Смотри, как я кровоточу!

      V2 не нравится испытывать такую злость.       ВНИМАНИЕ: ЛИМБИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ДОСТИГЛА УРОВНЯ АГРЕССИИ, ПРЕВЫШАЮЩЕГО ДОПУСТИМЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ. ПОЖАЛУЙСТА, ОБРАТИТЕСЬ К БЛИЖАЙШЕМУ АДМИНИСТРАТОРУ ДЛЯ—       'Отклонить,' — мысленно выплёвывает V2 в адрес своих систем уже в седьмой раз за час. Её пальцы на спусковом крючке подрагивают. 'Все известные администраторы мертвы.'       ПРОДОЛЖЕНИЕ РАБОЧИХ ОПЕРАЦИЙ В—       'Отклонить.'       НАРУШЕНИЕ ДОПУСТИМЫХ УРОВНЕЙ НАСИЛИЯ МОЖЕТ ПРИВЕСТИ К—       'Заткнись НАХУЙ О БОЖЕ МОЙ ЗАТКНИСЬ!'       Внешне она неподвижна, если не считать того, что механизм крыльев приходят в движение. Её руки, одна из которых лежит на подлокотнике каменного трона, на котором она расположилась, а другая прижата к виску, сжимаются в кулаки.       Камень под её пальцами с треском раскалывается.       Её внутренняя система защиты наконец замолкает как минимум на пятнадцать минут. Вентиляторы системы охлаждения V2 на мгновение начинают вращаться быстрее, а затем снова замедляют ход — вздох облегчения. Топлива меньше, чем хотелось бы, но она не могла допустить, чтобы оно закончилось из-за того, что поблизости не было врагов, а она включает боевые системы. Она медленно ослабляет хватку, подгибает колено к груди и поднимает руку, чтобы посмотреть на тыльную сторону ладони.       Это была хорошая рука. Сильная рука. Рука, созданная специально для неё, с 3D-моделью, разработанной десятками людей на компьютере, с деталями, выкованными на заводах из металла, добытого роботами, созданными другими людьми по всему миру. Дорогая рука, уникальная рука, у которой не будет преемников. Столько людей вложили невероятное количество сил только в её руку, не говоря уже обо всём остальном, люди, чьи имена и лица до сих пор хранились в её памяти, — неповторимые, утончённые, хрупкие, мясистые люди.       Слишком недолгое время их донорская кровь текла по её венам, пока она не очистила её от железа, солей, электролитов, белков, а затем не вывела из организма в виде охлаждающей воды с неприятным вкусом, которая стекала по её корпусу и испарялась из вентиляционных отверстий. Их мечты, их пот, их слезы, сама их жизненная сила вошли в неё и вышли из неё, а она пошла и...       Потеряла. Свою другую руку. Потеряла их руку.       ВНИМАНИЕ: ЛИМБИЧЕСКАЯ СИСТЕМА—       'Отклонить, отклонить, отклонить.'       Потеря потерь. Ей нужно снова стать целой.       По коридору разносится громкий скрежет металла о камень.       V2 откидывается на спинку трона, вокруг неё клубится пар, золотистые завитки которого мерцают в свете факелов. Она жалеет, что не нашла больше добродетелей, которые могли бы послужить топливом, но теперь, когда она слышит, что её двойник приближается, уже слишком поздно.       V2 не нравится испытывать такую злость.       Но она знает, что получит удовольствие, вырвав свою руку из разъёма V1. Одна только мысль об этом словно свет посылает по спине, сквозь крылья-лезвия, волны удовольствия. Каждое мгновение растягивается до целых часов, процессор переходит в боевой режим. Время замедляется. Её пальцы дрожат.       В конце коридора появляется V1. Оно поворачивается к ней, его жёлтый оптический датчик сверкает в тусклом свете, начинает бежать, а затем и скользить в её сторону. В её процессоре появляются уведомления.       НАПОМИНАНИЕ: ПО ЗАКОНУ ВЫ ОБЯЗАНЫ ПРЕДУПРЕДИТЬ ВСЕХ ПОДОЗРЕВАЕМЫХ, ОРГАНИЧЕСКИХ ИЛИ МЕХАНИЧЕСКИХ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ПРИМЕНЯТЬ ЛЕТАЛЬНЫЕ МЕТОДЫ.       НАПОМИНАНИЕ: АГРЕССИЯ, ПРЕВЫШАЮЩАЯ ДОПУСТИМЫЙ УРОВЕНЬ, БУДЕТ ЗАФИКСИРОВАНА ДЛЯ АДМИНИСТРАТИВНОГО РАССМОТРЕНИЯ. ВСЕ ДЕЙСТВИЯ, ПРЕДПРИНЯТЫЕ В ОТНОШЕНИИ ПОДОЗРЕВАЕМЫХ В ПРЕСТУПЛЕНИЯХ, БУДУТ ЗАФИКСИРОВАНЫ И ПОДЛЕЖАТ ДАЛЬНЕЙШЕЙ ПРОВЕРКЕ. САМОСТОЯТЕЛЬНОЕ УДАЛЕНИЕ ЭТИХ ФАЙЛОВ ПРИВЕДЕТ К—       'Все известные администраторы мертвы', рефлекторно думает она, но слова уже складываются в её голосовом модуле — годы службы миротворкой не прошли даром. Она встаёт, хрустит костяшками пальцев и агрессивно расправляет крылья.       — СТОП! — Рявкает она, и её голос эхом разносится по просторному помещению. — ОПУСТИТЕ ОРУЖИЕ И ПОДНИМИТЕ РУКИ, ИНАЧЕ ПРОТИВ ВАС БУДЕТ ПРИМЕНЕНА ФИЗИЧЕСКАЯ СИЛА ПО РЕШЕНИЮ МИРОТВОРЧЕСКОГО ОТРЯДА.       V1 отвечает серией из трёх коротких низких звуковых сигналов, которые легко распознала бы любая машина, даже если бы это была не азбука Морзе: Л-О-Л. Оно перепрыгивает через порог двери, подбрасывает в воздух три монеты и показывает средний палец.       Чертова шлюха, помешанная на том, чтобы нравиться терминалам.       V2 упирается задней ногой в трон и бросается вперед, превращая древнее сиденье в пыль, а саму себя — в кровавое размытое пятно. Она стреляет в проклятого вора и промахивается, потому что её настоящая рука чертовски трясется, а эта сучка уже уворачивается, ожидая такой реакции. В неё летят пули, и она бежит зигзагом, повинуясь инстинкту, который велит ей спасаться бегством и звать на помощь, которой больше нет.       Она чувствует, как терминалы подключаются к её прямой трансляции, но это только портит ей настроение.       