posh

В библии говориться о семи человеческих пороках, что так, искушающе на них смотрят. Гордыня, зависть, жадность, похоть, чревоугодие и уныние. Все эти слова с легкостью могли описать жизнь, в которой варился Тэхен. Все эти качества были присуще, кажется, каждому из его знакомых. Они все поголовно, друг к другу все это испытывали, скрываясь за маской вдохновения. Тэхен бы и сам сказал, что таким себя ощущает, горделивым, похотливым и далее по списку, только вот он это не к деткам напыщенным чувствует, что с золотой ложкой во рту родились, а к людям, кто свои границы отстаивать умеют. Вот, например, друзья его, тем вообще по барабану на всеобщее мнение, осудят или поддержат, они делают как им нравятся и отлично живут. А Тэхен так не может, статус не позволяет. Такое слово ненавистное, статус. Ему лицо везде держать надо, даже когда в левом баре с друзьями сидит, мало ли кто вокруг ходить может, заснимут его выходки и в интернет выложат, а ему потом нотации от отца выслушивай, как он их позорит. Темнота с неба спускалась, окутывая город во мрак ночной. Вокруг ни единой души, а в миленьком кафе недалеко от реки Хан, где Джин работает, так и горит свет, оповещая, что посетители так и не торопятся домой. После того, как они с Чимином заказ сделали, Тэхен решил выйти воздухом подышать, что-то уж больно тяжко дышать стало в этом помещении. Вокруг давил тот новый официант, что продолжал перед глазами мельтешить от стола к столу, заказы разнося. Тэхен еще упорно долго на него смотрел, изучал. Все он никак понять не мог, что такого необычного в нем, почему внимание к себе приковывает. Ну да, симпатичный, ну так таких, как он по всему миру, не только по Сеулу, гуляет дохренище человек. А этот как на подбор, все, что Тэхену нравится. И рост, и руки, и спина, и голос. Что ж такого он натворил в прошлой жизни, что в этой расхлебывать приходиться? Тэхену бесспорно даже стараться не приходиться, чтобы окружающих к себе расположить. Особенно, когда те узнают, что у него деньги в карманах водятся. Его это по началу никак не задевало, а потом конкретно так раздражать начало, потому что, какого хрена все к нему только из-за денег тянуться. Даже мимолетный эксперимент еще в школе, когда он попроще оделся и погулять вышел, он тогда пытался с девушкой познакомиться, а потом, когда он её в ресторан лучший в городе отвел, ну чисто приличия ради, посмотреть, как она себя вести станет, так та лобызать перед ним стала, какой он красивый и чудесный. А Тэхен тогда счет оплатил, да и ушел восвояси, больше о ней не вспоминая. Поэтому сейчас он стоит посреди парковки, на машину свою смотрит и плюнуть в неё хочется, чтобы глаза не мозолила. Он конечно понимает, что машина не в чем не виновата, но страх, что даже если Тэхен с Чонгуком познакомиться поближе захочет, а тот на деньги его поведется, тогда всему конец тут же наступит. Тэхен официанта ко всем приравнивать совсем не хочет. Он его и знать не знает, что бы говорить, что тот такой же мелочный, как все. Но на подкорке сидит эта навязчивая мысль, как дятел по дереву бьет и расслабиться не дает. Он бы провернул свою проверку, как с той девушкой, только вот уже поздно, Чонгук уже наверняка и машину увидел, и часики на левой руке дорогущие, что отец на день рождения подарил, так что вариант проигрышный. Тэхен еще немного вокруг машины покрутился, да и назад в кафе пошел. Народу уже значительно меньше становилось, столики пустели, оставляя только грязь от еды на посуде, что персонал быстро убрать пытался. Чонгук стоял возле барной стойки и вошедшего парня взглядом окинул, как-то оценивающе, но потом тут же глаза к девушке-официантке вернул, о чем-то с ней увлеченно беседуя. Тэхен на него посмотрел, взгляд недолго на тату останавливая, что под закатанными рукавами рубашки прятались и к своему столику пошел. Там Джин стоял, о чём-то с Чимином переговаривался, но подошедший Ким никак в разговор вникнуть не мог, полностью связь в рассказанном теряя. — Я тогда и