Not in love

Переливающиеся огнëм на закатном солнце, волосы Антона очаровывали своей красотой. Словно спустившийся с небес ангел, Антоша звонко смеялся с шутки друга, попутно рассказывая свою историю. Возможно, солнце ослепило Сашу, ведь ничего кроме света, исходящего от Тяночкина, он не видел. Хотелось запечатлить этот момент, запомнить его навсегда, пересматривать, когда выдаëтся такая возможность.. Достав разбитый и повидавший жизнь телефон из кармана, он навëл камеру на заболтавшегося Антона и нажал на круглую кнопку внизу экрана. Звука не последовало - телефон был на беззвучном, чтобы никто не донимал Собакина на "свидании" с другом. Свиданием он эту прогулку назвал в шутку. Знал, как Тоша смешно злится, когда Саша говорит, что их дружба больше похожа на отношения. Как он толкает Собакина, называя его ненормальным, а у самого улыбка до ушей и щëки красные. Хотелось достать телефон и заснять этот момент, но рука Антоши так невовремя заслоняет камеру. Почему Саше так нравится фотографировать? Простое фото никогда не передаст реальную красоту, ощущения, эмоции того, кто еë делает. Фотография не передаст смех от неудачной шутки, мирное сопение лежащего рядом человека, шëпот, учащëнное сердцебиение, от которого трясутся руки. На память полагаться надëжнее. Тем более для того, кто помнит всë со своего детства до настоящего момента. Но пересматривать фотографии так приятно, щекочуще, а иногда.. больно. Понимание, что ты не можешь дотронуться до человека через картинку на экране, терзает. Но делает живым. Знает ли это чувство Тоша? Едва ли. Ведь он не влюблëн. А если и влюблëн, то точно не в него. Столько раз Саша представлял их свидания, нежные прикосновения, поцелуи, более интимные моменты их совместной жизни.. Сбывались только мягкие объятия на ночëвках, в которых до одури влюблëнный Собакин хотел остаться навечно. Возможно до своей же смерти, которая наступила бы скоро из-за остановки сердца. Да, фотография никогда не передаст ощущение пальцев Антоши на его плечах, нежные поглаживания и мягкие касания губами его лба. Казалось, Саша плавится под лаской друга, пока сердце стучит где-то в висках. Может быть, если бы Тяночкин был менее тактильным, у Саши было бы меньше поводов влюбиться в него. Ведь как тут не влюбиться, когда тебя так бесстыдно лапают? А всему виной слишком бурная фантазия Собакина. Так выяснился ещë один плюс фотографий - возможность придумать сценарий. Эта фотография не вышла. Размытая, с тëмным силуэтом Тоши вместо портрета самого парня, она походила на попытку художника написать картину от пятна. На неудачную попытку. А ведь такой сценарий мог бы получиться.. Мыслительный процесс и любование Саши прервал Антон. Он вторгся в личное пространство друга. Впрочем, как и всегда. Не то, чтобы Собакин был против. Чувствовать горячее дыхание любимого человека на своих губах было более, чем приятно. Жаль только, что это было не с целью поцеловать его. Их диалоги часто плелись как реки, переливались из одной в другую. Местами уследить за потоком мыслей было просто невозможно. И этот диалог не стал исключением. Саша не уследил за тем, как их рассуждения о сверхъестественных силах перешли в мысли Антона о том, что у Саши руки растут не из плеч. Собакин следил лишь за движениями пальцев, запихивающих разбитый телефон обратно в узкий карман джинс его владельца. У него спëрло дыхание. Антон не знал стыда. Как ни в чëм не бывало он придвинулся к другу, приобнял его за плечи и направил на них камеру своего телефона. Всë в руках Антоши словно оживало как недавно распустившиеся бутоны. Пальцами он оглаживал мягкие лепестки, заставляя их подчиниться ласке. Так же, как подчиняет себе Сашу. Это фото и правда вышло живее. Собакин мог разглядеть свои красные щëки, которые Антон прижимает к себе на фото. Видел, как спутанные ветром волосы Тяночкина лезут ему в глаза, а их обладатель забавно щурится то ли от них, то ли от яркого закатного солнца. Несмотря на холод снаружи, Саше было тепло. Как будто огонëк поселился в его сердце и согревал в этот осенний вечер. Это любовь? Саша видел, как Тоша греет свои руки своим горячим дыханием. Он не влюблëн. Поэтому Собакин старается поделиться своей любовью с другом, согреть его едва ощутимым прикосновением губ к пальцам. Антон и не спешит отпрянуть. Только поджимает губы, стараясь не выдать свою улыбку. Его улыбка навсегда останется в галерее Саши.