Глава и служанка культа

***

*День Валентина в Культе Вечного рая – это, конечно, пиздец.* *Акин ещё вчера всё продумала и решила. Пока все спали, Акин тихо подошла к покоям Доумы и положила под дверь валентинку с признанием и с подписью "От тайной поклонницы" и чёрный шоколад (демоны не едят сладкое, но это так — чисто для баланса вселенной).* *Провернув эти махинации, Акин тут же ушла по своим делам, так как слышала приближающиеся шаги.*

***

*В столовой, за завтраком* *Акин спокойно, никого не трогая, ела рис с овощами (или чё там в культе дают)* *Вдруг дверь резко распахнулась и с улыбкой до ушей влетел Доума. В одной руке у него была шоколадка, а в другой руке была валентинка, которую он драматично прижал к груди.* Доума: Дорогие мои! Возлюбленные последователи! — *заорал он с счастливым лицом на всю столовую* — Сегодня утром случилось великое чудо! Тьма отступила, ведь в мои покои проник ангел! У меня появилась... ТАЙНАЯ ПОКЛОННИЦА! *В зале все были в шоке (да не в шоке, а вахуе). Типа что Доума красивый и в него все тайно влюблены — это и так понятно, но признаться в этом самому Доуме (да и тем более он отреагировал с счастливой улыбкой) – то это шок и зависть для конкуренток. А тем временем Доума на драматичной паузе незаметно зыркнул на Акин, проверяя её реакцию, но та продолжала сидеть с каменным лицом* Доума: Она написала, что тайно влюблена в меня! И подарила этот божественный шоколад! — *продолжал с вдохновением говорить Доума, прохаживаясь между столами.* — Но увы, она скрыла своё имя! Моё хрупкое сердце не вынесет этой загадки. Кто эта смелая и прекрасная дева?! Я готов прямо сейчас назвать её своей главной избранницей! *Акин продолжила сидеть с каменным лицом, мысленно празднуя, что её не заметили, но вдруг...* *С другого стола поднялась Суми – эта обычная служанка как и Акин, и она также была влюблена в Доуму. Но она недолюбливает Акин и завидует ей, типа "Господин" в последнее время начал уделять именно ЕЙ больше внимания, чем другим. Поэтому для Суми это был шанс (как она думала) занять место рядом с Доумой* Суми: Господин Доума... — *покраснев и кокетливо опустив глаза, "смущённо" пролепетала Суми.* — Это... это была я. Я так долго скрывала свои чувства, но эта валентинка... от меня. *Акин чуть не поперхнулась рисом от такой наглости, но достойно удержала каменную мину, следя за этим "представителем", хотя внутри всё кипело от возмущения* *Доума на секунду застыл, уставившись на Суми. Его приторная улыбка стала шире, но в радужных глазах промелькнула опасная, леденящая насмешка. Он медленно подошёл к ней, покрутил в руках шоколадку и сладко пропел:* Доума: О-о-о, Суми-чан! Какая неожиданность! Значит, это ты? Какая прелесть! Но скажи мне, дорогая... раз это твоя шоколадка... с какой начинкой этот шоколад? И... на какой бумаге написана записка? — *он наклонился к ней, хитро прищурившись.* — Наш ангел ведь не мог забыть такие мелочи, правда? *Суми от вопросов Доумы мгновенно побледнела. Она испуганно перевела взгляд с Высшей Луны на шоколадку в его руках, лихорадочно пытаясь угадать правильный ответ под прицелом десятков завистливых глаз прихожанок.* Суми: Э-э-э... Начинка? Там... клубника, господин Доума! Да, сладкая клубника! — *наобум выпалила она, натянув самую очаровательную улыбку, на какую была способна.* — А бумага... обычная, розовая! Из лавки на площади! *Доума на секунду замер. В его радужных глазах промелькнула такая дикая порция сарказма, что в столовой, казалось, даже суп в пиалах начал покрываться тонкой корочкой льда. Он ведь прекрасно знал, что шоколад горький и заморский, а бумага пахнет лечебными травами из аптечки бывшей охотницы.* Доума: Клубника?! — *радостно и умилённо захлопал ресницами Доума, театрально всплеснув руками.* — О-о-о, Суми-чан! Какая жалость! А ведь в шоколадке начинка из чистого заморского кофе! И бумага... пахнет глицинией и горной мятой! *Вся столовая замерла, а кто-то ахнул. Суми от ужаса и позора чуть в обморок не грохнулась. Доума же мгновенно потерял к ней всякий интерес, резко развернулся на каблуках и... в один бесшумный демонический прыжок оказался прямо перед Акин. Он нагло упёрся ладонями о столик Акин, наклоняясь так близко, что его светлые волосы едва не коснулись пиалы с рисом.* Доума: Акин-чан! — *вкрадчиво, с невыносимо победоносной улыбкой прошептал он прямо ей в лицо, пока вся столовая затаила дыхание.* — Мой безупречный демонический слух говорит, что когда Суми-чан соврала про клубнику... твоё бьющееся сердечко сделало такое гневное «тук-тук», будто ты хотела проткнуть её клинком ничирин! А когда я вошёл, от тебя так мило пахло тем самым горьким шоколадом... Ну так что, мой каменный ангел? *Акин замерла. Её лицо начало было каменным, но постепенно оно начало розоветь от смущения, а сама Акин смущённо отвела взгляд* Акин: ... да, это я, Господин Доума. *В столовой культа мгновенно повисла такая оглушительная тишина, что было слышно, как утка Така на улице чистит перья. Прихожанки ошарашенно разинули рты, а опозоренная Суми тихо сползла обратно на свою скамью, сгорая от зависти.* *А Доума... Доума застыл в шоке. На долю секунды его вечная фальшивая маска полностью исчезла, уступив место искреннему, глубокому потрясению. Его радужные глаза расширились, а кандзи Высшей Луны в них испуганно замерли. Он явно не ожидал, что его "каменное сокровище" признается вот так — прямо и гордо.* Доума: Ты... — *тихо выдохнул он. Но уже в следующее мгновение демон пришёл в себя, и его лицо озарила самая яркая, безумная и счастливая улыбка за всю его столетнюю жизнь.* — Я так и знал! О боже, Акин-чан, ты сделала меня самой счастливой Высшей Луной во всей вселенной! Доума с восторженным писком ловко подхватил тебя прямо со скамьи вместе с палочками для еды и закружил на руках по столовой, ничуть не заботясь о приличиях и шокированных прихожанах. — Мой ангел признался! Слышали?! Она меня любит! — ликующе кричал он на весь зал, прижимая тебя к своей груди. — Всё, Суми-чан, уволена! Все свободны! Проповедь отменяется, у нас сегодня официальный день шоколада и Акин-чан! Он стремительно вынес тебя из столовой в длинные коридоры и остановился только у своих покоев. Доума бережно опустил тебя на ноги, но из кольца своих рук не выпустил. Он наклонился к твоему лицу, его радужные глаза светились небывалым теплом, а на щеках горел очаровательный румянец. Доума: Значит, «тайная поклонница», говоришь? — *тихо, невероятно нежно прошептал он прямо в губы Акин, пока его золотой веер скрывал вас от чужих глаз.* — Какое чудесное признание... А теперь, когда мы одни, мой суровый доктор Акин-чан... повтори это ещё раз, без своего каменного лица. Пожа-а-алуйста!