отдал, говорю, бери, только меня не трогай, а он и взял, представь?! Мой стол себе забрал, индюк! — Тэхен только по последнему слову Джина понял, что тот явно что-то про нового официанта рассказывает, — ладно, сейчас я переоденусь и к вам присоединюсь, админ мне сегодня разрешил пораньше освободиться, народу совсем немного. Никто на реплику Джина не отреагировал, а он сам себе кивнул и развязывая фартук за спиной, удалился в помещение для персонала. Тэхен сидел за столом и рассматривал блюда, что им уже успели принести. Чимин уже даже что-то поглощать начал, понемногу пробуя того, другого, а Тэхен так к еде и не притронулся, сидит только смотрит на нее и понимает, что аппетит-то весь и пропал. — Ты чего не ешь, Тэ? — Не хочется. Тэхен поморщился и стал дальше наблюдать, как Чимин щеки набивает. Ему присуще качество быстрого поглощения пищи. Он быстро ест, а потом прожевать не может и давиться сидит. Тэхен ему много раз говорил, чтобы тот не торопился, но привычка есть привычка, вроде отбирать никто не собирается, а Чимин все равно, как в жопу ужаленный палочками орудует. У них такие отношения, что если они вместе едят, то друзья за Паком наблюдают, что бы тот не подавился и не захлебнулся в собственной слюне, пока кушает. Ему бы на конкурс по скороедению отправиться, если такой вообще существует, он бы там всех уделал и показал, как настоящие мужики палочки в руках держат. Тэхен своим мыслям только ухмыльнулся и дальше за Паком смотреть начал, когда Джин, уже переодевшийся, к ним подошел. — Едите? Подвинься. — Джин к Тэхену присел и палочки в руки взял, моментально кусок свинины захватывая, — какие-то вы задумчивые, случилось что? — Случилось, — с набитым ртом начал Чимин, — Тэхен в новенького втрескался. — Чимин! Я не втрескался, я его всего полчаса, как вижу! — Тэхен громко шептал на Чимина пока тот гаденько улыбался и дальше свининку пожевывал, — я просто сказал, что он симпатичный, но Чимин и этика, два несовместимых слова, — уже к Джину обращается. — Симпатичный-то это да, только вот заносчивый, охуевше смотрит на всех, — кивнул Джин и кимчи в рот сувать начал. Тэхен только головой помотал и рукава толстовки пониже натянул, что бы от всего этого позора укрыться. Он прям уже представил, что Чонгук в самый неподходящий момент подойдет, скажет что все слышал, как в дорамах бывает. Только они не в дораме и Чонгук вообще в другом конце зала стоит, клиентов новых обслуживает. Он им приветливо улыбается, что-то объясняет и головой качает, как-будто убедить их пытается, что предлагаемое им, то, что им нужно. А те походу и соглашаются, потому как активно головой машут и Чонгук радостно улыбается и подхватывая меню идет в кухню, заказ поварам отдать. Тогда Тэхен и продолжает говорить. — После твоих реплик, Джини, даже знакомиться ни с кем не хочется, — он губы надувает и в стакан с соком глаза опускает. — Хочешь познакомиться, щас организуем… — Стой, что ты… — Чонгук! Джин рукой машет Чонгуку, что из кухни вышел и к себе подзывает. Тот в непонимании на него смотрит и глаза закатывает, явно идти сюда не очень хочет. А Тэхен и рад был бы, если бы он не хотел и просто Джину средний палец показал и не повелся на его провокации. Но он не может видимо, или не хочет и всё равно к их столу подходит. — Че надо? — Грубо так разговаривает, что Тэхен аж сжался весь. — Ты еще уверен, что оно тебе надо? — Джин к Тэхену обращается, мол «посмотри какой грубиян». Тэхен головой в отрицательном жесте кивает, что не хочет он ничего, но друга это не останавливает и он уже к Чонгуку обращается, — организуй Тэхени десерт, на свой вкус, только не приторно-сладкий, он такое не любит. — А Тэхени просто из меню выбрать не может? — Чонгук грубо на названного смотрит, показывает, что те ему уже не клиенты и вообще класть он на всех хотел. — Я не хочу… — Слушай, харе кочевряжиться, гони давай десерт, понравишься нашему золотому мальчику, он тебе щедрых чаевых отсыпит, — Джин Тэхена перебивает и отсылает официанта за десертом, не