На озере

ТимСтепаныч Долго ждать не пришлось. Как только мальчишка уставился перед собой, рука взрослого упёрлась ему в плечо как бы вытягивая его из стоя к своим нуждам. Воздух загудел, по ногам прогулялся ветерок, а поперек труселей отчётливо щелкнуло. Практически без паузы и повторно. Потом ещё раз. Всякий раз когда розга взлетала над несчастным, хват руки усиливался, стесняя обильное тело. Но все закончилось быстро. Пяти полосок им хватит для правильных выводов. Хороших, строгих, с плеча... Пацаны Специально терпеть Сашка не думал. Просто, по жизни, ему и так несладко приходилось. Пацаны то и дело подкалывали его, порой и подстраивали недобрые шуточки. Правда, постарше все стали, так большинство свои теперь и от Пупырина почти отстали. Но привычка стараться не усугублять свой не лучший статус осталась. Потому от первого стежка стыдный вскрик сдержался сам собой. Хотя больно сразу стало очень. Просто раскаленным зад прошило, и трусы не спасли. Тело повело в сторону, но взрослая рука сжала крепче и организм послушно замер. В общем-то, Санёк только на третьем дёрнулся и затоптался по-медвежьи, пересапывая рассекающие вспышки. Рука трудовика понуждала оставаться на месте, и своих рук мальчишка тоже не расцепил с затылка. На заднице быстро запылало по всей поверхности и Сашка, в месиве расползавшейся боли подумал, что ещё чуть и из него точно скулёж полезет... А прижигать прекратило и пацан выдохнул легче. Зато второй рядом вдвое напрягся, когда вжикать близко сбоку, почти на расстоянии вытянутой руки, перестало. Сейчас же за него возьмутся! Толстый не выл конечно, но он толстокожий, ему прооще. Трояк, в дальнем конце строя, тоже превратился в слух, как и вся напряженная шеренга. Хорошо, что Пупр не визжит, может и не сильно Тим отмахивает своей веткой. Примерно у каждого с надеждой возникла такая мысль. ТимСтепаныч Костер так себе давал освещение, но что нужно, было видно. Тем более, что штаны услужливо предоставили поле деятельности пошире, покинув своего объемного владельца. Черт, в наше время не было толстых детей, - нервно подумал Тим... И почувствовал непривычное напряжение в плече. Перестарался? Сам подобных упражнений давно не делал? Или просто не поверил, что толстого проймет? Осмотрел ветку. Она об мягкого не ушиблась. - Руки за голову. - и рука снова уперлась в плечо, теперь сухое и твердое. Пацаны Всё-таки Сашка думал, что будет не так больно. И теперь переживал, что с ним не всё ещё. Поджимал размеченный зад и рук не решаясь опустить. Тем более, что трудовик рядом снова их за голову приказал. В следующий момент Санёк конечно понял, что не ему, но всё равно замер, как есть. А тот, кого за плечо взрослая рука сжала, мелко дрогнул и очень неохотно задрал ладони к макушке. Все шмотки, как и у толстяка, поехали вниз и вверх, как мальчишка не старался коленками сманеврировать. Сжимая булки, припомнил, как сечёт розга. И, кажется, надо наоборот расслабиться, но как-то не очень получалось. Зато страху нагоняло. Глаза зажмурилась. ТимСтепаныч Битых у него вроде не было. Ну, тех, которые к психиатру назначены раз в неделю и в мокрых постелях просыпаются, а эти хоть и деловые на вид, отнюдь не глупые. Будешь жаться, когда по заднице веткой пригрозили. Тим подобрал выше длинный свитер, показывая честно заголенные булки в приятной желтизне костра. Глянул кто это. Денис Луньков... Ветка вжикнула и сухо ввацкнула по телу. Запоминай, как бывает, если игнорировать правила. Пацаны - Уй! - глаза распялились, мальчишка дёрнулся, прогибаясь. Всекло, как Денька и ждал - резко и садко. Даже больнее. Тим не халтурил, как и во всем, чем занимались его трудовые руки. И не запросишься ведь, и "больше не буду" не протянешь, как бывало, когда дед в своё время брался внуковы похождения лечить. Хорошо