Это пройдёт, неважно

Календарь быстро сменяет даты: тёплое время сентября стало чуть холоднее, близится оранжевый октябрь. Школа не меняется: скука на уроках и смех на переменах. Антон привык просыпаться рано и даже начал ложиться спать не под утро. Кажется, что рубашка приросла к телу вместе со строгими брюками, на столе всё чаще бардак из книг и тетрадей. Чай, мурчащий кот, трущийся о ноги, и видео без смысловой нагрузки - вот что даёт хоть что‑то хорошее в семь утра понедельника. Выходные прошли продуктивно: друзья сходили на ночёвку к Позову, где полдня играли в приставку, гуляли в парке, поедая сахарную вату. Было весело, непринуждённо и в каком‑то смысле живо. Но увы, учёба ломает спокойный отдых - нужно снова строить из себя приличных хотя бы на уроках. Смущало одно, вернее один. Человек, который внезапно начал проникать в серые будни парня. Он ходил с ним домой почти каждый раз, говорил так, словно они знакомы не первый год, смеялся с самых глупых шуток, а потом как ни в чём не бывало ставил двойки за опоздания. *** Вторник, 19 сентября. Алгебра. На часах 07:58. Антон даже успел прийти вовремя. На доске появляются уравнения и надпись: «Самостоятельная работа». Холодно, глухо что‑то говорит учитель, а затем раздаёт клетчатые листы каждому. Только вместе с бумагой на парту опускается маленький стикер с написанным от руки номером телефона и словами: «Никому не говори». Шастун ничего не понял из происходящего, хотел открыть рот, чтобы спросить, но только шумно выдохнул - его прервало короткое подмигивание и практически незаметная улыбка, которая сразу сменилась невозмутимо серьёзным взглядом. Только одна мысль пришла в русую голову: *Здрасте, это чё щас было? Мы же в школе* Он всё ещё смотрел на Арсения, непонимающе прокручивая пальцами жёлтый кусочек бумаги. -Приступайте, у вас 15 минут. Сразу говорю: я вижу всех, кто списывает, ваши работы я не приму- уже стоя у стола, озвучил математик. Примеры никак не могут прийти к правильному ответу. Да Антон особо и не пытается - не выходит думать про алгебру, когда перед тобой листок с номером, а в глазах картинка, где тебе подмигивают. Сейчас мысли явно не об учёбе. Рука медленно вынимает телефон из кармана, не для списывания, как обычно, а чтобы открыть контакты. Семь цифр быстро появляются в строке и получают имя «Арсений Сергеевич». Но после написания что‑то не то всё‑таки он же не всегда учитель. Пальцы перепечатывают, оставляя простое: «Арс». Гаджет лежит на коленях. Он мог бы положить его на парту в наглую, но совесть не даёт этого сделать, зато позволяет написать странное, но прямое сообщение. 08:17 Вы: Скиньте ответы, пожалуйста. Вы же мне зачем‑то номерок свой оставили) Юноша замечает, как преподаватель меняется в лице,не в хорошую сторону после прочтения СМС. Парень отводит взгляд от глаз, которые смотрят в душу, а потом снова в экран. 08:17 Арс: Дохуя хочешь Антон, конечно, ожидал, что ему ничего не перепадёт, но о мате точно не думал. Он театрально вздохнул и отложил телефон. Резко загоревшийся дисплей немного осветил лицо. 08:19 Арс: 1) 3√15; 2) 1789; 3) решений нет; 4) 89;56; 5) 12,5. Доволен? А теперь телефон убери, всё лицо подсвечивается. Антон переписывает все ответы с улыбкой: сначала в тетрадь, а потом на маленький скомканный кусочек, который «незаметно» передаёт Оксане под партой. -Шастун, ты давно бессмертным стал? Работу на стол вместе с тем, что ты там Оксане отправляешь- он стучал пальцами по краю стола. -Да, сейчас, простите. Свою работу он, конечно, взял, а вот переписанные ответы нет. У девочек на парте было много записок для таких случаев: в них не было смысла или чего‑то запрещённого, шутки, простые вопросы «как дела?» или набор несвязных слов. Такую одну он и прихватил с собой. Драматично оставляя предметы у учителя, вернулся на место, наблюдая, как тот раскрывает совсем не ту записку. А потом ему приходит уведомление от знакомого человека. 