20. День 17
9 июля 2026 г., 20:47
- А у нас жара, как на Бора-Бора. Я беру тебя у бара, будто бы ты виски-кола! «А у вас такой жары не было» - ты говоришь, а у нас жара такая, что ты вся горишь, еее!
После такого громкого перформанса сложно продолжать смотреть сны, поэтому все начинают ворочаться и просыпаться.
- Подъём, вам ещё на дискотеку собираться! – с этими словами как всегда гиперэнергичный вожатый удаляется из комнаты.
- Мне не послышалось? – в недоумении спрашивает у друзей Дима.
- Он просто сошёл с ума, расслабьтесь, - Серёжа вальяжно заваливается обратно в кровать.
Антон пожимает плечами и следует его примеру. Арсений же хмурится и выходит в коридор. Подходит к перилам, облокачивается на них, ища глазами Пашу.
- Арс, ты, конечно, прекрасен в любом образе, но этот лук так себе для дискотеки, - говорит на ходу Воля, выходя из комнаты двух парочек.
- О какой дискотеке ты говоришь? – пропускает мимо ушей комплимент.
- Сегодня День наоборот, так что бегом, у вас на сборы осталось ровно, - он делает паузу, поглядывая на наручные часы. – 7 минут, - и уходит в душ.
Попову ничего не остаётся, кроме как тяжко вздохнуть, вернутся восвояси и озвучить новость остальным.
- А как же завтрак?
- Ты хотел сказать «ужин»? – исправляет Серёжу Дима.
- Да хоть что-нибудь, я жрать хочу, - Матвиенко смешно выпячивает нижнюю губу.
Четвёрка нехотя собирается и выходит. С утра все сонные, ещё не растормошённые, поэтому танцуют больше для галочки. Но вожатого «Динамитов», это, конечно же, не касается. Он, как обычно, зажигает всех и вся вокруг, и это подкупает. Отряд начинает двигаться живее.
- В принципе, как альтернатива зарядке пойдёт, - делится впечатлениями Макс по пути в столовую.
- Бля, только не говори, что зарядка будет перед сном, - умоляюще просит Антон, смотря на Пашу. - Ясно, - по одному его хитрющему взгляду понятно, что никто их тут жалеть не будет.
Отряд неодобрительно мычит, смиряясь со своей участью. Максимально странно завтракать тем, что им обычно дают на ужин, но голодным уходить не хочется никому.
На мероприятиях Арсений сегодня сам не свой. Отстранённый, погружённый в свои мысли. Поэтому Антон решает отстать от него на время. Безусловно, он переживает. Но надеется, что если захочет, то Арсений сам придёт к нему и поделится. Без его прикосновений и переглядок Шастун чувствует себя непривычно, как будто из пазла убрали важную детальку. Очень хочется залезть в тёмную голову и узнать, что же там происходит.
А в голове брюнета происходит целый ураган. Только не с женским именем, а с мужским. «Антон» проходится по каждому уголочку сознания, переворачивая внутри всё с ног на голову. Разрушая на своём пути установки «мы друзья», «мне просто кажется» и «я не влюбляюсь». Олеся сказала, что тот может путать любовь и дружбу. И хоть он не верит до конца в астрологию, всё равно невольно примеряет это на себя. Вдруг он сам запутался? Не подменяет ли он два эти понятия?
И когда после шторма стихает ветер, расходятся тучи и позволяют взглянуть на ситуацию по-новому, он поднимает взгляд в зелёные глаза, которые смотрят с беспокойством весь день. И улыбается в ответ, наконец-то приняв очевидное и неизбежное.
После полдника их загоняют на тихий час, который отряд решает потратить на обсуждение подарка для Паши. Собираются в комнате девчонок на втором этаже, подальше от комнаты вожатого. Женская половина единогласно говорит, что торт просто необходим, поэтому они берут на себя обязанность договориться с поварихами. Решили, как с утра поздравят именинника. Но вот насчёт самого подарка придумать так ничего и не получается. Расходятся по комнатам, решая, что время подумать ещё есть.
Обед и в Африке обед, поэтому проходит в почти привычное время. За поеданием супа Арсения застают сомнения и страхи. Что делать дальше? Как общаться? А что будет после того, как смена закончится, и они вернутся обратно? Они живут в разных городах, и даже тот факт, что между Питером и Москвой каждый день ездят поезда и летают самолёты, ничуть не снижает тревожность. Арсений отношения на расстоянии не признаёт и считает, что они в любом случае обречены на плохой конец, это только вопрос времени.
Старается отгонять подобные мысли, так как об отношениях задумываться ещё сильно рано, для этого нужна как минимум взаимность. И по поводу неё сомнения тоже есть. Хотя надо быть великим слепым, чтобы не замечать взгляды и необоснованные прикосновения Шастуна. Но возможно, Антон не вкладывает в это ничего более дружеского и всё Арсению только кажется. Накручивать себя дальше и терзаться сомнениями уже невыносимо. Мысль о том, что всё может оказаться взаимно, греет душу. Но больших надежд пока что не строит. Жизнь научила, чтобы потом не было больно падать.
К концу дня Антон с облегчением обнаруживает, что настроение у Арсения пришло в норму. Его жутко не хватало, поэтому Шастун кайфует, когда на зарядке Попов ухватывается за его плечо, чтобы удержать равновесие во время упражнения на одной ноге. Заливисто смеётся и откидывает голову назад, когда на завтраке-ужине тот сыпет шутки. Улыбается до ушей, когда перед отбоем он привычно соглашается составить компанию покурить. Наслаждается болтовнёй обо всём, пытаясь запомнить эти безмятежные моменты.
Ночью Арсений просыпается от переполненного мочевого пузыря и собирается тихо выйти, бросив перед этим взгляд на спящих друзей. С теплотой замечает, что Антон слегка улыбается краешком губ, и отправляется в туалет. Пока на соседней кровати Шастун видит сон-воспоминание про то, как их с брюнетом выгнали с урока алгебры за непрекращающиеся разговоры и хихикания.