давая и слова вставить. Тэхен с разочарованным стоном голову на стол роняет и проклинает все вокруг. Теперь уж точно, проверить Чонгука на мелочного мальчика не получиться. Тэхен в своем обаянии не сомневался, знал, что он и без денег красив и внимание к своей персоне заполучить сможет, но только по официанту видно, что тот смотрит с пренебрежением, знакомиться не хочет, а на свиданку уж тем более не пойдет, хотя Тэхен предпочел бы, что бы он сам его на нее и позвал. Чонгук через пару минут, под бормотание Тэхена куда-то в руки, возвращается и перед ним ставит обычный донат с кремовой шапкой и посыпкой разноцветной, выглядит как сгущенка. — Кушайте — не обляпайтесь, золотой мальчик, Тэхени, — сарказм, так и плещет, — со всей душой для вас не хотел выбирать. Тэхен даже ответить ничего не успевает, как Чонгук глаза закатывает и уходит на кухню, что бы заказ для других посетителей забрать. Он предполагал, что капля правды о грубости у Джина была, но что бы там целое море расплескалось, такого он еще не видел. Чонгук не просто грубияном заносчивым оказался, он еще и смотрит на всех с высока, сам себе хозяин, как говорится. И это вроде даже и не плохо, только Тэхен таких не любит. В его мире, богачи хоть и высокомерные, так хоть оправданно, чего-то в своей жизни добились, да исключением их детей, тем просто повезло, но вот, когда человек свою напыщенность окружающим показывает, а сам не сильно чего-то добившимся кажется, тут-то вопросики и назревают. Ты что, блять, в морду получить хочешь? И Тэхен бы с радостью ему в морду прописал, что бы рот не разевал на окружающих, только не может, потому что уже через пару секунд, Чонгук назад возвращается и ставит перед Тэхеном морковный пирог, что так красиво взгляд манит. Он на официанта смотрит удивленно, а тот ни слова не говоря, просто разворачивается и опять уходит. Ну что за человек? — Это че было? — Чимин как-будто мысли прочитал. — Я вот тоже не сильно понял. Друзья глаза метали то на Тэхена, то на Чонгука, что очередной стол протирал. Он выглядел расслабленно, даже как-то уставши. Движения спокойные, глаза, как в замедленной съемке смыкаются и размыкаются. Он в их сторону даже не смотрит, продолжает своими делами заниматься. А Тэхен сидеть продолжает и смотрит на него глаза раскрыв. Раньше ни один человек в Тэхене таких эмоций не вызывал. У него конечно были отношения, но там на человека более любовно смотрел, а не как на умственно отсталую мечту. Тэхен это и влюбленностью с первого взгляда назвать не может. Чувствует просто эстетическое наслаждение от официанта, он просто ему внешне нравится. Тэхен выводов много сделал за свою жизнь, и один из них гласит, что он никогда, ни за кем бегать не будет. Вот как бы сильно не любил, гнаться не будет. Не потому что недостойны, а потому, что не хочется держать того, кто держаться не хочет. Человек глубоко влюбленный свою половинку никогда не оставит, будет до последнего пылинки сдувать, но только, когда в ответ взаимности видит, а игра в одни ворота не для Тэхена. Ему даже играть не придется, алчные люди и так от него никуда не денутся. Поэтому Тэхен продолжал сидеть на своем диванчике за столом и принялся за еду. Она хоть немного его отвлекает. Все оставшееся время друзья так и просидели, кушали, общались, умудрялись даже вчерашний фильм обсудить, Тэхен же так и знал, что так будет. За все это время он на Чонгука один раз покосился, и то, когда тот подходил убрать грязную посуду и предложить еще чего-нибудь, он же все-таки на работе. Официант тогда внимательно ему в глаза посмотрел, да ничего не сказал. Тэхен от этого взгляда сжался весь, как-будто его ледяной водой окатили. В этом взгляде всё подряд перемешалось, презрение и восхищение, осуждение и подражание. Бесспорно можно было сказать, что Тэхен красивый и наверняка, внимание Чонгука привлек, но только вот последний не спешил выводы делать. Чонгук богачей априори презирает, они ему все одинаковыми кажутся. Одинаково ахуевшие. Он с такими