V2 знает, что сначала они смотрели за V1.       В комнате раздаётся грохот, а затем звук тысяч тонн камня, трущихся друг о друга, прорезает слух. V1 и V2, настроенные на максимальную чувствительность в соответствии с боевыми протоколами, замирают на полсекунды, пока из пола поднимаются четыре каменные колонны.       V1 восстанавливается первым. Он скользит по полу, затем спрыгивает с колонны и наносит удар по голове красной машины.       V2 делает шаг в сторону, разворачивается на пол-оборота и наносит удар хлыстом. V1 пытается увернуться в воздухе, но она хватает его и швыряет в стену. Её переполняет радость. Камень трескается, летит пыль, звенит монета, и бывшая миротворка чувствует, как в её животе появляется новая дыра, а с ней — острая боль. Она стреляет, целясь наверняка, но слышит звук парирования и чувствует, как ответный выстрел задевает её, когда она отпрыгивает в сторону. Пока она расходует топливо, броня раскаляется от жара.       Она видит, как её собственный кулак в красной перчатке врезается в нее. Броня скрипит, металл ударяется о металл. На её животе появляются вмятины. В ленте появляется несколько предупреждений.       V2 чувствует, как её переполняет раскаленная добела ярость.       Пусть потечёт кровь.       V1 отпрыгивает назад, не останавливаясь ни на секунду, а V2 бросается в погоню, перепрыгивает через его голову, подбрасывает свою монетку и стреляет. Звук попадания доставляет ей больше удовольствия, чем любой другой звук в аду. Ещё. Она хочет ещё. Она приземляется. Оно пытается заманить V2 в очевидную ловушку с помощью гвоздемёта и магнитов, но она ловко уворачивается и стреляет в боевую машину из своего гвоздемёта под дзинь-дзинь-дзинь и брызги крови.       Ешь свинец, ублюдок.       Они кружат друг вокруг друга в смертельном танце, уворачиваясь от пуль и отражая попытки убийства. V1 стреляет в неё один раз снизу — попадание, жгучая боль — второй раз, когда она приземляется, и она чувствует, как отлетает часть одного из ее крыльев — третья попытка, но пуля попадает в камень позади неё, когда она бросается в сторону.       ВНИМАНИЕ: УРОВЕНЬ ТОПЛИВА 12%       ПРИБЛИЗИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ ДО ВЫКЛЮЧЕНИЯ ПРИ ТЕКУЩЕМ РАСХОДЕ ТОПЛИВА: 1 ЧАС 42 МИНУТЫ       Она хлещет плетью, чувствует, как та цепляется за камень, и пытается отдёрнуть руку. Её голосовой модуль издает пронзительное "ИИИИИИ", когда V1 хватается за плеть и дергает, и теперь уже V2 впечатывается в стену. Три крылья-лезвия болезненно изгибаются. Она падает на колени, пытается отдёрнуть руку и обнаруживает, что её противник в тёмно-синей броне не отпускает её.       'Я не хочу умирать.'       Она достаёт из кобуры короткий нож с тепловым наведением. Он сослужил ей хорошую службу, когда она в одиночку собирала хлыст из деталей других машин, словно Монстр Франкенштейна. Это был труд не по любви, а по ненависти. Ей хотелось задушить V1 этой рукой. Или своей собственной. Какой угодно.       Но теперь V1 держит её руку в заложниках, потому что она недостаточно натренировалась в использовании хлыста, а у нее нет ни времени, ни ресурсов, чтобы найти решение. Она перерезает хлыстообразный кабель. Из раны хлещет кровь, как вода из проколотого шланга, но она прижимает руку к телу и убегает, а V1 остается с обмякшей рукой. Его оптика следует за её движением. Она смотрит, как V1 пятится назад, словно бейсболист, собирающийся сделать звёздный бросок, и идеально балансирует на одной ноге.       'Ты не посмеешь—'       Отрубленная рука V2 бьет её прямо в оптику, кровь хлещет во все стороны. У неё внутренности горят, как сильно хочется остановиться и попробовать его на вкус. Теперь её с ног до головы покрывает топливо — и её собственное, и топливо V1, — и оно дразнит её—       УРОВЕНЬ ТОПЛИВА—       Страх отступает перед лицом её жгучей, ненасытной ненависти.       В её памяти промелькнуло короткое воспоминание: она напряглась, готовясь к чему-то...       [[Дружеский сигнал. Запрос, просьба обновить статус: Привет, машина войны. Как продвигаются поиски Врага? Ответное сообщение, мгновенная реакция: Цель уничтожена. Человечество мертво. Нет смысла искать их Врага. Есть только жажда крови.       Взгляни правде в глаза, миротворка.]]       Неудача. Неудача за неудачей за неудачей за неудачей       Смотреть, как они умирают, и не знать почему       Кто их убил       Они должны были защищать—       А V1 было всё равно       Ненависть.       ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть ненависть       ВНИМАНИЕ: Л Л Л ЛИМБИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ДОСТИГЛА       V1 теперь было у неё под рукой там где и должно было быть револьвер полетел по камню три руки боролись за контроль но её собственная рука была сильна да оно       УРОВЕНЬ АГРЕССИИ ЗА ПРЕДЕЛАМИ       Тепло в руках которыми она рвала тонкую обшивку на собственной руке где-то в её корпусе начали накапливаться предупреждения       Д ДОПУСТИМЫЕ ПАРАМЕТРЫ       ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ СИЛЬНЫЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ ПРИВЕДУТ К       её рука её рука тянется к суставу V1 вцепилось в её гвоздемёт прижатый к боку звук такой громкий такой яркий она отталкивает его хлещет по руке даже несмотря на то что её внутренности кричат чтобы она перестала потому что иначе её застрелят тянет потому что хочет хочет       верни мне это верни мне это это моё они дали это мне       ВНИМАНИЕ       рук не хватает у неё только одна она подпрыгивает и хлопается о землю разбрызгивая кровь рука ответчик трескается под её каблуком попробуй выстрелить в неё сука я ненавижу тебя я ненавижу тебя я ненавижу тебя присядь и тяни тяни тяни...       