Новогоднее чудо

Красочная столица всё глубже и глубже уходила под большие сугробы снега. Неоновые вывески радостно перемигивались в преддверии главного праздника всей страны. Люди, опоздавшие с решением купить подарки родным и близким, заваливались толпами в ограбленные торжеством магазины. Мороз щипал за нос подростков в лёгких куртках, собравшихся провести ночь в барах. Собачники, кутающиеся в разной длины пуховики, последний раз в этом году выгуливали питомцев. В каждом окне сверкали гирлянды, а на большие столы выставлялись всевозможные блюда: оливье, щедро заправленное майонезом, жареная курица с аппетитной румяной корочкой, от аромата которой во рту разливалось приятное наслаждение; тут были большие салатницы со всевозможной селёдкой под шубой, раздавались хлопки и шипение пузырьков шампанского в высоких бокалах. — Нет, нет, нет. Мне уже хватит, — пьяновато смеясь, говорила девушка, ухватившая за плечо своего друга. Она с неохотой отворачивалась от бокала с дорогим искрящимся напитком. — Давай, давай, — потенциальный парень смеялся и, крепко ухватив её за подбородок, влил ей шампанское в рот. — Надо уже начинать праздновать. — Не хочу-у-у… — она растерянно улыбнулась и, пошатываясь, поднялась на ноги. Её тотчас повело куда-то вправо, но крепко ухватившая её за талию рука не дала ей упасть. — Даня, Аня, на часах ещё даже нет одиннадцати, — парень укоризненно посмотрел на друга и, обхватив девушку за плечи, повёл в сторону ванной комнаты. — Зря ты так. Они ведь вроде пара, — к Дане обращалась невысокая девушка, похожая на эльфа — она обладала белоснежной кожей, которая вся была покрыта символическими татуировками, а её язык был разрезан, как у змеи. Казалось, что только она из той толпы, которая собралась праздновать, заметила, что творил её друг. Вокруг громко играла музыка, а бокалы, приготовленные к двенадцати, уже исчезли со стола. Удивительно, что в такой праздник будто все люди забывали о законах о шуме после одиннадцати — вся страна была охвачена праздником. Уже где-то радугой рассыпались фейерверки и прокручивали новогоднее поздравление от главы государства. — Он любит выбирать податливых. — Мерзко звучит. — Зато правда. Ты же помнишь его бывших… — парень лениво посмотрел на девушку, и стало понятно, что тот совершенно не пьян, хотя шампанское булькает, перекатываясь в его желудке. — Да? Ора. — Не намекай. Я знаю, что тебе нравится издеваться надо мной, — девушка вздохнула и, подхватив свою сумочку, поднялась, заявив: — Пойду проверю их. — Не мешай им поднимать демографию, — прокричал Даня ей вслед. Ора с осторожной брезгливостью обходила тут и там целующиеся парочки и переступала через использованные контрацептивы, будто через минное поле. Девушка остановилась перед одной из ванных комнат и осторожно постучала кулачком. Делала она это по-особенному, не поднимая руку. Из ванной послышалось хлопанье, чей-то сдавленный голос и звук резко застёгивающейся ширинки. Дверь с грохотом отпрыгнула в сторону, Ора успела сделать шаг назад. Из душной ванной с запотевшими стёклами первым вышел высокий подтянутый рыжеволосый парень, который поправлял свои взмокшие волосы, а за ним семенила шатающаяся девушка. «Не Аня…» — сердце Оры вновь забилось в привычном ритме. Парень пропустил девушку и остановился прямо перед эльфийкой. Коридор был настолько узким, что расстояние между ними не ощущалось. А толкнувший Ору в спину какой-то пьяный парень заставил девушку неуклюже ткнуться носом в стальной пресс напротив. Юноша рассмеялся и ухватил девушку за плечи, прижимая к себе. Ора подавила приступ просящегося наружу алкоголя и отстранилась от взмокшей футболки. — Мерзость. — Всё как ты любишь, — парень заулыбался, обнажая все тридцать два здоровых зуба. — Чего хотела? — Тебя, — отшутилась девушка. — Аню с «этим» её ищу. Я боюсь, он с ней что-нибудь сделает, — её голос перешёл на шёпот. — Ей это будет только в радость. Пошли к остальным, — парень попытался взять девушку за локоть, но та выдернула руку и резко развернулась, пошла в противоположную сторону, туда, где дальше по коридору начиналась спокойная атмосфера кухни, показывая другу средний палец. — Сучка… — беззлобно прошипел Андрей. Краем глаза он заметил разыскиваемую парочку: руки