никогда не водился, видимо, и с Тэхеном не будет. Друзья кушали, громко смеясь. Их прекрасный вечер уже подходил к концу, кафе должно вот-вот закрыться. Тэхен достал бумажник и оплатил счет, благородно принесенный Чонгуком. Он метался между тем, чтобы оставить ему чаевых, на краюшке мозгов сидело, что так, он сможет его внимание привлечь, но решил, что это плохая идея. Поэтому вложив купюру, ровно без сдачи, поднялся со своего места вслед за друзьями. Зал уже пустовал, людей не было, кроме персонала, и те уже ползали уставшие по этому кафе. Джин подошел к барной стойке, что бы с коллегами попрощаться, а в это время мимо проходил Чонгук, что на Тэхена как-то осуждающе посмотрел, но с интересом. — Так давай Тэхен тебя подвезет, я думаю он против не будет? — Джин вопросительно посмотрел на друга, что сам увлеченно наблюдал за Чонгуком, — Тэхен? Ау? — А? — Тэхен перевел удивленный взгляд на Джина, так ничего и не услышав, что тот спрашивал. — Говорю подвезешь Джиу до дома, ей далеко добираться и… — Джин, не стоит, — прервала его официантка, — мне закрываться сегодня, кассу нужно считать, так что я задержусь, спасибо. Она скромно улыбнулась друзьям и ушла в помещение для персонала. Тэхен окинул взглядом друзей и вышел на улицу вдыхая свежий запах. На улице пахло дождем, что прошел единожды, пока они сидели в кафе. Вода смыла все остатки духоты, что так и норовила прижаться ближе к телу. Тэхен стоял у входа и ждал пока его друзья наговорятся со всем подряд, но заглядывая через окно двери в помещение, друзей он не увидел, зато увидел Чонгука, что был уже переодет в обычную одежду и спешил на выход, кому-то что-то крикнул перед этим. Тэхен осмотрел его, когда тот вышел на улицу. Он был одет, как обычный человек, в джинсы и футболку поверх которой была накинула обычная кофта на замке. Чонгук поправил портфель на плече и достал ключи от своего старенького «опель вектра а». Машина была не новая, было видно, что ездила уже на последнем издыхании, дно было прогнившее, синяя краска облезла и оставила после себя сильно выделяющиеся пятна. Но официанта это совсем не смущало, потому как он звонко дернул ручку двери и уселся внутрь, закидывая рюкзак на заднее сидение. Рядом с его авто стояла машина Тэхена, которая выглядела, как с иголочки. Идеальная краска, блестит после полировки, колеса идеально чистые, окна прозрачные, как вода. Чонгук его машину через окно осматривает, и что он там себе надумал останется только при нем, но то как он взглядом Тэхена окинул, оставляло желать лучшего. Он продолжал сидеть в машине, пока Тэхен смотрел на него через лобовое стекло. Они смотрели друг на друга пытаясь считать мысли, залезть в голову соперника. Но это все никак не выходило, мыслей было ровно ноль, по крайней мере в голове Тэхена. Он смотрел на Чонгука и пытался его понять, понять эмоции, которые он к нему испытывает, но кроме призрения ничего не видел. Поэтому когда он захлопнул водительскую дверь, Тэхен услышал, как автомобиль завелся и Чонгук последний раз окинув его взглядом, выехал с парковки. Тэхен продолжал ждать друзей думая о чем-то своем. Чувства были смешанные, ему было не понятно, почему Чонгук, так презрительно на него смотрит. Возможно конечно, видел по телевизору или новости в мировой паутине прочитал, только вот он его совсем не знает. Если Чонгук сделал выводы, только по тому, какая картинка его на смартфоне встречала или по телевизору, то он очень опрометчив, делая вывод по обложке. Тэхен себя к хорошим людям не относит, благотворительностью не занимается, но и плохого ничего не делает. Проживает свою жизнь, как та им распорядиться. Плывет по течению. Тэхен таких людей принципиально не воспринимает, кто на него осуждающе смотрит, но на подкорке желание всем нравится присутствует. Его так с детства воспитывали, что он всем нравиться должен, по другому никак. Отец всегда говорил, «если ты им не нравишься, меняй их отношение к себе полностью». И Тэхен менял, неосознанно, но менял. Ему все это