В глубинах сознания

      Китай заглядывал к КНДР нечасто. Обычно это Север заходил к китайцу, но сегодня получилось наоборот. Вообще им обоим нравилось проводить время друг с другом, но обстоятельства не всегда позволяли встретиться и что-то обсудить вне работы. Потому проведённое время вместе они оба особенно ценили и любили обсуждать всё на свете, про что только могли вспомнить. И прямо сейчас они вовсю вели очередное обсуждение всяких маловажных вещей. — ..И затем я проснулся, а передо мной сидел Россия! Я его даже не сразу увидел, настолько медленно от сна отходил) А он там, оказывается, полдня сидел и ждал, пока я проснусь – ну что за удовольствие? Лучше бы на собрании сидел, делом занят был. Спрашивали про нас что, друг мой? — Спрашивали, товарищ. И сдал вас тогда британец. Прямо так и сказал: "Они в кафе, спят сидят, не надо их будить, пусть спят" — Хах, ещё бы он нас будить пошёл или кого из приятелей своих туда отправил! Прям там и получил бы за самодеятельность. А то, видите ли, поспать он нам позволил. И с какой стати он вообще ко мне Россию так приписал? Россия же тогда не спал, да? — Конечно не спал. Он выполнял особо важное задание – охрана твоего покоя. А Британии тогда пару словечек высказали, что нечего всех под одну гребёнку собирать, об этом не беспокойся, отпор им пока дают — И правильно, так с этими выскочками и надо, чтобы не зазнавались. Друг мой, могу ли я у тебя отдохнуть? Конечно, проведение времени с тобой уже как сильная разгрузка, но мне хотелось бы прилечь, если ты не будешь против. Ненадолго, хотя бы на час — Ох, конечно, пойдём – я отведу тебя туда, где ты сможешь отдохнуть. Не волнуйся, здесь тебе ничего не помешает, я буду спокойно ждать твоего пробуждения — Ну что ты спать меня уже отправляешь, я же просто полежу, а засыпать не планирую — Хорошо-хорошо, я тебя услышал, идём..       КНДР понимал, что Китай уснёт. Выглядел китаец хоть и бодро, но кореец знал, что бодрость эта сохраняется только за счёт крепких напитков и различных микстур, которые Китай производил самостоятельно буквально в домашних условиях, а потому к таким лекарствам Север относился очень сомнительно и с недоверием, но не хотел высказывать товарищу своё недовольство, чтобы его лишний раз не тревожить. И вот, КНДР привёл Китай в одну из комнат и оставил его в покое, а сам пошёл дальше заниматься своими делами, коих хватало. Не прошло и получаса, как КНР провалился в сон. Спал он долго, крепко и спокойно. Кореец пару раз заглядывал к товарищу, чтобы удостовериться в том, что он спит. И Север пока даже не догадывался о том, что его друг снова стал жертвой сновидений. — РОТА! ПОДЪЁМ! — Звучный мужской и до боли знакомый голос заставил Китай почти подскочить с заскрипевшей койки. Только он повернулся на звук, как понял, что почти ничего не видит и стал искать свои очки, но сколько он не шарил рукой по тумбе, найти их у китайца никак не получали. В итоге он всё же сел на койку и понял, что кричавший уже ушёл, не дав возможности рассмотреть себя. Китай тяжело вздохнул и услышал звук приближающихся к нему шагов, тоже на удивление знакомых, но непонятных. — Эй, узкоглазый! Ты не это потерял? — Да, кажется, это был юношеский голос. Стоило КНР поднять глаза, как на них тут же были надеты очки, и он увидел того, кто их надел. Смешанному чувству удивления и радости не было предела. Он сразу впал в ступор. — Ну и чего вылупился? Вставай давай, на зарядку становись, левой, правой, ать, два! — РСФСР? Погоди, где я нахожусь вообще? — Уу, видать, много спал! Ничего, значит тебе количество часов уменьшим, будешь работать усерднее) Давай, собирайся уже       Юноши и след простыл. Китай осмотрелся и увидел остальных Советских Республик, которые уже оделись и выходили на улицу за старшим братом. Встав с кровати, Китай подошёл к окну и увидел, как дети быстро выстроились на зарядку и стали выполнять упражнения. Стоило китайцу обернуться, как он чуть не врезался в кого-то высокого и крупного телосложением. Подняв глаза, КНР увидел его – того, кто