First and Foremore

Ильве устроилась в гостиной дома Кочари с модным журналом на коленях. Лениво перелистывая страницы, она время от времени задерживала взгляд на ярких фотографиях. Внезапно входная дверь с грохотом распахнулась и ударилась о стену. От неожиданности девушка вздрогнула и резко подняла голову. — Фадиме? — позвала она. В ответ послышался лишь торопливый топот. Фадиме вихрем пронеслась через прихожую, даже не взглянув в сторону кузины. Через секунду дверь её комнаты захлопнулась. Нахмурившись, Ильве отложила журнал на журнальный столик и поднялась с дивана. Она подошла к комнате подростка и осторожно постучала. — Фадиме? Не дождавшись ответа, девушка приоткрыла дверь. Сестра лежала на кровати лицом вниз, уткнувшись в подушку. Её плечи были напряжены, а пальцы судорожно сжимали край покрывала. — Фадиме? — Мягко позвала Ильве. В ответ снова молчание. На девочке всё ещё была её любимая спортивная футболка, которую она обычно надевала на тренировки по волейболу. Она даже не переоделась после занятий и осталась в спортивных брюках, словно сразу прибежала домой. Ильве присела на край кровати и осторожно погладила её по спине. — Всё в порядке? Что-нибудь произошло? — Ничего не произошло, — глухо отозвалась Фадиме из подушки. Ответ прозвучал настолько неубедительно, что Ильве едва удержалась от вздоха. Она бережно убрала с плеча сестры выбившуюся прядь волос. — Ты же знаешь, что можешь рассказать мне всё что угодно. Я выслушаю и постараюсь помочь. Девочка молчала, а Ильве не стала давить. Она прекрасно помнила себя в четырнадцать лет и знала, как трудно иногда подобрать слова для того, что кажется концом света. Поэтому она просто осталась сидеть рядом. Спустя почти минуту, Фадиме медленно повернула голову. Её лицо было ярко-красным, глаза слегка блестели, а кончики ушей пылали. Она плакала или запыхалась пока всю дорогу бежала домой? Возможно, и то и другое. Девочка глубоко вдохнула, будто собираясь с силами и начала говорить: — Ты же знаешь, что после тренировок по волейболу мы с Акча иногда остаёмся с Юсуфом и Исо из Фуртуна? Ильве кивнула. — Конечно. — Сегодня после тренировки многие задержались во дворе школы, — продолжила Фадиме. — Мы болтали, смеялись, а потом кто-то предложил сыграть в «Правду или действие». — Тааак. И что было дальше? Фадиме отвела взгляд. — Сначала всё было нормально. Все задавали глупые вопросы, заставляли друг друга выполнять дурацкие задания... Она нервно теребила край футболки. — Потом Акча спросила меня, нравится ли мне кто-нибудь. Ильве заметила, как девочка покраснела ещё сильнее. — И? — И в этот момент Исо посмотрел прямо на меня, — почти шёпотом произнесла Фадиме. На несколько секунд в комнате повисла тишина. — Прямо мне в глаза. Не отводил взгляда ни на секунду. — Что ты ответила? — осторожно спросила Ильве. Фадиме застонала и снова спрятала лицо в ладонях. Она сглотнула и прикрыла лицо руками. Ильве заметила, как сестра торопливо вытерла глаза ладонями, прежде чем снова заговорить. — Я тоже смотрела на него, и мы просто... смотрели друг на друга какое-то время. Наверное, всего несколько секунд, но мне показалось, что прошла целая вечность. А потом я ответила. Теперь Ильве уже почти догадывалась, к чему ведёт этот рассказ. — Что ты ответила? — Я сказала «да», — пробормотала Фадиме, отворачиваясь. — А потом, когда все начали расходиться по домам... Акча уже ушла с отцом, а я ждала тебя. Исо тоже остался со мной, и мы... мы поговорили. Ильве слегка кивнула, показывая, что внимательно слушает. — Да? И о чём же? Голос её звучал спокойно и мягко, без тени насмешки или осуждения. Фадиме глубоко вдохнула. — Исо спросил, кто мне нравится. Потому что во время игры я так и не сказала, кто это. Я ответила, что он всё равно не знает этого мальчика. Тогда он спросил, не Энгин ли это. Она обхватила руками колени и прижала их к груди. — Я сказала, что нет. Что это не Энгин. И вообще никто из моего класса. Что мне не нравится ни один из моих одноклассников. Ильве молча слушала. — Потом он спросил, может, это кто-то из соседей. Или кто-нибудь из Кочари, кого я знаю через братьев. Но я ответила, что нет, это не они. Голос девочки становился всё тише. — И тогда он спросил, кто же это. Она замолчала, но Ильве терпеливо ждала. — Потому что... потому что... Девочка нервно сжимала пальцы, пытаясь подобрать слова. Вскоре она начала раскачиваться взад-вперёд на кровати, крепко обхватив себя руками. Ильве чувствовала, каких усилий ей стоит этот разговор. Дело было уже не в простой подростковой симпатии. Фадиме боялась. По-настоящему боялась. Поэтому Ильве осторожно взяла её за руку. — Посмотри на меня. Фадиме не сразу подняла взгляд. — Ты можешь рассказать мне что угодно, сестрёнка. Что угодно. И я никогда не буду на тебя злиться, слышишь? — Мягко сказала Ильве. — Обещаю. Несколько секунд Фадиме молчала, а потом резко выдала: — Я сказала Исо, что он мне нравится, поцеловала его в щёку и... убежала. После признания она словно потеряла последние силы - по её щекам сразу покатились слёзы. Девочка закрыла лицо руками и всхлипнула. — Ох..