Сто один поцелуй: мастер-класс от Владислава Дикиджи

Безумные идеи Влада — это то, чему проще содействовать, чем препятствовать. Так Петя всегда говорил, поэтому, как к виновнику веры Влада в гениальность своих затей, он к первому идет. — Петруччо, — Влад ловит его у дома и надеется, что Петя скажет спасибо за то, что не в подтрибунке, — мне необходимо тебя поцеловать. — Целуй, — просто и со знанием дела говорит Петя.  — Если мы будет сосаться на улице, нас, вероятно, упекут. Рано или поздно. — А тебе прям взасос надо? Ладно, пошли внутрь. Энергия льется через край, так что в студию Влад залетает на бешенных скоростях, кидая сумку и курточку у входа. Сразу бухается на кровать и сразу же с нее вскакивает. — Стоять! — Петя умело командует, расстегивая свой пуховик, — Сначала мыть руки и отогреваться, потом можешь целовать. За это Влад его и любит. Не за вседозволенность, а за продуманность. За четкость действий. За рационализаторство. Хотя, наверно, рационализаторы с Владом сосаться не стали бы.  Моют руки они вместе — ванная люто мала для двоих, но зато можно бессовестно биться с Петей бедрами, показывать друг другу языки в зеркале и брызгаться. Немного и не на стекло. Иначе после поцелуев придется оттирать. Почему Влад уверен, что после поцелуев? Ну, он очень настойчивый.  — А теперь выкладывай. — Нет, ради чистоты эксперимента надо сначала поцеловаться. Петя странно смотрит на него, но пожимает плечами и сам наклоняется. Влад мгновенно закидывает руку ему на шею и стремительно приближается, соединяя их губы. Сначала просто соединяя — сразу после идет заминка, секундный ступор, или, как Влад это называет, загрузка системы. Загрузка данных. Это Петя, это его губы, так вот они ощущаются в поцелуе. Не то чтобы у Влада куча опыта в поцелуях — не, он еще не налутал. Дальнейшие действия представляются, но какой-то механикой. Он всегда предпочитал действовать по ситуации. Он лижет Петю в губы, и тот их размыкает. Борьбы почти не происходит — они передают друг другу право вести. Выходит как-то ленивенько, без жара, но Владу определенно нравится. Спокойно, живут в моменте, без лишних стыдов и страхов.  Петя почему-то ощущается мятой, чем-то кислым, с привкусом сладости — может, жвачка такая, может, бананы с йогуртом ел.  Все не заканчивается на движениях языком и губами — не только в этом же поцелуй, ну. Влад романтик и собственник. Так что у него есть еще ощущение теплой кожи под рукой на шее, Петины мягкие волосы, мокрые у корней — тренировка и теплая шапка виноваты, не до конца отогревшийся нос на его щеке и талия — тонкая, но все-таки более широкая и находящаяся выше, чем обычно у девочек, с которыми Влад встречается. Вторую руку он кладет на нее не специально, просто в моменте теряется ориентация (ха-ха) в пространстве, голова кружится, и он ищет опору и заземление — так что, ну да, схватиться за Петю проще всего.  Поцелуй прерывается сам собой — никто не отстраняется первым, хотя Владу жаль — он еще бы лизался и лизался. У Пети приятный рот. — У тебя приятный рот. — Спасибо, наверно, — Петя глухо смеется и заправляет выбившуюся из-за уха прядь назад. — Так что у тебя там за эксперименты?  — Решил выяснить, чем отличаются поцелуи с девочками от поцелуев с мальчиками.  — Радикально и очень ново.  — Не бубни, это ради важного знания.  Петя ухмыляется и идет на кухню. Владу чайку тоже хочется — это уже привычно, ну, у Пети в гостях каждый раз пить чай, поэтому Влад даже не удивляется. Да и холодно все еще... Чаек — это знакомая территория. То, что у Пети в холодильнике еще и есть оладушки и сгущенка — вообще подарок судьбы. — Надо было целоваться после оладушков, — Влад уминает их за обе щеки, несмотря на то, насколько суховатыми они становятся после микроволновки, — было бы слаще.  — Что хоть выяснил-то, исследователь?  — Что с тобой круто целоваться. Надо повторить. Ну че ты ржешь, я искренне.  — Я про отличия от поцелуев с девочками.  Влад задумывается. Обрабатывает. Снова задумывается.  — Только не говори, что забыл. Петя — ехидна такая — уворачивается от тычка в плечо и прячется за кружкой с чаем. Кружка — это святое, на ней мем с котенком-клубничкой, ее разбивать нельзя, так что Влад больше не тянет руки. Но защищаться ей — подло, исключительно подло.  — Да хз, разницы особо не почувствовал. То есть, она, конечно, есть, но в том, что ты — это ты, а не мужчина. Ну то есть, ты мужчина, но... Петя все-таки ржет во весь голос.  — А-а-а, да послушай ты. Ты целуешься как ты. Каждая девочка целуется по-своему, между ними тоже есть отличия. От пола не зависит, короч.  — Хороший вывод. — Это пока не вывод, а первая выдвинутая гипотеза. Не могу же я на одном тебе остановится.  Теперь Петя улыбается ему нежно, как маленькому ребенку. Своеобразно, но приятно. Будто это благословление на битву. Влад чувствует в себе силы продолжать — то есть, они и так были, а тут отдельный прилив.  — И где ты следующих жертв искать будешь?  — Как где? На льду. *** Если бы Петя знал, кого Влад выбрал следующим, то... Влад, на самом деле, не знает, но свой выбор счет гениальным. Гениальным в своей самоубийственности. Женя славился своим умением исчезать. Просто испарятся с радаров. Избегать камер, людных мест, интервью, автографов. Если он оказывался в радиусе действия какой-нибудь Опасности (тм), то он умело сбегал. Влад уважал эту особенность Семененко. Но и действовал, исходя из нее. Быстро. Точно. Молниеносно.  Не дай бог поползут слухи и Женя включит свой скрытный режим раньше, чем Влад его поцелует.  К великому Жениному сожалению, его Влад решил не щадить и ловить в подтрибунке.  — Чего тебе, — не особо дружелюбно отозвался Женя на приветствие, но Влад ему это прощает, особенно после такой выматывающей тренировке.  — Прислонись к стене, закрой глаза и не бей меня, — Влад шел напролом, но обходными путями. С Женей проще всего было атаковать первым и не давать возможности уйти. За что, конечно, можно было справедливо получить в глаз, но ладно, суицидальные наклонности — это спектр. — Дикиджи. Никогда еще его фамилия не звучала настолько агрессивно. Влад ухмыляется и лезет в Женино личное пространство.  — Ладно, можешь без закрытых глаз. И целует его. Женя сначала замирает — Влад прям чувствует это состояние кота, когда он агрессивно вздыбливает шерсть и щас-щас зашипит, — зато по ебалу ему не дают!  Женины губы не такие, как у Пети, и почему-то в поцелуе с Женей прямо-таки явственнее ощущается, что он мужчина.  У Жени даже щетины нет!  Влад на всякий кладет ладонь ему на щеку — своего рода фантомный контроль, что Женя не отстранится, — и лижет его в губы, по старой и рабочей стратегии. С Женей она не работает, но Женя и не вырывается, так что Влад пробует снова и снова. В итоге своего он добивается. Еще один балл в копилку Дикиджи — непонятно, правда, с кем он соревнуется. Женя целуется агрессивнее, и контроль но перехватывает чаще — ну, ладно, девочки не так часто ведут в поцелуе, да? Так что это тоже важный аспект целования парней.  Женя отрывается от него слишком резко. Влад бы протестовал, но на этом, вероятно, точно схлопотал бы по ебалу.  — Ты припер меня к стенке чтобы что? В вечной любви мне признаваться? — столько напряжения в голосе Жени, вероятно, вообще никто не слышал. Влад прикусывает язык, чтобы не подъебать, что целовал тут в основном Женя и это ему впору в чем-то признаваться.  — Не. Я исследую, чем отличаются поцелуи с парнями от поцелуев с девочками. — Господи, Дикиджи. — Женя не намеревается его убить, но стонет так обреченно, что Владу даже немного жаль. Немного. Самую малость. Может, в этом тоже тактика — дизморалить врага. Устроить ему психотеррор. Поцелуечный.  Влад прикидывает, кого еще надо покошмарить, чтобы выиграть максимальное количество стартов в этом сезоне. Получается слишком много человек. Неприятно.  — Спасибо за участие в эксперименте, моральная компенсация не полагается, хорошего дня!  Влад отступает и быстро-быстро шурует в сторону раздевалки — это тактическое отступление, пока Женя не пришел в себя. Шанс получить леща мал, но никогда не равен нулю. То, что он прошел минное поле, не значит, что он не подорвется в конце.  Надо перестать думать о травмах от Евгения Семененко и идти анализировать поцелуй.  В принципе, дел еще куча. Ему некогда тут расшаркиваться перед Женей.  Прости, Женя, пока, Женя. *** Тактика психотеррора врагов? Действенная. Влад не уверен, насколько это поможет на Чемпионате России, но смешно наблюдать за тем, как вышли из строя мозги Лутфуллина. Настолько, что он, кажется, врезался во Ветлугина. Если они оба получат травмы... Влад в выигрыше. Но, на всякий случай, Матвея тоже поцеловать надо.  Петя косо смотрит на его довольную улыбку и похлопывает по плечу. Это ощущается лучше всякой поддержки — то есть, это тоже поддержка, но от Петруччо, а это дорогого стоит. Это как поддержка, но с +5 гое. Типа ваще жесть круто. Приятно.  — Ради эксперимента надо будет потом еще раз поцеловаться, — Петя на это вопросительно выгибает бровь. — Ну, типа, может я чего не прочувствовал и теперь уже на опыте прочувствую. — Ну раз не прочувствовал. Петя кивает настолько мамонтово-спокойно, что Влад не выдерживает и ржет. Петя, конечно, тоже сыпется. Хороший у него братуха. Самый лучший. *** Марка Влад чуть ли не хватает в охапку, затаскивая в раздевалку. Судя по крохам сопротивления, до него дошли слухи. — Целовать будешь? — обреченно-истерично спрашивает Марк. Да, слухи точно дошли. Влад не отвечает — ну а что ему отвечать, если сам все знает, — и лезет к лицу.  Марк целуется удивительно прикольно. Будь Влад девочкой — или заинтересованным в Марке мальчиком, — он бы поплыл. Плюс — щетина. Во всех смыслах хороший опыт.  Влад, кажется, входит во вкус.  — Одеколон у тебя пиздец, брат, — отрываясь от чужих губ говорит Влад. Хочется добавить что-то язвительное, типа "возможно, поэтому Сашка тебя и бросила" или "у Макара лучше", но, ткк и быть, Влад не настолько жесток с теми, с кем целовался.  Но достаточно жесток, чтобы после выхода из раздевалки сразу пойти искать Макара. Возможно, Саша его убьет, но, с другой стороны, умереть от ее рук — это честь.  *** — Важное задание, — Влад, сбив к чертям дыхание от поцелуев с Петей, прерывается на разговор, — перецеловать всех олимпийцев, до которых дотянешься. Я-то не смогу, только на тебя надежда, бро. Может, моему исследованию международного масштаба не хватает. — Ну если ради тебя, — у Пети на этот раз не получается держать ровное лицо — он смеется, чем привлекает внимание Шарки — она спрыгивает с Владиковой постели и цокает к ним, на кухню. — Блин, при ребенке целоваться не комильфо. — Трагично.  Влад отстраняется от Пети и идет чухать собаню. Она явно нуждается во внимании больше, чем Петруччо. Они как будто что лет не виделись — Влад каждый раз этому умиляется. Пять минут назад же ее чесал, а теперь вот снова, а она со всем восторгом к нему. Воркая и залюбливая собаку, он чмокает ее в лоб — из-за чего Петю опять пробивает на ржач. — Это ты Шарки мой поцелуй передал или планируешь целовать меня с привкусом собаки на губах? — Петр! У нее нет никакого привкуса, кроме привкуса самой сладкой булочки!  — Конечно. Шарки, ты самая сладкая? Она радостно лает, а Влад лезет ее обнимать. В конце концов, если Петя будет ерепенится, можно будет натравить ее на него — пусть облизывает все его лицо. Раз так не хочет целоваться после собаки — пусть почувствует ее поцелуи на себе. *** Влад стоит у черного входа и курит, когда к нему выходит Коля. Понятно, что прицельно к нему, когда тот разворачивается всем телом в накинутой поверх тренировочного курткой и заглядывает в лицо.  — Ты всех целуешь? — звучит как обвинение. В глаз схлопотать не хочется, но это же Коля. Влад кивает и на всякий затягивается еще раз. От сиюминутного стресса.  — Можно... Можно тоже?  Коля как-то теряет всю браваду. Владу даже немного его жаль. А еще ему весело, что к нему наконец-то подошли сами. Вот это у него репутация. Вот это слухи. Шумиха. Вау.  Влад, решив, что от Коли ждать первых шагов глупо — бедолага может и пасануть, — поэтому подходит и сам целует. Возможно, после курения у него неприятная на вкус слюна, он не знает... Но, ладно, Коля сам пришел. А эксперимент все еще продолжается.  Влад полностью доволен поцелуем. Его уже можно называть экспертом по поцелуям, так что он выносит смелый вердикт: Коля целоваться не умеет, но он очень старается и быстро подстраивается. А, ну, и он дает себя целовать, не отбирая право вести. Прикольно.  — Спасибо, — смущенно говорит Коля после. — Ты ведь не только хотел посодействовать мне, а? Колись.  — Надо было проверить. — Что? — Нравятся ли мне парни. — А-а, — с пониманием дела кивает Влад. Исследование своей сексуальной ориентации — это гордо. — И к каким выводам пришел?  — Так тебе все и расскажи. Влад недовольно стонет — он, вообще-то, только что обменивался с ним слюной, это должно было их сблизить. Сделать родными людьми. Не по крови, а по слюне. — Партизан. — Тактик. — Ладно, тактик так тактик. Обещаю плакать на твоей свадьбе с каким-нибудь парнем.  — Эй!  — ...Не с каким-нибудь. С самым лучшим!  Коля улыбается. Зачет в копилочку Дикиджи. Хороший все-таки эксперимент. Общественно-полезный. Не целиком и полностью психотеррор. *** > петруччо как там милан как погодка как олимпийцы которых ты должен поцеловать? > без опыта целования олимпийцев не возвращайся!! > Работаем🫡 > я тебя люблю. ты лучший бро.