Змееныш под прикрытием

Стрелки часов в кабинете Тома Реддла приближались к восьми вечера. Кассиан стоял перед массивной дверью, чувствуя, как обновленные руны на солнечном сплетении привычно покалывают кожу, готовясь к столкновению с магией министра. Он намеренно не стал поправлять мантию и оставил галстук Равенкло слегка ослабленным, образ ленивого студента был его лучшим щитом. — Войдите — прозвучал голос Реддла, едва Кассиан занес руку для стука. Внутри кабинет выглядел как оплот идеального порядка. Том Реддл сидел за столом, в его руках было перо, но взгляд был направлен на вошедшего мальчика. Кассиан, не дожидаясь приглашения, по хозяйски опустился в глубокое кресло, нацепив маску легкой скуки. — Директор. Вы выбрали крайне неудачное время. У меня как раз по расписанию второй вечерний сон. Реддл отложил перо. В полумраке кабинета его фигура казалась еще более властной. — Ваше расписание, Кассиан, это череда попыток скрыться от реальности — произнес он, подавшись вперед — Но после вчерашнего «сонного пира» в Большом зале я окончательно убедился: вы — самая интересная загадка в этом замке. Кассиан приподнял бровь, глядя министру прямо в глаза. — Скажите прямо, сэр, зачем вы так мной интересуетесь? — он развел руками, демонстрируя свою подчеркнутую небрежность — Я же обычный лентяй. От меня нет никакой пользы ни школе, ни тем более министерству. Я провожу в библиотеке времени меньше, чем на подоконниках, а мои эссе выглядят так, будто их писал человек в состоянии комы. Реддл позволил себе тень опасной улыбки. — Посредственность не умеет усыплять целый замок, включая меня и профессора Снейпа — министр поднялся и медленно обошел стол — Вы говорите о бесполезности, но я вижу магию какая не снилась многим моим соратникам. Вы не просто лентяй, Кассиан. Вы гений, который тратит все свои колоссальные силы на то, чтобы мир считал его никем. Кассиан почувствовал как руны стали нагреваться. — О, вы мне льстите, сэр, — мягко парировал Кассиан, удобнее устраиваясь в кресле — Мой единственный талант это любовь к тишине. А вы... вы — самый шумный человек, которого я когда либо встречал. Реддл замер в шаге от кресла. В воздухе буквально искрило от напряжения: министр магии привык, что перед ним либо трепещут, либо пытаются выслужиться. Кассиан же сидел с таким видом, будто зашел обсудить погоду, а не противостоял мощнейшему легилименту современности. — Тишина это привилегия сильных — Реддл наклонился к самому лицу мальчика, пытаясь поймать его взгляд — Но ваша магия, Кассиан... она ведет себя странно. Она не течет, как у обычного ребенка, она замирает, стоит мне подойти ближе. Кто научил вас так мастерски закрываться? Кассиан понял: игра пошла на повышение. Нужно было дать Реддлу «кость», которую тот примет за истину, сохранив при этом свою главную тайну. — Мой род всегда ценил приватность — Кассиан поправил воротник, сохраняя идеальное самообладание под тяжелым взглядом — Эшвуды не любят, когда в их мыслях копаются посторонние, будь то министр или сам Мерлин. Это не гениальность, сэр. Это просто... нежелание быть услышанным. Он резко встал, нарушая дистанцию и заставляя Реддла чуть отстраниться от неожиданности. — Если вам нужен верный последователь или амбициозный маг для ваших планов, вы ошиблись дверью. Я не хочу власти, я хочу, чтобы меня оставили в покое. А сейчас, если вы закончили препарировать мою «посредственность», я пойду. Мадам Помфри будет очень недовольна, если узнает, что вы мешаете моему отдыху, после недавнего отравления пирожками. Кассиан отвесил едва заметный, почти шутовской поклон и направился к выходу. Он кожей чувствовал взгляд Реддла, обещающий, что это только начало их партии. Уже у самой двери он обернулся: — И, сэр... синие блестки действительно очень шли профессору Снейпу. Подумайте о том, чтобы сделать это частью официальной формы.