кричал "Подъём!" и чей голос показался до боли знакомым. — Ну а ты, товарищ, чего не вышел? Смотри, разочаруется в тебе ребятня – им пример на постоянной основе надо подавать, чтоб дисциплина была и порядок. Ну, ладно, иди умывайся тогда, а потом на завтрак. Один раз тебя, так уж и быть, простят молодые)       СССР. Это был никто иной, как Советский Союз. Мужчина тепло улыбнулся и пошёл на кухню, откуда уже пахло чем-то вкусным. Китай снова осмотрелся и увидел, как дом озаряли лучи утреннего Солнца. Тот самый дом, от которого в 1992 остались одни угли. Дом СССР и Советских Республик. Целый. И сам СССР тоже – живой. Китаю казалось, будто глаза его обманывают, но так сильно ему хотелось верить в то, что всё хорошо, что он даже не задумался от том, как сюда попал. Это был мир, который считался для него родным. И он наконец был счастлив. Пошёл, умылся и бодро зашёл в столовую, где уже сидели все Республики. Радостные и воодушевлëнные, готовые к труду и всему сегодняшнему дню, что бы он им ни принёс. Китай сел за стол и приступил к трапезе, а за ним с интересом наблюдали несколько детей. Кажется, он приехал к ним недавно. По окончании завтрака каждый помыл за собой посуду и побежал смотреть график дел на сегодня. Сверяясь с расписанием, дети сами собирались и уходили из дома на участки, где должны были трудиться. К КНР почти подкрался РСФСР и, взяв его за рукав, развернул и повёл в сторону Союза. — Эй, куда собрался? Хоть ты и наш гость, не думай, что будешь бездельничать! Мы с тобой сегодня – дипломаты, поедем очень важными делами заниматься. Отец, мы тут! — Ага, а вот и главные работники! Отлично! РСФСР, повтори наши главные принципы во внешней политике для уважаемого гостя — В проводимой политике Союз Советских Социалистических Республик старается придерживаться принципов равенства всех стран и народов, их справедливости и взаимовыручки по отношению друг к другу, а также рационального использования тех ресурсов, которыми они располагают для сохранения и поддержания экологической безопасности и предотвращения бедствий — Да, всё верно. Это основа того, что мы с детьми делаем каждый день, мой дорогой друг — Союз мельком глянул на Китай. — А теперь нам предстоит повторить это для других наших дорогих товарищей, вперёд!       КНР опомниться не успел, как оказался в штаб-квартире ООН. Это место выглядело.. иначе, хотя в голове вертелась мысль, что всё так, как и должно быть. Союз уверенно применил телепортацию и отлично себя чувствовал, что говорило о том, что сейчас он в добром здравии и уверен в себе. Это придавало Китаю большую уверенность в правильности того, что он видел. А видел он в этот момент много чего интересного. Знакомые лица выглядели немного иначе, но тепло улыбались и мило беседовали друг с другом, а заметив СССР, его старшего сына и китайца, слегка засуетились и уже через пару мгновений отдавали им честь. В толпе КНР сразу заметил Югославию, чему также был очень рад. Сильнее удивился лишь тогда, когда из толпы выбежал ГДР и бросился в объятия РСФСР с возгласами о том, как он соскучился и сколько всего они уже успели сделать вместе с остальными, пока их не было. Китай наблюдал, с какой гордостью на парней смотрел Союз и сам начинал невольно улыбаться, но тут взгляд его зацепила одна необычная деталь. Там, чуть в стороне от столпотворения, стояли США с его прихвостнями, очень терпеливо ожидая окончания сего представления. Тут Китай чуть напрягся, что не осталось без внимания РСФСР – юноша сказал другу, что ещё обязательно с ним побеседует, а сам быстро подошёл к отцу и приобрёл более сосредоточенный вид.       