в деревне так-то было, а потом дедушка умер и здравствуй детдом. Розг в нем Ден не ожидал только... Пальцы расцепились с затылка, будто решая, схватиться ли за вспыхнувший след или обратно в волосы зарыться. ТимСтепаныч - Не хныкать. Руки вверх. Пожалел, что заголился по-настоящему? Тим подтянул за свитер то, что вертляво вогнулось и сжалось удобнее под руку и хлестнул еще раз, отмечая как красится и пухнет прежняя отметина. Остальной строй от жалобного писка тоже начал искривляться. - Нытиков не жалеют, Денис. Инфа проверенная. Лишнего разговаривать не хотелось, потому что всегда найдется тот, кому ответить милее жизни, но надо как-то обозначить ожидания. Не хватало, чтоб они в голос заревели тут. Пионеры. Пацаны Пальцы сцепились и снова прижали лохматый затылок. Уши загорелись в градус разгоравшейся полосе на заду, выпятившемся за потянувшей одеждой. Ага не хныкать. Денис не Сашка-Пупр, который толще Лунькова раза в полтора... Но губу мальчишка прикусил. И вовремя. По голому прошило второй раз, вырывая глухое мычание и повторное виляние голым. - Я не ною... - глотая тонкие ноты выдавил пацан. Пальцы вцепились в лохмы. Тут не жалеют, да. Нужно как-то перетерпеть... А дед жалел, когда Дениска орал. Но тут не дом. Колдун, Колян Дунаев, что рядом столбом стих, точно на смех поднимет потом... Нафига Ден трусы со штанами стянул? Жаль, что только сейчас искоса углядел, что Сашка в труселях своих стоит. А Луньков, блин, по давней памяти что ли разголился?! Уф, блин. Вот лось этот Трёха, страдать из-за него! ТимСтепаныч - Не ноешь, конечно. Ещё пришлось пострадать. Взрослый решил не торопиться так, как с толстым, но и пацан не спешил расслабленно отклячивать мягкое под бой. Свитер снова потянул пузо. Ветка вжикнула. Ожидающая половина коротко обернулась, чтобы встретиться взглядом с притеснившем всю компанию педагогом. Отвернулись тут же. Пацаны Тим по-своему поддержал и мальчишка покосился в сторону шеренги - пусть не гонят потом на младшего в группе. Осталось и правда не хныкать. Потому что сейчас опять всечёт, судя как зад снова оттопырило и к нему тепло от костра дотянулось. Вскипело через обе булки тут же. Ден поддёрнулся и коленки согнулись приседая. Свитер, схваченный рукой трудовика, неудобно задрался к лопаткам. Мальчишка зашипел, кривясь на все лады, взъерошил затылок. Стоя больнее ловить стежки! В строю, наряду с зябким тревожным шевелением, пронеслась тоскливая мысль. На разные лады, но одна на всех: чего Тим тянет с Лунькой? Побыстрее бы уже отстрадать всем взбучку, раз уж встали и какую-то вину признали. Мысль такая посетила, может, кроме Колдуна, стоявшего следующим за своей долей. Хотя ожидание и поддавливало неприятно в желудке, торопить события не хотелось. Впрочем, он успешно свои страхи скрывал. Сжимал пояс штанов на бедрах и равнодушно жевал орбит, блуждая бесстрастным взглядом по светлеющим кустам напротив. Сколь там Луне осталось? Пара? Если по Пупру количество судить. Ничо, выживет. ТимСтепаныч - Вы ррровно стоять не способны? - рыкнул учитель вдоль строя, выдерживая тяжесть на руке. Ну еще не хватало, чтобы он тут уселся. Смеяться будут до самого выпуска. По уму бы дотолкать его до дерева и пусть березку обнимает, да стоит ли возиться... Они сейчас одно вкурить должны - что цацкаться с ними никто не будет и за всякие фокусы, даже не свои, задница ответит раньше, чем штаны высохнут. Рука вытянула мальчишку вверх, а коленка как-то протиснулась сбоку, зажав страдальца рядом с ребрами. Два последних быстро закончились. Но, возможно, сильнее, чем планировалось. Следы сразу бордовые вышли. Без всяких там белый-красный-пурпурный. - Следующий. Готов? Пацаны Тянул, сам не осознавая, сам мальчишка. Увильнуть от следующих ударов норовило все мелкое существо в нем. А Дену было