Общее затопление

«Мои взлеты и падения жизни случаются из-за тебя. Я хочу сказать: ты мой маяк». «Я всегда буду делать всё возможное, чтобы найти для тебя путь во тьме. Если несчастье действительно случится, не беспокойся, дорогой. Свет умрёт в воде, давай сгнием вместе в море». Черная прокуренная комната окутана мёртвой тишиной. Влад бессильно опустился к стене. Это потому, что он опять принял слишком много лекарств, или из-за напряженной работы, или потому, что он сам по себе монстр? Эмоциональное спокойствие, которое дают лекарства, по сути это просто пустота — она не может остановить разум, который постоянно думает о разном, наоборот, даёт ему ещё больше пустого пространства. Его рука с почти благоговейной медлительностью дюйм за дюймом поднимается к шее, подушечки пальцев прилипают к тёплой коже, как тень нашла единственного хозяина и беззвучно обвивает его. Пульс бешено бьётся под ладонью, раз за разом ударяет о кости пальцев, пытается прорвать тонкую кожу, вырваться из постепенно сжимающихся оков. Удушье накатывает как волна, и головокружительная тьма понемгу поглощает поле зрения. Воздух в лёгких почти весь выжат, но рука всё ещё сжимается, костяшки пальцев побледнели от усилия, сознание постепенно мутнеет из-за нехватки кислорода. Грань между жизнью и смертью в этот момент становится невероятно тонкой, только сердце бьётся бешено в груди. Кажется, кто-то стучится в дверь. Влад подумал, что должен пойти открыть, но он только чуть сильнее сжал пальцы, подумал, что тот разозлится и уйдёт. И правда, за дверью снова стало тихо. Через три минуты дверь открылась, резкий дневной свет грубо ворвался внутрь, разрезая сплошную темноту комнаты. Саша стоит прямо в центре света, весь он кажется мягким и безобидным — контровой свет скрыл все его острые углы, оставил только размытый влажный контур, как призрак, вышедший из старой пленки. Влад в тумане вспомнил: семнадцатилетний он сидел в продавленном кресле, слушал резкий шум телевизора, который разливался по комнате, и случайно солнечный луч скользнул по экрану, и Саша в кадре мгновенно занял всё его внимание — он стоял против света на сцене награждения, смотрел на Влада через экран, и души их в этот момент словно слились в одном резонансе. И сейчас Саша идет к нему прямо из воспоминаний. Рука Влада непроизвольно разжалась, высокомерный монстр замер и смотрит на своего бога, прохладные пальцы поднимают его лицо, и Саша спрашивает: «Влад, что с тобой случилось?» Когда эти глаза поднимаются и смотрят на него, в глубокой черноте появляется мерцающий свет. Влад разжимает челюсти, в горле словно застряла какая-то клейкая масса, он может только тереться о стенки гортани при слабом дыхании — говорить стало невероятно трудно. Он долго репетировал в голове, хотел коснуться того света в глубине души, но не мог выговорить, был неуклюж как растерянный ребенок. Наконец он с сухим горлом выдавливает несколько слов: «Я надеюсь… что ты можешь меня обнять». Сразу после того как слова прозвучали, он поспешно опустил голову, специально отвёл глаза, как будто эта просьба — невероятная роскошь. Саша просто развёл руки и нежно обнял его. Влад покорно опустил тяжёлую голову ему на грудь, нос наполнился густым ароматом духов, он позволяет себе погрузиться в эту тихую проточную воду. Его затуманенный разум немного проясняется — это не галлюцинация после передозировки лекарства.