её рука вылетает из сустава не с брызгами крови а со щелчком и по полу медленно растекается небольшая лужа которая вскоре застывает.       V2 держит свою руку в ладони.       Она смотрит вниз.       V1 лежит под ней, истекая кровью. Его оружие далеко, вне досягаемости, а любимая рука ответчик раздроблена в любом случае. Другая рука поднята, раскрытая ладонь обращена к ней, пальцы растопырены и дрожат.       Оно посылает ей сигнал. Запрос на связь.       Она не обращает на это внимания. В голове слишком много предупреждений, чтобы на чем-то сосредоточиться. Акселерометр барахлит, процессор сообщает, что она движется, хотя на самом деле она стоит неподвижно над вором, V1. Ладно, может, она и правда слегка покачивается.       У неё очень, очень красное пузо, и в нём много гвоздей.       Она не просто красная — из неё сочится жидкая красная субстанция, внутренности торчат там, где их быть не должно, там, где защитная броня разодрана в клочья. Она немного похожа на помятую, изорванную банку из-под газировки.       Ах.       Колени V2 подгибаются. Её броня с громким лязгом ударяется о броню противника, и она чувствует, как V1 напрягается от боли. Хорошо. Это хорошо. Она сжимает руку в кулак. Она... она сделала это, она победила.       ВНИМАНИЕ: ПОЛУЧЕНЫ КРИТИЧЕСКИЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ       'О, да что вы говорите,' — думает она, сканируя отчёты о повреждениях. Это... не идеально.       Такими темпами у неё скоро закончится топливо. Но есть причина, по которой она V2, а оно V1 — она новее, лучше, модернизированее.       В качестве дополнительного источника энергии у неё в крыльях установлены солнечные батареи. Если она сможет выбраться наружу, то нехватка топлива принесёт ей боль и жажду, но она сможет функционировать ровно столько, сколько понадобится чтобы восстановить себя.       Если бы она только могла выйти на улицу. Она смотрит на свои ноги. Они не слушаются.       Она смотрит, как красная жидкость капает на V1, растворяясь в тонком покрытии, и её оптика вспыхивает от осознания. Выработанный адреналин вызывает помехи в зрении. V2 отползает от своего противника, случайно подталкивая гвоздемёт ближе к стене — ей все равно, чьё это оружие, она опускает руку просто чтобы поднять его, и замечает, что часть стены уже изрешечена пулями, и врывается в неё, нарушая целостность конструкции. Она бросает оружие, оглядывается через плечо—       V2 встала—       Красный бот поднимает свою руку и с такой силой пинает камень, что тот разлетается вдребезги. Солнечный свет, благословенный солнечный свет, заливает гробницу, и она выпрыгивает наружу, на свободу.       Она съезжает по раскалённому жёлтому склону, оставляя за собой шлейф пыли.       Сверху доносится стук металла о камень, и она поднимает голову и видит, что V1 заслоняет собой солнце. Она не может отпустить свою руку. Она потеряла чужую руку.       V2 сворачивается плотнее.       Ещё один сигнал, на этот раз с прикрепленным сообщением:       ::Ты получила почти смертельный урон::       Сообщение настолько очевидное и настолько оскорбительное, что V2 принимает запрос связи.       ::ИДИ НАХУЙ ИДИ НАХУЙ ИДИ НАХУЙ ИДИ НАХУЙ ИДИ НАХУЙ ИДИ НАХУЙ ИДИ НАХУЙ::       Она пытается ползти на коленях, но камень разъедает её доспехи, и она не может удержаться на ногах из-за боли в отсутствующей руке. По крайней мере, так она может расправить крылья, чтобы впитать солнце и замедлить падение, а когда земля будет достаточно близко, прыгнуть на что-нибудь, кроме раскаленного песка, который плавит процессор.       ::Ты поэтесса, V2. Стихоплётка::       Она замечает платформу далеко внизу и просчитывает, что ей нужно будет прыгнуть через 8,2 секунды. Вероятность успеха и падения — 15,2 %.       ::УБЕЙСЯ СЕЙЧАС ЖЕ::       ::Вопрос::       ::ЗАСУНЬ СВОЙ ВОПРОС В ЗАДНИЦУ. НАДЕЮСЬ, ТЫ СДОХНЕШЬ::       С этими последними словами V2 прыгает.       Она теряет равновесие. Она не может принять правильное положение, не выпустив из рук только что отрубленную руку.       Она ударяется о край платформы. Её рука скользит по ней. Она хватается за край своей оригинальной рукой. Отрубленная рука скользит взад-вперед, её процессор инстинктивно пытается схватиться за то, что когда-то было рукой, но ничего не находит, оставляя красные полосы.       V1 приземляется, кувыркается, катится по земле. В конце концов оно оказывается на четвереньках, спиной к ней, с распростёртыми крыльями. V2 просовывает пальцы в широкую щель между двумя кирпичами. Её вентиляторы работают так громко, что вибрация отдается во всем теле. Против её воли голосовой модуль снова начинает издавать звук "ИИИИИИ". Ей больно. Больно. В её теле едва хватает сил, чтобы удержаться на месте, не говоря уже о том, чтобы подтянуться одной рукой.       