парня настойчиво обхватывали попу Ани и пытались пролезть под колготки. Андрей не стал медлить, он резко схватил друга за плечи и, развернув на сто восемьдесят градусов, прижал к стене, сжимая его лицо в руке, брезгливо прошипел: — Не смей к ней приближаться!... Понял! — Да пошёл ты нах… — попытался проблеять неудавшийся Отелло, но, не успев договорить, получил локтём в нос, отчего его голова запрокинулась, а из носа пошла кровь. Не отпуская парня, Андрей схватил сползающую по стене девушку и, не обращая внимания на её протест, потащил в сторону кухни, где скрылась Ора. В маленькой, но уютной кухне пахло мандаринами и ёлкой, что кардинально отличалось от запаха спиртного, витавшего в остальной части квартиры. Она полностью соответствовала представлениям о месте, где узнаются самые грязные людские секреты, которые обычно не рассказывают даже близким друзьям. Здесь был тёплый приглушённый свет, за квадратным потрёпанным столом сидели две девушки, которые что-то шёпотом обсуждали и пили из причудливых бокалов в виде розы что-то явно не крепче одного пакетика чёрного чая, у окна застыла неподвижная хрупкая фигура эльфийки. Её короткие выкрашенные в зелёный свет волосы искрились на свету огромного фонарного столба за окном. Она сложила руки на груди, отчего казалась ниже, чем обычно. Аня что-то заголосила, отчего Ора обернулась и, увидев, в каком состоянии Аня, вызвалась вызвать ей такси до дома. Она заботливо помогла ей собрать вещи, а Андрей, не насладившийся расправой над экс-парнем Ани, вытряхнул Печорина нашего времени из его толстовки и передал её девушке, которая, промахнувшись мимо рукава, рухнула на пол в коридоре. Аню вновь, будто марионетку, подняли и поставили на ноги. — Может мне помочь её проводить? — с толикой надежды в голосе спросил Андрей. Но по холодным и ничего не выражающим глазам понял, что лучше не беспокоить эльфийку подобными вопросами. Парень ретировался. — Дурак да… — в воздух произнесла Ора, понимая, что Аня не в состоянии слушать её исповедь. Оказавшись на лестничной клетке, девушка выдохнула. Внутреннее напряжение спало. Осталось решить проблему с подругой, и можно ехать домой. Домой? Странное чувство растекалось в животе. Ора не могла назвать свою квартиру домом, в котором ей комфортно. После переезда в Москву она так и не нашла себе друзей, а семья осталась в Нижнем Новгороде. Ора поедет в свою холодную и абсолютно чужую квартиру и в одиночестве выпьет бутылку чего-нибудь не очень приличного. А потом пойдёт спать, не дожидаясь двенадцати, потому что подарков ей никто дарить не будет. У неё даже ёлки толковой нет — в вазе на кухне стоят еловые лапы, купленные на рынке у старой цыганки из жалости к толстым и пышущим жизнью лицам её детей.Ора учится на заочном, поэтому и подруг у неё нет. Девушка, которая сейчас мёртвой хваткой вцепилась ей в локоть, — случайная знакомая из общей компании. Андрей — этот парень раздражал её больше всех мужчин, существующих на земле. Заносчивый, самовлюблённый эгоист, ставящий свои интересы выше жизней других людей, ломающий судьбы своим любовницам и подставляющий своих друзей. Он обладал харизмой, люди всегда выбирали его, несмотря на аморальность его поступков. С ним Ора столкнулась на собственной лекции, которую она читала в старшей школе элитной гимназии. Девушке тогда было только двадцать два, а ему уже девятнадцать. Он на спор обязался шлёпнуть молодого стажёра по попе, за что получил сапогом по челюсти. Это и послужило началом их крепкой дружбы уже на протяжении трёх лет. Лифт подъехал, и его двери приветливо распахнулись, освещая тёмный лестничный пролёт холодным белым люминесцентным светом. В тесной кабине пахло алкоголем и людьми без определённого места жительства. К горлу подкатил желчный ком, Ора ухватилась за хлипкую стенку, чтобы подавить порыв организма избавиться от яда, наполнявшего желудок. Когда двери вновь открылись, девушка первая выскочила на улицу и часто задышала, пытаясь избавиться от тошнотворного запаха. Подъехавшее такси мигнуло фарами, передав необходимые инструкции интуристу. Ора отпустила знакомую и села на прогнившую лавочку около подъезда. Лифт подъехал, и его двери неприветливо распахнулись, освещая тёмный лестничный пролёт холодным белым