where the lion lies down with the wolf • где лев возляжет с волком

Относительное счастье Джейме от того, что он ушел от ответа, длится ровно столько времени, сколько ему требуется, чтобы найти выход из Красного Замка, не будучи пойманным и не убив никого еще в дополнение к… ну. К его и без того прославленному списку. Он не будет помнить звук, который издал Эйрис, когда он перерезал ему глотку. Однако он будет думать о звуке, который издал Григор Клиган, когда он ударил его ножом в спину. Это было достаточно приятно. Так же, как и звуки, которые издавали все остальные, кто держал принцессу, когда он разобрался с ними, прежде чем взять плачущую девочку на руки и со всех ног унестись из Красного Замка — для принцессы Элии или принца Эйгона уже ничего нельзя было сделать, и он, конечно, не хотел, чтобы девочка видела, что с ними стало. Итак, ему удалось найти выход — через пустые кухни, а затем каким-то образом добраться до единственной двери, которую не охраняла армия его отца, прежде чем он спустился на пляж. Всхлипывающая принцесса вцепилась ему в шею, оба перепачканы кровью. И теперь он стоит в маленькой гавани, думая, что они ушли от ответа — И понимая, что он не представляет, что ему теперь делать. Армия его отца грабит город, а это значит, что Роберт Баратеон выиграл проклятую войну, и не один из них, конечно, не будет рад видеть, что один наследник Таргариенов выжил благодаря его вмешательству. Он также убил своего короля, что, он знает, является мать его, государственной изменой, независимо от того, насколько Эйрис это заслуживал или нет… и он спас единственную из наследников Рейгара, которая выжила, что означает, что… ну. Это просто ебаный бардак, вот что это такое, потому что убийство Эйриса возможно обеспечило бы ему расположение Роберта, и его отец, скорее всего, не будет жаловаться, поскольку его люди имели приказ убить остальных членов королевской семьи… но спасение девочки означает, что он не будет в их милости, и если он пойдет с ней к какому-нибудь стороннику Таргариенов, это они могли бы оценить… но он все равно убил Эйриса. Что… скорее всего, приведет к тому, что девочка будет жить, а он умрет, и хотя он мог бы с этим смириться… но не очень-то спешит умирать прямо сейчас. Рейенис все еще держится за его шею и плачет, хотя, по крайней мере, теперь она плачет молча. Джейме садится на берегу, прижимая ее к себе, и пытается понять, что, во имя богов, ему теперь делать. Возвращаться в Красный Замок и пытаться вразумить своего отца или Роберта Баратеона совершенно исключено. Он мог бы поехать в Кастерли, размышляет он, но нет ни единого шанса, что Серсея помогла бы ему, он это знает, и он подумает о том, почему он так уверен в этом, позже. Не сейчас. Тирион, конечно, не смог бы, он был таким же взрослым, как Рейенис сейчас, когда он видел его в последний раз. Итак. Кастерли отпадает. Он мог бы попытаться сесть на корабль и уплыть в Эссос, но, учитывая, что все, что у него и девочки на руках есть, — это их перепачканная кровью одежда и что все в Королевской Гавани узнают, что они пропали, еще до завтрашнего дня, он не представляет, как это могло бы сработать, если только не украсть корабль, а он сомневается, что сможет самостоятельно грести до самого, блять, Пентоса. Итак. Плохая идея. Итак, что еще — Точно. Дорнийцы никогда не любили ни Эйриса, ни его собственного отца, он слишком хорошо помнит неприязнь Оберна Мартелла к двору, но они приняли его сторону из-за Элии и Левина… и вот чем это кончилось. Они бы взяли девочку, и они бы, скорее всего, не убили его. Только как он, во имя Семи ебаных преисподних, собирается добраться до Дорна в таком виде? Ему бы в первую очередь выбраться из города. Если только ему каким-то чудом не удастся спрятаться среди войск, идущих в Дорн, что было бы достаточно сложно — Стоп. Его рука перестает машинально гладить волосы девочки, что в данный момент, скорее всего, полезно для них обоих, но — Насколько он знал, Рейгар привез Лианну Старк в Дорн. Определенно, Нед Старк не пошлет кого-то еще, чтобы забрать ее. И Нед Старк, что ж... Нед Старк честен, и он, конечно, не Роберт, и при дворе всегда было известно, что он любит детей. Может быть — Да, может быть. У него не так уж много вариантов. Он пытается вспомнить любую другую возможность, но нет — попросить Старка спрятать их обоих в своей армии, а потом разделиться, как только они окажутся в Дорне, — единственное, что приходит ему на ум и имеет некоторые шансы не закончиться смертью ни его, ни Рейнис. Он полагает, что им придется вернуться в город и прятаться, пока Старк не уйдет… или она могла бы спрятаться здесь, на берегу, не многие знают об этом месте, и в пещерах, ведущих к Красному Замку, никто бы ее не заметил. Вероятно. По крайней мере, у него есть хоть какой-то план. Он снова начинает гладить девочку по волосам. Он расскажет ей о планах позже.

•

К счастью, она понимает, что не может пойти с ним, когда он пытается разузнать информацию, поэтому она остается в пещерах с его грязным плащом, чтобы укрыться, а он возвращается в замок после того, как смыл с себя кровь соленой водой. Ему удается не попасться, когда он пытается выудить слухи, и через несколько часов он узнает, что Нед Старк уедет через пару дней и что его армия разбила лагерь под холмом. В целом неплохо. Он крадет немного еды для них обоих, спит ночь под своим грязным плащом с прижавшейся к нему девочкой, а на следующий день выводит их с берега и к холму.

