В свете одного фонаря.

***

      Лёша вернулся домой достаточно поздно, из‑за чего мама стала на него сильно кричать.

— Я не поняла, ты совсем страх потерял? Малолетний дебил! — кричала мать во весь голос.

Лёша же, ничего не сказав, пошёл спать. Он был немного пьян, но мама этого, видимо, не заметила.

***

Утром шатену нужно было в универ. Он немного проспал, поэтому, не успев позавтракать, вышел из подъезда и сел в такси. Лёша безумно хотел спать и по приезду в университет на первой же паре уснул. Сидел он рядом с симпатичным блондином, которого звали Александр Парадеев. Саша, увидев, что его сосед спит, не стал его будить, но привлекал внимание преподавателя, чтобы тот увидел эту картину. Вскоре Лёшу всё‑таки заметили. Препод начал звать шатена, и все сидящие рядом стали смеяться. Лёша проснулся и извинился за то, что уснул. — Блин, Сань, ты не мог сказать, что мне плохо? Он бы не заметил, — бубнил Лёха спросонья. — А с чего бы мне тебя прикрывать? От тебя перегаром несёт, кстати. Ты моешься хотя бы? — Саша говорил это с насмешкой. — Моюсь, просто ночь не удалась, устал, — Лёша говорил уставшим голосом. — А что такое? — Парадеев спросил, но ему, как казалось шатену, было всё равно. — Я не хочу тут говорить, мало ли кто услышит. — А мне ты, типа, доверяешь? — спросил Саша, потому что не понял, почему же Лёша не может сказать здесь. — Ну больше чем им всем. — Леша говорил максимально спокойно.

***

Пара закончилась

— Сань, подожди, не собирай пока рюкзак, — Лёша наклонился через проход, понизив голос, будто боялся, что преподаватель, уже вышедший из аудитории, всё ещё может услышать. Саша замер с ручкой в руке, покосился на дверь, потом снова на Лёшу: — Прямо сейчас нельзя? У нас ещё пять минут до следующей пары. — Не тут, — Лёша мотнул головой и нервно потёр шею. — Тут как в аквариуме: все смотрят, все слушают. Да и… это не на пять минут. Саша нахмурился, опустил ручку и подался вперёд: — Стой. Ты меня пугаешь. Это что то серьезное? Или наоборот хрень? Лёша поморщился: — Не надо гадать, ты всё равно не угадаешь. И тем более не хочу, чтобы половина группы потом строила теории, пока мы тут шепчемся. — Ну хоть слово! — Саша понизил голос, но в нём чувствовалось нетерпение. — Ты сегодня весь день сам не свой: в лекцию не смотришь, спишь пол пары, вздрагиваешь от каждого звука. Я не могу просто так сидеть и ждать. Лёша сжал край парты, будто искал опору: — Это… да...не скажу я! — Пожалуйста, Сань. Дай мне место, где никто не будет пялиться и встревать. Давай встретимся где‑нибудь спокойно. Саша откинулся на спинку стула, выдохнул, будто смиряясь, но всё ещё не сдаваясь до конца: — Ладно. Где и когда? — В парке, у центрального входа. В девять. К этому времени всё стихнет. И в парке народу поменьше, никто не будет мимо шмыгать. Лёша поднял на Сашу усталый взгляд: — Там фонари горят, но вокруг тихо. Можно нормально поговорить. Саша чуть наклонил голову, пристально посмотрел на него, будто хотел убедиться, что тот не сорвётся: — Точно? Не скажешь потом, что устал и хочешь домой? — Не скажу, — твёрже, чем до этого, ответил Лёша. — Я должен это рассказать. И… спасибо, что не давишь. — Я не давить хочу, а чтобы ты не тащил это один, — тихо сказал Саша. — Так что в девять, у входа. Если что‑то поменяется — сразу пиши. Без отмазок. — Хорошо, — Лёша слабо улыбнулся, впервые за день чуть расслабив плечи. — В девять. Я буду. Саша кивнул, подхватил рюкзак: — Тогда до вечера. А сейчас давай хотя бы лекцию попытаемся послушать, а то завтра оба будем сидеть и хлопать глазами. — Ага, — усмехнулся Лёша, доставая тетрадь. — Попытаемся. И на мгновение в аудитории снова стало просто как на обычной паре — будто не было ни тревог, ни тяжёлых разговоров. Только два парня, готовящиеся слушать лекцию и знающие, что вечером им предстоит другой, куда более важный разговор. Леше казалось, что они разговари не как одногруппники, а как друзья, которые знали друг друга с садика.