Babydoll

      Пот заливал глаза, смешиваясь с кровью из рассеченной брови. Он смахнул капли пота рукой. Дыхание было тяжелым, грудная клетка вздымалась на каждый выдох, сопровождаемый легким хрипом.       Свет софитов бил по глазам, мешая рассмотреть зал, и людей, собравшихся в нем. Уен обратил внимание вниз, на прорезиненный пол ринга. Его явно пытались замыть от крови ни единожды, но разводы все равно оставались, образуя уродливую грязную картину. Резина под ногами была горячей — она нагрелась от софитов и от тысяч ног, топтавших её за вечер. Уен чувствовал, как подошвы кроссовок липнут к полу, будто к жвачке. По краям ринга валялись пустые пластиковые стаканчики.       Последний удар. Он посмотрел на сидящего на полу мужчину, ветерана ринга, который держал в руках выбитый зуб и недобро щурился на Уена. Взгляд мужчины был поплывшим, он явно не мог подняться без помощи рефери.       Рефери с силой дернул руку Уена вверх, отчего молодой парень зашипел от боли, но не показал этого. Он облизал кончиком языка разбитую губу. Кровь была солёной, с металлическим привкусом. Уен поймал себя на том, что улыбается. Это был вкус победы.       - Бой выигрывает Чон Уен! - зал взревел.       Только не от радости. Гул закладывал уши, кейдж затрясся, будто сейчас толпа людей обрушится прямо на ринг с негодованием. Уен усмехнулся. Это было ожидаемо.       Тени от клетки падали на лица людей, превращая их в глазах Уена в сплошные гримасы, искаженные морды. Кто-то плевался от злости на пол, кто-то пытался прорваться через охранников, чтобы дернуть кейдж и залезть внутрь. Крики превратились в какофонию звуков, которая выдавливала барабанные перепонки Уена.       Справа, за клеткой, горела красная неоновая вывеска — "ПИТ". Уен никогда не понимал, что это значит, но она мигала всю ночь, отбрасывая кровавый свет на лица зрителей. Кто-то курил прямо в зале, и сизый дым поднимался к потолку, смешиваясь с запахом пота и дешёвого пива.       - Его, - мужчина в смокинге, продолжающий наблюдать за развязкой среди зрителей, показал на Уена тонким бледным пальцем. – В кабинет хозяина. Я сейчас подойду.       Сонхва поднялся с места и скучающе осмотрел помещение. Бывший заброшенный склад был оборудован на славу. Только вот все равно здесь ощущался запах пота, крови и пыли. Пак Сонхва брезгливо смахнул несуществующую пыль с плеча, и медленным шагом пошел в сторону спрятанной от любопытных глаз двери.       Уен не замечал ничего. Его грубо толкнули в подсобку, пока он пытался выровнять дыхание и перебороть головокружение – особенно сильный удар ногой пришелся прямо в висок. Он пошатнулся, но выровнялся на ногах, вытирая кровь с разбитого носа и губы.       - Волчонок, - позвал его рефери, как только вошел в подсобку. – Тебя зовет хозяин.       Рефери выглядел слишком чисто для этого грязного помещения. Его белая рубашка была наглажена. Лицо рефери побагровело, будто воротник душил его — а может, он просто проиграл на ставках и боялся, что ему сломают ноги. Это заставило Уена тихо засмеяться от своих глупых мыслей. Может быть ему действительно прилетело слишком сильно.       Мужчина, чьего имени Уен не помнил, тут же покинул небольшую каморку и вышел к зрителям, чтобы сообщить исход тотализатора. Уен накинул на плечи зипку, и, слегка пошатываясь, пошел к хозяину. Большому боссу, от которого теперь Уену не следовало ждать ничего хорошего. Он постучал в дверь кабинета, которая открылась сразу же.       Ли Донук за шкирку затащил Уена в кабинет, и грубо кинул его на пол.       - Блять, какой же ты урод, - прошипел Донук, а затем грубо пнул Уена в живот ногой. Уен застонал от боли и сплюнул кровь на пол. – Тебе сказали слить бой! Ты что из себя строишь, уебок?!       Парень проскользил коленями по голому бетону. Мелкие камни и осколки тут же впились в его светлую кожу, оставляя после себя мелкие царапины. Уен закрыл голову руками, тяжело дыша. Его щека уткнулась в холодный бетон, пока он пытался выровнять дыхание.       Уен не боялся новых ударов босса. Он понимал, что действительно их заслужил. Он не выполнил задание, а теперь даже денег не получит за этот бой.       - Ну же, Донук, зачем так строго? – пропел тихий спокойный голос. Уен вздернул голову, смотря на незнакомого молодого человека, который явно не вписывался в атмосферу их грязного подполья.       Незнакомец был красив, он сидел на единственном чистом стуле в кабинете босса, закинув ногу на ногу. Он с легкой улыбкой смотрел на разбитого Уена, который лежал на грязном полу, собирая пыль и грязь. По спине Уена пробежали мурашки. Этот человек пугал его.       - Давай для начала спросим его, почему же он решил, что может пойти против твоего слова, а? – молодой человек оперся локтями в колени, заинтересованно наклоняясь вперед.       Его черные волосы были зализаны назад, взгляд был острым и не обещал ничего хорошего.       Уен обратил внимание на его дорогие запонки с инициалами. «ПС». Они блеснули в тусклом свете, когда Сонхва поправил манжет. Дорогие лакированные туфли были почти прямо напротив лица Уена, и парень был уверен, что при желании сможет разглядеть в дорогой коже своей отражение.       - Я… Я… - начал говорить Уен, пытаясь выровнять тон своего голоса.       - Сука, - раздраженно прошипел босс, и снова пнул с силой лежачего на полу парня. – Не мямли. Господин Пак требует от тебя ответа.       Так вот как звали этого парня. Уен прокашлялся от боли и тихо заскулил.       - Я не специально, - простонал Уен, опираясь руками на бетон. Он приподнял свое тело, и посмотрел на босса. – Это был инстинкт.       - Тебе нужно было засунуть свой инстинкт глубоко себе в задницу, - прошипел Донук. Он присел на корточки напротив Уена, и грубо сжал блондинистые волосы парня на затылке, дернув. – Забыл, откуда я тебя достал? Хочешь вернуться в свою канаву?       - Ну, в канаву он точно не вернется, - тихо пропел Сонхва, снова переводя на себя внимание. Он медленно поднялся, и со смесью брезгливости посмотрел на лежачего на полу Уена. – Поднимайся. Едешь со мной.       Сонхва пошел на выход и обратился к своему охраннику.       - Господин Ким. Оплатите Ли Донуку этого бойца, - Сонхва посмотрел на Уена. – Вставай.       И Уену не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Он поднялся на ноги, несмело оглядывая знакомый до каждой мелочи кабинет, пока босс лебезил перед Сонхва. На столе, заваленном бумагами, стояла забитая дешевыми окурками пепельница, запах пота грузного Донука, казалось, впитался в сами стены этого темного мрачного кабинета без окон. Лишь старая вентиляция, у которой не было какого-либо выхода, замерла в стене над столом босса. На стенах кабинета, там, где облупилась краска, кто-то нацарапал ножом счёт — сколько боёв выиграл Донук за этот год. Уен не знал, правда это или нет, но цифра была внушительной.       Уен повернулся и, слегка качаясь и держась за живот, прохромал за охранником Сонхва.

***

- Что ты мне притащил? – Сан посмотрел на стоящего перед ним Уена. Его взгляд, который сверкнул над тонкой оправой очков.       Уен сделал шаг и почувствовал, как ковёр проминается под ногами — мягкий, как трава. Слишком мягкий. Уену казалось, что он проваливается, что его ноги тонут в этом богатстве. Он остановился на границе ковра и не решался ступить дальше — его кроссовки оставляли грязные следы на белоснежном ворсе. Он заметил, что Сан смотрит на эти следы. И на его лице — лёгкое раздражение, был совершенно точно брезгливым.       Уен, бледный, грязный, с разводами крови на лице и расцарапанными острыми коленками, которые выглядывали из-под ткани пыльных боксёрских шорт. Сан медленно скользил взглядом по лицу Уена. Симпатичное лицо, пирсинг на нижней губе, чудом не вырванный во время боя, высветленные волосы, который были грязными от пота и пыли.       Сан брезгливо усмехнулся.       - Ты не мог его отмыть хотя бы, перед тем как тащить грязь в мой дом? Я просил тебя притащить мне бойца, а не дворовую шавку, – Он устало отложил книгу на кофейный столик, и откинулся вальяжно на диване.       - Я притащил тебе то, о чем ты меня просил, - неожиданно эмоционально воскликнул Сонхва, разводя руками в стороны. – Ты просто посмотри. Худенький, светленький, миленький. А еще может вырубить бугая весом в сто килограмм.       