Змееныш под прикрытием

Рождество наступало неотвратимо. В этом году в гостиной Равенкло установили ель, привезенную прямиком из Запретного леса. Её аромат был необычайно густым: смесь морозной хвои, старой смолы и чего то неуловимо земного. Для Кассиана этот запах стал своего рода белым шумом, подавляющим фоновое гудение чужих магических аур. Впервые за долгое время он спал по десять часов кряду. Однако покой был нарушен не очередным свитком от Реддла, а традиционной предпраздничной суетой. Студенты Равенкло, охваченные азартом, начали обмениваться сомнительными артефактами и результатами своих экспериментов. — Эшвуд, глянь, что я достал у пятикурсников с Гриффиндора! — к его креслу подскочил оживленный сокурсник, размахивая банкой с «вечным снегом»— Говорят, если его выпустить, он будет идти в радиусе трех метров вокруг владельца до самого Самайна. Кассиан приоткрыл один глаз, лениво наблюдая за зачарованными снежинками. — Выглядит как прекрасный повод для внепланового визита в больничное крыло с симптомами обморожения — сказал он, поплотнее кутаясь в мантию — Только не подноси это к елке. Если снег вступит в реакцию с магической смолой, мы все будем спать в сугробах. Он снова закрыл глаза, вдыхая спасительный хвойный аромат. Так же, приближение Рождества всегда сопровождалось шуршанием пергамента и несмолкаемым совиным уханьем. Кассиан, обычно старавшийся лишний раз не привлекать к себе внимания, в этом году подошел к вопросу подарков с присущей ему ленивой стратегией: сделать так, чтобы от него отстали, но при этом сочли «своим». Его список адресатов был кратким, но выверенным. Мадам Помфри: огромная корзина успокаивающего травяного сбора из теплиц мадам Стебль и набор тончайших льняных платков. Кассиан знал, что лояльность главной целительницы это его лучшая защита от лишних вопросов о здоровье. Профессор Слизнорт: редкий флакон засахаренных плодов моли. Ингредиент скорее декоративный, чем полезный, но Гораций ценил экзотику и внимание к своей персоне. Это в дальнейшем гарантировало Кассиану спокойные уроки в дальнем углу класса. Староста Равенкло: толстый справочник «1000 способов оптимизации расписания». Тонкий намек на то, что Кассиана не стоит беспокоить по пустякам и вписывать в лишние дежурства. Когда очередь дошла до конца списка, Кассиан занес перо над клочком пергамента и на секунду задумался, вспомнив о директоре и Северусе, но тут же лениво отложил его в сторону. Отправлять им подарки было бы не просто тактической ошибкой, это было бы вопиющим актом неоправданных телодвижений. К тому же, если говорить предельно откровенно, эти двое праздничных подношений банально не заслужили. Баланс справедливости в Хогвартсе и так был нарушен их чрезмерным вниманием к его скромной персоне. Снейп весь семестр дышал в затылок и лишал Равенкло баллов, а Реддл и вовсе превратил его жизнь в каторгу, заваливая свитками. Тратить драгоценное время на поиски подарков для людей, которые методично разрушали его планы на сон, было бы верхом мазохизма. «Слишком много шума из ничего, да и баловать их вредно для моего здоровья» — подумал он. Самым идеальным и главное наименее энергозатратным подарком для Реддла и Снейпа станет его абсолютное, кристально чистое отсутствие в их поле зрения хотя бы на пару дней — к огромному облегчению самого Кассиана. Они не заслужили его усилий, но пусть наслаждаются тишиной, это самый дорогой ресурс в Хогвартсе и он дарит им его совершенно бесплатно. Проснувшись под утро, Кассиан обнаружил у подножия своей кровати небольшую стопку свертков: От Тома Реддла: тяжелая коробка из темного дерева. Внутри лежал антикварный набор перьев для каллиграфии и записка: «Для будущих эссе. Надеюсь, они станут менее... художественными в плане описания недугов». Кассиан хмыкнул, Том явно оценил его творческий подход. От сокурсников по Равенкло: огромный, вызывающе пушистый шарф цвета индиго. К нему прилагалась карточка: «Эшвуд, не замерзни по дороге в Большой зал. Мы не хотим, чтобы ты упал в обморок прямо на лестнице». Кассиан оценил иронию. От мадам Помфри: внутри оказалась небольшая подушка, набитая сбором сонных трав. Она пахла точно так же, как та самая елка в гостиной. Кассиан прижал подушку к лицу, вдыхая густой хвойный аромат. Рождество определенно удалось.