Lumos

Когда сова принесла уведомление о назначении (после инцидента с зачарованными письмами, сыплящими во все стороны нецензурными ругательствами, их использование до выяснения всех обстоятельств было приостановлено) Чон сначала даже обрадовался. Юнги за «особые достижения», читай как ворчание и вечное недовольство, переводили в отдел магических артефактов и на первый взгляд это звучало как мечта: у него будет отдельный кабинет, у Мина будет отдельный кабинет. У них будет целых два отдельных кабинета, в которых можно изображать бурную деятельность, пряча лень и чашки с мерцающим соджу за кучей бумаг. В случае с Юнги — ещё и за кучей занятных артефактов. Потом оказалось, что свято место пусто не бывает и в помощь Чонгуку быстро нашли занудную замену. И что кабинет, в котором расположился Мин — на минус четвертом этаже. Гук начал даже подозревать, что их, как школьников, просто рассадили. Чтобы лоботряс Чон Чонгук не отвлекал столь перспективного кадра от работы. Утро, когда Юнги зашел забрать остатки вещей показалось Гуку самым драматичным. Мин ободряюще похлопал его по плечу и, пожелав удачи с новым коллегой просто скрылся из виду. И только коробка, не сразу вписавшись в дверной проем жалко звякнула парной кружкой. До прихода нового напарника было время и Чонгук, от нечего делать, сгреб со стола Юнги стопку бумаг. На первой же станице аккуратным почерком было выведено: «Требования к перевозке русалок при путешествиях на коврах самолётах». Скучно стало сразу. После он перебрал входящую корреспонденцию. Среди кучи писем с предложениями по тем или иным законам (один декрет о толщине пергаментной бумаги для эссе в Мабоккун чего стоил), он с радостным удивлением обнаружил заказанные Юнги билеты на матч по квиддичу. И сразу снова расстроился. «Тоёхаси тэнгу» против «Сканторпских стрел». И почему Юнги так сильно по ним фанатеет? Когда дверь кабинета с грохотом распахнулась, Гук уже лежал на кресле ногами кверху и пытался заставить бумагу сложиться в мощного огнедышащего дракона. Получались только кашляющие дымом журавлики. — Развлекаетесь? — Чуть хриплым голосом поинтересовался стоящий в дверях мужчина. Из-за своего положения Чон едва ли мог разглядеть его лицо. Однако идеально отглаженные знакомые зеленые брюки и мантию с тоской отметил сразу. Это был старый друг его отца. Парящий кривой журавлик под чужой палочкой тут же распрямился и уныло опустился пожилому магу в руки. — Чтож, с этого и начнем. — Ознакомившись с содержимым бумаги, заявил он. И сел за стол Юнги. На табличке тут же появилась новая подпись: Ян Хенсок, а на столе самого Чонгука — бесконечный пергамент. Настроение испортилось окончательно. Гуку пришлось сползти со стула и под снисходительным взглядом сесть ровно. И уткнуться в бумажку. Если бы вместо Хенсока, с ним бы посадили кого-то другого, даже кого-то вроде Намджуна из отдела контроля качества импортных зелий, то его пребывание здесь, возможно, и не показалось бы таким паршивым. Джун бы точно не стал заставлять его работать. Скорее сам бы с преувеличенным энтузиазмом выуживал невесть откуда взявшиеся поправки к новым поправкам. Итак, разведение токкэби в домашних условиях. Плюсы, минусы и долгосрочный прогноз. Это было настолько скучно, что Чон просто отказывался верить, что даже самому заядлому зануде это могло быть интересно. Однако Хенсок напротив, был как всегда неподражаем: спина прямая, предплечья на ребре столешницы и ни взгляда в сторону. Будь Юнги здесь, они бы скорее всего спелись. Или подрались за звание главного душнилы. В глубине души Гук надеялся на второе. Когда в кабинет зашел Джин, стало немного легче. Потому что тот, в силу своей болтливости, сразу отвлек новоявленного коллегу от работы и Чон смог расслабиться, облокотившись на спинку кресла, и обдумать, когда лучше всего ускользнуть и посетить место обитания Юнги. Сокджин, как главный редактор газеты Мудангбо, всегда был полон новостей: сплетни о массовом исчезновении уличных фонарей в районе Хондэ, скандал вокруг подмены магических лицензий, и, конечно же, свежие сатиры про Финал Кубка по полётам на метлах. Хенсок слушал его с