Уен не смотрел даже по сторонам. Он уперся взглядом в носки своих грязных кроссовок, и старался дышать через раз, не отсвечивая. Запах здесь был другим. Пахло дорогим табаком, лакированным деревом и едва заметно парфюмом. Уен повел носом. Он слышал уже этот запах. Том Форд? Он был не уверен. Уен на секунду поднял взгляд, оценивая обстановку. Мебель из красного дерева, полы из темного дерева, которые блестели похлеще, чем туфли Сонхвы. Все здесь кричало о богатстве.       Сан раздраженно потер переносицу.       - А обучать его всему кто будет? Этикету, оружию? Я?! – Сан сорвал с себя очки и кинул их на столик, отчего Уен едва заметно вздрогнул. Рефлексы говорили Уену сорваться и бежать, но бежать было некуда. Когда его затаскивали за шкирку в дом, он заметил оцепление охраны.       - Ладно, ты прав, я думаю он вряд ли обучаемый, - подумав произнес Сонхва.       - Напомни мне, почему я сделал тебя своим помощником? – прорычал Сан. – А с этим мы что делать будем? – Сан показал пальцем на Уена.       Они обращались с парнем как с вещью, как с мебелью. Уен поджал губы. Он никогда не отстаивал себя, не собирался и сейчас. Открывать рот и подавать голос было бы максимально глупо в его ситуации.       Уен чувствовал себя гнилым помидором, который кинули в портрет Мона Лизы. Дорогой ковер под ногами заглушал шаги, а грязные кроссовки Уена, пропитанные кровью и потом, казалось, оставляли следы на дорогой шерсти.       - Не знаю, - пожал Сонхва. – Но я его выкупил, так что теперь это твоя головная боль.       Уен несмело поднял взгляд на Сана, и тут его сердце слегка пропустило удар. Сан смотрел прямо на него. Долго, оценивающе. Уен тяжело сглотнул и снова опустил взгляд вниз, пытаясь скрыть легкий румянец на щеках. Какого хера? Они тут все модели что ли?       Сан медленно поднялся с дивана, подходя почти вплотную к Уену. Дыхание парня стало более поверхностным, он понимал, что сейчас его могут ударить. Он не поднял взгляд, замерев. Сан же просто молчал. После гула подполья эта тишина казалась давящей. Запах парфюма заполнил нос Уена, заставляя голову на секунду закружиться. Он не знал, кто такой Сан. Даже не знал его фамилии. Но этот мужчина уже заставлял Уена терять голову только своей атмосферой.       - Позови Чонхо, - приказал Сан, не смотря на Сонхва. – Хочу посмотреть, на что способен этот малец.       Чонхо подошел буквально через минуту.       - Вы звали меня? – Чонхо остановился недалеко от мужчин. Уен поднял взгляд на мужчину.       Взгляд парня метался по Чонхо. Его движения, его мелкая моторика. Его уровень дыхания. Поверхностное? Значит торопился, следовательно, с легкой атлетикой у него не очень. Пластичности мало, движения рубящие. Достаточно скорости, мало подвижности. Ноги не активные, стоит бояться именно удара из верха. Знакомый прилив адреналина как будто стер боль от предыдущих ударов, заставляя снова перейти в боевую позицию.       - Чонхо, - протянул лениво Сонхва, занимая место на диване. – Проверь мальца на рукопашку. Прямо здесь. Если что-то разобьете – вычту из твоей зарплаты, Чонхо.       Дополнительное ограничение. Уен довольно усмехнулся. Удача на его стороне, но не только из-за ограничений для Чонхо. Им не ограничили свободу действий, как на ринге, а значит Уен мог не бояться. Он медленно облизнул нижнюю губу, скользя кончиком по ранке, чтобы почувствовать вкус крови.       Сан занял место рядом с Сонхва, напряженно наблюдая за молодым и грязным парнишей. Несмотря на то, что тот недавно был избит на ринге, он ухмылялся. Как будто был в своей среде. Сан невольно слегка наклонился вперед, наблюдая за парнями, что замерли друг напротив друга.       - Как думаешь, разумно ли звать именно Чонхо? Он все-таки более опытный, обучает нашу охрану, - лениво произнес Сан, не отрывая взгляда от Уена.       - Смотри, - произнес Сонхва, слегка усмехнувшись. Он уже видел Уена в действии, и поэтому сомнения не возникло ни на секунду.       Мозг Уена отключился в ту же минуту, как Чонхо попытался нанести первый пробный удар. Уен играюче скользнул под его рукой и оказался за спиной парня. Он мог бы уже на этом моменте закончить бой, ударив Чонхо по болевой точке на шее. Но этот дорогой зал ничем не отличался от ринга – им нужно зрелище. Уен развел руки в стороны и пожал плечами, весело улыбаясь, как будто извинялся перед Чонхо.       