неприятно было, выплясывание перед другими, что бы в нем ценность видеть начали, но если ты в разрез другим идет, врагов наживешь себе тьма. — Тэхени, ты чего завис? — Перед лицом нарисовался Чимин, что ладонью перед лицом махал и смотрел обеспокоено, — все в порядке? — Да, все отлично. Они двинулись к машине без лишних разговоров. Тэхен даже не знал, что ему сказать, было нечего наверно. Грузить друзей своими выдумками просто не хотелось. Он пришел к выводу, что Чонгук подумал о нем то, что подумал, и он не в силах это изменить. Тэхен добиваться его не собирался, они ведь даже лично, считай, и не знакомы. Общаться навряд ли будут, увидеться наверно пару раз, Тэхен-то часто к Джину на работу ездит. Но всю дорогу мысли только и были об этом странном официанте, что всем грубил и принебрижительно смотрел. Тэхен сделал вывод, что не будет этой ерундой голову забивать и просто отдыхать будет, день сегодня выдался тяжелый.

***

Ночная тишина заставляла блаженно прикрывать глаза, пока светофор вновь зеленым не загорится. Вокруг не было не единой души, а район оставлял желать лучшего. Почти разваленный высотки из серого кирпича вот-вот норовили обрушиться на головы жильцов, как бы намекая, что пора уезжать из этого дома давно. Такие дома обычно только в фильмах ужасов показывались, ведь они реально нечеловеческий страх нагоняют. Выглядят страшно, но для людей из неблагополучных семей самое то. Стоит квартирка в таком доме недорого, обслуживания никакого нет, за коммуналку только плати и будешь почти, как богатый человек жить. Главное крыша над головой есть и на том спасибо. Вот и Чонгук жил в одном из таких домов. Квартирка сама по себе не сильно большая, отсталась от матери, что скончалась давно от инсульта. Её сердце не выдержало очередного удара от вселенной и решило, что пора обстановку сменить и в другой мир отправиться. Чонгук тогда рыдал днями на пролет. Он, как сейчас этот день помнит. Воспоминания шестилетней давности, то и дело, всплывают картинками перед глазами, стоит ему спать лечь или задуматься о чём-то. Ему переживать такую утрату в разы сложнее, чем с отцом сосуществовать, который внимания на собственного ребенка, кажется, вообще не обращает. После смерти матери отец начал выпивать, классика для окружающих. Мужчина был так влюблен в свою жену, что когда её не стало, захотел в след за ней уйти. И плевать он хотел на всех подряд, на сына, на работу, на окружающих. Чонгук его не винит, сам понимает, как тяжело это, любимого человека терять. Любовь конечно у них разная, отец её, как спутницу жизни любил, а Чонгук как мать, но это факта не меняет, что сложно им было. Чонгук тогда ещё в школе учился и забил на неё конкретный болт. Он туда ходил раз через раз, прогуливать часто начал, ему-то что? Отец за ним тогда не следил, а ребенку не до математики было, у него часть души отняли, а они со своими уравнениями над ним пляшут. Ему в тот момент хотелось, что бы мама назад вернулась. Сказку на ночь рассказала, спинку почесала и сказала, как сильно любит своего мальчика, что он у нее такой прекрасный. Но пятнадцатилетний Чонгук, тогда всё не так воспринимал, ему маму назад хотелось вернуть, а это было невозможно, вот детский мозг и дал трещину, в виде грубости и похуизма. Ему тогда на всех плевать стало, смысл над людьми трястись, если их рано или поздно не станет. Чонгук это понял, и сейчас того же мнения придерживается. Он в глубине души добрый парень, но привязываться ни к кому не хочет, поэтому приходиться на всех с грубостью кидаться. Что бы самому ни от кого не зависеть, да других к себе не привлекать. Ему безусловно хочется и любви, и ласки, да даже друзей нормальных. Только вот эта маска безразличия в нём засела и уходить не хочет. А Чонгук и понимает, что это маска, и совсем не здоровое поведение, но делать с этим ничего не торопиться. Он смотрел, как отцу было тяжело и понимал, что будь он на его месте, повесился бы давно и в след за любимым ушел. Он бы не хотел сам страдать и