непроницаемым лицом, лишь изредка кивая, но Гук заметил, как медленно, но верно с него сползает надменность. Возможно, даже самый чопорный трудоголик, в душе надеется на порцию пустой офисной болтовни. Как только Джин начал перетекать с одной темы на другую, Чон, решил, что момент настал, и небрежно бросил: «Я отойду на минутку, нужно кое-что забрать из отдела магических артефактов». Отвлекшись, Хенсок перевел на него насмешливый взгляд и, не проронив ни слова, согласно кивнул. Гук облегченно выдохнул и, пока новый коллега не передумал, поспешил выйти. Минус четвертый этаж встретил его уже ставшей привычной мрачностью. В отличии от верхних этажей, коридоры здесь были узкие и темные, а воздух пах пылью и чем-то неуловимо странным, будто остаточной магией от старых предметов и заклинаний, и, почему-то, скукой. Чонгук быстро отыскал табличку «Мин Юнги», идеально выверенную по расположению и прибитую к двери неделей ранее рукой старшего. Шумно ее распахнув, Гук, не утруждая себя стуком, переступил порог такого же темного помещения. Достав палочку, он уже привычно зажёг висящую у двери лампадку и та задорно качнувшись, спрыгнула с петли и зависла в воздухе рядом с гостем. Вдалеке послышался шум, приглушенный и знакомый — звук падающих книг и тихий болезненный стон. Гук ухмыльнулся. Юнги, как всегда, в своем репертуаре. — Тебя там не придавило? — Спросил Чон, пробираясь мимо ящиков с самоочищающимися котлами и старыми ершистыми метлами. А затем с иронией добавил: — Как в прошлый раз. Шум прекратился, и из-за груды вещей показался невысокий, взъерошенный блондинистый силуэт. — Не дождешься. — Отложив в сторону старую книгу и показательно стряхнув с себя пыль, Юнги смерил друга насмешливым взглядом. Однако слегка прекраснейшие уши выдавали смущение Мина с головой. — Зачем пришел? — Соскучился. — С лёгким смешком, но абсолютно искренне ответил Чонгук. — А ты? Что, совсем не рад меня видеть? Юнги фыркнул, но в уголках его губ заиграла едва заметная улыбка. Он словно кузнечик, смешно поднял по очереди ноги, выбираясь из завала, и встал напротив бывшего напарника. Чонгуку пришлось опустить голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Что, Хенсок тебя не вдохновил? — Стараясь скрыть издевку спросил Юнги. Чон тут же скривился. — Я надеялся, что этот персонаж навечно останется пылью на первых страницах моей истории, но к сожалению, нет. Мы провели в кабинете всего час, а он уже успел деморализовать весь рабочий процесс. Как и всегда. И почему министр вообще решил его выкопать? — Вообще-то, это я его посоветовал. — Ответил Юнги. — После скандала с магической приватностью, у всех нас появилось много работы и мне показалось, что будет правильным, если место главного ассистента займет кто-то вроде Хенсока. — То есть, ты решил принести меня в жертву бюрократической машине пока сам будешь прохлаждаться в другом отделе? — С ухмылкой навел на продолжение мысли Гук. — Не стыдно? — Ничуть. — Фыркнул Юнги. — Если честно, я думал ты рядом с ним и десяти минут не выдержишь. — Ещё десять — точно не выдержу. — Закатил глаза Чонгук. Юнги осуждающе покачал головой. — Итак, чем ты здесь занимаешься? — Решил сменить тему Чон. — Нашел еще что-нибудь стоящее особенного внимания? — Дай-ка подумать, — Юнги пришлось сделать небольшой шаг назад, чтобы дотянуться до ветхого корешка стоящей на подставке книги, — нашел порнушный сборник заклинаний конца семнадцатого века. Ничего «особенно» выдающегося, но любопытно взглянуть на то, как раньше развлекались. — О Боже, — С предвкушением протянул Чонгук и практически вырвал из рук старшего книгу. — Смотри-ка, здесь есть целая глава посвященная мастурбации! — Какая прелесть. — Подавив смешок, прокомментировал детский восторг Юнги. — Уже попробовал что-нибудь? — Хитро спросил Чон и, не дождавшись ответа, указал корешком книги на большие ящики. — А это что? Вчера их здесь не было. — Это артефакты, которые привезли к предстоящей выставке истории Мерлина. Как видишь, я их еще не вскрывал, но здесь должно быть много его личных вещей, часть из которых напрямую связана с рыцарями круглого стола. — Заметив горящие