Где обитают вампиры

Дай руку мне и пройдем через боли сады

Хочешь узнать, кто же я? Имя мне — Легион

Следуй тропинками душ до последней черты

Хаоса метка подскажет, где явь, а где сон

Когда Алек поднял взгляд, на него немигающими глазами смотрели оба, теперь уже ясно, что вампира, и явно чего-то ожидали. Саша неосознанно поёжился, ощущая, что, кажется, где-то сильно прокололся. Неожиданно Господарь хмыкнул и, прищурившись, покосился на Яриласа, который, кажется, слишком глубоко ушёл в свои мысли, перестав ловить связь с реальностью. — А он и правда стрессоустойчивый. Помнится, в нашу первую встречу ты начал задыхаться и потерял сознание, а Алек даже бровью не повёл. Вынырнув из своих мыслей, Яр обиженно покосился на Цириля, явно расстроенный тем, что ему решили разрушить весь пафос образа. Саша, всё ещё боясь что-то сказать, увлечённо рассматривал гобелен за их спинами. Очередная мрачная готическая история теперь заиграла новыми красками. Несуразный рыцарь и величественный тёмный властелин, в котором явно считывался хозяин поместья. — Алек. — К нему наконец-то обратились, и Саша, чуть не вздрогнув от этого, постарался посмотреть в лицо Господаря, размышляя, не слишком ли это вызывающе и не стоит ли ему перевести взгляд в пол. Отца раздражало, когда ему смотрели в глаза, он считал это вызовом. Но он знал много людей, которые считали отсутствие зрительного контакта неуважением. От разрываемых противоречий начал кипеть мозг. – Нам стоит явно познакомиться поближе, а лучше всего это делается за едой. Не волнуйся, сегодня в качестве главного блюда не ты. – Наконец продолжил свою мысль Цириль, и Яр на фоне тихо захихикал. Неожиданно расслабившись от этой шутки и вспомнив про гору новой одежды, которую бы вряд ли стали отшивать ужину, Саша попытался улыбнуться. — Да, я бы явно был не лучшим вариантом. Вряд ли во мне слишком много питательного, учитывая мой рацион в последние годы. — Встретив вместо смеха напряжённые взгляды, Саша отчаянно сжал зубы. Надо было молчать. — Цириль, очевидно, перекус нужен не только вам, так что поторопимся. — наконец выдал Яр и первым выбежал за дверь, нарушив этим большую часть норм приличий, которые знал Саша. Пропустив Цириля вперёд, всё ещё пытаясь произвести хорошее впечатление, он на негнущихся ногах последовал за ними. Теперь, идя за спинами своих господ, он мог наконец-то разложить всё по полочкам, не натыкаясь на странные взгляды, которые у него не получалось расшифровать. Ему совершенно точно не желают зла. Пока что. На него никто не орал, не старался ударить или оскорбить. Это можно было отнести к однозначным плюсам ситуации. Но шанс стать чьим-то приёмом пищи всё ещё был весьма вероятным и эту проблему надо было как-то решать. За всеми размышлениями Саша не заметил, как они добрались до столовой, которая представляла из себя огромное помещение, полное канделябров, темных оттенков и прекрасных картин. Наверное, так выглядело любое помещение в этом доме, но Саша не переставал восхищаться. Пройдя к длинному столу посреди зала, господарь сел во главе, Яр тут же сел по его правую руку, а Саша неловко застыл, не понимая, куда ему идти и можно ли вообще садиться за один стол с ними. Оценив его страдания, Цириль махнул рукой по левую сторону от себя, и Саша, пересилив сковавшую его неловкость, уселся на указанное место. Господарь тихо постучал по столу, и одна из боковых дверей распахнулась, являя им двух горничных с подносами, пока закрытыми крышками. Все бы ничего, но абсолютно белая кожа и ярко красные глаза давали понять, что они тоже вампиры. Приблизившись к столу, они одновременно опустили подносы и подняли