Сливочная акула

      Вселенная повернулась к Маклину самым неудачным ракурсом. Как назло, течка выпадает на следующую неделю после Чемпионата. Казалось, времени ещё полно, что до матча, что до течки. Но мысли затмевали голову, раз за разом не давая сосредоточиться на самом главном.       Свою отдушину Селебрини нашёл в тренировках. Конечно, поздно уже что-то нарабатывать, оставалось только надеяться на имеющиеся навыки и команду. С командой как раз и не клеилось. И если в отеле Мак просто проходил мимо, бросая пару слов, то на льду так уже не получалось. Любая ошибка со стороны команды воспринималась в штыки и парню приходилось крепко сжимать зубы, чтобы не рявкнуть. По крайней мере, на всех, кроме одного конкретного человека.       Быть рядом с Кросби здорово. Во всех смыслах. Здорово проводить с ним время, здорово кататься вместе, но сейчас всё резко перевернулось.       Наверное, это уже не профессиональные отношения, если даже на раскатке Сид уделял больше внимания Маклину. Раз за разом, пас за пасом, все шайбы уходили к Селебрини и все в пустую.       «Если так и на матче будет,» — о том, что будет тогда, Кросби не хочет думать. Он набирает в легкие воздух, подъезжает к Маки. Успевает только снять рукавицу, хочет положить руку на плечо омеги, как замирает от недовольного взгляда через визор. Решает, однако, не трогать, потому просто опирается на клюшку.       — Маки, всё нормально? Ты чего не, — Сид даже не успевает закончить, как Маклина прорывает.       — Во мне сразу проблема? Пасовать нормально надо, — и не давая ничего сказать, за пару секунд откатывается в сторонку, к другим игрокам, так и оставляя Кросби в непонятках.       Пока лучше отпустить ситуацию и просто выдохнуть, поговорить с Маклином после тренировки, когда рядом не будет лишних глаз и возможности, что омега ему глотку коньком перережет.       

***

      В следующий раз они пересекаются только вечером. И если остальные ребята уже расслабились и разбрелись по комнатам, Сид слонялся по коридорам в поисках Селебрини.       — Вы Маки не видели? — уже несколько устало спрашивает Кросби у мимо проходящих Виларди с Шайфли.       — В магазин собирался, — отвечает ему кто-то из парней и Сид только кивает, мол, спасибо, и решает, что проще дождаться Маклина у его номера.       Так Сид и поступает. Благо, ждать приходится недолго. Уже через пару минут на горизонте появляется сам виновник «торжества», с пакетом в одной руке и шоколадным батончиком в другой.       — Ты чего здесь? — Маклин вопросительно изгибает бровь, поднося карточку от номера к замку и после характерного писка он толкает плечом дверь. Сид заходит следом, предусмотрительно закрыв дверь на замок.       — Хотел узнать, как ты. Ты в порядке? Кажешься каким-то напряженным.       — В полном. С чего бы мне быть не в порядке? Всё просто отлично, у нас матч на носу, а мы играть разучились, — Селебрини наигранно раскидывает руками, а затем вываливает содержимое пакета на журнальный столик. Различные виды шоколадок, конфеты, настоящий пир для сладкоежки, у Кросби аж зубы сводит от одного вида.       Сид тянет носом воздух, готовясь высказать всё, что скопилось за день, но аромат в комнате иной. Мужчина вдыхает ещё раз, уже отчетливо уловив запах. Нечто сливочное, карамельное окружает легкой дымкой сознание, вынуждая чуть напрячься.       — У тебя течка скоро, — констатирует Кросби, сделав шаг ближе к Маки. Тот перестает жевать, смотрит исподлобья пару секунд и в сторонку отходил, присев на кровать.       — Ну допустим. И?       — И? Маки, почему я твой запах чувствую? Ты не принял подавители? — в пару шагов Сид оказывается перед парнем, — Хочешь, чтобы его другие почувствовали?       — Тебе какое дело? — рычит Маклин, глянув снизу вверх и закатив глаза. Нравоучения, последнее, что он хотел бы услышать.       — Я твой альфа, как думаешь, мне есть дело?       Сид цепляет пальцами подбородок парня, запрокидывает его голову и заставляя тем самым смотреть ровно на него. Селебрини недовольно поджимает губы, но, будто бы затыкая, большой палец Кросби накрывает нижнюю из них, мягко поглаживая.       — Я волнуюсь за тебя, Маки. Чего ты… Такой?       Мак выдыхает через нос одним резким выдохом, сначала отводит взгляд в сторону, а затем и в пол.       — Я просто волнуюсь. Течка выпала совсем неудачно, я боюсь, что из-за неё я буду вести себя, как дурак, что не смогу выложиться на полную, — Маклин чуть горбится, опускает голову, — Я боюсь подвести команду.       Кросби молчит пару секунд, а затем улыбается. Улыбается, головой качает и накрывает ладонью затылок парня, чтобы в следующую секунду притянуть Маклина ближе, вынуждая ткнуться ему в торс. Длинные пальцы ненавязчиво перебирают пушистые волосы.       — Маки, тем, что ты не пьешь подавители, ты лучше не делаешь. Давай так, сейчас ты выпьешь таблетки, а потом мы с тобой ляжем и постараемся отдохнуть. Хорошо?       И получив согласный кивок, Сид только гладит Селебрини по голове.

***

                    На следующем матче Маки уже не волновался. Пожалуй, это была его лучшая игра. Каждая шайба летела в ворота, фанаты ликовали, а самой главной наградой была улыбка Сидни, что так ясно давала понять, как сильно он гордится Маклином.       Но это было не тут. Это было где-то в другой реальности, где от молодого и зеленого Маки пахнет сливочными ирисками, а его любимый альфа Сид всегда готов успокоить своего акуленка. А тут только четвертое место.