расправы заглушало любую боль.

В руке киллера тускло поблескивал ангельский нож. Он уже представлял, как зайдет внутрь, швырнет к ногам Блитца окровавленную тряпку и в красках опишет, как отделал его драгоценную «команду».

— Ну что, Блитцо, заждался?!) — громко, с издевкой крикнул Страйкер, срывая тяжелый засов.

Он с силой толкнул дубовую дверь. Та со скрипом распахнулась, впуская внутрь блеклый лунный свет. Страйкер шагнул в полумрак амбара, ожидая услышать привычные маты, хрипы или хотя бы яростное дыхание своего пленника.

Но внутри стояла звенящая, мертвая тишина. Лишь ветер снаружи тихо шелестел старой соломой.

Страйкер нахмурился. Его взгляд упал на пустые, окровавленные цепи, сиротливо свисающие с потолочной балки. Замки наручников были грубо взломаны, а на полу темнели две лужи крови — там, где имп сломал свои рога.— Э.. Чего нах.. Выбрался? — Страйкер мгновенно подобрался, крепче сжав нож и дико оглядываясь по сторонам. Он ожидал засады.

Ожидал, что Блитц прячется где-то в тенях, готовый броситься на него сзади. — Вылезай, Блитцо! Тебе не уйти, ты истекаешь кровью!

Ковбой сделал несколько осторожных шагов вглубь помещения, пока его сапог не наступил во что-то липкое.

Страйкер опустил глаза и замер.

От двери к левому углу амбара тянулся широкий, размазанный по земле кровавый след. Он вел прямо к огромной, заржавевшей сельскохозяйственной сеялке, которая теперь лежала опрокинутой набок.

Страйкер медленно, не веря своим глазам, подошел ближе и заглянул под тяжелую металлическую раму.

Блитц лежал на спине, намертво прижатый многотонным железом к земле. Ржавый стальной штырь насквозь пробивал его грудную клетку в районе сердца. Его лицо, залитое подсохшей черной кровью из обрубков рогов, было бледным и безжизненным. Глаза Беса — широко открытые, стеклянные и пустые — неподвижно смотрели в потолок амбара. На губах запеклась темная пена. Он был абсолютно, бесповоротно мертв. Уже как пару часов.

Страйкер в шоке сделал шаг назад. Нож выпал из его ослабевших пальцев и с глухим стуком приземлился в грязь.— Нет… Нет, нет, нет! Это какая-то хуйня! — закричал Страйкер, хватаясь за голову.

Он упал на колени перед завалом и с силой дернул железную раму, пытаясь освободить труп. Ему казалось это безумным сном. Он — лучший наемник Адских колец, гениальный тактик, который просчитал всё до мельчайших деталей. Он рисковал жизнью, дрался с адской гончей.. И ради чего? Чтобы его главный враг нелепо, глупо погиб под старым хламом, просто потому что не смог удержать равновесие машины?

— ВСТАВАЙ, ХУЕГЛОТИЩЕ! СЛЫШИШЬ?! ТЫ НЕ МОГ ТАК СДОХНУТЬ! — Страйкер в ярости ударил кулаком по железу. — ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ УМЕРЕТЬ ОТ МОЕЙ РУКИ! Я должен был пустить твою семью на мясо у тебя на глазах!

Но Блитц не отвечал.

В его остекленевшем взгляде застыло лишь вечное, удушающее сожаление о том, что он так и не успел спасти Луну.

***

Страйкер медленно поднялся с колен. Торжество мгновенно сменилось диким, опустошающим разочарованием. Вся его месть превратилась в фарс. Столас остался жив, миллионы потеряны, а Блитц ушел из жизни сам, забрав с собой всю интригу. Вокруг была только глухая ночь, запах ржавчины и трупная тишина заброшенного амбара.

***

Раненые, перевязанные на скорую руку Мокси и Милли, едва держась на ногах, вошли в заброшенный амбар вслед за Луной. Скрытый трекер на телефоне Блитца, который Мокси сумел активировать в офисе через резервный терминал, привел их к Кровавому каньону слишком поздно.

Страйкера здесь уже не было. Убийца ушел задолго до их приезда, бросив всё: на полу валялись его испачканный в грязи охотничий нож и остывшее клеймо. Он забрал своего коня и растворился в ночи, раздавленный бессмысленностью своей мести.

В дальнем углу амбара, под блеклым лучом луны, громоздким силуэтом высилась перевернутая сеялка.

Луна, тяжело прихрамывая из-за простреленного бедра, сделала несколько шагов вперед. Запах крови, ржавчины и смерти ударил ей в нос. Она опустила взгляд под тяжелую металлическую раму и замерла. Её хвост безжизненно опустился, а дыхание перехватило.

— Сэр?.. — тихий, дрожащий голос Мокси разорвал тишину.

Милли прикрыла рот ладонью, из её глаз хлынули слезы. Они оба увидели то же, что и Луна: Блитц лежал на спине, намертво прижатый многотонным старым железом, со штырем в груди и остекленевшим взглядом, направленным в пустоту потолка. На его лице навсегда застыла гримаса боли и отчаянной, глупой паники. Он погиб не в эпичной битве. Он погиб здесь один, в темноте, из-за нелепой случайности, когда изо всех сил пытался сбежать и спасти свою семью.

Луна медленно опустилась на колени прямо в сухую землю, смешанную с кровью. Вся её ярость, которая вела её сюда через боль, мгновенно испарилась, оставив лишь сквозную, ледяную пустоту.

— Придурок… — сорвавшимся, тихим голосом прошептала она, и первые крупные слезы упали на бледное лицо Блитца. — Какой же ты придурок, Блитц… Зачем...? Зачем ты вообще поперся сюда один?..

Она протянула дрожащую руку и аккуратно закрыла его пустые, неподвижные глаза.

Мокси, сжав зубы от плача и боли в раненом плече, подошел ближе. Он молча взялся за край тяжелой металлической сеялки. Милли, вытирая слезы рукавом, встала рядом с мужем, ухватившись за ржавый корпус с другой стороны. Луна поднялась, обхватив стальную балку своими сильными лапами.

— На три… — сипло выдавил Мокси. — И-раз… два… взяли!

С натужным, жутким скрежетом трое израненных демонов приподняли многотонную махину, позволяя Милли аккуратно вытащить тело их босса из-под смертельной ловушки. Железо с грохотом рухнуло обратно, подняв тучу пыли.

Блитц был непривычно легким и холодным. На его груди чернел жуткий ожог от клейма, руки были содраны до костей, а вместо некогда гордых рогов остались лишь уродливые, окровавленные обрубки. Но теперь на его лице больше не было боли.

Луна бережно, словно боясь повредить то, что осталось, подняла тело Блитца на руки. Она прижала его голову к своему плечу, бережно прикрывая рукой сломанные рога.

Мокси и Милли шли по бокам, тихо всхлипывая и поддерживая друг друга.

Они медленно вышли из амбара под холодный свет адской луны. Им больше некого было спасать и некому выплачивать долги.

Блитц оставил их, уйдя так же хаотично, глупо и разрушительно, как и жил.

Контора И.М.П. была мертва вместе со своим основателем.