Какая же я дура... Ильве тут же придвинулась ближе и крепко обняла её. — Эй. Нет. Не говори так. Она прижала девочку к себе и поцеловала в макушку. — Всё хорошо. Всё хорошо, дорогая. Но Фадиме только сильнее расплакалась. — Ильве, я люблю Исо Фуртуна... — выдавила она сквозь слёзы. — Фуртуна! Словно сама фамилия звучала как приговор. — Нашего врага... Её плечи дрожали. — Я не хочу быть предателем. — Фадиме... — Не хочу, чтобы ты меня ненавидела. Не хочу, чтобы братья меня ненавидели. Не хочу, чтобы все думали, будто я выбрала их сторону... Каждое слово становилось всё более отчаянным. — Я пыталась перестать думать о нём. Правда пыталась. Но у меня не получается. Она вцепилась пальцами в свитер Ильве, как маленький ребёнок. — А сегодня, когда он смотрел на меня... я просто не могла больше врать. Ильве крепче обняла сестру. Ей было всего четырнадцать. Четырнадцать лет, и она уже сидела здесь, искренне убеждённая, что совершила нечто ужасное только потому, что её сердце выбрало не того человека. — Послушай меня внимательно, — тихо сказала Ильве, проводя ладонью по её волосам. — Ты никого не предала. Фадиме подняла на неё заплаканные глаза. — Но он Фуртуна... — А ещё он просто мальчик, который тебе нравится. — Но... — Нет, сестрёнка. Любить кого-то и предавать семью — это не одно и то же. Фадиме смотрела на неё так, словно боялась поверить услышанному. — И я точно не стану ненавидеть тебя за то, кого ты любишь. Она коснулась лба девочки своим. — Никогда. Ильве притянула сестру к себе и крепко обняла. Обычно Фадиме не слишком любила объятия. Не потому, что была неласковой или не любила родных. Просто она становилась старше и отчаянно хотела, чтобы окружающие перестали видеть в ней маленькую девочку. Но сейчас всё было иначе. И сейчас объятия это было именно то, что ей нужно. Поэтому она тут же обняла Ильве в ответ и уткнулась лицом ей в плечо. — Я люблю и принимаю тебя несмотря ни на что, ты же знаешь, — тихо сказала Ильве. — И я знаю, что ты уже не малышка. Но для меня и твоих братьев ты всё равно всегда будешь нашей малышкой, кем бы ни стала и кого бы ни полюбила. Фадиме судорожно вздохнула. — Знаю, тебе, наверное, было очень страшно рассказывать мне об этом. Но я хочу, чтобы ты знала: я очень горжусь тобой. После этих слов Фадиме расплакалась ещё сильнее. Только теперь это были слёзы не страха и не стыда, а облегчения. — Правда? — прошептала она. — Правда, — улыбнулась Ильве, поглаживая её по спине. — Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. И, возможно, даже лучше, чем ты думаешь. А ещё я хочу, чтобы ты помнила одну вещь: я всегда буду поддерживать тебя и твоих братьев. Что бы ни случилось. Фадиме подняла на неё покрасневшие глаза. — Правда? — Конечно. И поверь мне, твоя любовь к Исо Фуртуна — это последнее, что могло бы заставить меня разочароваться в тебе. Фадиме тихо рассмеялась сквозь слёзы. — Спасибо, Ильве абла. — Всегда пожалуйста, дорогая. Они немного посидели молча, затем Ильве вдруг прищурилась. — Так... А почему ты тогда сбежала? Фадиме мгновенно покраснела. — Ну… После того как я его поцеловала, он несколько секунд просто смотрел на меня. — Ага. Понимаю. — А потом он взял меня за руки... Девочка замолчала. — И? — И поцеловал их. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Глаза Ильве удивлённо расширились. — Что? — Вот именно! — простонала Фадиме. — Я вообще не знала, что мальчики так делают! — Честно говоря, я тоже не ожидала такого от пятнадцатилетнего парня. — Я так растерялась... Просто запаниковала и убежала. — Ух ты, — усмехнулась Ильве. — А Исо, оказывается, романтик. Она ласково потрепала сестру по волосам, и Фадиме тяжело вздохнула. — Теперь я вообще не знаю, что делать. Как я завтра пойду в школу? Как появлюсь на тренировке? Как посмотрю ему в глаза после всего этого? Я умру от стыда. — Нет, не умрёшь. — Умру. — Не умрёшь. — Точно умру. — Фадиме, - улыбнулась Ильве. — Если тебе нужен мой совет, то просто поговори с ним. Я правда думаю, что тебе стоит поговорить с ним. Исо хороший парень. Судя по тому, что ты рассказала, он не смеялся над тобой и не пытался тебя обидеть. Фадиме задумалась. — Нет. — Тогда дай ему шанс объясниться. И себе тоже. Девочка медленно кивнула. — Наверное, ты права. Я хочу поговорить с ним. Просто не знаю когда. — Когда почувствуешь себя готовой. Но, думаю, слишком долго тянуть не стоит. Пока что твой секрет в безопасности со мной. — Хорошо, — понимающе кивнула младшая Кочари. - Спасибо. Ильве крепко обняла её ещё раз. — Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, совет или просто плечо, чтобы поплакать, приходи ко мне. — Ладно. Фадиме вытерла глаза и наконец улыбнулась по-настоящему — широко, искренне и счастливо. После этого она снова плюхнулась на кровать. Ильве удивлённо подняла бровь. — А ты почему легла? Вставай. — Что? — Пойдём поможешь мне с ужином. — Ильве... — Скоро вернутся братья, голодные как стая волков. Поднимайся. Фадиме закатила глаза. — Да, абла... Ворча себе под нос, она всё же слезла с кровати и направилась следом за кузиной на кухню. Впервые за весь вечер её шаги были лёгкими.