Когда суета наконец улеглась, все присутствующие прошли на свои места. Даже несмотря на сильное столпотворение, Китай успел заметить, как СССР коротко кивнул Америке, и тот сразу ответил аналогичным образом, садясь на своё место. Началось собрание государств. Такое привычное, но при этом незнакомое и сбивающее с толку. Скоро появился ООН. На удивление, он ничего не говорил, а лишь наблюдал за тем, как общались страны и какие они решали вопросы, причём кроме Китая больше никто не посчитал это очень странным. Ну, быть может, это нормально? Китаю вообще тоже нравилось наблюдать. Пока он не мог действовать иначе, ведь всё окружающее казалось неестественным, но при этом одинакого правильным и родным. Больше всего ему понравилось, как именно страны говорили друг с другом – вежливо, спокойно, без пустых доводов и различных безосновательных обвинений. Особенно отличились СССР и США, которые ни разу за всё это время не обозвали друг друга и даже обошлись без сарказма и колкостей, отпуская лишь совсем не обидные шутки, которые поднимали настроение многим из присутствующих. Китай судорожно пытался понять, какой же сейчас год, но не находил ответ, хотя варианта было всего два – лишь недавно завершилась Вторая мировая, но для этого все были слишком целые, или же это были восьмидесятые, но для них Союз выглядел слишком бодро, а его преемник больно дружелюбно и праздно. Узнать на этот вопрос ответ КНР удалось лишь после того, как завершилось собрание, и они все наконец вернулись домой, где их радостно встречали многие Советские Республики. — Отец, Россия, вы вернулись! — Мы так хорошо провели время! — Господин Китай тоже? Он ещё на сутки? — А расскажите, как прошло собрание! — А когда мы сможем ходить с вами? Со всех сторон полился поток радостных возгласов и различных вопросов, на что Советский Союз лишь улыбнулся и снял своё пальто. Аналогично поступил РСФСР, успевая обнять Беларусь и дать пять УССР. — Всё расскажем, не волнуйтесь! — СССР. — Лучше скажите, готов ли ужин — РСФСР. — Всё готово, только вас и дожидается) — Ну значит за ужином и поговорим о том, что каждый из нас сегодня полезного сделал! А ну-ка все за стол! Руки моем, о правилах гигиены не забываем — Только Союз успел договорить последнюю фразу, как в столовую ринулась толпа юношей и девушек. СССР, РСФСР и КНР пошли следом и вскоре также сели за стол к остальным. — Ну, давайте, что услышать хотите? Или, быть может, сами сначала расскажете, чем похвастаться можете? — Начал Союз. — Давайте вы расскажете! — Крикнул УССР. — Да, давайте, интересно же! — Подхватила слова Украины Беларусь, глядя на Россию. — Ну, значится, слушайте. — Слова РСФСР заставили других ребят навострить слух. — Мы, как и подобает, встретились с нашими уважаемыми товарищами из-за границы в Штаб-квартире ООН и поприветствовали их, как и они были рады увидеть нас. После приветствия началось собрание, где все страны обсуждали друг с другом текущие мировые проблемы и способы их решения, предлагая самые разные варианты. Затем, после согласования наиболее простых, но эффективных методов, мы попрощались и разошлись. Из интересного: Югославия случайно уснул, будил его Румыния. США сказал, что у них, видимо, проблем нет и им переживать совершенно не о чем, на что отец обратил внимание на то, как Франция прямо во время собрания распивал вино, за что краснеть пришлось уже американцу. Ещё ГДР всем передаёт привет и обещает приехать на следующей неделе, сразу как встретиться со своим братом. Ну и всё, что тут ещё расскажешь? Самый обычный день       Дети заулыбались. Им очень нравилось знать, что иногда взрослые Воплощения позволяли себе детское поведение, а ещё сильнее они любили слушать, как именно это происходило на конкретных примерах. К тому же, так удалось хоть ненадолго их отвлечь и заставить есть без разговоров, но стоило РСФСР закончить, как со всех сторон полились различные комментарии. — Так и надо этому США и его свите) — Да, меньше так зазнаваться будут! — Ой, у вас там всë такое интересное! — Ага, вот бы и нам тоже там побывать! — А ГДР к нам только один приедет? — Солидарен! Я вот по Румынии скучаю! — Ребята, тише! — Мягко заметила БССР. — В таком потоке слов вас не будет слышно. Давайте теперь мы расскажем, как провели этот день? Отец, вам же интересно узнать? — Конечно! — Союз оторвался от еды, уже дожевав и продолжив обычным голосом. — И мне, и России, и Китаю – мы с радостью вас выслушаем, рассказывайте