Игра на синих струнах твоих рук

Дориан стоял посреди комнаты, еле освещаемый лишь лунным светом. На нём была лишь ночная рубаха до пят, абсолютно белая и чистая. В руках его был нож. Взгляд его был устремлён в открытое окно. Было невероятно плохо. В голове гудело, тело покрывалось мурашками, из глаз лились слёзы. Хотелось кричать. Вопить как можно громче, пока не сорвется голос. Но в горле как назло встал противный ком, не дающий даже вздохнуть. "Слишком громко" — единственная ясная мысль, которую он мог разобрать в своей голове, остальные путались и слипались воедино. Его уши ловили крики, призрачные, которые никто кроме него не слышит. Даже Валентайн, который тоже видит призраков, не такой-же чувствительный к их страданиям. Было больно. За всех них. За каждого призрака, что вынужден остаться в этом грешном мире. По щекам Дориана перестали литься слёзы. Он твёрдо решил — "Я не хочу больше страдать" Он задрал рукава ночной рубахи до локтей. Синие Вены казались на бледной коже даже ярче, чем раньше. Тонкие светло–синие полоски шли по всей руке. Дориан поднёс лезвие ножа к ним, словно зачарованый смотря на то, как лезвие плавно проходится по внутренней стороне руки, оставляя после себя красную полоску. А потом ещё раз, в другом месте. Боль от криков призраков уходила, оставляя после себя туманную пустошь. Он продолжал водить лезвием по синим ветвями на руке. Крови становилось всё больше, она брызгала в стороны, капала на пол, пачкала собой белую ткань ночнушки, оставляя на ней рыжие разводы. Синих полос более не было видно, вместо этого на руке образовалось кровавое месево из красных от крови кусков мяса и кожи, а в некоторых местах стали видны кости. В голове по прежнему было пусто, в ушах стоял неразборчивый шипящий гул, в горле крутилась тошнота, а в глазах начало темнеть и зерниться. Дориан остановился, смотря на это всё, а после взглянул на вторую руку, полностью целую, но всё равно в крови. Он хотел было взять нож в искалеченную руку, но пальцы отказались смыкаться на ручке и столовый прибор с тихим стуком упал на пол. Только сейчас Дориан очнулся. Он замер, смотря на ярко алые куски плоти,что раньше были его рукой. Он ошарашенно уставился на это. Он не чувствовал боли, рука онемела полностью и не только она. Тело резко задеревенело, с трудом отзываясь на порыв мозга пошевелить рукой или ногой. И то стоило Дориану сделать небольшой шажок назад, как он рухнул вниз, стукаясь затылком о картах кровати. Боль неприятно отдалась в висках. Захотелось закричать, позвать на помощь, но в горле до сих пор стоял ком. По щекам снова хлынули слезы, Дориан понял, что не хочет умирать. Было ещё много причин жить, например миссис Раджани, куда ей деваться если он умрет? У него только появились хорошие друзья... А что будет теперь? Он будет вынужден скитаться по миру в виде призрака? От этой мысли тело резко похолодело, нужно было встать и срочно оказать себе первую медицинскую помощь, вот только какую? На руке мясо, буквально висящие куски плоти, что сочаться кровью, такое бинтами не обмотаешь, тут нужен врач.  Но нужно было сделать хотя бы что-то, например попросить помощь. Дориан поднимается с колен ничего толком не чувствуя, тело онемевшее, в глазах стало темнеть, но Дориан упорно направился к двери, прижимая растерзанную руку к груди. — Дориан! Что за шум посреди ночи? — недовольным голосом поинтересовался его призрачный сосед, вплывая в комнату через дверь — имейте совесть, я достаточно чутко... Дориан! Мистер Блек замер недалеко от двери. В темноте плохо было видно, но призрак точно был в состоянии разглядеть лужи крови и то, как Дориан прижимает к себе руку, растерзанную в мясо. Чарльз засветился, оглядываясь. — Что, черт возьми, произошло когда я спал? — Дориан лишь сполз по столу на пол, смотря на него взглядом. Он был весь измазан кровью, тихо хныкал и дрожал, смотря на Чарльза взглядом, в котором ясно и коротко читалась мольба о помощи. — Я сейчас же попрошу миссис Раджани вызвать врача, подождите! — Но миссис Раджани уже стояла в дверях со свечой, прикрывая рот ладонью, шокированно смотря на открывшуюся картину. В доме все засуетились. Миссис Раджани судорожно пыталась вызвать врача, пока мистер Блек оставался рядом с Дорианом. Меньше всего он ожидал чего-то такого, точнее, вообще не ожидал. Дориан не был тем человеком, кто спокойно резал руки, желая выплеснуть куда то эмоции. Он не находил выхода во вреде себе, но сейчас именно он сидел на полу, прислонившись головой к карказу кровати, весь в крови и с мясом вместо руки. В глазах темнело сильнее, Дориан чувствовал, что ещё немного и он закроет глаза, вероятно, уже навсегда. Было страшно, но делать что-то уже было глупо. В голове стоял гул в котором звучали крики и вопли призраков, тело перестало чувствоваться, виски судорожно зудили. — Дориан! Дориан! — позвал мистер Блек, когда заметил, что глаза Дориана  медленно закрываются. Но реакции не последовало. Веки Дориана тяжело опустились, словно налитые свинцом, и он провалился в темную, густую бездну.

