Первая "Мафия"

Вечер опустился на дом блогеров мягкими сумерками, окрасив комнату в приглушенные тона. За окном догорал закат, но трое друзей, собравшихся в комнате, не замечали смены дня и ночи. Они были слишком поглощены разговором, который, казалось, длился уже целую вечность. Дилан мерил шагами пространство от стены до стены - четкие, размеренные движения, выдававшие в нем скорее машину, чем человека, несмотря на новое тело. Его голос звучал ровно, но в нем чувствовалась та особая энергия, которая появлялась всякий раз, когда речь заходила о будущем автоматонов. — Пойми, Ричард, это должно быть не просто интервью. Людям нужно увидеть, что мы не бездушные механизмы. Что у нас есть... черт, даже не знаю, как это назвать. Душа? Сознание? Что-то, что делает нас больше, чем просто набором схем и проводов. Ричард сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и задумчиво постукивал пальцами по подлокотнику. Его блогерский ум уже просчитывал варианты. — Хорошо, давай разложим по полочкам. Мы запускаем серию роликов на моем канале. Первый - твое официальное заявление, это мы уже обсуждали. Второй - что-то вроде «дня из жизни». Покажем, как ты взаимодействуешь с людьми, как принимаешь решения. Третий... — Третий должен быть эмоциональным, — перебил Дилан, останавливаясь посреди комнаты. — Пусть это будет разговор о том, через что мы прошли. Без прикрас. Остров, лаборатория, все эти гребаные эксперименты. Люди должны понять, что мы чувствуем. Или хотя бы попытаться понять. Он снова начал ходить, и половицы отзывались мерным скрипом под его шагами. Лололошка наблюдал за ним с кровати, поджав колени к груди. Он молчал уже несколько минут, и друзья, увлеченные обсуждением, кажется, не замечали его тишины. Или делали вид, что не замечают. На самом деле Лололошка изо всех сил пытался сосредоточиться на разговоре. Пытался поймать нить, вставить хоть слово, показать, что он здесь, что ему не все равно. Но мысли, тяжелые и липкие, словно смола, затягивали его куда-то вглубь себя. Скоро. Это слово пульсировало в сознании, отдаваясь тупой болью где-то в груди. Он чувствовал это всем телом - странное, необъяснимое ощущение, будто сама реальность начинает расступаться вокруг него. Будто нити, связывающие его с этим миром, истончаются с каждым часом. Он не говорил об этом. Ни Дилану, ни Ричарду. Зачем? Что они могут сделать? Что вообще можно сделать, когда ты даже не до конца понимаешь, кто ты такой и зачем существуешь? Мироходец. Красивое слово, за которым не стоит ничего, кроме пустоты и вопросов без ответов. Он упоминал об этом однажды, надеясь, что никто не станет копать глубже. И они не стали. Возможно, поняли. Возможно, просто не хотели давить. Но легче от этого не становилось. Лололошка перевел взгляд на Дилана. Тот как раз оживленно жестикулировал, объясняя Ричарду какую-то деталь их плана, и в его глазах горел тот самый огонь, который Лололошка так хорошо знал. Огонь борьбы. Огонь надежды. Дилан верил в то, что делал. Верил в будущее. А я? Во что верю я? Он не успел додумать эту мысль. В дверь постучали - три коротких, энергичных удара, которые могла производить только один человек в этом доме. Повисла секундная тишина, а затем дверь со знакомым тихим скрипом отворилась. На пороге стояла Клео. Её Светлые красные волосы были собраны в небрежный пучок, а на губах играла та самая теплая, чуть лукавая улыбка, которая всегда действовала на окружающих безотказно. — Так-так-так, — протянула она, обводя взглядом комнату. — И о чем же таком важном совещаются великие умы, пока остальные смертные скучают в одиночестве? Дилан мгновенно остановился и скрестил руки на груди. Его лицо приняло то самое скептическое выражение, которое Лололошка видел уже сотни раз. — Дай угадаю, — произнес Дилан с легкой иронией в голосе. — Новое видео для твоего канала? Реакция на что-нибудь? Или, может, челлендж? Мы тут вообще-то важными вещами занимаемся. Клео рассмеялась звонко, искренне, совершенно не обидевшись на его тон. — О, расслабься, гений пиара. Никаких камер, никаких сценариев. Я собираю всех внизу, в зале. Будем играть в мафию. — В мафию? — переспросил Ричард, и в его голосе послышался явный интерес. — Именно. Приятный вечер теплых разговоров и смеха, — девушка произнесла эту фразу с особой интонацией, явно цитируя кого-то или что-то. — Так я это называю. Мы в последнее время почти не собираемся все вместе, а тут такой случай, почти все дома, никто особо не занят... — Я вообще-то занят, — пробурчал Дилан, но как-то неубедительно. — Твое «занят» — это ходить кругами и спорить с Ричардом? — Клео приподняла бровь. — Очень важное дело, не спорю. Но оно подождет. Возражения не принимаются. У вас три минуты. Три минуты, и чтобы все трое были внизу. Иначе я вернусь, и тогда вам придется играть не в мафию, а в «убеги от разъяренной Клео». Поверьте, это куда страшнее. Она подмигнула, развернулась на пятках и исчезла в коридоре, оставив после себя лишь легкий аромат духов и ощущение, что сопротивляться бесполезно. В комнате повисла недолгая пауза. Дилан вздохнул и как-то обреченно махнул рукой: — Ладно. От нас все равно не отстанут. Ричард, продолжим