Змееныш под прикрытием

Визит делегации из Шармбатона превратил Хогвартс в подобие светского раута. Французы привнесли с собой аромат дорогого парфюма, шёлк мантий и атмосферу лёгкого высокомерия. В Большом зале Том Реддл был в своей стихии: он стоял в центре приветственной группы, ослепляя гостей своей безупречной, тщательно выверенной улыбкой. Кассиан, наблюдая за этим из за стола, отметил, как эффектно Реддл манипулирует вниманием, восторженные взгляды французских ведьм буквально прилипали к нему, а он принимал это как должное, отвечая на приветствия с грацией истинного аристократа. Покой Кассиана закончился, когда на свободное место рядом с ним бесцеремонно опустился рослый юноша в заграничной мантии. Это был Этьен - один из лучших дуэлянтов Шармбатона, чья уверенность в себе граничила с агрессией. — Значит, это ты тот самый затворник, о чьих успехах шепчутся в коридорах? — Этьен окинул Кассиана оценивающим, вызывающим взглядом — На вид ты слишком спокоен для того, кто претендует на звание лучшего на курсе. У нас во Франции говорят, что истинная сила требует огня, а не разглядывания пыли. Кассиан даже не повернул головы, продолжая методично разрезать свой завтрак. — В огне легко сгореть — ответил он с мягкой ленцой — Я предпочитаю экономить энергию. Но Этьен не унимался. Весь день он следовал за Кассианом тенью: в библиотеке, в коридорах, на тренировочном поле. Он бросал едкие замечания, прерывал тишину и, наконец, во время совместного занятия по дуэльному мастерству, открыто бросил перчатку перед лицом всей школы. — Я хочу видеть твою магию в деле, Эшвуд, — провозгласил француз, выходя на помост — Или ты силен только на пергаменте? Реддл, стоявший у края арены, едва заметно усмехнулся. Он явно не собирался вмешиваться, желая увидеть, как Кассиан справится с этим раздражителем. Кассиан поднялся на платформу. Шум зала давил на уши, а нахальная ухмылка Этьена стала последней каплей в чаше его терпения. Ему просто хотелось покоя. — Начинайте — коротко бросил Реддл. Этьен двигался быстро и красиво. Он нападал каскадом ярких, искрящихся заклинаний, сопровождая каждый выпад картинным разворотом. Кассиан же стоял почти неподвижно. Он не тратил сил на красивые жесты, его палочка описывала лишь микроскопические дуги, едва уловимые глазом. Каждое заклинание француза разбивалось о невидимую преграду в метре от Кассиана, не доставляя ему ни малейшего беспокойства. — Сражайся! — крикнул Этьен, раздосадованный тем, что его техника не приносит результата. Он вскинул палочку для мощного, размашистого удара, концентрируя всю свою ярость. В этот момент Кассиан просто... перестал сдерживаться. Его магия, обычно дремавшая в глубоких резервах, рванула наружу коротким, сухим импульсом. Вместо того чтобы отразить удар, Кассиан «схлопнул» пространство вокруг Этьена. Раздался глухой звук, похожий на удар огромного молота о наковальню. Француза буквально впечатало в защитный купол арены. Он не успел даже вскрикнуть, его магия была подавлена мощью Кассиана в одно мгновение. Этьен сполз по стене, тяжело дыша, с широко распахнутыми от шока глазами. В зале воцарилась тишина. Кассиан медленно опустил палочку, глядя на поверженного противника без тени триумфа, лишь с легким раздражением. — Я предупреждал — негромко произнес он — Излишняя активность утомляет. Он развернулся и сошел с помоста, игнорируя ошеломленные взгляды студентов. Взгляд Реддла, тяжелый и многозначный, преследовал его до самых дверей. Директор больше не улыбался гостям, он смотрел на Кассиана, как на тайну, которая начала раскрываться.