‧͙⁺˚*･༓☾　☽༓･*˚⁺‧͙

Пробуждение было тяжёлым. Глаза кое как открылись, тут же закрываясь от яркого света. — Очнулся! — прозвучал женский голос и Дориан снова открыл глаза. Миссис Раджани держала его целую руку в своих теплых ладонях. Она выглядела такой счастливой, какой Дориан её никогда не видел. — Господи, Дориан... — по другую сторону кровати сидел мистер Блек и... Валентайн... Он смотрел на него взглядом, в котором Дориан мог увидеть и радость, и грусть, и злость. Дориан почувствовал болезненый укол вины, даже толком не поняв, за что конкретно. — Я схожу сделаю вам поесть! — подскочила со стула миссис Раджани и направилась к двери, поспешно за ней исчезая. Мистер Блек окинул взглядом Дориана и приподняв край своей вуали сказал: — Думаю, мне стоит оставить вас наедине, — мистер Блек также поднялся из кресла и не спеша направился к двери — Напугали же вы меня, друг мой... Чарльз исчез за дверью, оставляя двух мужчин наедине. Только сейчас Дориан заметил, что находится не в своей комнате, а в соседней. — Врач сказал, что ничего сильно страшного нет... — тишину разрезал низкий мужской голос. Дориан сжался, неуверенно переводя взгляд на Валентайна — остануться мелкие шрамы, а крови вы потеряли совсем немного. — Сколько дней я был без сознания? — спросил он первое, что пришло на ум. — Пять дней... Дориан вгляделся в Валентайна. Под его красными глазами залегли тени, а волосы были явно не мытые уже несколько дней. — Простите я... — Дориан отвёл взгляд, смотря на свои руки, одна из которых была туго перевязана белыми бинтами. — Мне было так больно... Дориан сжал губы в тонкую полоску. Валентайн пересел к нему на кровать, склоняясь над ним, между их лицами было пару сантиметров. — скажите... — Мне было слишком больно, но это была не моя боль, а призраков... — Дориан посмотрел на серьёзное лицо своего друга — Я был словно в трансе, сам не понял, что делаю... А потом очнулся... Мне было так страшно... Он тихо всхлипнул, прикрывая глаза. Валентайн тяжело вздохнул и прижался губами к его. Дориан опешил, тихо фрикам в поцелуй. Он был коротким, быстрым и мягким. Валентайн оторвался и уткнулся лбом в плечо Дориана. — Я боялся за вас... — честно признался он, его пальцы сжали талию Дориана — Когда миссис Раджани позвонила мне и сказала о вашем состоянии, я сорвался с места как ненормальный. Мне было страшно, что я больше никогда вас не увижу, не услышу вашего голоса, не увижу радости на вашем лице... — Я бы всё равно стал призраком... — Замолчите! — рявкнул Валентайн, да так, что Дориан аж вздрогнул — Я хочу видеть вас живым, не мёртвым, не призраком... Его голос дрогнул, и Дориан увидел, что Валентайн плачет. По его щекам текут горячие слезы, что падают на его лицо и стекают вниз на подушку. — Вы не должны умирать так рано... Не сейчас, слышите, не сейчас... Дориан обнял рукой его шею и притянул к себе, ласково чмокая в висок. Он хотел что-то сказать, но изо рта вырвалось лишь пару вздохов. Валентайн прижался губами к трепещущей венке на его шее, довольно чувствуя, как бьется его пульс.