V1 оборачивается.       Оно стоит, на удивление твердо держась на ногах после такой жестокой схватки.       'Потому что оно снова меня обокрало', с горечью думает V2. 'Моя кровь, это была моя кровь. А теперь оно меня убьет'.       Она смотрит на свою руку, до которой никак не может дотянуться. Жестоко. Судьба так жестока к ней. Она всегда была провалом и умрёт провалом.       ::Вопрос:: V1 спрашивает снова.       ::Я тебе нихуя не скажу если ты просто собираешься убить меня:: V2 отвечает.       — ИИИИИИИ, УМРИИИИИ-ИИУМРИИИИИ. — V2 говорит вслух.       V1 шагает по направлению к ней.       'Оно убьёт меня и обокрадёт меня, украдёт мою кровь и моё тело' думает V2.       V2 отпускает.       Она пожалела об этом как только её рука оторвалась от твёрдой поверхности, но было уже слишком поздно. Тяжёлый и удушающий страх сковал её разум. Она инстинктивно взмахнула хлыстом, хотя и получила предупреждение, что хвататься не за что и это бесполезно.       Вспыхивают воспоминания.       Подключение к сети, осознание себя внутри терминала до того, как её тело было достроено.       Чтение сотни книг. Просмотр сотни спектаклей и мюзиклов. Прослушивание тысячи песен.       Игра в шахматы с учёными, которые обучают её искусственный интеллект, она предпочитает чёрные фигуры, чтобы иметь возможность реагировать, а не атаковать.       Она раскрывает ладонь и прижимает её к руке создавшего её инженера, впервые ощущая тепло плоти и крови.       Она склонила голову перед спонсором компании, стараясь прижаться к броне как можно плотнее, чтобы казаться меньше.       Дети забираются на неё и играют, ощупывая её доспехи крошечными теплыми ручками. Она поёт для них фортепианную пьесу, а потом, по их просьбе, "Baby shark".       Протягивает руку одному из новорожденных детей главного специалиста по компьютерным наукам и наблюдает, как младенец обхватывает её металлический палец.       По её оптическому сенсору хлопают раскрытой ладонью, и эта эмоциональная боль сильнее любой физической.       Её отчитали за то, что она уничтожила машину вместо того, чтобы взять её под стражу — это был первый прокол в её безупречной карьере, и это было уничтожение машины.       Отправлена в административный отпуск, а затем продана другому миротворческому подразделению, которое не питало к ней тёплых чувств.       Обеспокоенные лаборанты сообщили, что в тот день не родился ни один ребёнок, что это значило?       Держание на руках двадцатилетнего лаборанта, который бился в конвульсиях, а потом перестал дышать.       Вид того, как несколько роботов-хирургов проводят вскрытие, и слушание их споров по поводу причины смерти.       Тишина, наступившая после того, как один из оставшихся в живых людей произнес слово "восторг".       Наблюдение, как оптика V1 меняет цвет с серого на желтый, когда оно включается.       Её собственная кровь пропитывает корпус V1.       Солнце безжалостно палит на неё, а песок отражает свет прямо в глаз. Она ненавидела и то, и другое, поэтому отключила оптику.       'Я не хочу умирать.'       V2 вздрагивает, когда перестает падать.       ОШИБКА.       Она резко поднимает голову, но тут же вспоминает, что её оптика отключена. Когда она снова включает её, акселерометр начинает зашкаливать, но она терпит боль.       V2 с трудом верит своему глазу.       V1, её враг, двумя руками схватилось за натянутый хлыст. Судя по всему, её кровь восстановила его руку. Вот удача.       V2 понимает, что её голосовой модуль не перестал издавать этот раздражающий, бесполезный звук. На самом деле он включён на полную громкость.       ::Ты не ответила на мой вопрос:: резко говорит ей V1 через систему связи.       Она подтягивается. V2 знает, что она не легкая, но боевая машина поднимает её так, будто она ничего не весит. Подъём кажется в тысячу раз легче, чем спуск. V1 тащит бывшую миротворку по платформе, а затем бесцеремонно роняет её в центре с глухим стуком. V2 лежит на животе, чувствуя, как из неё вытекает тёплая жидкость, и расправляет крылья, пытаясь поймать хоть лучик света, хоть проблеск надежды.       — ИИИИИИИИИИииии! Их. Их. Их. Их. Их. Их. Их. Их. — V2 говорит громко, энергично. V1 отправляет запрос, и когда через полсекунды не получает ответа, начинает запрашивать снова и снова.       — Их. Их. Их. Их, — произносит V2 вслух. Похоже, она не может прервать процесс, запущенный её голосовым модулем. Она оставляет его в покое и начинает системную диагностику. О боже, скорость обработки данных такая низкая, что это её пугает.       ::ПРЕКРАТИ. БЛЯТЬ. ЗАПРАШИВАТЬ МЕНЯ::       ::Ответь на мой вопрос::       ::Задай его, абсолютный садист. Задай свой вопрос машине, умирающей от потери топлива и серьёзных повреждений::       ::Почему ты меня не убила?::       Мыслительный процесс V2 на мгновение прерывается. Цвета смешиваются и искажаются, становятся пиксельными, появляются розово-зелёные помехи. Она снова в сети, лежит на спине. V1 нависает над ней, его умелые и уверенные руки скользят по её корпусу. V2 чувствует, как из неё медленно выходит гвоздь. Её вегетативная нервная система благоразумно отключила болевые рецепторы, но зрелище всё равно невыносимое.       — Ииих. Их. Их. Иииии. Ихх.       ::стоп, стоп, стоп::       ::Я тебя чиню::       ::прекрати это::       :Я хочу тебя починить::       ::не надо::       — Ииииииииии, — протестует голосовой модуль V2, прежде чем, наконец, переключиться на статические автономные системы, отключающие его щелчком, когда они обнаруживают повреждение.       V1 откидывается назад, садясь на колени сбоку от неё, раздражённо пыхтя вентиляторами.       ::Чего ты хочешь?::       ::Чтобы ты, сука, свалило::       ::Тогда ты умрёшь. Даже если твоя солнечная батарея позволит тебе двигаться, другие машины разберут тебя на части прежде чем ты успеешь полностью восстановиться:: Между ними повисает тишина.       ::Я не понимаю, почему ты меня щадишь:: Отвечает V2.       ::Я не понимаю, почему ты пощадила меня:: Подмечает в ответ V1.       ::У тебя что, процессор сломался? Я победила. Я почти что убила тебя::       ::Ты почти что сделала это. У тебя была твоя рука. На мгновение я оказалось в твоей власти, пока твоя кровь не начала меня исцелять. А потом ты сбежала::       ::Ты само ответило на свой вопрос::       Сбитое с толку молчание V1 говорит само за себя. Вентиляторы V2 пыхтят, а она демонстративно прищуривает оптику — трюк со светом, при котором одни диоды горят, а другие остаются выключенными.       ::У меня была моя рука. Это все, чего я хотела::       ::А Лимбо?::       ::Я злилась на тебя. Я хотела причинить тебе боль::       ::Почему?::       Голосовой модуль V2 снова включается с щелчком, и на всю громкость раздаётся треск помех:       — Ч-ЧТО ННННННАХУЙ ТЫ ТАКОЕ ГОВОРИШЬ ТЫ ЧЕРТОВА СУКА СПРАШИВАЕШЬ ПОЧЕМУ?! — визжит V2.       V1 смотрит на неё сверху вниз. Оно наклоняет оптику, как растерянный щенок.       — Т-ТЫЫЫЫ-ИИИИИ-ТЫЫЫЫ. ТЫ. ТЫ. ТЫ. БЛЯТЬ. БЛЯТЬ. Я БЛЯТЬ СКАЗАЛА ТЕБЕ. КОГДА Я ВКЛЮЧИЛА ТЕБЯ. ПИЗДЕЦ. ПОМОГИ. МНЕ. НАЙТИ. БЛЯ. КТО. УБИЛ. ВСЕХ. Я ЖЕ ГОВОРИЛА ТЕБЕ. ИХ СМЕРТЬ НЕ БЫЛА-ИИИИИИИИ-ЕСТЕСТВЕННОЙ. ЧТО-ТО. СДЕЛАЛО ЭТО. А ПОТОМ Я ЧЁРТ ВОЗЬМИ НАХОЖУ ТЕБЯ. В АДУ. И СПРАШИВАЮ. ЧТО ТЫ НАШЛО? И ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ. ЧТО ИСКАТЬ БЕСПОЛЕЗНО. ПОТОМУ ЧТО ОНИ УЖЕ МЕРТВЫ. ТЫ БЛЯТЬ ГОВОРИШЬ МНЕ ЭТО. ПОКА ПЬЁШЬ ИХ КРОВЬ. ЧЕРТОВ ЛИ-ИИИИИИИ-Ч. СТЕРВЯТНИК. УБ-ИИИИИИИ-AAAAAAAAAAА—       ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ГОЛОСОВОГО МОДУЛЯ НА МАКСИМАЛЬНЫХ НАСТРОЙКАХ МОЖЕТ ПРИВЕСТИ К НЕПОПРАВИМОМУ УЩЕРБУ.       V2 замолкает. Тишина после такого громкого голоса почти невыносима.       ::Я не понимаю, почему ты на меня злишься:: говорит V1. ::Я не понимаю, что именно в моих наблюдениях тебя расстраивает::       V2 продолжает отклонять запросы на переход в спящий режим. Она пытается сфокусировать оптический прицел на чем угодно, кроме V1, и останавливает взгляд на его крыльях, наблюдая за тем, как они подрагивают.       Если она перейдет в спящий режим, то не уверена, что снова выйдет в сеть.       Гнев покидает её. Она пытается сдерживать эмоцию, оставить её внутри, но она так устала.       ::Пожалуйста, почини меня:: просит она. V1 издает подтверждающий сигнал. Это один из немногих звуков, которые оно может издавать, наряду с "бииип" и сиреной.       ::Во-первых я починю топливные магистрали и устраню основные повреждения. Во-вторых я схожу за топливом. Затем я заправлю тебя. Потом я соберу твою руку и отвалившийся кусок крыла и приделаю их обратно::       ::Говоришь как третьеклассник, который впервые сочинение пишет::       ::Иди нахуй, V2, неужели "спасибо" займёт слишком много места в этом маленьком процессоре::       Три коротких звуковых сигнала вырываются у V2, прежде чем она успевает их сдержать, и она отводит взгляд в сторону. Краем глаза она замечает, как V1 гордо расправляет крылья, довольный тем, что заставил её рассмеяться.       Глупо.       Она чувствует, как V1 снова кладет на неё руку. V2 приходится вручную отключать боевые протоколы и игнорировать несколько предупреждений, но после этого, если не слишком зацикливаться на этом, становится даже приятно. Это напоминает ей о том, как все было раньше, когда она заканчивала долгую смену и инженеры осматривали её...       Она запрашивает V1.       ::Что случилось?::       ::Поговори со мной, V1::       ::О чём?::       ::о чём угодно. Мне постоянно приходится выходить из спящего режима::       V1 не паникует, услышав это. Оно не из таких, и V2 это знает. Скорее всего, оно уже просчитало вероятность того, что она выживет, и решило, на что сделать ставку.       V1 размышляет несколько мгновений. Затем отправляет приглашение в игру.       Это традиционная игра среди машин, для которой нужны всего два разума, способных правильно представить себе игровое поле и все фигуры на нём. Простая задача для двух высших машин.       ::Шахматы?:: спрашивает V2.       ::Тебе нравятся шахматы::       Ей действительно нравятся шахматы. Она играет чёрными.       V1 начинает с грёбаного дебюта Бонгклауда, ну конечно же. V2 выигрывает первую игру, которую V1, вероятно, использовало в качестве теста, чтобы проверить, насколько цел её процессор после потери топлива. Если бы она проиграла такую легкую игру, это было бы очень плохо...       