глаза напротив, Юнги шумно выдохнул: — да, Чонгук, ты можешь посмотреть, если хочешь. Заложив пальцем наиболее интересную страницу в книге, Гук с энтузиазмом вытянул первый попавшийся узкий продолговатый кейс, что стоял между ящиками с наклейками «труды Мерлина». — Как думаешь, что в нем? — Часть посоха или трость, я предполагаю. — Мельком осмотрев упаковку, дал оценку Юнги. Чонгук невпечатленно кивнул, но все же сдвинул замок и открыл крышку. И сразу даже не понял, удивила его находка или больше позабавила. — Интересно, а правда ли, что они с Королем Артуром... — Достав из ящика длинный ивовый прут, с ухмылкой начал Гук, но увидев, что друг отвлекся, решил не продолжать. Дождавшись, когда Юнги нагнется, он в шутку ткнул в него прутом, а когда тот вскочил и обернулся, смешливо фыркнул: — Люмос. — Ха-ха. — Потирая уязвленное место, недовольно отозвался Мин. Его красноречивый взгляд прямо говорил собеседнику насколько тот — идиот. Еле сдерживая улыбку, Гук поднял обе руки в капитулирующем жесте, а когда Юнги отвернулся, снова с удовольствием ткнул его в задницу розгой. — Черт, акцио артефакт! — Выпалил Мин и тут же получил по лбу порнушной книжкой. Раздосадованный, он попытался выхватить у Чонгука ветвь, но тот вовремя увернулся. — Хватит придуриваться! Отдай сюда! — Спокойно, хен, я ничего с ней не сделаю. Просто удивляюсь, — поиграв бровями, Чонгук ловко крутанул в руке прут, изображая фехтовальщика. — что великий Экскалибур из легенд - деревянный. — Придурок. — Фыркнул Юнги и снова попытался отнять артефакт, за что же получил болезненный шлепок по пальцам. — Ауч! — Сдавайся! — Воинственно изрек Чонгук и, словно на дуэли, сделал выпад в сторону противника. Розга просвистела в сантиметре от брюк Юнги и хлестнула книжную полку. Послышался треск, из-за чего Гук на секунду испуганно замер. Воспользовавшись чужим замешательством, Мин выхватил из ослабевших пальце младшего прут и с опаской осмотрел его на предмет повреждений. Чон с волнением продолжал смотреть на шкаф позади и Юнги тоже поспешил обернуться. Толстая дубовая полка оказалась пробита насквозь и держалась в шкафу только на книгах, стоящих ниже. — Чонгук! — Что Чонгук? — Тут же отмер Чон. — Оно само! Ты же видел! Юнги крепче обхватил в ладони розгу и угрожающе двинулся в сторону младшего. Тот, почуяв закономерное возмездие, поспешил отойти на безопасное расстояние, чудом не сшибая за собой пирамиду из ящиков. Они и стали для него укрытием. Мин угрожающе рыкнул и поспешил было следом, но Гук уже выглянул с другой стороны задорно демонстрируя свой наглый язык. За что тут же поплатился. Юнги в последний момент успел наступить на край мантии младшего и та натянулась на горле, заставляя Чона от неожиданности сильно вонзиться зубами в мягкую плоть. Громкий вскрик боли вторил торжественному «попался». Юнги схватил Гука за воротник и под аккомпанемент шипящих выдохов, выволок его на середину кабинета. Легкий взмах прута за спиной тут же заставил Гука напрячься. Он поднял на Юнги взволнованный взгляд и шутливо, чуть шепеляво выдохнул: — Баба Яга против. Юнги смерил его недовольным взглядом, но все же вопросительно хмыкнул, и Гук как можно скорее затараторил: — Ты видел, что эта штука сделала с полкой? Что бы ты не задумал, это очень плохая, — и не успел договорить. — о-о-о… Розга издала тихий свист и болезненно опустилась первой полосой на будто специально для этого выставленные ягодицы. — Проняло? — Ехидно спросил Юнги и, почему-то, сразу замахнулся снова. — Еще как! Ай! — Получив еще один шлепок вскрикнул Чон. Мин удовлетворенно кивнул и спустя мгновение Чонгук снова почувствовал, с каким удовольствием за спиной поднимается чужая рука. — Погоди-погоди-погоди. Розга послушно замерла в дюйме от чоновских брюк. Не ощутив новой порции боли, младший победно улыбнулся. — Мне просто стало ужасно интересно… — Гук с озорством посмотрел на бывшего напарника через плечо, — с какой стороны этой розги находился Мерлин. — Извращенец. — Фыркнул от его слов Юнги и все-таки опустил на задницу Чона прут. Из-за этого реакции Чонгука смешалась: он поддался вперед от удара, хмыкнул и