уже — Отлично! Тогда давайте по порядку, чтоб каждому из нас было предоставлено слово. Азербайджан, Армения, вы начинаете — Наконец-то! Мы сегодня были в саду и собирали урожай. Из неоткуда появились соседские мальчишки и чуть не своровали наши яблоки, представляете? — Да, и нам пришлось спасать урожай! Мы смогли их прогнать, но одну корзину они всё же смогли стащить, не страшно же?.. — Не беда, новые вырастим! В следующий раз собак с собой берите или вообще их к будкам не привязывайте. Что я их, не зря же тренировал нарушителей ловить! — Тут же успокоил братьев Россия, доедая ужин — Вот да, правильно! — Поддержала его Беларусь. — У меня и Грузии интересного ничего не было – мы весь готовили, на дня два должно хватить, если объедаться никто не надумает. Казахстан, Кыргызстан, у вас? — Мы патрулировали территорию и очень внимательно смотрели за отдыхающими и дикими животными, даже летать устали — Зато предотвратили одно возгорание в лесу и помогли оленёнку, который застрял в коряге, ну и северное сияние видели) — Молодцы, конечно, но чтоб за полярный круг без тёплых вещей ни ногой, поняли? А то обморожение не хватало получить — И вновь Союз отвлёкся, встал из-за стола и, поставив посуду у раковины, облокотился на стол-тумбу, продолжая слушать детей — Давайте теперь Украину слушать! У нас больше ничего интересного сегодня не было, а он тут в ваше отсутствие мне такие страсти рассказывал! — Вмешался Литва. Остальные дети с интересом глянули на затихшего Украину, а часть одобрительно закивала в знак подтверждения, что ничего значимого у них за день не произошло. Со стула слез РСФСР и стал собирать лишнюю посуду, а Союз одобрительно кивнул, давая разрешение на рассказ от Украины. — Я сегодня был у моря. Но не у Чёрного, а у Белого, на Севере. И там мне, по правде, дежурить больше не хочется. Там жутко и холодно, пусть за ним Россия смотрит, как время свободное у него появится.. — Ну и что ты там видел? — Спросил Союз. — Карело-Финскую ССР я там увидел       Стало тихо. Внезапно, словно прозвучал выстрел, но никакого звука не было. РСФСР застыл на месте, услышав имя покойного друга. СССР заметно напрягся. Остальные дети виновато опустили глаза в тарелки. Все хорошо помнили тот трагичный случай. По их реакции Китай понял, что происходит всё это уже после 1956, когда умер КФССР. А Украина, выждав паузу, вновь продолжил. — По крайней мере, мне показалось, что это был он. Юноша, одетый точно также, как он, стоял на краю обрыва и смотрел в морскую даль. Чем ближе я подходил к нему, тем более расплывчатым он становился, пока не исчез. Можно же мне там не дежурить? — Можно. Остальные туда ни ногой. РСФСР, за землёй этой ты присматривай сам, им там и правда появляться незачем, понял? — Да, отец. Сложите посуду, я всё помою       Слова эти были равносильны просьбе оставить в тишине. Республики спокойно сложили тарелки с чашками и разошлись по своим комнатам. Союз жестом показал Китаю, чтобы тот тоже не задерживался, а сам вышел в коридор и пошёл к себе. КНР же остался наедине с РСФСР, который уже кропотливо скрипел губкой по тарелкам и думал о чём-то своём. Всё же Китай очень хотел получить ответ на интересующий его весь этот день вопрос, и именно сейчас для этого у него была хорошая возможность. — Россия? Могу я задать тебе вопрос? — Я слушаю, Китай. Ты сегодня вёл себя довольно странно. Что-то случилось? — Скажи, пожалуйста, какой сейчас год? — Тысяча девятьсот восемьдесят шестой. Ровно тридцать лет с момента его смерти. Ты ожидал чьей-то ещё смерти, не так ли? — Я не понимаю, о чём ты говоришь.. — Всё ты понимаешь, просто спишь. Ты не живи мечтами – реальность потеряешь       РСФСР медленно повернул голову к Китаю и посмотрел тому прямо в глаза. Взгляд его теперь не выражал никаких эмоций. Такой же холодный, каким он и был всегда. Китай просто об этом забыл. Впрочем, как и о том, что всё увиденное им сегодня не может быть реальным. После осознания этого он проснулся. Теперь уже по-настоящему. Он какое-то время просто сидел на кровати, пока