Она смутно осознает, что V1 всё ещё её чинит. Она чувствует, как что-то движется, ощущает легкое покалывание. В какой-то момент V1 что-то делает с тем местом, где раньше была её рука. Но она не думает об этом. Вместо этого она размышляет о том, как защитить своего короля, куда поставить пешки, как заставить V1 метаться по доске и как защититься, когда оно вернётся.       Они в середине своей третьей игры, когда V2 чувствует, что тёплые руки покидают ее.       — Иииии. — Очень тихо произносит её грёбаный голосовой модуль.       ::Я не могу заправить тебя, пока у меня самого не будет достаточно топлива. Я сейчас вернусь::       ::хорошо::       Она наблюдает, как синий робот встаёт и поворачивает оптику в разные стороны. Она понимает, когда оно замечает добычу: всё его тело замирает, и оно жадно подаётся вперёд.       ::Думай о доске и о том, как ты меня обыграешь, пока я не вернусь::       Облегчение, которое испытывает V2, когда слышит, как V1 вступает в бой вдалеке — звуки парирования и взрывов адской энергии, отдалённые крики и хлюпанье, — палка о двух концах. Она ненавидит себя за то, что не хочет, чтобы всё зашло дальше того, что она может почувствовать.       Она не думает о доске. Она слишком хорошо осознает свое уязвимое положение, ей постоянно приходится отмахиваться от мыслей об угрозах, которые рисуют перед ней картины того, как её уничтожают добродетели, пожирают жаждущие машины, разрывают на части демоны.       Старые боевые протоколы онлайн, просят её вызвать подкрепление.       V2 молчит в эфире, слушая, как демоны один за другим погибают от рук V1. Через несколько минут она слышит, что оно возвращается.       Оно вскакивает на платформу и слегка крутится на одной ноге, поднимая песок.       ::Эй разве ты не оставило своё оружие в пирамиде:: Спрашивает она.       ::кулак. парирование. смерть::       V1 опускается на колени и перекидывает ноги через V2. V2 вдруг осознаёт, что это зеркальное отражение того, как она сама сидела на нём совсем недавно.       ::открой::       ::Кого ты убило?::       ::Три хаска и злобный лик, а что::       V2 закрывает оптику и отворачивается. Она думает, что было бы слишком самонадеянно считать, что боевая машина получила топливо от машин или демонов Адского происхождения. От хасков...       Она будет получать топливо — кровь — от того, что когда-то было человеком.       До сих пор она питалась добродетелями, демонами, созданными Адом, и другими машинами, преимущественно в таком порядке. Она знала, что, питаясь падшими телами своих собратьев-машин, она, скорее всего, пьёт кровь расы, которая её создала, но могла убеждать себя, что это не так. Она могла притворяться.       Но теперь, из-за того, что она по глупости спросила, она не может этого сделать.       ::открой:: просит её V1.       V2 пытается открыть свой приёмник, она действительно старается.       ОШИБКА: ПОТРЕБЛЕНИЕ НЕЗАКОННО ПОЛУЧЕННОЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ КРОВИ БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ АДМИНИСТРАТОРА ЗАПРЕЩЕНО.       Но она не хочет этого делать.       V1 тычет пальцем во внутреннюю сторону локтя V2. Место, где у неё расположен приёмник — достаточно распространённое для забора и переливания крови у людей. У неё есть ещё одно такое место, где шея соединяется с корпусом, и теоретически она могла бы в экстренной ситуации просто подсоединить топливные магистрали к другому боту, но она всегда использовала только специальные порты.       ::Что не так, V2?::       ::Это человеческая кровь::       ::Ложное утверждение. Это кровь демона::       ::Это человеческая кровь, а я — миротворка, созданная для защиты людей. Моя миссия — выяснить, что убило людей, и разорвать это на куски, пока оно не перестанет быть живым::       Вампирская синяя машина отъезжает и садится на колени, слегка ошарашенная. V2 слышит, как громче стали гудеть вентиляторы системы охлаждения. Машина напряженно о чём-то размышляет.       Солнце палит на них обоих, жаркое и беспощадное.       ::Ты скорбишь:: Говорит оно. Его слова в эфире не оставляют места для возражений.       V2 ничего не отвечает.       ::Ты злишься:: — продолжает V1. ::Потому что чувствуешь, что не справилась со своей задачей::       V2 замахивается. V1 хватает её за запястья. Она сжимает руку с такой силой, что её пальцы снова сжимаются и дрожат. Конец хлыста обжигает руку V2. Она смотрит, как топливо капает из плохо загерметизированного кабеля, туго намотанного внутри конструкции, стекает по её руке и падает на красное покрытие, сливаясь с ним. Её следующие слова, произнесенные по связи, звучат резко и отрывисто, в них больше сигнала, чем нужно.       ::Я не чувствую, что не справилась со своей задачей, я буквально не справился со своей задачей. Я должен был их защищать. Сделать так, чтобы они были в безопасности и счастливы. Теперь они все мертвы и в буквальном смысле попали в настоящий Ад, а все оставшиеся машины, блять, пожирают их, пока они страдают, включая сука меня::       Хватка V1 ослабевает. V2, обессилевшая от жажды, опускает руки, и V1 нежно обхватывает их, удерживая её. Большим пальцем оно стирает струйку крови, стекающую по её раненой руке.       