других вынуждать это делать. Поэтому лучшая атака — это отчуждение. Не на кого не смотри, ни с кем не говори, ни к кому не привязывайся, его главное правило по жизни. И плевать, что потом страдать от этого приходится. Одиночество — круто. Да нихуя это не круто! Кому он врать-то пытается. Сам знает, что это бред сумасшедшего, не здоровая херня. Ну так поделать ничего не может. Приходиться мириться и дальше с этим жить, что бы радости наслаждения получать от мнимого чувства одиночества. К Чонгуку много раз подходили, подружиться пытались, отношения начать. Так он всех отталкивает, ни на кого не смотрит. Больно ни себе, ни им делать не хочет. А те ещё больше от этого страдали, но все же отстранялись и больше к нему не подходили. Чонгук паркуется возле одного из домов и выходит из машины, ставя ту на сигнализацию. Вокруг только деревья, лужи небольшие и коты соседские в окна орут. Он подходит к подъезду и открывает ту, даже без ключа, потому что мардабои вырвали магнит с корнем и дверь теперь на соплях болтается. Чонгук бежит к лестнице и рюкзак на плече поправляет, когда через одну ступеньку прыгает. Он живет на третьем этаже, а о лифте в этом доме никогда никто и не слышал ближайшие лет семнадцать. Он как сломался, когда Чонгуку было четыре, так он и не работает. Ему ещё мама тогда об этом рассказывала, как детишки в лифте прыгали, ну и сломали его, а сами застряли. Главный по дому тогда пытался починки добиться, но никому это не нужно было, ну все и забили на это дело. Не работает и хер бы с ним. Нравится пешком видимо на девятый этаж ходить. Чонгук подбегает к своей двери и достает ключи, а потом в замочную скважину вставляет. Прокрутить пытается, а та не поддается, поэтому тогда он дверь дергает, а она заперта оказывает. Чонгук уже понял, что отец опять напился и изнутри дверь закрыл. Барабанить было бесполезно, не раз уже такое переживали, отец не слышит ничего, так что в дом попасть уже точно не получиться. Чонгук на дверь смотрит, да тяжело вздыхает и снова к лестнице идет уже вниз спускаясь. Он из подъезда выходит и к машине идет. Завести ту с первого раза не получается, но он усердно пытается и с четвертого раза та все-таки заводиться. Сейчас желание было только на реку назад поехать, да посмотреть потом на рассвет, что над водой склониться. Чонгук уже понимал, что комфорта ему сегодня не видать, поэтому даже не рассчитывал на спокойствие и отсутствие боли в затекших конечностях. Он ехал по ночному городу, заезжая в один из ночных магазинчиков, что бы перекусить. Он целый день ничего не ел, только за чужим аппетитом на работе наблюдал. Желудок скручивало от недостатка пищи и неприятно тянуло внизу живота. Но Чонгук привык. Мог несколько дней не есть, потому что нечего или некогда. Но форму он свою соблюдал. Занимался спортом, бегал по утрам и выглядел, как относительно здоровый человек. Тату на руках, что так красиво украшали его тело, всегда напоминали о боли. Он тогда долго на них копил и не так давно позволил себе радость. Часть правой руки была почти полностью забита красивыми узорами. Его мастер по тату всегда говорил, что Чонгук безбашенный. Не питается потому, что денег нет, но на тату всегда находит. Юнги по-доброму тогда смеется и Чонгук рядом с ним себе тоже позволяет улыбнуться. Они себя друзьями не считали, вне стен студии не общались, но Чонгук его своим старшим братом воспринимал, они знакомы-то еще с пеленок. Их матери дружили всю жизнь, и когда Чонгук своей лишился, Юнги молча с ним рядом сидел и позволил даже виски пару раз хлебнуть из бутылки, что бы мальчик успокоился. После этого они еще долго не виделись, но когда Чонгук узнал, что Мин тату занимается, сразу решил, что обязательно к нему придет и в память о матери себе что нибудь набьет. Поэтому сейчас когда Чонгук сидел на берегу реки и рассматривал воду, он жевал булку, наспех купленную и кофе запивал, все эти редкие приятные моменты вспоминал и искренне радовался, что хоть что-то хорошее в его жизни есть.