зашипел, шипение переросло в тихий смех. — Весело тебе? — А тебе нет? — Стараясь взять себя в руки спросил Гук и тут же дернулся от нового шлепка. — Что угодно, лишь бы не работать. — Уже откровенно забавляясь ответил Мин и снова перетянул младшего розгой. Чонгук тихо застонал и получив передышку, потянулся за спину, с удовольствием сжимая пострадавшие ягодицы. Глядя на это, Юнги, наконец, отпустил его воротник и Гук, ощутив свободу, но все также не убирая рук, тут же сделал шаг в сторону. — Спасибо, это было познавательно. — Может еще хочешь? — Осклабился в ответ Юнги и игриво махнул розгой в сторону младшего. Чон с притворным ужасом отскочил еще дальше и замотал головой: — Я, наверное, уже пойду. — Тогда продолжим в другой раз? С губ Чонгука сорвался тихий смешок. Он картинно попятился в сторону выхода, на ходу подцепляя с пола старый сборник. — В другой раз можно и другое что-нибудь. Зря что-ли я в книжке закладку сделал. — И как можно скорее ретировался из кабинета. За спиной раздался тихий свист и греющий сердце Чонгука смех. Кабинет ассистентов министра встретил Гука все той же унылостью. Хенсок даже голову не поднял, когда он зашел, однако, заслышав странную поступь, все таки отвлекся от работы и ехидно сказал: — Вас не было довольно долго. Что конкретно Вам потребовалось в отделе магических артефактов? Чонгук вспыхнул моментально. И тут же почувствовал в руках свое спасение. Чуть сильнее сжав в пальцах книгу, он равнодушно махнул ей в сторону коллеги и поспешил занять свое место. От прикосновения горящей кожи к сидению, с губ против воли сорвалось тихое шипение, но Чонгук был бы не Чонгук если бы хотя бы не попытался удержать лицо. Хенсок на это неопределенно хмыкнул и левитирующим заклинанием отправил на его стол стопку писем. — Это необходимо разобрать завтра до вечера. Чонгук утвердительно кивнул и вытащил первое из середины. Стопка тут же рассыпалась по поверхности, прикрывая под собой постыдную книжку. Задницу жгло, кожа невероятно чесалась и вместо того, чтобы работать, Чон предпочел бы поерзать, однако отвечать на вопросы коллеги и тем самым посвящать в свою личную жизнь отца не хотелось, поэтому ему пришлось смириться и начать работать? Кому расскажи, не поверят. Стараясь отвлечься от ноющей боли, он открыл первое письмо от английской делегации. В нем был составлен подробный отчет о составе переданной для выставки коллекции и лицензии подлинности для всех отправленных артефактов. В следующем открытом письме о желаемом построении экспозиции Чонгук обнаружил маленькую приписку с просьбой вернуть все на родину в первоначальном виде. "Мы, вроде как, только лицензии пока подделываем" - с усмешкой подумал Чон и достав чистый лист, размашисто написал: "Уважаемый Персиваль Уизли...". Придумывать остроумные ответы на занудные высказывания оказалось проще простого. Чонгук и так занимался этим последние два года, но мысль о том, что это ущипнет иностранных коллег, почему-то особенно грело душу. Он так увлекся написанием развернутых ответов, что даже не сразу заметил, как запечатал последний конверт. "Гримуар святой Чёкшин" остался на столе абсолютно ничем не прикрытый и Чонгук довольно убрал книгу в карман мантии, тем самым ставя в своей работе жирную точку. — Надо сказать, вы делаете большие успехи. — Сухая похвала застала Гука врасплох. Он медленно поднял взгляд и тут же дернулся, ощутив на своем плече руку Хенсока. Который, похоже, стоял у него над душой последние пол часа. Пока сборник пошлятины преспокойно лежал у него перед самым носом, Боже, какой стыд. Чонгук тихо завыл от прострелившей ягодицы боли и подступившей досады. Хенсок же, тем временем, явно довольный произведенным эффектом, оттолкнулся от стены и вернувшись к своему столу, несильно щелкнул по песочным часам, намекая, что рабочий день уже давно подошел к концу. Получив легальную возможность молча сбежать, Чонгук торопливо собрал со стола остатки вещей и попрощавшись, поспешил на выход. И только открыв дверь, он все же, не смог избежать насмешливого комментария: — Не знаю, чем конкретно вы занимались у Юнги, но в будущем, прихрамывайте оттуда почаще.