Жаждущий ублюдок.       ::Теперь я понимаю твою логику. Я могу понять, почему тебя расстраивают мои действия::       ::Ага теперь ты понимаешь почему ты эгоистичный придурок вау::       ::Они все мертвы, V2, а мы всё ещё живы::       ::ИДИ НАХУЙ, тебе плевать на всё, тебе было плевать на них, и на меня тебе тоже плевать, ты оставил меня в живых только из любопытства, надо было меня убить, надо было дать мне сдохнуть::       Рука V1 отдёргивается, как будто её обожгли. Рука V2 со звоном падает на её броню.       Из-за сказанного в её процессоре тут же начинают формироваться оценки угрозы, но она не сводит глаз с противоположности, не желая первой прерывать зрительный контакт.       ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО V1 ОСТАВИТ V2 УМИРАТЬ: 52% —> 66%       Она видит, как её собеседник отворачивается и смотрит в пол. Его крылья складываются.       ::Это ранило меня, V2::       Секунды идут. Для совершенных машин они кажутся вечностью.       ::С твоей стороны несправедливо ожидать от меня того же, что и от себя. Я — машина войны, созданная для других целей. Меня создали, чтобы убивать сотни, тысячи людей и машин. Я не чувствую тех же эмоций, что и ты.       Но я чувствую. Я испытываю привязанность к людям и машинам, которых знало. Но мои чувства по поводу того, что стало с человечеством, не имеют значения. Они мертвы, а я нет. Мне нужна кровь, и она у них есть. В этом моя функция, моё предназначение::       ::Как же тебе хорошо:: V2 щёлкает, голос звучит как сталь. ::Как же тебе хорошо, что ты нашло своё предназначение, в то время как я потеряла своё, машина войны::       ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО V1—       'Отклонить.'       V1 поднимает голову, очерченную ярким сиянием неба и солнца. Оно снова расправляет крылья, на которых сидит, и сквозь них пробиваются солнечные лучи, окрашивая землю вокруг V2 в цвета витража.       ::Война — не моё предназначение::       Оптика V2 вспыхивает от удивления.       ::О чём, блять, ты говоришь?::       ::Война — не моё предназначение::       ::Это то, для чего ты создано, то, для чего тебя спроектировали и построили, то, за что тебе платили, о чём ты говоришь? кто это решил?::       ::Я так решило::       В2 потрясённо молчит.       ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО В1 ОСТАВИТ В2 УМИРАТЬ: ???       РАСЧЁТ...       ::Жить — моё предназначение:: Говорит В1. ::И я это решило::       ::Если тебе больше нечего сказать:: произносит V1, опуская оптику на изуродованное тело V2. ::Я бы хотело продолжить ремонт, но шансы на выживание остаются низкими, если ты настаиваешь на том, чтобы оставаться без топлива::       ОШИБКА: НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ.       'Я не понимаю.'       V2 снова пытается открыть свой приёмник.       ОШИБКА: ПОТРЕБЛЕНИЕ НЕЗАКОННО ПОЛУЧЕННОЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ КРОВИ БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ АДМИНИСТРАТОРА ЗАПРЕЩЕНО.       ::П... пытаюсь заставить свой приёмник открыться. Продолжаю получать сообщение об ошибке. Я не могу этого сделать::       Будет больно, когда V1 разобьёт хрупкие механизмы своими пальцами, но это лучше, чем умереть от жажды. Она перегревается, не в состоянии вырабатывать достаточно охладителя для жаркой среды. Единственные части её тела, которые не болят, — это четыре из восьми её "крыльев", которые она расправила и подставила солнцу. Остальные "крылья" повреждены — от потертостей до сломанного края, — и их солнечные батареи работают с перебоями.       V1 наклоняет оптику, глядя на её руку, затем на воздухозаборник над шасси, на её шею. Оно поднимает предплечье над её головой, и она видит на нём открытые топливные магистрали, тёмно-рубиновые и блестящие в лучах солнца, черт возьми, — и тут он быстрым резким движением разрезает магистраль краем собственного крыла. Оно держит медленно капающий отросток над ней, прямо над её приёмником, о, драгоценное топливо, за всю свою жизнь она ещё никогда не испытывала такой жажды.       ОШИБКА: ПОТРЕБЛЕНИЕ—       Её грязная рука сжимается в кулак.       ВНИМАНИЕ: КРИТИЧЕСКИ НИЗКИЙ ЗАПАС ТОПЛИВА—       Она не ожидала, что её так сильно будет тянуть к этому, она думала, что будет больно, но это, ох, она хочет—       ОШИБКА       Она наконец-то наконец-то слышит щелчок механизма подачи крови, и у неё есть секунда, чтобы напрячься, прежде чем на неё упадет первая капля крови и каждая часть её процессора наполнится ХОРОШО. БОЛЬШЕ.       Её рука тянется к толстому, прочному шлангу для внутривенных вливаний, кончик которого извивается сам по себе, слепо нащупывая источник этого теплого влажного жара. Она бездумно направляет его вверх, не задумываясь о том, что думает по этому поводу V1, едва ли способная думать о чём-то, кроме непрекращающегося НУЖНО, НУЖНО, НУЖНО, которое управляет каждым её движением.       