Точное попадание!

Кинотеатр встретил всеми своими прелестями. Например, толкучка в очереди за билетами или закуской, унылые лица усталых работников, которых такой наплыв людей заметно не устраивал. А ещё тут было душно и пахло самым дешёвым освежителем воздуха. Тодд ненавидел такой запах. И еще больше ненавидел то, что из-за бесконечной очереди в туалет он теперь будет заходить в зал, когда фильм уже начнется. — Идиоты, — пробубнил он себе под нос, пробираясь в темноте между рядами кресел. — Стоило мне отойти на пять минут, как все побежали. Свет в зале уже погас, на экране мелькали какие-то рекламные ролики, очень яркие, громкие и с идиотскими слоганами. Тодд щурился, пытаясь разглядеть номера рядов, но темнота была почти непроглядной, даже учитывая свет от большого экрана. Где-то впереди слышался сдавленный смех, кажется, Ларри уже успел отпустить пару шуток. — Да блин... — прошептал он, споткнувшись о чью-то сумку, торчащую в проходе, как назло. Нужный ряд, наконец-таки нашелся. Зелёные малахиты начали считать места, на ощупь перебирая спинки кресел. Третье, четвертое... Где-то здесь должна быть Эшли. А рядом его собственное место. Ему говорили, что он между ней и Нилом. Он сделал шаг в сторону свободного пространства и уже начал опускаться на сиденье, как вдруг почувствовал, что что-то не так. Высоковато для кресла. Слишком твердо. И — о боже — тепло. Парень замер, когда понял, что вместо мягкой сидушки он приземлился на чьи-то колени. Чьи-то уж очень широкие колени. Его очки почти слетели от резкого движения, и он схватился за чужую руку, чтобы удержать равновесие. А тьма вокруг залилась приглушенными смешками. — Я, конечно, не против, — раздался тихий, басистый голос прямо под ним. — Но, может, ты все-таки пересядешь? Нил. Моррисон почувствовал, как кровь мгновенно прилила к щекам, составляя конкуренцию скорости света. Его собственный вес, буквально секунду назад казавшийся не таким значительным, теперь давил тоннами. Он дернулся и попытался вскочить, но в темноте запутался в руке, которую Дуглас протянул, чтобы подстраховать его от падения. — О господи, — прошептал Тодд, быстро нащупывая ногами пол и, пытаясь вернуть себе спокойствие. — Я не... Эм... — Да мы поняли, — голос Филиппа донесся откуда-то слева, сопровождаемый едва сдерживаемым ржанием. — Ты просто хотел сесть на колени к капитану, нормальное дело. — Филипп, — угрожающе шикнул он, наконец-то приземляясь на свое законное кресло между Нилом и зажимающей рот ладонью Эш. Даже Сал с другой стороны тихо хрюкнул. И рыжий был готов поклясться, что в темноте он видел, как Ларри и Роберт молча бьют друг друга кулаками в знак победы. — Да ну, — тихо выдохнул он, закрывая лицо руками. — Вы серьезно? Прекратите! — Ну, я вообще молчу, — хмыкнул Нил, пряча смущённый взгляд. Тодд дернулся, убирая руки от лица, и уставился на него, как баран на новые ворота. В темноте темно-карие глаза капитана казались еще более глубокими, почти что бархатными, в отблесках экрана. На его губах застыла легкая, чуть смущенная улыбка. — Это было... неловко? — уточнил зеленоглазый, пытаясь вернуть себе хоть каплю достоинства. — Неловко? — Нил чуть наклонил голову набок, понизив голос до самого тихого шепота. — Я подумал, ты просто решил занять мое место и выгнать меня. Тодд почувствовал, что его лицо сейчас точно загорится ярче экрана, как маяк для кораблей, в открытом океане. — Я не... — Знаю, — перебил Нил, улыбаясь чуть теплее. — Забавно вышло. Сзади раздалось фырканье. Джонсон, который сидел через одно кресло от Сала, не выдержал: — Тодди, у тебя есть какие-то определенные фетиши или это просто случайное стечение обстоятельств? — Ты, вижу, очень хочешь испробовать мой электрошокер на себе. — не оборачиваясь, ответил парень, убийственным тоном, который означал очевидную угрозу четвертованием. — Только после фильма, — успокоил его Фишер, засовывая попкорн под протез. — У нас розовые сопли-фильм, настрой должен быть соответствующий. Эшли, до этого мирно молчавшая, наконец, убрала ладонь от лица и тихо хихикнула в плечо лучшего друга. — Ты бы видел свое лицо, когда ты понял, на что сел. — Я не хочу знать! — простонал Моррисон. Роберт, сидевший дальше от всех высунул голову из-за плеча Ларри, ехидно ухмыляясь. Будто только что он снова подцепил номер какой-то красивой девушки. — Лохматик, у тебя камера есть? Это же такой исторический момент, бля! Надо было снимать. — Еще бы, — шатен звякнул чем-то в кармане. — Эпизод в историю всей вселенной~! — Прекратите, — пригрозил рыжий, пытаясь удержать остатки своей уверенности. — Вы ведете себя как дети. — Так мы и есть дети, — почти философски заметил Филипп, качнув головой, чтобы отбросить с глаз голубые шторки. — Которые смотрят романтическую комедию и хихикают над тем, как их друг чуть не сел на колени к... — Молчать! — оборвал его Моррисон. Нил усмехнулся, но ничего не сказал. Только чуть отодвинулся, чтобы сосед мог расположиться удобнее в своем кресле, и, после секундного колебания, опустил руку на подлокотник между ними. Их пальцы почти касались друг друга. Тодд зыркнул на ладонь Дугласа так, будто это была бомба, таймер которой оставался загадкой. А потом медленно, на выдохе, позволил себе расслабиться и тоже опустить руку на подлокотник. Краешком глаза он видел, как Сал смотрит в их сторону с явным удовлетворением.

«Вот же...»

— Фильм начинается, — чуть громче сказал капитан, его голос был совсем рядом, почти над ухом. — Смотрите, а то пропустите самое интересное. Тодд судорожно сглотнул. Экран засветился розовыми оттенками, на нем появился какой-то парень с пафосным голосом, и зал погрузился в гербовую тишину, нарушаемую лишь тихими смешками остальных зрителей. Но внутри Моррисона тишины не было ни секунды, только гулкое биение сердца, запах чужого одеколона и ощущение чужого тепла на соседнем подлокотнике. Рядом кто-то тихо вздохнул — кажется, Кэмпбелл. Она наконец-то перестала смеяться. Ну да, сейчас им предстояло смотреть ромком, в котором главный герой, наверное, будет так же позорно падать в ноги своих возлюбленных. Только вот в реальной жизни это было вовсе не смешно.