***

Тэхен ночь за окном рассматривал и все никак заснуть не мог. Мысли разные в голове крутились, каждый раз все больше и больше грустить заставляли. В доме было тихо, а в голове буря. Мысли разные голову посещали. Тэхен обдумывал всю свою жизнь в общем, думал о семье, о друзьях, планах на будущее. Он не знал, как хочет себя реализовать, и что ему для этого нужно. На подкорке сознания он думал, что это Чонгук заставил его об этом задуматься. Призрение в его глазах, больно било по самолюбию. По нему было видно, что он жизнь свою не так, как хочет проживает, но поделать ничего не может. Тэхен не знал, что в жизни официанта происходит, но ему определенно точно хотелось его поддержать и сказать, что все будет хорошо. Тэхен не психолог, он по поведению читать людей не умеет, но мог с уверенностью сказать, что за маской грубости и безразличия скрывается прекрасная личность, чем он доказал, когда принес пирог, который даже никто не просил. Чонгук тогда одну сладость принес, но радости в глазах Тэхена не увидел и все-таки решил, что-то поприятнее сделать. Тэхен сейчас жалеет, что даже чаевых ему не оставил, но поделать уже ничего не мог. Но он был уверен, что в следующий раз оставит достаточно, что бы хоть немного радости в глазах напротив увидеть. Внимание за деньги не купишь, уж точно не у Чонгука, но Тэхен это сделать не ради этого хотел, а что бы человеку помочь, что бы красок в его жизни принести. Ему было важно, что бы Чонгук себя хорошо чувствовал, но почему ему это важно было, объяснить не мог. Официант смешанные чувства вызывал, неприязнь и интерес одновременно. Ему нравилась та независимость с которой Чонгук на всех смотрел, но и отталкивала одновременно, потому что он себе лишнего позволял в отношении других людей. Как бы тебя не ранили, всех под одну гребенку не заметай. Быть может, Тэхен еще не раз ошибется в людях, но вот в Чонгуке почему-то ошибаться не хотелось. Поэтому лежа на кровати своей спальни, что так ему не нравилась, Тэхен задумывался, что нужно что-то менять. Попробовать себя в чем-то другом, выйти из зоны комфорта. И тогда и пришла эта мысль, пойти против всех. Он знал, что осуждение у окружающих вызовет, но так жить всегда не хотелось. Хотелось, что бы уважать начали, потому что всего сам добился, а не при помощи папочки-бизнесмена. Поэтому Тэхен телефон в руки взял и знакомый чат открыл. Он ответа сразу увидеть не ожидал, поэтому сообщение одно отправил и телефон назад отложил, что бы завтра проснуться и в новую жизнь войти. Тэхен: Возьмете меня в кафе работать? Тэхен знал, что отец узнает и прибьет его на месте, но поделать уже ничего не мог. Осуждение в глазах семьи уже стояло перед глазами, стоило только их закрыть. Но Тэхену было важно, доказать самому себе в первую очередь, что он чего-то стоит, помимо огромных трат и раскошной жизни. Он дал толчок развитию внутри себя и не собирался назад отступать. Все-таки интересно, что получиться из этого необычного амплуа богатого-бедного мальчика.