староста

День фестиваля наступил быстрее, чем хотелось Джэхену. Вся школа стояла на ушах.Кто-то украшал коридоры.Кто-то репетировал танцы.Кто-то бегал с плакатами. А Джэхен, как староста, пытался одновременно помочь всем. — Джэхен!

— Да?

— Где скотч?

— В учительской.

— Джэхен!

— Что ещё?

— Где список участников?

— На столе.

— Джэхен!

— Тэсан, пожалуйста…

— Я просто хотел поздороваться.

— Я тебя сейчас ударю.

Лихан согнулся от смеха. В актовом зале было шумно.Унхак сидел за кулисами с гитарой.Впервые за долгое время он действительно нервничал.Очень.Настолько, что даже не шутил.Тэсан сразу это заметил. — Ого.

— Что?

— Ты переживаешь.

— Нет.

— Врёшь.

— Нет.

— Да.

— Отстань.

Лихан посмотрел на сцену. — Ты же не из-за выступления нервничаешь.

— Из-за выступления.

— Ага.

— Именно из-за него.

— И совсем не из-за одного старосты.

— ЛИХАН.

— Что?

— Замолчи.

Оба рассмеялись. Тем временем Джэхен сидел в зале.Сегодня он выглядел особенно красиво.Аккуратно уложенные волосы.Белая рубашка.Тёмный пиджак.Тэсан, проходя мимо, даже присвистнул. — Теперь я понимаю Унхака.

— Что?

— Ничего.

— Тэсан.

— Ничего. Лихан уже смеялся рядом. Выступления шли одно за другим. Танцы. Песни. Шутки. Конкурсы. Но Джэхен почти ничего не запомнил.Потому что всё время ждал только одного номера.Наконец ведущий вышел на сцену. — Следующий участник — Унхак! Зал захлопал.Джэхен почувствовал, как сердце забилось быстрее.Унхак вышел под свет прожекторов.С гитарой.Немного растрёпанный.Немного взволнованный.Но всё такой же уверенный.Он сел на высокий стул.Поправил микрофон.И неожиданно улыбнулся. Куда-то в зал. Точнее… На кого-то.Джэхену вдруг стало очень жарко. — Перед началом я хотел бы кое-что сказать. В зале стало тихо.Очень тихо. — Эту песню я написал недавно. Унхак слегка сжал гитару. — Для одного человека. Тэсан и Лихан одновременно повернулись к Джэхену.

— Не смотрите на меня.

— Мы ничего не делаем. — Абсолютно ничего.

— Я вас ненавижу.

⸻ — Этот человек всегда помогает другим. Всегда улыбается.Всегда думает о других больше, чем о себе.Иногда слишком много.Джэхен почувствовал нехорошее предчувствие. Очень нехорошее. — И ещё… Унхак усмехнулся. — Он очень милый, когда смущается.Тэсан упал на кресло.Лихан закрыл лицо руками. — ОН ЭТО СКАЗАЛ.

— ОН ЭТО РЕАЛЬНО СКАЗАЛ.

Джэхен хотел исчезнуть. Прямо сейчас. Немедленно. Унхак начал играть. Зал затих. Мелодия была красивой. Тёплой. Такой, которая словно рассказывала историю.Историю человека, который долго чувствовал себя одиноким.А потом встретил кого-то, кто остался рядом.Джэхен слушал каждое слово. Каждую ноту. Каждую строчку. И постепенно понимал.Эта песня действительно была о нём. Не прямо. Но всё равно о нём.Сердце билось так сильно, что он почти не слышал ничего вокруг. Когда песня закончилась, зал взорвался аплодисментами.Кто-то даже встал со своего места.Унхак смущённо улыбнулся.Но прежде чем уйти со сцены…Он снова посмотрел в зал.Прямо на Джэхена.И улыбнулся. Только ему. После выступления фестиваль продолжался ещё долго.Но Джэхен почти ничего не замечал.Он всё ещё думал о песне. О словах. О взгляде. О том, что произошло. Вечером, когда большинство учеников уже ушли домой, он вышел во двор школы. Там было тихо. Слишком тихо после такого дня. — Вот ты где. Джэхен обернулся. Унхак. Конечно же. С гитарой за спиной. — Хорошо выступил.

— Спасибо.

Несколько секунд они молчали. А потом Унхак сделал шаг ближе. Совсем немного. — Ну?

— Что?

— Тебе понравилось?

— Очень.

— Правда?

— Правда.

Улыбка Унхака стала шире. — Тогда я рад.

— Потому что залу понравилось?

— Нет.

— Тогда почему?

Унхак посмотрел ему прямо в глаза. И впервые за всё время не стал шутить. — Потому что тебе понравилось. … Кажется, в этот момент Джэхен окончательно превратился в помидор. А Унхак понял, что это его любимый цвет.