с них крышки. На тарелке перед Сашей лежала курица с овощами. На тарелках Яра и Цириля лежали сырые куски мяса. Проследив за его взглядом Баярунас воодушевлённо произнёс: — Свежее человеческое сердце, деликатес! Саше захотелось выйти из-за стола и распрощаться с обедом. Ни капли не жалея его аппетит, Господарь вонзил нож в сердце, которое, кажется, конвульсивно дёрнулось в этот миг и, отрезав небольшой кусочек, призывно глядя Саше в глаза, положил его в рот, после чего тщательно прожевав. — Тем оно ценнее, что пару минут назад ещё билось. — Продолжал увлечённо расхваливать блюдо Яр, не замечая, как цвет лица Саши медленно становился похожим на цвет его собственного лица. — Помолчи, Ярилас. — Веско обронил Цириль, на что Баярунас послушно заткнулся, лишь обиженно насупившись. — А ты ешь, Александер. Сегодня много дел, тебе понадобятся силы. — Да Господарь. — тихо прошептал Саша, с легким отвращением глядя на тарелку перед собой. Он не знал как заставить себя проглотить хоть кусочек. Подняв глаза от тарелки, он столкнулся со взглядом Цириля, выразительно приподнявшего бровь. Тут же выбрав из двух зол меньшее, Алек воткнул вилку в картошку, не глядя закидывая её к себе в рот, и, почти не жуя, проглотил. — Молодец. — довольно произнес Цириль, сверкнув глазами. Саша смущённо отвёл взгляд и постарался засунуть в себя хоть что-то из содержимого тарелки. К мясу он сегодня притронуться уже не сможет. — Тебе в любом случае стоит привыкнуть к такому, прежде чем я тебя обращу. Ярилас месяц устраивал мне истерики, прежде чем его кормление не стало для него обыденностью. Мальчик чуть не умер от голода. — как бы мимоходом завёл разговор Цириль, не обращая внимание на возмущённое пыхтение рядом. Вытянув из этой речи самое важное, Саша поперхнулся и закашлялся. — Вы меня обратите? — прохрипел он, глядя слезящимися глазами на своего Господаря. — Конечно, а ты как думал. Человеческая жизнь для нас мимолётна, хорошего работника обучать нужно долго. А ты крепкий, да и Яриласу явно понравился, глядишь, не сожрёт в попытках протестовать. — Ты мне вечность это припоминать будешь?! — наконец не выдержав потока острот в свой адрес, обиженно проныл Яр. — Я был молод и глуп. Ты меня обидел, а этот человечишка лишь подлил масла в огонь. И я его не сожрал, а едва надкусил. — Это очень меняет дело, — не впечатлённо покивал Цириль. Слушая их пикировки, Саша незаметно успокаивался. Ему было страшно — да, но не страшнее, чем во время всех его побегов от коллекторов в последний момент. А тут хоть какая-то стабильность. Оставался только один вопрос. Дождавшись паузы в их диалоге, Саша как можно спокойнее произнес: — После того как вы меня обратите, что во мне поменяется? — Кожа станет бледнее, глаза, быть может, станут красным отливать, клыки прорежутся, в остальном ничего не изменится. Конечно, будет несколько новых для тебя ощущений, но можешь не волноваться, твоя симпатичная мордашка не пострадает. — Цириль ухмыльнулся, а Саша осознал, что постепенно начинает привыкать к этим непонятным комментариям о его внешности. — А еще волосы перестанут расти везде, кроме головы и бровей. Я хотел отрастить усы, но у меня даже щетина не появилась. — пожаловался Яр. — Хочешь, я закажу портрет усатого тебя, чтобы ты раз и навсегда перестал жалеть об этом непотребстве? — Господарь повернулся к Яру, всем своим видом показывая, что он думает об этом. — А может и хочу. Повешу его у тебя в кабинете и будешь каждый раз смотреть на него и жалеть о том, какого счастья меня лишил! Саша прожевал новую порцию овощей и улыбнулся краешком губ. Он мог бы и привыкнуть к такой жизни, кажется, уже привыкал.