Команда 7

Солнце уже давно встало и принялось нещадно палить Третий тренировочный полигон. Наруто начал пыхтеть — возраст прибавил ему терпения, но не настолько, чтобы спокойно сносить привычные опоздания Какаши-сенсея. Ну серьёзно! Сенсей вот-вот получит титул Шестого Хокагэ, а ответственности так и не набрался! Хоть бы раз пришёл вовремя. Спустя ещё час он плюхнулся на землю и принялся громко возмущаться. Сакура, до этого молчавшая, села рядом и тяжело вздохнула. После ночной смены у неё не было сил на праведный гнев, но она молчаливо поддерживала Наруто всем своим видом. Саске сидел на ветке дерева и методично точил кунай, представляя, как однажды воткнёт его в единственный видимый глаз наглого сенсея.  Они бы, наверное, уже давно ушли, но все понимали: это их последняя тренировка в полном составе Седьмой команды. Дальше, когда Какаши-сенсей займёт пост Хокагэ, он уже не сможет тренировать их лично. Ещё через час Наруто громко заорал, не зная, куда выплеснуть раздражение. Успевшая задремать Сакура резко дёрнулась и, разозлившись, отвесила ему привычную затрещину с не менее привычным: «Бака!» — Ай! Всё-всё! Прости, пожалуйста, Сакура-чан! — взмолился он, отпрыгивая подальше. Девушка громко фыркнула, поправила низкий хвост и поднялась с насиженного места, разминая затёкшие мышцы. — Какаши-сенсей, похоже, решил в последний раз переплюнуть самого себя, — проворчала она, массируя шею. Наруто, как обычно, засмотрелся на напарницу и о чём-то задумался. А потом над его головой словно загорелась лампочка, и с гаденькой улыбкой он начал потирать руки. — Нэ-нэ, а давайте накажем сенсея за его опоздания? Сакура вопросительно изогнула бровь. Саске отвлёкся от своего бесконечного куная и тоже перевёл взгляд на Наруто. Обычно такой вид Узумаки не сулил ничего хорошего, но идея насолить сенсею звучала слишком заманчиво. Заполучив внимание товарищей, Наруто продолжил: — Сегодня наш последний шанс отмутузить сенсея и... — он выдержал драматичную паузу, скользнув взглядом по лицам друзей, — и снять с него маску! Глаза у всех троих опасно блеснули, а на губах заиграла одинаково хитрая улыбка. Тем временем ничего не подозревавший Какаши добирался до полигона окольными путями. Не только его команда хотела напоследок потренироваться с будущим Хокагэ, но и самопровозглашённый вечный соперник Гай. Именно от него Какаши скрывался ещё со вчерашнего дня. Наконец добравшись до места, он с удивлением отметил, что ученики встретили его на удивление спокойно. Никаких возмущений. Это настораживало. — Йо, не потеряли меня? — привычно поздоровался он, вскинув ладонь. В ответ — громкое приветствие от Наруто, кивок от Саске и милая улыбка от любимой ученицы. Она помахала ему рукой и сказала: — Сенсей, мы тут подумали. Может, напоследок проведём тренировку с колокольчиками? — Хм-м... — Какаши сделал вид, что задумался, и внимательно оглядел своих подопечных. Кажется, они что-то затеяли. — И что вы хотите поставить на кон? — лениво протянул он. — Желание! — хором выдали Сакура и Наруто. Какаши прекрасно понимал: они явно продумали план и потому так настойчиво требуют желание от него. Он догадывался, каким именно оно может быть, поэтому соглашаться не хотелось. Но и отказаться просто так было нельзя — это выглядело бы трусостью. — Если вы проиграете, каждый будет должен мне по одному желанию. — Тогда и вы будете должны нам по одному желанию каждому! — тут же загорелась Сакура, уже предвкушая, как использует должника в лице будущего Хокагэ. — Хм-м... — Какаши опять изобразил глубокую задумчивость и улыбнулся фирменной улыбкой с прищуром. — Нет. — Но сенсей! — возмутились Сакура и Наруто в унисон. Саске стоял молчаливой тенью позади, но его недовольное цоканье было слышно отчётливо. — Так нечестно! Вы хотите по одному желанию от каждого из нас! — почти топнула ногой девушка. И не скажешь, что она главный врач госпиталя и ученица Пятой — вела себя так, будто ей снова двенадцать. Какаши поднял указательный палец, привлекая внимание: — Так как колокольчиков два, в случае моей победы вы будете должны мне по два желания каждый. — Команда раскрыла рты, чтобы возразить, но Какаши приложил палец к губам, призывая к тишине, и продолжил: — А я буду должен по одному желанию тем двоим счастливчикам, которые смогут отобрать у меня колокольчики. — Даже на базаре так не разводят — надулась куноичи, но спорить с сенсеем было бесполезно: если он принял решение, оставалось лишь смириться. Когда все трое неохотно дали согласие, Какаши довольно прикрыл глаза и скомандовал начало. Подготовившиеся ученики разом бросились на него, заставляя уклоняться на полной скорости. Ох, он и забыл, что они теперь сильные, взрослые шиноби — все трое уже джоунины. Какаши захотелось пустить скупую мужскую слезу, глядя, какими выросли его дети, но эти самые дети слишком яростно наседали, не давая отвлекаться ни на секунду. Они бились за колокольчики так, словно от них зависела их жизнь, и Какаши сопротивлялся с удвоенной силой — быть должным кому-то из команды совсем не хотелось, мало ли что им взбредёт в голову. Спустя шесть часов от Третьего полигона остались только кратеры да поваленные деревья. На более-менее ровном клочке земли растянулись трое друзей, тяжело дыша. Все в ссадинах и пыли, но довольные — потому что один колокольчик им всё-таки удалось заполучить. И всё благодаря Наруто. Недавно он ходил на миссию с Джирайей-сама и читал его рукописи. Оказывается, сенсей панически боится спойлеров (Сакуру это очень удивило — ведь он перечитывает одни и те же книги по сто раз, а это же сплошные спойлеры!). Какаши зажмурился и заткнул уши, лишь бы не прочитать и не услышать продолжение любимой истории, и Сакура, оказавшаяся ближе всех, успела сорвать колокольчик. Правда, сенсея не за красивые глаза прозвали легендарным шиноби (хотя и за них тоже), поэтому он тут же улизнул, оставив в цепкой хватке Сакуры только один трофей. Пока ученики пытались отдышаться, Какаши, не показывая собственной усталости, сидел на одном из уцелевших деревьев, сняв грязный джоуниновский жилет, и читал свою потрёпанную книжонку. Он гордился командой, но перспектива быть должным хоть одно желание ему категорически не нравилась. Живот Наруто громко заурчал, напоминая неблагодарному хозяину, что тот сегодня даже не завтракал. Сакура, услышав это жалобное урчание, нашла в себе силы сесть. Отпив воды из фляги, она достала из подсумка собственноручно приготовленные пилюли. Одну сунула в рот, стараясь проглотить не жуя, затем подползла к Наруто и без лишних церемоний запихнула пилюлю ему в рот, зажав ладонями рот и нос. Сакура знала, что её пилюли отвратительны на вкус, и как бы она ни старалась добавить им сладости или хотя бы нейтральности, ничего не получалось. Наруто чуть не подавился, но всё же проглотил угощение и резко сел, закашлявшись, когда Сакура убрала руку. Саске, заметив протянутую ладонь напарницы, благоразумно предпочёл проглотить пилюлю самостоятельно, без посторонней помощи. Сакура одобрительно кивнула. Им предстояло ещё выбить из сенсея обещанное желание и спешить домой на сборы: завтра с утра их ждала миссия в сопровождении двух анбу — Учихи Шисуи и Учихи Итати. Это будет их последняя вылазка, ведь после церемонии, когда Какаши-сенсей станет Шестым Хокагэ, оба Учихи займут пост его личной охраны. — Сенсей, — позвала Сакура, подняв взгляд на Какаши, который всё так же сидел на дереве. — М-м? — протянул он, не отрываясь от книги. — Уже придумала желание? Уверена, что хочешь получить его от Хатаке Какаши, а не от Хокагэ Какаши? — он перевёл взгляд с книжных строк на пыльное лицо ученицы. Сакура задумалась. Ей, конечно, было жутко интересно увидеть сенсея без маски, но это же желание могло бы помочь выбить разрешение на открытие детского психологического центра. Она опустила глаза, размышляя, а Наруто и Саске встали рядом, недовольно глядя на учителя. Тот лишь улыбнулся, прикрыв улыбку раскрытой книгой. — От Хокагэ Какаши-сама пользы, конечно, больше, — проговорила девушка через некоторое время, скрестив руки на груди. — Но желание мы заработали вместе, командой, поэтому тратить его только на себя было бы нечестно. — Ма-а, вы всё-таки выросли, — протянул Какаши, явно довольный ответом. Он спрыгнул с дерева, встал напротив своих бывших детей и убрал книгу в сумку, показывая, что готов слушать. Глаза у всех троих загорелись — даже у такого чурбана, как