Змееныш под прикрытием

Через пару дней после инцидента с пузырьками, Кассиан пришел к выводу, что бесконечно бегать от директора и постоянно быть настороже — слишком утомительно. Чтобы спокойно предаваться своей любимой лени, ему требовалась передышка. Роясь в мыслях, он решил временно прибегнуть к тонкому, просчитанному подлизу, просто как к промежуточному ходу, пока в его голову не придет план получше. Узнав через старост, что Реддл проводит вечер в библиотеке за просмотром министерских отчетов, Кассиан направился туда. Он зашел в зал с самым невинным видом, будто искал тихий угол исключительно ради сна. Выглядел Эшвуд канонично: бледный, укутанный в пушистый шарф индиго, лениво волочащий сумку. Устроившись за соседним столом от директора , он раскрыл томик трансфигурации, но всё его внимание было приковано к бумагам в руках Тома. Кассиан дождался, пока Реддл нахмурится над очередной страницей, и улучив момент, заговорил. Голос его звучал тихо, но в нем отчетливо сквозило подчеркнутое, почтительное восхищение: — Директор Реддл, прошу прощения за мою дерзость... Я случайно заметил, над какими сложными массивами данных вы трудитесь. Это поистине титанический труд на благо министерства — Кассиан робко придвинулся ближе, заглядывая в пергамент и симулируя легкое смущение — Но... кажется, аналитики, которые готовили для вас эти выкладки, поступили крайне безответственно. Посмотрите на четвертый параграф. Реддл медленно повернул голову. В черных глазах директора зажглась опасная заинтересованность. — Вы хотите сказать, Эшвуд, что здесь что то не так? — О, они самые настоящие болваны по сравнению с вами, сэр, — мягко и вкрадчиво улыбнулся Кассиан, искусно сдабривая лестью свои слова. — Они совершенно не учли инфляцию гоблинского золота к весне и напрочь забыли про коэффициент затухания магии в пограничных зонах. Из за их глупости вся ваша великолепная стратегия реформы драконьей крови может столкнуться с дефицитом бюджета через три месяца. Если позволите, я мог бы быстро скорректировать цифры, чтобы они соответствовали вашему идеальному плану... — Эшвуд, вы только что назвали аналитиков министерства болванами? Кассиан вздрогнул, изображая испуг. — Ой, сэр... Я... я просто брежу. Магическая лихорадка, знаете ли. Мысли путаются. Реддл молчал, внимательно изучая лицо Кассиана, а затем уверенным жестом пододвинул к нему черновик отчета. — Исправляй, Кассиан. Эшвуд взял перо. Он за пять минут набросал на полях математические графики, которые сводили хаос министерских данных в изящную формулу. Он действовал быстро и филигранно, стремясь показать Реддлу свою полезность ради будущей тишины. Том долго смотрел на пергамент, а затем перевел взгляд на равенкловца. В его глазах мелькнуло глубокое уважение, смешанное с привычным подозрением. — Ты сделал это за пару мгновений, почти не глядя. Твоя «лихорадка» удивительным образом активирует мозг, Эшвуд. — Ради вашего спокойствия и процветания школы я готов мобилизовать последние силы — кротко отозвался Кассиан, устало прикрывая глаза ладонью — Цифры ведь не шумят. Если это поможет вам быстрее закончить с делами... я могу просмотреть и остальную стопку. Взамен я лишь смиренно прошу дать моему хрупкому организму право на тишину. Реддл медленно пододвинул к нему оставшиеся министерские документы. На его губах заиграла тонкая усмешка дирижера, который оценил красивый ход своего музыканта. — Работай, гений. Если и здесь всё будет так же безупречно, я обещаю... не беспокоить тебя «внеплановыми проверками» и дуэлями до конца месяца. Отдыхай на своих подоконниках сколько вздумается. Весь оставшийся вечер они провели в абсолютной тишине. Кассиан методично вносил правки в законы о магическом праве, оптимизируя логистику для Реддла, но незаметно делая формулировки более гуманными, чтобы облегчить жизнь самому себе в будущем. Том Реддл не сводил с него гипнотизирующего взгляда. Он чувствовал интеллектуальную силу Кассиана, которая теперь, под соусом услужливости, сама шла к нему в руки. Эшвуд же внутренне ликовал, кутаясь в шарф. План «подлизаться и продать свой мозг за покой» сработал идеально. Кассиан нашел отличный временный способ стать «полезным питомцем», которого директор гарантированно не станет трогать и препарировать, пока он приносит ему готовые решения государственной важности. А там, глядишь, и новый план подоспеет.