08:23 Арс: «Белочка, шампунь, смеситель, сосна». Антон, это что за шифр? Я думал, ты ответы налево-направо раздаёшь, а тут бред полный. Как это понимать, хороший мой? Он несколько раз перечитал текст. ХОРОШИЙ МОЙ,сначала так, потом ХОРОШИЙ мой, и в конце концов хороший МОЙ. Может, просто прикалывается, или правда пишет это с намерением? Антон не знает, поэтому спрашивает. 08:24 Вы: Че нахуй? *Хороший мой* это как вообще появилось? Сначала номер, теперь это. Вы флиртуете? Арс: О, а что, слабое место? Ну нет, какой флирт, с чего ты взял, хороший мой?)) -Время вышло, сдаём работы!- слишком звонко, не как обычно холодно, сказал Попов. *** Алгебра окончилась. Впереди ещё шесть ничем не отличающихся друг от друга уроков. Первая перемена самая короткая, но сейчас она была как никогда важной. -Это пиздец, товарищи- пересаживаясь на соседнюю парту, выдохнул парень. -Что случилось, у тебя уже?- спросила Ира, роясь в портфеле. -Вот что. Это Арсений Сергеевич оставил- парень показал листок с номером. -Мне на это как реагировать?- -О, это он тебе ответы дал, значит? Прикольно ты устроился- удивилась Оксана. -Телефон свой оставил? Ну, Тоха, крутяк: на тебя запали, походу. Номер просто так не дают обычно. Стоп. Арсений Сергеевич? А че так пафосно вдруг? Когда это ты начал учителей по имени называть?- Матвиенко резко поменял тон под конец. -Серёж, не доёбывайся. Один раз вырвалось сразу чё‑то вынюхиваешь- он не рассказал о переписке. Не рассказал, что подписал его как «Арс». Не рассказал о таинственном словосочетании «хороший мой», которое ему показалось милым. -Ну‑ну, Шаст. Если мы узнаем, что он просто педофил, а ты в него влюбишься не отвертишься- -Не будет такого. Откуда ты это вообще берёшь? Может, ты сам в него втюрился и теперь ко мне ревнуешь?кто знает- перевёл тему парень. -Сдался он мне. У меня вот Димочка есть. У нас конфетно-букетный период, да?- саркастично прижимался тот к Позову. -Пизда, вы как меня сюда приплели? Ваши розовые сопли меня не касаются. Погнали на географию, Гамно Ильич сегодня не в настроении- собирал тетради Дима, попутно отлипляя Серёжу. -Напомните, почему Наталья Владиславовна Гамно Ильич?- спросила, смеясь, Окс. -Пф, как же ты забыла. Я напомню. Але, да! Куда привезли? Кто? Какой ещё ган... Гав... Гамно Ильич? Я таких не знаю!- театрально выдавила Ира. Наверное, это самое странное происхождение клички: просто одна произнесённая ошибка, которая стала главным образом учителя. *** Нудный, совершенно неинтересный предмет. Может, он был бы супер, если бы преподаватель не монотонно бухтел всякую чушь и не пересаживал на первый ряд за любое непослушание. Шастун как раз попал в «чёрный список» и почти каждый урок сидел рядом с учительским столом. Спрашивается, за что? Из ответов только то, что он балуется там, на своём месте. Поля уже обрисованы всеми возможными рисунками, буквы на пенале прочитаны вдоль и поперёк, а рассматривать украшения на руках быстро надоело. Остаётся только лечь на парту и смотреть в пустой коридор, где иногда проходят люди, надеясь, что не уснёшь. Сквозь ресницы Антон увидел знакомый силуэт за пределами класса. Арсений мило беседует с учительницей химии. Слишком мило. Он улыбается, наклоняет голову набок, шутит от чего та закрывает лицо ладонью. Хоть всё и выглядит довольно приятно, и он может быть менее строгим, чем на математике, почему‑то у парня нет положительных эмоций. Он не отводит глаз и немного сжимает губы, прикусывая щёку изнутри. Почему это так противно? Почему хочется никогда не видеть этого, но взгляд не может сдвинуться ни на секунду? Что происходит? Сколько будет этих «почему»? -Хуеграф ебаный- одними губами шепчет под нос Шастун, когда тот исчезает из поля зрения. Само вырвалось, спасибо, что никто этого не услышал. *** Антон вернулся домой после школьного дня. В последнее время это словно не его квартира: вместо маминого смеха, только ссоры либо до жути тихо. Сегодня