стыдно, но больно же. Дальше без его особого участия произошло. Оказался пригнут и притиснут, не дернуться толком, и полоснуло по выставленному. Аж сопли сразу вылезли. Мальчишка икнул натужно, а зад уже новым рубцом рассекло. Денису разом так больно никогда не было! Выбравшийся хнык никто не услышал, потому что всем уже не до выпущенного и наказанного было. Который одной рукой зажимал хлюпы, а другой булки с горячущими пухлыми полосами. Строй выровнялся ещё когда рык трудовика прозвучал. Даже рослый Дунаев выпрямился, перестав жевать. Так четко и свирепо ветка рядом взвыла и впилась в тело, что и у него мурашами по позвоночнику пробежалось. Она же, наверное, от такого усердия треснуть должна или задница у несчастного Луньки лопнуть... Но нет, вполне себе грозный щелчок повторился, а Луня живо так отреагировал, ладно не орал. Ну, а чё... Дальше, следующий, он, Колян. Пацан, не растягивая удовольствия, устроил пояс штанов у коленей, вздернул руки вверх, выдергивая их из рукавов выше, чтобы толстовка не задралась под самые уши, и заложил ладони за голову. - Да, - ответил Тиму, перекатывая жову за щеку. Пять не пятьдесят же, хотя салага Ден и танцевал, как жаренный, и сопли теперь мотает. Колька вообще дрых всю ночь, как убитый, даже когда толстяк прискакал и завопил, не проснулся. Пацаны растолкали. Горело бы чего, и то, наверное, Колдун не проснулся бы сразу. ТимСтепаныч Вот здесь была перспектива проскочить без помех. Сбоку сопливо хлюпало, подогревая и без того вскипнувшего взрослого. Переживет. Научится. Блин, умылся бы уже. Подставленную мишень в красных плавках облюбовали комары. Тим почти по-детски постарался их прихлопнуть. Мерзавцы взвились мелкими кругами, на ткани образовалась заметная полоска. Атака повторилась. Комары уцелели. А вот прут не выдержал измывательств, отломившись у самого кулака взрослого. Правильно. Нечего размахивать с плеча-то. Пацаны Край толстовки все равно по самую поясницу вздернулся и Колян ловил неуютное чувство беззащитности позади. И этим не только комары воспользовались. Слух пацана уловил свист ветки, начавшийся, кажется, выше его головы, и простегнуло сквозь трусы поперек булок. Ух, блин. Не слабо Тим вжаривает оказывается, но выдержки ведь Колдуну не занимать? Ага. Задницу удержал, всего немного вперёд тазом шевельнув и сдержанный воздух выдохнул. А поморщившуюся рожу не видно никому. Только следующий удар быстро наложился на первый. Пацан вздернулся, вытягиваясь на мысах. Прострелило под самую макушку. Пару секунд Колян молча сдерживал кипящую боль, пока не отпустило, потом опустил плечи, выравниваясь. Выплюнул расстроенно жвачку, сглотнул и, в досаде, что так реально больно было, выдал себе под нос привычное в обычное время "бля". У трудовика ветка что ли даже обломалась? Фига, блин, всёк! Витёк с ужасом покосился на отлетевший в его сторону кусок, не маленькой причем, ветки. Влетает пацанам совсем не как крапивой виновнику. Походу она цветочками покажется Трёхе, хоть и чешется все ещё зверски. ТимСтепаныч Амнистия получилась? Самому невиноватому. В плавках, ага. Тим подобрал отломанную часть, пренебрежительно бросил в костер, снова тряхнул куст, теперь уже на другой стороне строя, ближе к виновнику *торжества*, обнажил листья у отломанного орешника, снял хлипкий край, снова хищно вжикнул. Гуднуло полегче. Орешник вообще легче. И крошливее. Переменять положение не стал, выдал наотмаш третий... Пацаны Витька нервно переминался, забыв чесать крапивные отметины, держал штаны и во все глаза смотрел, как взрослый готовит новый прут. Ну, сейчас вот возьмет Тим и пропустит остатки строя, всадит сразу по виновнику, под руку ведь почти стоит... Обошлось. Пусть и на время. Только воздухом жикнувшим обдало и по Колдуну врезало. Блин, знать бы, что так