Феникс. Пробуждение

Конечно, всё не могло пройти так легко. Это было бы слишком... рационально. Слишком эффективно. А в его жизни, как Каин уже успел убедиться, эффективность давно уступила место театру абсурда.

Жрец ощутил жар. Он был достаточно чувствителен к божественной ауре, чтобы почувствовать её давление, даже не глядя на источник. Мужчина медленно оторвал взгляд от светящегося экрана планшета. Он не посмел встретиться глазами с Фениксом — это было бы непростительной дерзостью, — но его взгляд скользнул по фигуре бога и тут же упёрся во вторую, более низкую фигуру рядом с ним.

Каин внутренне сжался, но продолжил идти, надеясь, что жрец просто кивнёт в ответ и позволит им пройти. Он сделал ещё один шаг. Но жрец заговорил. Его голос был ровным, скрипучим, лишённым всяческих эмоций, кроме благоговейного трепета.

— Мой господин, — произнёс он, делая лишь небольшой, дозволенный лишь высшему духовенству поклон. Это была та самая крошечная вольность, которая подчёркивала их особый статус. Они были рупором его воли на земле, и система требовала, чтобы бог продолжал выказывать им милость, даже если каждый из них бесил Каина до зубного скрежета. Именно на их слепой вере и искренности держалась вся эта громоздкая структура Церкви.

— Я как раз сейчас читаю отчёт вашего... — жрец на мгновение запнулся, подбирая слово. Видимо, слова «заместитель» или, не приведи Феникс (от этого мысленного каламбура Каин внутренне поморщился — «от кого он этого нахватался? От паладинов?»), «друг» никак не примирялись в этой насквозь фанатичной голове.

— ...координатора, — наконец закончил он.

Каин молча кивнул. Он чувствовал, как Лик встал рядом с его рукой, идеально копируя необходимую позу. Стоял смирно, не шевелясь. В этот момент Феникс молился неведомым ему ранее силам вселенной, чтобы этот напыщенный фанатик просто отстал от них и не начал осматривать мальчика.

Но вселенная, или кто там выше богов, его не услышала.

— Я вижу, что его искра не до конца затушена, — продолжил жрец всё тем же ровным тоном. Он смотрел на Лика с холодным научным интересом энтомолога, разглядывающего редкий экземпляр бабочки. — Господин, вы позволите мне взглянуть?

Каин замер. Не физически — он по-прежнему с видимым спокойствием стоял в коридоре у лифта, — но каждая его мышца окаменела. Эта было плохо. Не только для него, но и для Лика. Сможет ли мальчишка выдержать взгляд фанатика? Не выдаст ли себя дрожью или неуместным словом?

В голове Каина пронесся вихрь мыслей, холодный и беспощадный.

«Отказать нельзя». Это будет расценено как неуважение к касте жрецов. Как сокрытие важной информации от Церкви. Это вызовет подозрения, которые им сейчас совсем не нужны.

«Согласиться — катастрофа». Жрец может заметить то, что не заметили они. Странную природу метки. Или то, как аура Лика реагирует на близость Феникса. Или... или просто страх парня будет выглядеть неправильно.

Ни один логичный довод не будет достаточно убедительным, чтобы просто развернуться и уйти. Любая попытка сослаться на занятость или усталость будет встречена с пониманием, но не принята. Жрец будет ждать. И его ожидание станет проблемой.

Каин стоял обречённо. Он был вынужден терпеть. Его взгляд, который он перевёл на жреца, был непроницаемым, но внутри бушевал ураган из раздражения и холодной ярости.

Он был в ловушке.