позже? — Конечно, — кивнул тот, поднимаясь с кресла. — К тому же, может, это и к лучшему. Свежая голова - свежие идеи. Лололошка медленно спустил ноги с кровати. Честно говоря, он был рад этой неожиданной передышке. Игра, смех, друзья, может быть, это отвлечет его от мрачных мыслей. Может быть, хотя бы на час он сможет притвориться, что всё в порядке. Что он не чувствует, как мир вокруг него становится все более зыбким, словно отражение в воде. — Ты как? — голос Дилана прозвучал неожиданно близко. Он остановился у двери и смотрел на Лололошку не пристально, но внимательно. Слишком внимательно. — Нормально, — ответил мироходец слишком быстро. — Пойдем. Клео ждать не любит. Он поднялся и направился к выходу, чувствуя спиной взгляд друга(?). Тот ничего не сказал, но Лололошка знал — он заметил. Дилан всегда замечал. Просто не давил. И за это Лололошка был ему благодарен больше, чем мог бы выразить словами. В зале на первом этаже уже царило оживление. Большие диваны были сдвинуты так, чтобы образовать уютный круг, на журнальном столике горели несколько свечей, создавая мягкое, чуть таинственное освещение. Клео уже сидела на одном из кресел, поджав под себя ноги, и что-то увлеченно рассказывала Бри, которая расположилась рядом на диване. Тим, устроившийся с краю, сосредоточенно листал что-то в телефоне, но то и дело отрывался, чтобы вставить колкую реплику. Не хватало только Глена. — А где Глен? — спросил Лололошка, опускаясь на свободное место. Дилан сел неподалеку, на противоположный конец дивана, но достаточно близко, чтобы Лололошка мог чувствовать его присутствие, то самое, успокаивающее, от которого становилось чуть легче. Ричард тем временем уже деловито перебирал колоду карт, которую кто-то предусмотрительно оставил на столике. — Ушел за вкусняшками, — отозвалась Бри, поправляя прядь волос. — Он, вообще-то, один из организаторов этого вечера. Сказал, что мафия без чипсов и газировки - это не мафия, а сиротское собрание. — В его репертуаре, — хмыкнул Тим. — Так что не расстроится, если пропустит одну игру, — добавила Брайяна. — Тем более, он знал, что мы начнем без него. Сказал, что вернется к самому интересному. Клео тем временем оглядела собравшихся и хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Итак, раз все в сборе, объясняю. Мы с Гленом решили устроить этот вечер, потому что... ну, вы сами знаете. Последние события нас всех немного вымотали, — она бросила быстрый взгляд на Дилана. — Без обид, Дилан, ты знаешь, я тебя люблю. Но вся эта автоматонная суета... — Да какие обиды, — отмахнулся он, и в его голосе не было ни капли раздражения. — Я сам от этого устал. Так что мафия звучит идеально. — Вот и я о том же! — просияла девушка. — Мы редко собираемся просто так, без камер и сценариев. И неизвестно, когда получится еще. А раз сейчас все бьют баклуши... — Эй, я вообще-то больше всех стараюсь над контентом! — возмутился Тим, отрываясь от телефона. — И я вообще-то был занят. Очень важный монтаж, между прочим. — Конечно-конечно, — Клео улыбнулась. — Поэтому ты уже битый час сидишь и листаешь ленту? Тим что-то пробурчал в ответ, но без настоящей обиды. В конце концов, он действительно соскучился по всем просто не любил это показывать. Лололошка слушал их перепалку, и на его губах появилась легкая, чуть грустная улыбка. Он смотрел на друзей - на Клео, которая смеялась, запрокинув голову; на Тима, который изображал оскорбленное достоинство, но явно наслаждался моментом; на Бри, которая с мягкой улыбкой наблюдала за происходящим. На Дилана, который... А что, если это последний такой вечер? Что, если я больше никогда не смогу вот так сидеть с ними, слушать их глупые шутки, чувствовать тепло свечей и запах старого дерева? Что, если... Он оборвал себя. Нет. Не сейчас. Сейчас нужно быть здесь, в этом моменте. Он заслужил хотя бы один вечер без мыслей о неизбежном. — Лололошка? — голос Ричарда вывел его из задумчивости. Тот уже закончил тасовать карты и теперь смотрел на него с легким прищуром. — Ты знаешь, как играть в мафию? Лололошка встретил его взгляд. Где-то в глубине души он понимал, что друг спрашивает не из праздного любопытства, он уже просчитывал всех игроков за столом. Но Лололошка лишь кивнул. Медленно, серьезно, с какой-то почти пугающей уверенностью. Ричард на мгновение замер. Этот кивок... В нем было что-то такое, от чего у него по спине пробежал холодок. Так кивают профессионалы. Нет, не просто профессионалы, а мастера, которые знают что-то, чего не знают остальные. Которые видят карты насквозь и читают людей, как открытые книги. Черт, — подумал Ричард. — Кажется, вечер будет интересным. Он перевел взгляд на Дилана, чтобы проверить его реакцию, и успел заметить, как тот прячет усмешку. Всего на секунду, уголки его губ дрогнули, глаза блеснули и тут же лицо снова стало невозмутимым. Но этого было достаточно. Дилан тоже знал. Он догадывался, что сейчас произойдет. И, судя по всему, совершенно не собирался вмешиваться. — Отлично, — произнес Ричард, стараясь сохранить невозмутимость. — Тогда начнем. Правила все знают, так что без лишних предисловий. Он начал раздавать карты одну за другой, быстрым, отработанным движением.