обернется, да лучше б до смерти замерз Трояк рядом с угасшим костром. Потому что Витёк поймал хмурый взгляд Дунаева, когда тот, все так же беззвучно пережевав хлесткий удар свежей веткой, выцепил виноватую мордаху в конце шеренги. Кажется, и прошептал что-то нелестное. Конечно, ладно бы Колян сам купаться попер. Причем, такая мысль вечером была же, но задрых сразу без задних. И чё теперь, следить за всеми, чтобы не лезли никуда? Жопу конечно жалко, почти так же, как полоумков, лезущих сломя голову во всякие отстойники. Трудовика можно было бы понять, но сечёт в силу, у Кольки с трёшки раз зад под трусами уже рельсами покрылся. ТимСтепаныч - Дунаев, я слышу диалекты твои. Колька был у трудовика в любимчиках. Тим иногда очень себя в нем видел, время от времени заявлял, что с Колькой обязательно бы сходил в разведку, вызывая по классу кривые ухмылочки, но в целом старался не выделять. Пацан сам выделялся. На краю строя еще всхлипывали, ковыряя взрослое чувство вины. Пусть уж лучше матерятся. Розга и с любимчиком быстро расправилась. - Кто получил, надевает штаны, умывается и лезет в спальник. Иванов, твоя очередь. Пацаны Колян хмыкнул, но язык придержал. C Тимом до поры вольности можно, сейчас он точно не в духе, к тому же, со свежей веткой в руке. Которая нехрена не легче первой в дело пошла. Ладно быстро отмучила. Задавив финальный кхе, пацан решил не стебать Луньку, сопящего рядом. Вообще стрёмно по жопе получать. Быстро натянув штаны на распухающие булки, Колдун отчалил к своему спальнику. Не стал лезть только, уселся на него, свесив руки с колен, и с ленивым любопытством решил понаблюдать за остатками разборок. Один фиг весь сон слетел. Ден, с облегчением услышав разрешение выйти из строя, метнулся к своему месту без всяких умываний, на ходу натягивая шмотки, пусть криво, зато быстро, нырнул в спальник и затих, не желая слышать и видеть, что там с остальными получится. Стёмище ведь ппц какое. А Санёк, наконец-то опустив руки и неловко нагнувшись за свалившимися штанами, оделся и неторопливо поплелся к бутылю с водой. Косясь на остатки строя, начал пить. Он вообще не подумал, что им может так влететь за прогулку, да ещё и всем. Витька, наверное, с Пупром и дружить теперь больше не будет... - Да готов я, готов,- быстро проговаривая, тряхнул задницей Серёга Иванов, сваливая спортивки чуть ниже, под булки, задрал руки на белобрысый затылок. Кольнула зависть к тем, кто уже свое получил. Быстрее бы и самому уже отвалить. Вообще, Серый слышал, как Трояк с Пупром со стоянки ушли. Даже думал за ними увязаться, даже вылез из теплого спальника, но, пока ёжился и куртку свою нащупывал, со стороны дамбы толстяк отдуваясь прибежал. Кто знает, может Серёга бы сейчас, как и Трёха, задницу в пупырку тёр, в дополнение к пятёре веткой. ТимСтепаныч Готов - получай. - Не ныть мне. Ветка вжикнула и стреканула нетерпеливому под булки, куда плавки уже не дотягивались. Тим был уверен, что все пацаны купаться собирались, а Витьку просто отправили дно проверить. Надо было Дунаева отправлять. Сейчас бы не стояли так постыдно... Нет, ну надо, а? Короткий взгляд на *утопленника* выявил, что тому и без порки достаточно страхов. Ну уж нет, дружочек. Будешь, как все. Прут еще раз хлестнул Сережку. Пацаны Серёгу с присвистом вынесло на шаг вперед, сколько натянувшиеся штанины позволили. Ужаленный по голому мальчишка коротко попрыгал на месте, стряхивая палящую полоску, заодно назидательно демонстрируя её набирающий цвет и объем тоскливому Витьку. Ныть Серый не собирался. Но и стоять бесчувственной деревяшкой, как Дунаев, не получалось. Но, главное ведь настроиться, да? Руки за головой держать... Когда вот так вот по заднице полоснуло, загибаясь кусачим концом на бедро. Блииииин! Мальчишка длинно втянул воздух сквозь зубы