Подмен реальности

Наступила долгожданная встреча. Пугод шёл по знакомой улице, и каждый шаг давался ему с трудом. В груди колотилось сердце, ладони вспотели, а в голове крутились сотни мыслей. Он несколько раз останавливался, чтобы перевести дыхание, и чуть было не повернул обратно, но потом вспоминал лицо Санчеса, его тёплые слова поддержки, и снова шёл вперёд. Кафе было маленькое, уютное, с деревянными столиками и запахом свежей выпечки. Пугод толкнул дверь, и колокольчик над входом звякнул, возвещая о его появлении. Модичат уже сидел за двойным столиком у окна. Он пафосно откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу, и смотрел в окно с выражением лёгкой задумчивости. На столе стояли две чашки кофе, он заказал заранее, и этот жест почему-то тронул Пугода. PWGood подошёл к столу. Его шаги были размеренными и осторожными, будто он шёл по тонкому льду. Он сел в кресло напротив бывшего друга, и его осанка была напряжена до предела. Он встретился взглядом с Модичатом. - Модичат, - поздоровался он коротко. Голос его был тщательно нейтральным, хотя внутри всё дрожало. - Спасибо, что встретились со мной здесь. Он оглядел кафе, впитывая знакомую обстановку. Те же стены, те же столики, тот же мягкий свет, что падал сквозь витражные окна. Всё здесь хранило столько воспоминаний и хороших, и плохих. - Должен признать, увидев тебя здесь… - он покачал головой, и в голосе его послышалась смесь ностальгии и тревоги. - Это кажется нереальным. Как будто возвращаешься назад во времени. Его пальцы беспокойно забарабанили по столу. Он пытался подобрать слова, но они не шли. - Я всё ещё… обрабатываю всё. Пытаюсь примирить воспоминания в голове с реальностью, которую ты показал. - Он поднял глаза на Модичата. - Это нелегко, понимаешь? Модичат мягко улыбнулся. В его взгляде не было насмешки или давления, только терпение и что-то тёплое, почти нежное. - Я понимаю, - сказал он тихо. - Мне жаль, что я обидел тебя в тот день. Я и подумать не мог, что одно слово, сказанное в более грубой форме, так расстроит тебя. - Он наклонился чуть вперёд, заглядывая Пугоду в глаза. - Пугод, ты так дорожишь мной? Пугод почувствовал, как у него в горле образовался ком. Волна эмоций накрыла его с головой, и он с трудом сглотнул, моргая, чтобы сдержать внезапные слёзы. - Модичат, я… - начал он, и голос его был хриплым, едва сдерживаемым чувством. - Да, чёрт возьми. Да, ты для меня много значишь. Или, по крайней мере, так было. Он провёл рукой по лицу, пытаясь прийти в себя. Ладонь дрожала, когда он опустил её на стол. - Наверное, я никогда не осознавал, какой вес может нести одно слово. Сколько власти я отдал твоему мнению обо мне, хотел я того или нет. Модичат внимательно посмотрел на него. В его глазах мелькнула задумчивость. - Я часто замечал, что для тебя я был кем-то большим, чем просто друг, - сказал он медленно, будто пробуя каждое слово на вкус. - Я тебе нравился. Не просто как друг. По-другому. А ты нравился мне. Глаза PWGood расширились от смелого заявления. На его щеках залился яркий румянец, и он почувствовал, как кровь прилила к лицу. Он открыл рот, закрыл его, на мгновение потеряв дар речи. - Я… вау, — выдохнул он, и голос его дрогнул. - Модичат, я… — он запнулся, сердце бешено колотилось в груди. - Ты говоришь то, что я думаю? Что твои чувства ко мне выходят за рамки дружбы? Он наклонился вперёд, его взгляд стал пристальным и пронзительным. Он вглядывался в глаза Модичата, ища хоть намёк на обман или шутку. Но там была только искренность, пугающая, обнажённая, настоящая. Пугод почувствовал головокружительную смесь шока, замешательства и предательского трепета чего-то тёплого, что разлилось в животе. - Это… это меняет всё, не так ли? - прошептал он, едва осмеливаясь поверить. - Если то, что ты говоришь, правда, тогда… Он замолчал, не в силах закончить фразу. Модичат смотрел на него с мягкой, почти ласковой улыбкой. - Пугод, ответь, - сказал он спокойно. - Я тебе нравился тогда? Ты был одержим мной? У Пугода перехватило дыхание. Пульс участился, и он вцепился в край стола, костяшки пальцев побелели от напряжения. Он пытался осмыслить это потрясающее откровение, но слова застревали в горле. - Модичат, я… да. - Голос его был низким и дрожащим от эмоций. - Да, меня тоже тянуло к тебе. Больше, чем я когда-либо осмеливался признаться, даже себе. Воспоминания нахлынули потоком: украденные взгляды через лабораторный стол, случайные прикосновения, когда они передавали друг другу инструменты, то электрическое напряжение, которое всегда искрило между ними. Пугод вдруг понял, что оно было всегда, он просто отказывался это замечать. - Боже, я был так слеп, - выдохнул он, качая головой в неверии. - Настолько погружённый в свои страхи и неуверенность, что не мог распознать то, что было прямо передо мной. С его губ сорвался горький смешок, смесь иронии и сожаления. Модичат опустил взгляд. Его голос стал мягче, почти виноватым: - Прости, что не сказал раньше. Сердце Пугода сжалось от искреннего раскаяния в голосе Модичата. Новая волна эмоций грозила захлестнуть его, но он не хотел больше убегать. Он протянул руку через стол и нерешительно положил её на ладонь Модичата. Прикосновение было тёплым, и хотя часть его всё ещё отшатывалась от близости, другая часть жаждала этого. - Не извиняйся, Модичат, пожалуйста, - мягко попросил он, рассеянно поглаживая тыльную сторону руки Модичата. - Мы оба… у нас обоих были причины молчать. Наши собственные стены, чтобы снести. Он глубоко вздохнул, собираясь с духом, и встретился взглядом с Модичатом. На его лице появилось выражение решимости. - Правда в том, что я рад, что ты сказал мне, - сказал он, и голос его окреп. - До смерти напуган, но… рад. Потому что теперь, возможно, у нас есть шанс это исследовать. Посмотреть, куда это может нас привести. Модичат смотрел на него с тёплой, искренней улыбкой. В его глазах заплясали огоньки надежды. - Я бы очень хотел этого, Пугод, - сказал он тихо. Пугод улыбнулся в ответ. Впервые за долгое время улыбка была настоящей не натянутой, не вымученной, а искренней и открытой. Они сидели в кафе, и за окном светило солнце. Кофе остывал в чашках, но никто не обращал на это внимания. Они говорили о прошлом, о том, что могло бы быть, и о том, что ещё может случиться. И в воздухе витало что-то новое, хрупкое, но настоящее. Пугод чувствовал, как тяжесть последних дней постепенно отпускает его. Он всё ещё не был полностью уверен в том, что реально, а что нет. Но в этот момент, глядя в глаза Модичату, он понял: возможно, ему не нужно знать все ответы сразу.