Бездна. Уныние
23 июня 2026 г., 17:27
Жизнь. Что она есть? В чем ее смысл? Лишь бесконечный вопрос, на который нет однозначного ответа. Сон, реальность — лишь составляющие нашего существования, и, порой, так неотличимы. Бесценность, что это? Почему пыль на дороге и величайшее сокровище бесценны?
Двойственность, всеми принятая борьба противоречий, но что если все это — рама? Жизнь, смерть, душа, плоть, смысл, бесцельность, разум, интуиция — что, если они все загнаны в раму бытия? Что если они все — программа, некоторый свод правил, на которых зиждиться существование?
Чей-то замысел во благо, труд, оплот вдохновения, в который вдохнули жизнь. Но что может быть за ним? За пределами? Что если попытаться выйти за рамки сна, встать не выше мечтаний и кошмаров, но взглянуть со стороны? Что если выбраться из цикла жизни и смерти? Идеальная картина, утопия существования, но все также — имеющая рамки. Что могут себе представить фигуры на этом произведении искусства? Они не знают и никогда не узнают о руке художника, что оживил их.
Рама. Граница. Черта. Последний рубеж. Но что, если с той обратной стороны, темной как ночь, кто-нибудь постучит?
***
Для тебя картиной была комната, а художником — родители. Но сейчас… Что сейчас? Ты не чувствуешь ничего. Ни сон, ни явь — существование во всем безвкусии и безмятежности. Миг между жизнью и смертью, четвертый час от полуночи, когда границы стираются. И ты. Там, где нет ничего, кроме несвязных черт и размытых мыслей. Такая же пустая, бессмысленная как небытие. Во рту не сухо, шея не болит и нет запаха застоявшегося спертого воздуха комнаты. Нет колючего матраса под щекой, истертого временем и слезами, нет жесткой одежды, которая чаще мылась руками в холодной воде и с темным мылом. Нет шума телевизора, заглушенного запертой с наружной стороны дверью, или запаха обгорелого омлета. Ты ненавидишь омлет. Но ничего из этого нет — ты хочешь вздохнуть с наслаждением, мимолётное желание, но ты осознаёшь, ты не можешь. Сознание не приходит резко, оно не скоростной поезд, готовый врезаться в череп с порцией реальности. Оно как переключение канала — раз, и появилась картинка. Так, как она появилась перед тобой. Сюрреалистичная, пугающая картинка. Вокруг, кажется, была непроглядная тьма, но ты видела все — выступы, колонны, следы колоссальных сооружений вдалеке. Серые, безжизненные, сознание пришло, но осознание еще пытается угнаться за реальностью. Удивлённая, немного дезориентированная, ты прикрываешь глаза и приподнимаешься на локтях — ты не заметила даже, как начала двигаться. Сон, иллюзия, но никак не реальность, у тебя нет причин верить. Только с закрытыми глазами остальные чувства бьют десятикратно. Твердый пол, не деревянный, как в твоей комнате — каменный. Ветра… Нет. Ты пытаешься почувствовать свою родную затхлость, но не получается, а сразу после предпринимаешь попытку вдохнуть плесень. Но не можешь. Дело даже не в отсутствии пакости — ты не можешь дышать. Так… Бывает иногда. Иногда ты забываешь, как глотать, когда это доходит до больших таблеток, а сейчас, пускай впервые, ты забываешь, как дышать. Ты вскакиваешь, хочешь схватить себя за нос и горло в отчаянной попытке, такой слепой и глупой — убрать преграду для дыхательных путей. Но чувствуешь что-то непонятное. Клюв, твердая поверхность предмета покрывает половину лица, она гладкая, ровная, без шероховатости, но странной формы — с длинным острым носом. Ты пытаешься ее поднять — тщетно. Она будто прилипла, слилась с лицом, но ты пытаешься нащупать глаза, дыры в этой маске, твой палец осторожно проникает в одну из них. Вспышка боли. Ты ладонями закрываешь лицо и тихо пищишь. Обычно, если протянуть палец к глазу, он рефлекторно