и снова затоптал траву, справляясь с прилепившимся кипящим следом. Танцор этот Иванов - постановил Колян, подпирая кулаком челюсть. Пупырин зашуршал спальником, грузно вворачиваясь в него. ТимСтепаныч Второй поживее зашел, да. А за ним и третий дернуться заставил, будто руки сами лапнуть битое собрались, да просто сцеплены хорошо. Живее Иванова тут еще никого не было. Четвертый с пятым быстро отпрыгал и мило отвалил приземляться, оставив *виновника торжества* у всех на виду. - Трояков, трусы тоже стаскивай. А то вдруг ты не запомнишь, что надо говорить куда и с кем идешь из лагеря. Зачем идешь, тоже надо... Пацаны Прыгал Иванов всегда зачётно. Не думал только, что под прутом такое шустрое умение пригодится. С места белобрысый больше не сходил, но вмял всю зелень под ногами, пока свой пятак от Тима получал. Смешно, наверное, со стороны, но Серому не до того было. Он шипел усердно и считал про себя каждый хлесткий прострел на заду. И на пятом, еще меся кедами землю, уже натягивал спортивки, бурча что-то на счёт "даже и не купались ещё...". В спальник, как и Колян, тоже не полез сразу, накинул на плечи, кутаясь по уши, и насуплено уселся, поджав под себя прыгучие ноги и распаленные булки. Витька Трояков остался стоять перед костром один, в спущенных штанах, отсвечивая розовыми пятнами на ляжках. Ну и решительный трудовик с прутом возле него. На распоряжение Тима Дунаев потёр переносицу, скрывая очередную ухмылку, далёкую от сочувствия, в отличии от болезненно скривившегося Серёги. Из объемного свёртка высунул нос Пупырин. Чё, правда Витьку как мелкому Деньке попадёт? - Да я запомню... Запомнил... - по птичьи в отчаянии склонил голову к плечу Витёк, полуразвернувшись к взрослому. Наслушавшись и насмотревшись уже на порку других, да и свою крапиву забыть сложно, мальчишка почти растерял весь свой былой пыл. Ждал своей очереди, кажется, уже на последних остатках выдержки. Ждать вообще туго оказалось и, когда живчик Иванов исчез с глаз, Витёк тут же руки к башке задрал, всем видом готовый быть не хуже всех. А тут... Трусы снимать! Стрельнув несчастным взглядом по пацанам, Трёха понял, что вступаться за него явно никто не собирался. И надо, видимо, платить по счетам. При всех. По голой. - Не ссы, Трояк, - подначил добрый Колдун и Витёк заалел ушами, отвернулся, потянулся пальцами к резинке трусов. Агаааа, знали бы они, как Витюхе уже крапивой досталось. Ну, не знали, так увидели, когда виновник руки снова к голове поднял и жопа в розовых блямбах на свету костра оголилась. ТимСтепаныч Трусы совсем не желали задницу оставлять. То ли от того, что крапивный сок липким оказался, то ли из-за очевидной припухлости пятнистого объекта, резинка вниз уехала, а собственно ткань задержалась на заднице, отступая явно нехотя, но Витька победил их под осуждающим взглядами подельников. Теперь никто не забудет, что это не учитель за ними следить должен и их отлавливать, а сами дети заинтересованы следить за учителем. Во избежание зуд... Недопонимания... Розга гуднула и шлепнула подростка посерединке, расчерчивая пятнистое место поярче. Пацаны Зудящим булкам от недосохших трусов и спортивок, пока они были под ними, было ещё более-менее, но по влажному теперь ветка влипла, обдирая кожу за собой. Так от полоснувшей боли напуганному мальчишке показалось. Вообще - прутом не крапивой! Да ещё и по воспаленному! Только взгляды пацанов удержали Витьку от вяка и повтора Серёгиного танца. Скрепившись изо всех сил, дернувшийся Трёха замычал и задом повел. Крапивный зуд добавил своих ощущений, очень захотелось потереть всё. То что было и то, что припаялось теперь горячей чертой. Пацан зажмурился. Блин ещё и так засадно стрёмно при всех с голой жопой! ТимСтепаныч Совсем, да, прутом не крапивой. И поначалу взрослый так и думал