•

Джейме крадет еще один коричневый, ничем не примечательный плащ из какой-то корзины с бельем, которую находит по пути, и прячет их обоих под ним — если она прижимается к нему, это не так сложно. Затем он стоит в тени, пока не видит, как Старк удаляется в свою палатку на ночь. Один. Затем он делает глубокий вдох и, предаваясь надежде, что Старк все не испортит.

•

— Что… — говорит Старк, как только Джейме позволяет пологу упасть за собой, и сразу замолкает, когда Джейме опускает капюшон и распахивает плащ достаточно, чтобы показать ему перепуганную девочку, которая к нему прижимается. — Лорд Старк, — выпалил он, — я не знал, куда еще идти, и хотя я, конечно, не прошу вас совершать государственную измену, я также не думаю, что вы захотели бы видеть девочку мертвой, и я не могу придумать никакого другого способа добраться до Дорна, чтобы кто-нибудь не попытался убить кого-то из нас, поэтому я был бы крайне признателен, если бы вы рассмотрели возможность не призывать сейчас своего друга и помогли мне, хотя бы ради нее. Это не та речь, которую он подготовил. Надо признать, он звучит измученно, и он знает, что выглядит измученно, и что под его ногтями все еще кровь Эйриса, и он знает, что у девочки на лице уродливый заживший шрам, который ей нанесли, прежде чем он успел вытащить ее из той комнаты, и он знает, что Старку не очень понравилось то, что он убил его короля, что, надо полагать, все уже поняли, но сейчас он не зовет на помощь. Он даже не прикасается к своему мечу. Он просто смотрит на Джейме серыми, уставшими глазами. — Ты… ты сделал это, верно? — спрашивает он, останавливая себя, прежде чем сказать убил ее деда или что-то в этом роде. — Я должен был, — говорит Джейме, — он собирался сжечь весь город с дикогим огнем. Я должен был. — Девочка вздрагивает, прижимаясь к нему крепче. Джейме очень хочется сесть. Старк кивает. Джейме интересно, думает ли он о своем отце и брате. — Я бы не хотел видеть ее мертвой, — вздыхает Старк. — Что... Твой отец, он… показал… ее брата Роберту. Блять. Джейме затыкает ей уши. — И? — С тех пор мы не разговаривали, — говорит Старк. Хорошо, — думает Джейме, даже если этого недостаточно, чтобы перестать быть настороже. — Ты выглядишь измученным, — говорит Старк. — Можешь оставить ее на моей постели. Мне нужно поговорить с тобой наедине. Хорошо. Это не было отказом. — Ты слышала его, — шепчет Джейме Рейенис. Она нерешительно кивает. — Я буду прямо там, разговаривать с ним. Просто… попробуй немного отдохнуть, хорошо? — Ты вернешься? — шепчет она, и в ее голосе слышится боль потери. — Конечно, — говорит он, целуя ее в макушку, прежде чем уложить на кровать и набросить ей на плечи одеяло. Боги, же он устал, неся её на руках. Он кивает, затем направляется в самый дальний угол палатки, где его ждет Старк. — Слушай, — говорит Старк, — я не хочу… не помогать тебе. Я понимаю, что ты пытаешься сделать. И... Если король хотел сжечь весь город — ладно, неважно. Но… мне нужно идти за сестрой. — Я знаю, — говорит Джейме. — Я поговорил с людьми. Моя сестра с Артуром Дейном в Башне Радости. И остальные члены Королевской гвардии, которые… до сих пор не погибли. Я не хочу с ним сражаться, но даже не знаю, согласится ли он… уступить. Так что у меня есть для тебя сделка Джейме думает, что может это себе представить. — Говори. — Я спрячу вас обоих среди армии, которую возьму в Дорн. Я позволю тебе отвезти ее в Солнечное Копье, когда мы пересечем границу. Но затем мне нужно, чтобы ты присоединился ко мне в Башне Радости и попытался помочь мне договориться с сиром Артуром, потому что ты знаешь его дольше, и… возможно, он будет слушать тебя больше, чем меня. И если все пойдет хорошо… я не знаю, что ты планируешь делать, но я мог бы попытаться замолвить за тебя словечко, — закончил он смотря на него глазами человека, который действительно так же устал, как чувствует себя Джейме. — Идет, — говорит он, протягивая руку, даже не думая об этом дважды. Это больше, чем он предполагал получить, и он знает, что Старк сдержит свою часть — он, в конце концов, честен до безобразия. Когда Старк пожимает ее, Джейме чувствует, что мог бы, упасть в обморок от облегчения. — Можешь пойти посидеть с ней, — тихо говорит Старк. — Я могу попросить еще ужина и найти тебе одежду получше. Мы обсудим детали позже. — Спасибо, — говорит Джейме, слишком уставший, чтобы поддерживать более долгий разговор. Старк кивает ему и выходит из палатки. Джейме придется довериться ему, но он знает, что с такой чрезмерно честный человек, как он, не подведет. Он садится рядом с Рейнис, проводит грязными пальцами по ее черным волосам и позволяет себе надеяться, что поступил правильно.