Сан удивленно вздернул бровь и наклонился ближе, уже не скрывая своего любопытства. Если смог хотя бы избежать удара – значит есть на что посмотреть. Новый удар был более резким и быстрым, видимо Чонхо начал драться в полную силу. Подсечка, поворот, Уен снова за спиной Чонхо, менее поворотливого и быстрого. И снова усмешка.       Чонхо сжал челюсть, когда Уен снова ускользнул из-под его удара. В глазах охранника мелькнула злость. Он зарычал и пошёл в атаку с новой силой, но Уен уже видел все его движения на два шага вперёд.       - Поиграем? – тихо прошипел Уен, и начал наносить удары.       Он пропустил два удара намеренно — первый в скулу, второй в руку. Не потому что не успел уйти, а потому что хотел понять, с чем имеет дело. Результат его впечатлил: Чонхо бил сильно, точно, по болевым точкам. Уен на секунду почувствовал уважение. Но только на секунду. Потому что теперь он знал всё, что ему нужно.       Затем он нанес три точных удара ногой в живот. Уен не был обучен правильному бою. Уен был обучен грязной уличной потасовке. Он сжал в руке волосы Чонхо, дернув на себя, а затем сделал подсечку. Он повалил Чонхо на пол, и начал наносить удары ногой по спине, по животу. На секунду он представил, что перед ним не охранник, а Донук, и от этого стало еще веселее.       Сан подался вперёд так резко, что Сонхва бросил на него короткий взгляд. Он перестал дышать. Руки Сана сжались в кулаки на коленях, и он сам не заметил, как задержал дыхание, когда Уен в очередной раз ударил Чонхо в живот.       - Стоп, - произнес Сан, и Уен остановился в ту же секунду.       «Стоп» - ключевое слово на ринге. И поэтому у Уена сразу пропал запал, и он отошел на шаг назад. Парень снова опустил взгляд в пол, боясь смотреть на Сана. Его дыхание было сбитым от адреналина. Сердце билось где-то в горле, заставляя Уена судорожно сглотнуть слюну. Только сейчас он понял, как сильно хочет пить. Сонхва счастливо хлопнул в ладоши и рассмеялся.       - Ну, а я что говорил? Не огранённый алмаз!       «Ограненный,» с раздражением подумал Уен, но не поднял взгляд. Сонхва медленно поднялся с дивана и подал руку Чонхо, помогая ему подняться.       - Давай, Чонхо, выдай свой вердикт, - усмехнулся Сонхва, хлопая охранника по плечу.       - Бешенный зверь, - выплюнул сквозь зубы Чонхо, потирая живот, на котором теперь точно останется гематома. Уен усмехнулся, признавая его правоту, а затем снова замер, потому что внимание Сана было все еще на нем.       - Сонхва, уведи пацана в комнату для персонала, дай ему одежду, покажи где душ. Там в душе аптечка должна быть, - Сан снова надел очки и взял книгу в руки, показывая, что диалог закончен.       Уен невольно пробежался глазами по Сану. Красивый, зараза. Сильные руки небрежно сжимали книгу, а закатанные рукава явно дорогой белой рубашки только сильнее подчеркивали это. Красивое лицо было сосредоточено на книге, как будто Сан только что не рассматривал Уена с любопытством. От этого почему-то стало неприятно, но осмыслить эту мысль Уен не успел, так как его грубо за руку дернули в сторону выхода из огромного кабинета.       - Кто такой Сан? – тихо спросил Уен у Сонхва.       - Большой босс, - усмехнулся Сонхва, приглаживая свои волосы, ведя парня за собой. – Он владеет крупной корпорацией, ему нужен сопровождающий на мероприятия. Кто-то красивый, не отсвечивающий, но готовый за него убить. Поэтому ты и здесь. Считай, выиграл золотой билет.       Уен остановился, когда Сонхва сказал "готовый за него убить". Он посмотрел на Сонхва в упор, впервые за всё время.       - Ты хочешь сказать, что меня выкупили, чтобы я стал телохранителем? - голос Уена прозвучал хрипло.       Сонхва усмехнулся:       - Телохранителем? Милый, ты даже не представляешь, чем на самом деле занимается Чхве Сан. Ты будешь его тенью. Его руками. Его когтями. Если он скажет "убить" - ты убиваешь. Если скажет "молчать" - ты не издаёшь ни звука. Уен сглотнул.       - А если я откажусь?       Сонхва рассмеялся.       - Ты уже продал себя, когда вышел на ринг. Ты думаешь, у тебя есть выбор? Сонхва затолкнул Уена в комнату.       - Теперь это твоя комната. Сам разберешься. Вещи в шкафу найдешь какие-нибудь, мне некогда с тобой возиться.