ограничиться - поимкой и казнью преступника, но пока шёл обратно, успел пересмотреть сферу своей ответственности. Пусть это их ответственность будет. Молодец, Витька. Без нытья обходится. Хотя по которому эгей как несладко. Тим сам помнил ещё. И как потом отлично голова сама думать начинает - тоже. Память услужливо подложит вот это все. И больше никаких проблем с пацанами у взрослого не возникнет. Так что никаких розовых обещаний. Все по делу. Прут был осмотрен и пущен в дело. Получай, ныряльщик. Пацаны Наблюдать, как секут другого, оказалось не очень здорово. Серый бы уже завернулся в спальник, куда трудовик всех отправил, но вальяжный Дунаев, которому, казалось, все нипочём, с каким-то исследовательским интересом следил за происходящим процессом наказания. Не прятаться же теперь, как Дениска, то и дело потирающий выпяченную через спальник пятую точку. Даже Пупырин не отвернулся, пялился, печально вздыхая. - Крапива, говорят, полеееезно... - задумчиво протянул Колян, тоже опознавший в распухших пятнах крапивные ожоги. Серёга моргнул и снова скривился - на вздрогнувших и будто потянувшихся за отдернутым прутом булках выступала вторая полоса. Не особо и яркая на общем фоне раскрашено-бугристого. - Нахер, - отмел Иванов такую полезность и подсунул хвороста в костер. Взрослый, конечно, ничуть не притомился махать прутом. Витька по-настоящему страдал. Ветка по голому чиркала трудно-терпимо. Будь вот Трояков не виноват, он бы наверняка сейчас возникать взялся. О справедливости, несправедливости и прочих несовременных и диких методах воспитания. Тим был из тех учителей, кто за болтовню баллов не навешивает. Правда, выяснилось, что и нытья не терпит. Но горе-самовольщик, подставивший себя и всех, совестью не совсем был обделен, потому ему оставалось натужно мычать, глотая все беды и стыд, и поджимать трясущийся зад. Что Витька и делал пока без соплей. ТимСтепаныч У пацанов же тоже не возникнет проблем со взрослым, от которого все знают чего ждать. А Трояков совсем не нытик. Хотя задницу раздуло уже третьим. Пухло быстро, в начале просто объемом, потом уже цветом и трудовик решил лишнего не затягивать. Четвертый выдал, а пятый вполсилы. И так спать все должны, как младенцы. - Всё, закрыли косяк. Отбой по лагерю. Пацаны Витька достоял. Зажимая сжатыми в замок пальцам шею сзади, сведя локти перед собой. Мыкая и напрягаясь всем небольшим телом. Казалось долго всё, зад горел весь, но на самом деле и трех толковых вздохов не прошло, как прут хлопнул по крупно-дрогнувшему в последний раз и взрослый "отпустил все грехи". Мельком вытерев под носом, мальчишка шумно выдохнул и опасливо прикрыл ладошкой одну половинку позади, распухшую больше прежнего. Вторая ничем ей не уступала. Но - никаких стриптизов! Трёха рывком натянул разом прилипшие к заднице трусы, шикнул и водрузил на место штаны. И только потом развернулся, искоса заценивая обстановку в лагере. Сейчас бы вообще не смотреть ни на кого до самого утра... - А не закрыли, - неожиданно поднялся на ноги Дунаев, отряхивая задницу и хитрожопо же щурясь на взрослого, пока не расставшегося с грозной веткой, - а как же вы, ТимСтепаныч? Сказали, что либо все причастны и все получат, либо всем насрать. Вы же тоже того. Проспали. И вы с нами? Один за всех и все за одного... - в глазах пацана прыгали черти. Не то чтобы Колдун остался в обиде на старшего за немного посеченный зад, просто за весь срок в детдоме чувство справедливости не увяло. И тому не малая причина, доля, вклад, были благодаря стараниям того же взрослого - трудовика Тима, уроки которого Колька не пропускал никогда. Ребята у костра замерли, вытаращившись на рослого товарища, потом опасливо перевели взгляд на трудовика. ТимСтепаныч - Наглееец, - в большей части удовлетворительно протянул