закроется веком. Но этого не произошло. Ты присмотрелась к своим рукам — черные, и это не перчатки, когти почти в фаланг опасно сверкают. Чтобы это ни было, как бы это не произошло, ты случайно уколола себя в глаз. Хорошо, что хотя бы не торопилась. Возможно, дурной сон, но не верилось. Даже не то, что не верилось, осознание происходящего приходило долго, это было чистое отрицание. Ты решила оставить пустые, ненужные мысли. В момент паники и боли из-за задетого глаза, страх от отсутствия дыхания пропал, сейчас же ты просто не думала. Шевелишься, размышляешь — чем не живешь? Ты встаешь, где бы ты ни была, ты не уверена в своей безопасности. Не в открытом пространстве посреди колонн древних сооружений без стен. Расписные, холодные, одинокие, покинутые не только людьми, самой историей. Пространство вокруг тоже… Обширное. Это не похоже на зал, коридор — стен почти не было, а вокруг неизвестное завораживающее пространство… Из ничего. Оно было похоже на далекие туманности, звезды, переливалось красотой столь немыслимой и неописуемой, что ты останавливаешься невольно в простом созерцании. Но нужно идти. Ты видишь впереди лестницу, ведущую наверх, за ней какой-то коридор, не разглядеть снизу. Ты хлопаешь себя по телу, привычка проверить ключи, старый кнопочный телефон, в котором из полезных вещей есть только функция звонка и игры в змейку и высокоэтажные домики. Список продуктов и рассчитанная до мелочи выделенная сумма денег. Но только ничего этого у тебя нет, и вместо поношенной, подаренной соседкой куртки ты ощущаешь под жесткими пальцами легчайший мех. В страхе ты отстраняешь руки, не по душе тебе все эти дорогие вещички — чего хорошего испачкаешь, а денег нет для компенсации. Но ты не хочешь смотреть вниз, не хочешь узнать больше неправильности происходящего. Просто опускаешь руки, но глаза нет-нет, но оглядываются на всякий случай, вдруг что-то действительно обронила? Дома разозлятся, если ты что-то потеряешь, потому что что-то всегда стоит денег. Твои глаза в последний момент цепляются за черный уголек — единственный предмет, выбивающийся из общей покинутой картины. На удивление, ты не находишь и соринки, но целый уголек все же лежит смиренно. Ты подходишь, озираешься по сторонам — будет плохо, если это посчитается кражей и на тебя укажут свидетели. Но никого нет. Ты, по правам первооткрывателя, ловко берешь уголек и засовываешь в кармашек. Ты не знала, что у тебя есть карманы, но руки привычно полазили по одежде. Кармашек один, и он спереди. Неудобно, но ничего не поделаешь. Если у тебя ничего нет, ты не можешь выбирать. Размышляешь ты недолго, направляешься к каменной лестнице и резво перепрыгиваешь по ступенькам, которые кажутся чуть больше для твоего тела. Ты озираешься по сторонам, поражаясь монументальностью места — оно действительно не подходило оборванке и подростку из неблагоприятной семьи. Ты чувствуешь себя грязным пятном и пытаешься сжаться, занять как можно меньше места, но глаза сверкают — любуешься, восхищаешься. Здесь не было неба, просто в какой-то момент пространство становится чёрным, но вдалеке зияет то, что ты бы назвала черным солнцем. Хотя это может быть как червоточина или черная дыра, но первая мысль в твоей голове именно о солнце. Ты отворачиваешься от него неуверенно, страшась импульсивного желания шагнуть к ней, прыгнуть в пропасть. Лестница оказывается достаточно длинной, но ты с успехом ее преодолеваешь, мысленно хваля свои колени. Даже отдышки нет… Нет-нет, лучше не думать в этом направлении. Поднявшись на этаж, ты оказываешься в просторном круглом зале. Ты смотришь по сторонам, ежась от открытого пространства — картина не поменялась, и вокруг странное ничто космоса, как