люминесцентным светом. В тесной кабине пахло алкоголем и людьми без определённого места жительства. К горлу подкатил желчный ком, Ора ухватилась за хлипкую стенку, чтобы подавить порыв организма избавиться от яда, наполнявшего желудок. Когда двери вновь открылись, девушка первая выскочила на улицу и часто задышала, пытаясь избавиться от тошнотворного запаха. Подъехавшее такси мигнуло фарами, передав необходимые инструкции. Ора отпустила знакомую и села на прогнившую лавочку около подъезда. На землю плавно опускались большие пушистые снежинки. Они переливались на свету фонаря и укрывали землю в хрустально-белый цвет. Город замер в преддверии торжества — казалось, даже дома притихли, вглядываясь в темноту заснеженных улиц из своих тёплых светящихся окон. Где-то вдалеке слышались приглушённые крики радости и первые робкие хлопки петард, но здесь, у этого подъезда, время словно замедлилось. Снежинки кружились в воздухе неторопливо, будто специально давали каждому прохожему возможность разглядеть их хрупкую красоту. Фонари мерцали тёплым жёлтым светом, отбрасывая на сугробы длинные золотистые тени, а с балконов соседних домов свисали гирлянды, переливаясь всеми цветами, но не нарушая этой удивительной тишины. Даже машины на дороге почти не сигналили, словно весь город затаил дыхание, готовясь к полуночному чуду. Ора поёжилась — ветер облизывал её голую шею и окутывал руки морозом. Казалось, даже её ресницы покрылись инеем. Она подняла голову к небу, и снежинки одна за другой опускались ей на лицо, таяли на щеках, оставляя влажные дорожки — будто город целовал её перед самым важным мгновением года. — Не холодно тебе? — откуда-то справа поинтересовался чуть хриплый голос. — Я же сказала. Ты мне не нравишься. Отстань, — Ора повела плечом, не отрываясь от созерцания падающего снега. — Прям так сразу? — вновь поинтересовался голос. — Мы же это обсуждали тысячу раз, Андр... Ой, — Ора замолчала на полуслове, увидев говорившего. Это был вовсе не Андрей. Собеседником девушки оказался высокий длинноволосый парень со смешной шапкой. Парень стоял, прислонившись к морозным перилам крыльца, и медленно курил едкую сигарету. Он тоже смотрел на снег и, казалось, не замечал девушку, но совершенно точно обращался к ней. — Сорянчик, — Ора пожала плечами и внезапно спросила: — Зажигалка есть? — Ну есть, — протянул Не-Андрей. Парень достал из кармана куртки красную зажигалку и сигарету, от которой девушка жестом отказалась, вытаскивая из больших ладоней только зажигалку. Их руки на секунду встретились. Ора почувствовала, что руки парня тёплые, отчего её кожа, уже задубевшая на холоде, покрылась мурашками. Она провернула колесо зажигалки и подставила ладонь под огонь, отогревая их. Снег продолжал падать, и одна особенно крупная снежинка опустилась на его ресницы, задержалась на мгновение и растаяла. Ора на секунду задержала взгляд на его лице — в свете фонаря оно казалось мягче, чем должно быть у случайных прохожих. — Ты ведь не куришь, — внезапно пробормотала Ора, замечая, что парень пытается не выдать своего удивления её проницательности. В его глазах мелькнуло что-то вроде любопытства, и он чуть наклонил голову, рассматривая её уже с большим интересом. — Это последний раз в этом году, — парень посмотрел на наручные часы. — Через час уже Новый год, счётчик обнуляется. - Он говорил будто бы нехотя, но при этом не отводил взгляда, и в тишине между ними повисло что-то неуловимое, но приятное, не похожее на неловкую тишину. — Жаль, — девушка щёлкала зажигалкой, наблюдая за пляшущим огоньком. Пламя хищно отражалось в её глазах. — Жаль, что год так закончился. — Поехали в ресторан? — парень распрямился, бросил окурок на землю и затоптал. В его голосе уже не было прежней лени — скорее лёгкая настойчивость, и он шагнул чуть ближе, сокращая расстояние между ними. — Остался час. — Целый час, чтобы твой год хорошо закончился, — он улыбнулся — чуть смущённо, но искренне, и протянул девушке телефон с QR-кодом. — Добавь мой юз. Ора взяла телефон, и их пальцы снова соприкоснулись — на этот раз дольше, чем нужно. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Снег всё падал, укрывая город белым одеялом, и где-то вдалеке уже слышались первые пьяные песни с балконов.