twenty sunsets between us.

Пролог

Господин Ли

Каков шанс родиться в семье чеболей, унаследовав колоссальное состояние и власть, способную прогнуть под себя любого? Многие люди, завороженно глядя на стеклянные высотки корпораций и проплывающие мимо люксовые авто, наверняка задаются этим безответным вопросом, мысленно примеряя на себя чужую роскошь. И честно говоря, точного ответа на эту загадку не существует, ведь юному Ли досталось абсолютно все, о чем обычный человек не осмелился бы даже мечтать. Огромное, исчисляемое миллиардами богатство, колоссальное наследство от влиятельного отца, гарантированное место в самом престижном и недосягаемом университете в другой стране, а также бесконечные закрытые вечеринки, где за хрустальными бокалами дорогого шампанского регулярно собираются все сливки высшего общества. Но эта ослепительная золотая клетка имела свою темную, удушающую сторону, ведь баснословное количество денег, способное купить весь мир, так и не смогло заменить парню искреннее тепло и ту безусловную любовь, которую могут подарить человеку только настоящие, любящие отец и мать. Глава семейства, влиятельный и непоколебимый Ли Джихён, всегда оставался олицетворением вечной мерзлоты, транслируя окружающим лишь абсолютный холод и никогда в жизни, не позволяя себе продемонстрировать реальные, живые эмоции ни собственной супруге, ни подрастающему сыну. Его жена Аэра с самого начала прекрасно осознавала жестокие правила этой игры, зная, что их союз был лишь сухим прагматичным расчетом, сделкой двух могущественных кланов, решивших объединиться ради взаимной колоссальной выгоды и укрепления позиций на рынке. Родители, скреплявшие этот договор подписями на официальных бумагах, не учли, пожалуй, самого главного и хрупкого — мнения собственных детей, бывших на тот момент всего лишь растерянными подростками, чья дальнейшая судьба оказалась расписана на годы вперед еще до того, как они успели сделать первый самостоятельный шаг. Эти юные души еще даже не вкусили беззаботного чувства яркой студенческой жизни, не узнали вкуса свободы, как уже были скованы узами долга, но Аэра, несмотря на столь тяжелые, гнетущие обстоятельства, искренне старалась пробить эту стену и наладить эмоциональную связь со своим будущим мужем. Первое время ее мягкость и терпение приносили едва заметные плоды, создавая иллюзию сближения, однако ей так и не удалось добиться от Джихёна полного, глубинного доверия, или по крайней мере застать тот редкий, заветный момент, когда этот закрытый человек наконец раскроется перед ней по-настоящему. И все же молодая девушка никогда не винила супруга в фатальном отсутствии внимания, ведь она прекрасно понимала, какая неподъемная ноша легла на его плечи, когда он слишком быстро возглавил огромную корпорацию только потому, что с самого рождения носил эту громкую, обязывающую фамилию Ли. Вот почему появление на свет под этой фамилией казалось окружающим невероятной, слепой удачей, билетом в безбедную жизнь. Ёнбок прекрасно осознавал ценность своего происхождения, умело пользовался всеми сопутствующими привилегиями и без зазрения совести брал от своего статуса максимум, отгораживаясь им от внешнего мира. И эта небольшая, обрывочная и слишком запутанная родительская история, с трудом собранная им по крупицам из чужих недомолвок, оставалась практически единственным знанием о тех, кто подарил ему жизнь. Юноша отчетливо понимал, что его высокопоставленная семья бесконечно далека от идеала, но он сознательно заставлял себя не зацикливаться на семейных драмах, стараясь лишний раз не заострять внимание на внутренней пустоте своего огромного дома. Или, по крайней мере, он из последних сил делал все возможное, чтобы не демонстрировать свои слабости и душевные раны посторонним людям, особенно в те невыносимые моменты, когда любопытные знакомые принимались задавать ему ранящие вопросы о том, как же ему теперь живется после трагической смерти матери.