Саске. Наруто уже открыл рот, но Сакура остановила его жестом. Она помнила, как в детстве сенсей уже обманул их, показав под маской ещё одну маску. Поэтому просто спросить, что у него под ней, было нельзя. С хитринкой посмотрев на сенсея, она приблизилась к нему вплотную. Какаши пришлось опустить взгляд — ростом она была заметно ниже него, да и парней тоже. — Я хочу, чтобы вы стояли смирно и не мешали мне делать то, что я собираюсь сделать. Какаши внимательно посмотрел в лицо ученицы и усмехнулся. Ладно, пусть. Они заслужили. Он прикрыл глаз, кивнул и убрал руки за спину. Все трое напряглись. Сакура, не ожидавшая такой покорности, слегка удивилась, но быстро взяла себя в руки и, бросив короткий взгляд на товарищей, снова повернулась к учителю. Она подняла руку и коснулась пальцами края маски. Все трое громко сглотнули — у Саске даже Шаринган активировался от напряжения. Подняв взгляд на скрытый глаз сенсея, Сакура отпустила маску и потянулась выше, чтобы сначала снять налобную повязку. Какаши приоткрыл обычный глаз, встретил её взволнованный, испытующий взгляд и снова прикрыл веко. Набравшись смелости, девушка снова схватилась за край маски и аккуратно потянула вниз. Всем четверым показалось, что время замедлилось: они видели покадрово, как чёрная ткань сползает по лицу. Наконец пальцы Сакуры вместе с маской оказались у подбородка сенсея. Она опустила глаза, увидела родинку и снова судорожно сглотнула. Глубоко вдохнув, девушка сделала шаг назад, чтобы увидеть наконец этот запретный плод, и замерла с приоткрытым ртом. Какаши-сенсей… Он был так красив. Тишина затянулась, и Какаши всё же открыл правый глаз, наблюдая за реакцией учеников. Она была забавной. — Вы такой... — прошептала Сакура, скользя взглядом по его лицу, — такой красивый... И это прозвучало настолько искренне, что Саске дёрнулся, оторвав взгляд от учителя и уставившись в спину сокомандницы. Наруто подозрительно молчал. Какаши выждал ещё пару мгновений, затем вернул маску на место, а повязку пока решил не завязывать, оставив Шаринган под прикрытым веком. — Сенсей, я впервые жалею, что вы стали нашим учителем, — рассеянно проговорила Сакура, перед глазами которой всё ещё стоял образ Какаши без маски с падающими на лоб пепельными волосами. Она была под таким впечатлением, что это изрядно польстило Какаши. Но смысл её слов всё же дошёл и до него, и до Наруто, который с немым вопросом уставился в спину девушки. Однако озвучить его он не успел. — Иначе бы я в вас влюбилась. По уши. Какаши неловко почесал затылок и нервно усмехнулся. Да уж, такого эффекта он точно не ожидал. Неужели он настолько красив? Наруто же слова напарницы вывели из оцепенения, и, ткнув пальцем в сторону старшего, он громко заорал: — Вы! Вы же старик! Как смеете соблазнять Сакуру-чан?! — И вовсе я не старик, мне всего тридцать четыре, — невозмутимо отозвался Какаши, даже не меняя своей ленивой позы. Наруто на секунду завис, переваривая услышанное, а затем его лицо исказилось ещё более возмущённой гримасой: — Тридцать четыре! Да это же почти сорок! Для Сакуры-чан вы дедушка! — Наруто, прекрати, — шикнула на него Сакура, но в голосе не было прежней твёрдости — скорее смущение. Она всё ещё не могла отвести взгляда от лица сенсея, даже скрытого маской, и щёки её предательски порозовели. Саске перевёл недовольный взгляд с Сакуры на Какаши. В груди закипало глухое раздражение, и ему искренне захотелось врезать сенсею. Уже за личное оскорбление, чёрт возьми. Да, Сакура давно не та двенадцатилетняя девочка, которая смотрела на него влюблёнными глазами, и всё же видеть, как она восхищается кем-то другим, было неприя… непривычно. Да. Именно непривычно. Саске стиснул челюсть и демонстративно отвернулся. — Нам пора идти, — бросил он, даже не глядя на сенсея. Сакура встрепенулась, вспомнив о предстоящей миссии, и со смущённой улыбкой помахала Какаши на прощание, после чего поспешила к выходу с полигона. Следом, напоследок одарив будущего Хокаге недовольными взглядами, ушли и парни. Н-да. Интересно получается. Какаши, забрав свой жилет, тоже покинул площадку. Ему нужно было отдохнуть, а завтра всё же дать Гаю себя найти — иначе этот вечный соперник устроит погоню по всей Конохе.