в комнату в очередной раз не решил заглянуть КНДР, который увидел, что его друг уже не спит и зашёл к нему в комнату. — Китай, ты наконец проснулся. Долго же спал, почти пять часов прошло. Выспался? — КНДР, я.. Я, кажется, видел сон.. — Серьёзно? Опять? Хотя, по тебе заметно. Вид у тебя очень растерянный, если честно Север подошёл к дивану, на котором спал Китай, и уселся рядом, тяжело вздохнув. — Ну и что тебя потревожило на этот раз? — Знаешь, у меня есть основания считать, что этот сон был куда лучше прошлого. В этом сне всё было спокойно, он хороший — Ага, не хорошо только то, что ты видел прошлый сон совсем недавно. Кажется, кому-то нужен отпуск, ты так не думаешь? — Нет, не думаю. Мне всё же кажется, что это временное явление и скоро пройдёт само. В этом нет ничего страшного, правда — Смотри у меня, я за тобой присматриваю. Как только увидишь ещё и третий сон до кучи, так о первых двух сразу узнает Росс, а от него тебе уже точно никуда не деться — Ох, друг мой, ну зачем же так радикально? Я бы очень не хотел, чтобы РФ узнавал подробности первого сна – это же секрет — А я и не скажу ему подробности. Просто выведу его на тебя, сам ему и перескажешь. Китай, ну правда, это уже пугать начинает. С тобой точно всё хорошо? Ничего не болит? Может, беспокоит тебя что очень сильно? — Единственное, что меня тревожит – это очень странные сюжеты снов, но их я тебе, уж прости, не перескажу. Это уже личное.. — Хорошо, я тебя услышал. Есть будешь? Я знаю, что ты не ел всю прошлую неделю из-за того проклятого сна. Давай ты не будешь поступать также из-за второго? — Хорошо, я и не собирался даже, идём       Китай и КНДР пошли ужинать. Северный предпринял несколько попыток отвлечь Китай от тягостных раздумий и смог хоть как-то переключить его внимание на что-то более житейское и им обоим понятное. Так они вернулись к обсуждению всего подряд, с чего и началась их сегодняшняя встреча.       А где-то там, на другом конце материка, в этот момент раздался стук кулака о стол. Кажется, Канада начинал терять терпение, беседуя с Францией. Это на него не похоже. — Фух, ладно, давай ещё раз. Франция, я очень тебя прошу – мне нужно знать, что у себя во сне видел Германия, это важно — А вот нет и всё. Ничего я тебе не скажу. Мне Германия доверился. Подводить его – это последнее, что я буду делать в жизни, и то если понадобится спасать свою шкуру — Да что ж такое! Из Японии и то легче было про его сон информацию вытянуть.. — Ну, я же тебе не Япония. У меня характер есть, принципы какие-то свои имеются. И предавать чужое доверие – не один из них — Ты можешь хотя бы намекнуть, что там было? Я же не прошу всё пересказывать! — А я тебе уже говорил. Война. Что ещё? — Какая именно? Их же выше крыши было! — Ох.. Вторая. Мировая. Доволен теперь? — Уже хоть что-то! Мм, а Третий там был? — А я тебе уже всё сказал! Если настолько интересно, то звони Германии хоть сейчас! Посмотрим, расскажет он тебе или нет — Франция, ты невыносим! Как он тебя только терпит?! Это же ужас просто один! — А он меня любит. Ещё вопросы? — Нет, больше нет. Иди уже с богом.. — Ты на моей территории. Сам проваливай) — А, да, точно.. Ладно, извини, я пойду..       Вскоре Канада переместился к себе и сразу доложил США всё, что ему удалось узнать. Конечно, только слов "ФРГ снилась Вторая мировая" для Америки было недостаточно, но он был горазд использовать и такой объём данных. Германия в любом случае видел войну как таковую, а подробности были уже не так важны. Штатам в который раз пришлось примерять на себе маску детектива, и выглядел он так, будто уже был на пути к разгадке самого великого преступления за всю историю. Да, он очень хорошо вживался в свои роли. Оставалось совсем немного, для сбора пазла нужно было найти его последнюю деталь - Китай. И если всё сойдётся, то они в опасности. В куда большей опасности, чем видевшие сны думали изначально. Это не просто сны – это знаки, и сомнений в этом у Америки больше не было. Нужно было действовать быстро, пока не случилось нечто страшное.