снова крики, которые он не в силах разобрать. Парень быстро проходит в комнату, оставляет рюкзак, переодевается и так же быстро уходит, даже не поздоровавшись с родителями. В голубых стенах подъезда довольно уютно. Ступеньки серые, холодные и такие родные. Иногда пахнет едой из разных дверей, хоть в основном в воздухе только запах табака. Металлические перила работают как лифт, который давно сломался. Сколько же здесь было душевных разговоров, слёз, счастья и даже признаний! Шастун сам видел, как парень из квартиры напротив признаётся девушке с нижнего этажа. Воспоминаниями пропитана каждая трещина в краске. Только вот все бурные действия было слышно слишком хорошо будь то крики, смех или стоны. Он недолго думая покинул здание. Лавочки рядом не вызывали доверия, да и сидеть на них не особо хотелось. Выход один. Парк. Второе по значимости место: тёплое, весёлое, а главное живое. Там только хорошее, только настоящее и искреннее. Никто не сможет оставить плохой отзыв про всё это. Детские игры, шумные компании, романтичные пары. Площадка никогда не осудит даже самое матерное слово, не обидится на рисунок, сделанный в шутку, не станет прогонять после дня, проведённого на ней. Антон сидел на качелях, немного раскачивая их. В наушниках играет музыка, почему‑то только меланхоличная, медленная, может даже грустная. Тонкая сигарета не зажигается сразу: зажигалка работает исправно, ветра нет, он сам просто не спешит её закуривать только вертит в руке, будто первый раз видит. Несколько минут и пепел уже летит вниз. От мятного холодка горчит на языке, приятно, стабильно, сколько бы времени ни прошло. Сегодня всё как будто идёт слишком грустно: небо серое, песни нагоняют депрессивное состояние, девочка в колено врезалась, Арсений с химичкой флир... Девочка в колено врезалась? Мелодия как знала, когда закончится, чтобы парень точно услышал голос, который уже успел выучить. -Кьяра! Ну что ты! Простите, пожалу... Антон?- подросток увидел перед собой Арсения. Он быстро прокашлялся в кулак, убирая сигарету за спину. -Привет. А ты чего тут? Да ничего, врезалась и врезалась- он специально тянул слова, будто пытаясь загладить то, что курил. Старший вопросительно осмотрел подростка и потом с улыбкой повернулся к ребёнку -Давай ты на горке покатаешься, пока хорошо? Потом маму из магазина пойдём встречать, она тебе шоколадку вкусную купила. Беги, зайчонок- Он погладил девочку по голове. Голос был настолько нежным, что Шастун такого никогда в жизни не слышал. -Так, ну можно ты первым на мой вопрос ответишь: а почему ты сигарету спрятал?- теперь взгляд был прикован к Антону. Так мягко брюнет не общался ни разу, а улыбка не сходила с лица. -Я думал, ты отчитывать будешь. А это твоя дочка? Милая, на тебя похожа- немного замявшись, отвечал парень, возвращая руку из‑за спины. -Я тебе не мама, чтоб отчитывать. Кури я не запрещаю. Да, а её мама жена, ну как жена, штамп в паспорте- мужчина посмотрел в сторону, где играет девочка, а потом взял зажжённую сигарету из чужих пальцев. Было видно, что затянулся он несильно. -Ментоловые? Вкусно- странно хихикая, произнёс -Ой, блин, это же косвенный поцелуй. Ай, беда какая- Он вернул окурок обратно, подмигнул совсем не так, как в школе, затем ушёл к ребёнку и из парка вовсе. Антон не понимал, от чего резко захотелось улыбаться и куда делась та тихая грусть. Почему после прихода Арсения на душе разливается тепло? Он не знал. Никто не знал. Возможно, этот человек волшебник, забирающий плохое одним присутствием. -Косвенный поцелуй, да? Идиотина, а не Арсений- запрокидывая голову, мямлил Шастун. Фильтр прислонился к губам по случайности ровно туда же, куда и чужие. Немного влажный кончик и едва заметный след от губ. Странное зрелище, однако, только совсем не мерзко и не противно, а даже смешно. -Дважды поцелуй. Блять, куда мы катимся?- он докурил до конца и, потушив огонёк о подошву, медленно побрёл домой.