взрослый, однако сдобрив тон приличной порцией угрозы. - Я, Дунаев, осуществлял спасательные меры, обстрекался крапивой и вместо того, чтобы сладкие сны смотреть, смотрел на ваши задницы. Считаешь, я не достаточно наказан этим всем? Половина открыла рты в обалдении, двое же таращились с откровенным любопытством, что ответит взрослый на такое нетривиальное решение. Пацаны Трудовик отозвался достаточно зябко-обещающе. Колян тоже поймал опасный тон, но лукавую ухмылку с фейса не снял, в отличии от побледневшего и во всем виноватого Троякова, мигом решившего, что разборки сейчас по-новому кругу начнутся. Доводы Тима были логичными и, ну, да - не без справедливости. Пупырин даже выдохнул с облегчением. Он был из той части компании, которой лучше живется, когда все по полочкам, распорядку и субординации. А такие вот залеты у них - нечаянное и очень неприятное исключение. - Ну, если б был выбор, я б с вами поменялся, - не хотел сдаваться Колдун, лилея своё покарябанное взрослым достоинство. Пусть не думает, что Дунаева можно запросто ветками по жопе хлестать. К тому же, реально - разве Дунаев не вытащил бы некрупного Троякова из бочки какой-то? Да и Пупра бы вытянул, подняпрягшись. Или крапивы бы побоялся? Да фигня! Ну... по жопам бить тех, с кем в одной команде, не дело, но если наааадо... То тоже смог бы. А вот самому отстоять, светя красными труселями, - это стрём и позорище на всю долгую память. Но, по факту, всем стало понятно, что трудовик на такой развод, что в половину шутя устроил бессмертный наглец Дунаев, не поведётся. Серый небрежно фыркнул, почесал полужопия и встряхнул спальник - цирка не будет, серьезного чего уже тоже, можно спать наконец-то. Денис, с ужасом и одновременно с восторгом пялился из своего спальника на старшего и совсем взрослого. Такого разговорчика на его небольшом веку ещё не было. И не будет наверняка. ТимСтепаныч - Ты со мной по закону поменяться не можешь пока еще. - отмел разговоры взрослый. - На счет вариантов - выбор был. Я дал тебе решить, как ты хочешь провести свое время. Ты выбрал, Николай. А теперь перекладываешь ответственность. Так мы никогда не поменяемся. Хочешь стать взрослым, веди себя, как взрослый. Не я решаю за вас, вы сами за себя решаете, выбирая определенные последствия. Здесь все честно. А если бы мне насрать на вас было, вы бы торчали сейчас в спальне своей, а не на рыбалке. Поменялся бы он... Пацаны Колдун представил вдруг, как он пасет малолеток, которые лезут в бочки сломя голову пока он спит, и чего-то, если честно себе сказать, ему расхотелось меняться местами со взрослым. В этом случае закон хорошо срабатывает, по-нужному. Правда этот взрослый уже показал, что всю ответственность на себя брать не собирается. Прям ещё до сих пор на жопе ощущается. И дополнительная промывка мозгов тоже состоялась. Дунаев съехал взглядом в костер, подвигал челюстью. - За рыбалку спасибо, - признал за всех Колян, обведя пацанов взглядом. Остановился на снова пошедшим пятнами Витьке, - ну и это... Извините нас. Трояков с готовностью закивал, сдерживая чесоточное желание сунуть руку между ног. - Ага, мы больше без доклада ни ногой куда, - почти свято уверенный в своих обещаниях добавил Серёга, который еле выпросил разрешение в этот поход лично у директора, ещё не забывшего маленький пожар, устроенный криворуким воспитанником во внутреннем дворике. Наверное, извиняться после того, как простили, и без надобности. Но разу уж Колян умудрился снова зацепить Тима, то спать лучше, зная, что хороший мужик, которому действительно не насрать на никому не нужных детдомовских, зла на них больше не держит. Витёк вон - язык хвастливый прикусил и как примерный юркнул в свой спальник. Не очень ловко и возился ещё какое-то время, мешая другим досматривать предутренние сны.