будто свет от сверхскоплений или туманностей. «Где потолок?» — ты думаешь, видя лестницу впереди, вершина которой спрятана будто за туманом. Это место все меньше и меньше поддаётся чему-то логическому. Больше… Волшебное что ли? Тем не менее, остается только идти вперёд. Набравшись решимостью, весьма жалкой, как раз для такой как ты, идешь дальше к очередной лестнице, пересекая гигантский зал, состоящий из круглого пола и нескольких колонн. Ты не думаешь, как конструкция держится и поддерживает этаж выше. Это сон, лихорадочный бред. Ты хочешь в это верить, но на сон это не похоже. Ты слишком хорошо осознаёшь себя и окружающее пространство. — Все хорошо. Потихоньку, — шепчешь ты себе, голос не срывается, но ты тут же замолкаешь и обещаешь себе больше не говорить вслух — голос не твой. Слоистый, будто с эхо. Ты молчишь, это ведь так просто. Закрыть глаза на проблемы. А их все больше и больше. Дрожь. Ты чувствуешь поначалу лёгкие вибрации, но не проходит и несколько секунд, и ты ощущаешь как пол уходит из-под ног из-за резонанса в воздухе. С визгом ты падаешь на колени и судорожно пытаешься выбраться из плена зыбкого песка, который тянет, утаскивает. Но песка ли? Ты видишь блики чёрного и золотого цветов, они окружают, давят, сбивают с ног, закрывают обзор. Тебе кажется, что это проблема, а от проблем лучше бежать, если ничего с ними не можешь сделать. Но встать, оторваться от каменного, теперь зыбучего, пола и убежать не получается, сколько усилий не прилагай… пока ты не замечаешь рычание за спиной. Будто отрастив крылья, приобретя не то, что второе дыхание — третье, ты с невиданным в твоей жизни остервенением вырываешься из плена и пулей мчишься к лестнице, не замечая ничего кроме самой дороги, готовясь догнать и перегнать самого Марафона не только в скорости, но и в дистанции. Мчишься всего мгновение, но нет в твоей спешке ничего… человеческого. Сон. Не сон. Сон. Не сон. Сон. Не сон. Реальность. Нет. Реальность. Нет. Реальность. Ты не знаешь, как ноги несли тебя на такой скорости, казалось, что ты даже не бежишь от страха — летишь вперед, леденящие душу завывания раздаются за спиной, ты не смотришь назад, мчишься. Страх гонит быстрее ветра, лёгкость в теле окрыляет, но даже так ты не чувствуешь своего дыхания — ты не дышишь, нет набата сердца в ушах, нет горящих лёгких. Только ужас и животное рычание позади. Чёрное золото мелькает на периферии, и ты резко сворачиваешь в сторону, почти скользя на поверхности гладкого камня, ты не осознаешь увиденное, тобой движет инстинкт самосохранения. Заветная лестница сверкает спасением всего в нескольких метрах, но ты чувствуешь, как с неприступной силой что-то хватает тебя за локоть, останавливает, тянет назад. Ты не успеваешь крикнуть или захлебнуться слезами — только слышишь знакомый до боли скулёж. Так мычат только собаки. Ты оборачиваешься назад, замечая дюжинную свору невероятных, даже мистических существ — псы из чёрного золота, каждый огромен, размером с нее саму, позади них ты видишь их гигантских сородичей, но морды у всех опущены, не в оскале, но в какой-то иной эмоции, которую ты из-за страха не в состоянии уловить. Ты скользишь взглядом к месту, за которое тебя схватили, один из псов схватил тебя за руку пастью, в которой частоколом сверкают чёрные с золотым клыки, но странно — ты не чувствуешь боли, а как паника ушла, и ты окончательно останавливаешься, пес начинает лизать место укуса. Будто домашний, будто ручной, а не хищник. Крови нет на меховом рукаве, ты, забывшись, смотришь на черноту своей руки, шальная мысль о сходстве мелькает в твоей голове. Ты не решаешься заговорить, не веришь своему голосу, но наклоняешь голову, дрожа от оставшегося липкого