Чертенок на полях

Зелья стояли последней парой. А за окнами уже по-весеннему припекало. Но вместо того, чтобы пойти гулять, шестикурсники нестройной вереницей спускались в подземелье, пропитанное запахом сырости, горькой полыни и водорослей. Милли плюхнулась за парту, рядом с ней тут же опустилась внушительная кипа пергаментов. — Флинт! — тут же зашипела она и демонстративно отодвинула от себя записи, — не наглей, а? — Привет-привет, Миллс! — он как ни в чем не бывало достал потрепанное перо, — на чем в прошлый раз остановились? — Ходить надо! — укоризненно покачала головой девушка, а потом покосилась на стопку, которую Флинт лихорадочно перебирал. — Это что? Ты решил книгу написать? — Это? — он потряс бумагой, — это эссе за… ну допустим за прошлый семестр. Милли прищурилась, глядя на наполовину исписанный листок. — Эссе? — с недоверием переспросила она. — Сжатая суть. — коротко ответил Маркус. Он попытался разложить листы хоть в каком-то порядке, но они стали расползаться по всей парте. Милли громко засопела. — Дай сюда! — наконец не выдержала она и стала раскладывать пергаменты сама. Флинт сложил руки на груди и наблюдал за ней с улыбкой. Через минуту она пододвинула всю стопку к нему: — Должен будешь! — Непременно, Миллс! — он схватил пергаменты и поспешил к преподавательскому столу. Снейп принял работы с каменным выражением лица. Лекция тянулась медленно. Снейп монотонно зачитывал целые выдержки из учебника. От его голоса глаза начинали слипаться даже у тех, кто хорошо выспался. Марк не выспался. Он уже давно перестал записывать, только сонно водил по пергаменту, делая вид что что-то пишет. А потом, повинуясь какому-то внезапному порыву, он вдруг нарисовал чертика. Чертик получился весьма выразительным: пучеглазым, с острым хвостом и языком набекрень. Он стал бегать по пергаменту и хватать закорючки, которые до этого там понаставил Флинт. Маркус фыркнул. Потом ткнул Милли локтем в бок и пододвинул пергамент ближе. Она скосила глаза и прыснула, прикрывая рот рукой. Флинт спрятал смех в кулак. Он попытался успокоиться и посмотрел на Снейпа. Снейп ничего не заметил. Тогда Флинт пририсовал рядом с чертиком маленькую фигурку с большим носом и в черном плаще, в которой без труда угадывался профессор зельеварения. Милли рядом держалась изо всех сил. Марк поймал ее взгляд, как бы говоря: не смей! Милли закусила губа, ее плечи затряслись, она уже сползала под парту, давясь беззвучным смехом. — Мисс Маккейн, вам плохо? — прорезал тишину класса голос Снейпа. — Нет, — пискнула он из-под парты и врезала локтем Марку по колену. Марк собрал все мужество в кулак, чтобы не заржать в полный голос. Поднимаясь из-под парты, Милли стукнулась макушкой и зашипела. Марк закрыл глаза и до боли закусил губу, смех рвался из него как шампанское из бутылки. — Я уронила перо, — пояснила Милли выбравшись. Снейп скользнул по ней взглядом. По ее честным глазам, по раскрасневшимся щекам. Перевел взгляд на Флинта, чьи плечи тряслись, но он старательно делал вид что вообще тут ни при чем. — Если мне придётся услышать ещё хоть один звук от вашей парты, — процедил он, — вы будете сидеть на противоположных концах класса до самого выпуска. — Не надо! — хором ответили они. Это вышло так синхронно что кто-то с задних рядом аж хрюкнул. Лекция продолжилась. Маркус перевернул пергамент с чертиком и честно попытался записать хоть что-то: Аконит. Новолуние. Необратимые последствия. Дальше мысль расплылась как клякса по пергаменту. Марк украдкой посмотрел в сторону Милли. Та сидела и что-то быстро строчила в своем пергаменте. Через время она ткнула его карандашом под ребра. Он дернулся и повернулся. Она пододвинула к нему свой пергамент, где аккуратным почерком было выведено стихотворение: «Вот рецепт для зельевара: взять аконит, добавить жабу, дать настояться в полнулунье, И выпить сидя на шкафу. Эффект: уши растут до небес, А бедному зельевару — стресс» Маркус бегло прочитал и уставился перед собой изо всех сил сжав челюсти. Он подумал о чем-то максимально скучном: о домашнем задании, о квиддичной тактике. Но внутри уже против его воли рождался новый взрыв хохота. — Флинт, — зашептала Милли, — ты сейчас лопнешь. Флинт сдался, он уткнулся лбом в парту и беззвучно затрясся. — Я тебя убью, Маккейн! — прохрипел он. Милли хихикнула в кулак. Марк поднялся, живот уже болел от смеха. Марк взял пергамент Милли и сложил вчетверо. — Ты чего делаешь? — зашипела Милли. — Улики прячу, — отозвался Марк, — буду тебя шантажировать. — Стихом? — хихикнула она. — Маккейн, Флинт! — раздался грозный голос Снейпа рядом, — минус пять очков Гриффиндору и Слизерину! Оба опустили глаза, пряча улыбки. Баллы их не интересовали. Улучив момент, Милли стащила у Флинта из-под носа пергамент с рисунком чертенка. — Шантажировать буду, — пояснила она Флинту. Тот покачал головой отрицательно, но на губах играла улыбка, он как бы говорил: нет, ты не посмеешь! Милли с хитрым прищуром покачала головой в ответ утвердительно: еще как посмею!