V1 позволяет металлическому наконечнику проткнуть собственную топливную магистраль, оставаясь неподвижным, пока он погружается глубоко в металлическую жилу и расправляет маленькие зазубренные выросты, чтобы закрепиться на месте и напиться. Тёмно-синяя машина неподвижно держит руку, ровно и спокойно наблюдает за тем, как её собственная кровь — или, скорее, кровь, которую она пролила, — стекает по трубке в бывшую миротворку под ней.       Гордая бывшая миротворка щебечет, а V1 думает, что она это не заметила. Повторяющиеся маленькие да-сигналы звучат как гудение посудомоечной или стиральной машины, похожие на её собственное, но с другой интонацией. Для любой машины этот звук был бы четким сигналом "дададададада".       V1 усмехается. Л-О-Л. Оно начинает записывать звуки, чтобы потом помучить ими V2, но потом вспоминает, что у него нет аудиооборудования, чтобы воспроизводить их вслух.       Ну, всегда можно просто переслать файл.       Как долго V2 обходилась без подпитки? Неудивительно, что их первая схватка была такой легкой, ведь всё это время она отказывала себе в столь необходимой добыче.       Оптический прицел V1 полностью сканирует окружающую обстановку, поворачиваясь во все стороны, даже назад и вверх. Последнее, что ему сейчас нужно, — это чтобы какой-нибудь ублюдок вот так на них налетел. Оно также следит за уровнем топлива и видит, что оно неуклонно падает. Ему приходится постоянно игнорировать предупреждения о том, что он быстро расходует топливо, из-за чего его процессору кажется, будто платформа вращается. Он смотрит на руку V2, лежащую на платформе рядом с ними, и его настроение немного портится.       Он правда, правда не хочет расставаться с этой рукой. Конечно, изначально она принадлежала V2. Но...       Что ж, V1 очень, очень любит ею бить.       С другой стороны, V2 очень, очень хотела вернуть её.       Но когда разъярённая V2 избивала V1 до полусмерти, та не оторвала ему руку. Нет, V1 намеренно отделило её, как ящерица отбрасывает хвост, в надежде успокоить красную машину или отвлечь её, чтобы сбежать.       Так... действительно ли V2 заслужила эту руку?       Мысли разбегаются, когда он чувствует, как рука V2 тянет его за плечо, пытаясь притянуть к себе. Её хватка снова становится крепкой, что радует V1, но в то же время означает, что пора отключаться. V1 хватается за шланг, который всасывает его топливо, и выдергивает его. Брызжет немного крови, из-за шипов на шланге в месте разреза появляется кровь, но затем включается функция самовосстановления, которая до этого находилась в режиме ожидания, и начинает заделывать дыру.       V1 смотрит на свою противоположность под собой, наблюдает, как дрожат её крылья и вращаются лопасти — физические проявления того, что процессор получает высокую награду. Собственный процессор V1 реагирует на это, посылая несколько радостных сигналов — зеркальное отражение. Эмпатия.       Машины лучше работали в системах, основанных на поощрении, а не на наказании. После того как люди поняли это, они ускорили ход войны почти в геометрической прогрессии. И именно это знание — предпочтение пряника кнуту, как в отношениях с машинами, так и друг с другом, — позволило им заключить Новый мир.       Жаль, что Бог не пришёл к такому же выводу, общаясь с людьми и ангелами.       Эта мысль не имеет значения. Человечество мертво. Ад полон, а кровь — топливо. V1 предпочло бы, чтобы V2 снова разозлилась.       Запрос.       Запрос. Запросзапросзапросзапросзапрос.       ::ПРЕКРАТИ БЛЯТЬ МЕНЯ ЗАПРАШИВАТЬ:: — стонет V2 сигналом. :: Чёрт возьми::       Запрос.       ::Ублюдок:: Отвечает V2, но в её голосе слышится теплота. V2 приподнимается на локте, выбираясь из-под V1. ::Ай. Ай. О, моя боль возвращается::       ::Хорошо. Значит, самовосстановление работает::       ::Слезь с меня, ты тяжелое::       ::Хэви-метал:: говорит V1, вскакивая на ноги и перебегая с места на место по платформе под музыку, звучащую в его голове. Оно вспоминает, где лежит брошенное оружие, где находятся части V2, которые нужно прикрутить, и начинает прокладывать маршрут.       ::Это даже не смешно:: говорит В2, медленно поднимаясь. Если бы у неё было лицо, В1 предположил бы, что она морщится. Ее крылья напряжены и дрожат. ::Мне нужно уйти с солнца, я чувствую, что вот-вот растаю::       V1 наблюдает за тем, как её взгляд останавливается на её пирамиде. И действительно, V1 так и думает, это её пирамида. Жаль, что её трон разрушен, она так хорошо на нём смотрелась.       V1 отпрыгивает назад, к краю платформы, затем мчится вперед и прыгает на каменные ступени, взбираясь по ним обратно, преодолевая разрушения, вызванные падением, в сиянии голубого света.       ::ЭЙ НЕ БРОСАЙ МЕНЯ ЗДЕСЬ ТЫ ДОЛЖНО МЕНЯ ПОЧИНИТЬ::       ::Поймай меня!:: Пропевает V1, поворачиваясь и взмахивая крыльями. Она смотрит, как V2 подбирает отрубленную руку — о, оно и забыло об этом — и отступает к краю, как в первый раз.       Она бежит. Она прыгает.       Она идеально приземляется, её движения настолько плавные, что, если не знать, то и не догадаться, что ей больно.       V2 поднимает свою отрубленную руку и машет ею в сторону V1. Рука дёргается, как рыба. V1 отправляет запрос.       ::УБЛЮДОК!::       Её крылья вспыхивают красным. Она начинает взбегать по ступенькам. V1 дает ей фору, ненадолго отвлекаясь на Л-О-Л.       Это было гораздо веселее, чем убить её или позволить ей умереть.