страха, вопрошая. Они не говорят как люди, но отвечают ей так, что она понимает всё просто по глазам, по языку не слова, но тела. То, что они немо шепчут напоминает тебе зов, приглашение. Словно ты потеряшка, а стая зовёт к себе. Ты не отвечаешь на зов, боишься, что золотые с чёрным клыки растерзают тебя. Тебе страшно думать о боли, она так невыносима. Но, кажется, стая воспринимает твой страх иначе. Ты делаешь шаг назад и один из псов подбирается ближе — самый маленький из них, щенок. Он парит, пока ты делаешь осторожный шаг назад — нельзя убегать от хищников, только раззадоришь их. Тот, что схватил тебя за руку остался на месте, уступая щенку, который кружил рядом. Он тыкается мордой в твою грудь, ласкается, и на секунду ты перестаешь видеть острые клыки и гигантские когти. Ты видишь сияющие глаза, мягкую шёрстку и виляющий хвост. Маленький щенок радостно парит рядом с тобой, прыгает и, когда ты расслабляешься, когда страх отступает — он ныряет в пол, исчезая. Ты вздрагиваешь от неожиданности и вскидываешь голову на остальных псов — но никого рядом нет. Ты одна посреди гигантского зала. Ты стоишь, хочешь даже позвать… кого-нибудь, но резко отгоняешь эту мысль — не доверяешь. Молча разворачиваешься и направляешься к лестнице. Ты больше не бежишь, сжимая камешек в своём кармашке. Ты поднимаешься по лестнице, и туман будто расступается, открывая перед взором очередной обширный пустой зал, но ты девочка умная. Взгляд влево, взгляд вправо, наверх чисто на всякий случай. Ты слегка наклоняешься иииии… Срываешься с места, прытью огибаешь зал по окружности, главное — не смотреть назад! Ты слышишь шум позади, чувствуешь, что кто-то появился, но не останавливаешься. Повезло один раз — второй не должно! В этот раз ничего не успело тебя схватить — успех! Но останавливаться нельзя. Ты почти пролетаешь лестницу — не чувствуешь усталости, только цель — вперёд и вверх! Раз, два, три — ты чувствуешь ветер за спиной, жар, нечеловеческие звуки, огненные шары пролетают мимо… ну, хоть не пули. Ты мчишься так, как никогда. Четыре, пять, шесть — что-то успевает схватить тебя за одежду — но ты быстрее! С жалким «Ыыыааааа» ты сбрасываешь захватчика и продолжаешь свой побег. Но ты не можешь приказать разуму, медленно поглощающему твои мысли тревожностью. Когда это закончится? Как долго ещё бежать? Сколько ещё надо бежать, чтобы вырваться из этого цикла? Вырвешься ли ты? Может, стоит вернуться на тот этаж с псами? Они выглядели приветливо. Но, будто услышав начинающуюся панику, судьба подкинула тебе гигантские двери — врата, в которые ты не слишком грациозно влетела, веря, что твоего веса будет достаточно, чтобы их отворить. Только реальность такова, что ты распласталась блинчиком по двери. Гордости в тебе нет, поэтому твоё несуществующее достоинство не пострадало — ты резво отлипла и начала колотить в двери, тянула за ручки толкала, вспоминала, что по правилам пожарной безопасности все двери должны открываться наружу, но о какой пожарной безопасности может идти речь в этом месте? От отчаяния, ты даже вытащила камешек из кармашка и начала им колотить дверь, судорожно искала отверстие для замка, чтобы хотя бы заглянуть наружу — но пусто. Неужели всё было напрасно и выхода нет? Обессиленная отчаянием, ты прижимаешься спиной к двери и садишься, опустив голову на колени. Может, всё же сон?***
Маленькое существо лежало одиноко под мерцающим порталом в ужасающую Бездну. Далеко, на забытом острове, окруженном туманом и неспокойными волнами. Месте, куда простому человеку лучше не ступать, а храбрые смельчаки приходят по зову долга или сокровищ. Одна рисинка может перевесить чашу весов. Один человек способен решить судьбу мира. Но человек ли?
