***
26 июня 2026 г., 22:58
Сумерки постепенно обволакивали Сохо. Маленькие магазинчики закрывались и темнели, в отличие от пабов, где только разгоралось веселье. Один за одним зажигались окна жилых домов, хотя фонари еще не включили. Дрозды начали трещать, а голуби хлопали крыльями под крышами, собираясь на ночлег.
В общем, вечер — такой замечательный вечер — неминуемо заканчивался. Ох, как бы Ази Феллу сейчас хотелось иметь ТАРДИС, маховик времени, волшебную палочку, в общем какую-нибудь магическую штуку, способную остановить время, хоть насколько-то продлить этот миг, пока им еще не пришло время расходиться. Они уже вышли из «The George», и Энтони — разумеется, как джентльмен — вызвался проводить. Но как бы неспешно они ни прогуливались, разумеется, не удалось на сколько-нибудь приличное время растянуть эти несчастные пятьдесят ярдов, эти смехотворные сто пятьдесят футов, эти неописуемые двадцать восемь тысячных мили, чертов один квартал плюс перейти на другую сторону. И вот они уже мнутся у входной двери на Д’Арблей-стрит, почти незаметной на фоне голубых стен.
— Мистер Кроули, не желаете ли, м, заглянуть на чашечку чая? — Ази неловко перебирал пальцами, смотря куда-то в темный асфальт, — У меня есть замечательный копченый лапсанг сушонг.
— К превеликому сожалению, — Энтони вздохнул и поджал губы, — С самого утра лекции, а к ним бы еще хорошо освежить материал.
— Что ж… — пауза растянулась на добрых полминуты, — Что ж, тогда до встречи?
— Надеюсь на нее.
Энтони улыбнулся и начал отступать, а потом хлопнул себя по лбу и сделал шаг обратно.
— Телефон-то! Я же его вам так и не дал.
Он вырвал листок из ежедневника и начертил цифры острым почерком, благо та самая ручка для автографа так и осталась в кармане букиниста. Ази прижал бумажку к груди обеими руками, будто боялся, что та улетит от малейшего дуновения. Они обменивались серией улыбок и неловких помахиваний рукой, пока профессор не завернул за угол. А Фелл стоял еще пару минут, прислонившись спиной к двери и остужая осенним ветром пылающее лицо, прежде чем подняться к себе.
***
— А во сколько, примерно, лекции в университете заканчиваются? — как бы невзначай спросил Фелл, протирая уже чистую полку. — Смотря как твой дорогой профессор себе настроил расписание, — отозвался Дерек, не отрываясь от кроссворда, — Его сыграл Колин Ферт в «Король говорит», 5 букв. — Георг. Шестой, если мне не изменяет память. Кстати, а не в честь ли этого Георга тот паб назвали? Хотя вряд ли, имя популярное, одних королей вот, шесть штук было, — Ази переставил две книги местами, а потом вернул как было, — Он не мой профессор, мы всего один раз поужинали. — Да-да, одна ласточка весны не делает. На новоселье в гнездо когда позовешь? — Дерек сощурился, вспоминая, — Не, там же на вывеске джентльмен века восемнадцатого, а Шестой во вторую мировую правил. Фелл пропустил инсинуации мимо ушей. Да и в целом, помимо своей воли ушел в воспоминания о вчерашнем вечере. То как внимательно Энтони его слушал… Он же полнейший бред нес! А слушал, будто Ази читал лекции о звездах. — Фелл! — Да-да? — Чай, говорю, китайский. С запахом дыма. 7 букв, вторая «а». — Лапсанг сушонг. Там же два слова, зачем только одно выдернули? Фелл покачал головой. И почему вчера он именно предложил именно лапсанг? Энтони же не курит, с чего Ази решил, что ему понравится что-то настолько экзотичное? Почему не беспроигрышный Эрл Грей? А вдруг — ушел именно поэтому? — 6 букв, первая «к», профессор астрофизики, на которого запал мой коллега. — Ч-что? — Фелл чуть не уронил стопку книг, которую зачем-то решил перенести в другое место, — Там что, так и написано? — Нет, конечно. «Английский оккультист, поэт, художник, писатель и альпинист». Но подходит же! — Да ну тебя! Ази потер пальцами ноющие глаза. Не выспался. Полночи ворочался на эмоциях, как какой-то школьник. А день тянется бесчеловечно медленно. Часовая стрелка едва лениво перекинула свои жирные бока через полдень; пока что у магазина был только один посетитель, да и тот перепутал их с соседним тату-салоном. — Схожу за кофе. Тебе взять? Дерек только угукнул, не поднимая головы. Ну, по крайней мере он перестал подкалывать. Фелл вышел из магазинчика как был, без пальто. Сегодня было довольно тепло для середины осени, идти всего ничего, да и не помешало бы проветрить голову. Он проскочил перекресток наискосок — до часа пик было еще далеко — и зашел в It’s Bagels. Да, напитки там попроще, чем в Toi & Moi напротив, но приближалось обеденное время, отчего бы и не прихватить по сэндвичу. Там было не в пример шумнее, чем у них. Ази не понимал, благодаря каким небесным чудесам их магазин до сих пор не закрылся с таким потоком. Видимо, Дерек божественно хорош в бухгалтерии.***
Время приближалось к пяти, и Ази Фелл все чаще бросал взгляд на круглые настенные часы. Дерек сидел на своем обычном месте и, подперев щеку кулаком, следил за его суетными перемещениями, как кошка за лазерной указкой. — Да иди звони ему уже! Ази подпрыгнул на месте, бросил виноватый взгляд на коллегу, пробормотал «Прошу меня простить» и быстро-быстро переместился в самую дальнюю комнату магазина. Дерек только глаза закатил. Оперевшись спиной о стену, Фелл подрагивающими руками вытащил бумажку с телефоном из нагрудного кармашка жилетки и набрал уже почти выученные наизусть цифры. Дурацкие современные смартфоны, у них нет туго скрученного провода, который было бы очень сподручно теребить, напряженно вслушиваясь в гудки. — Слушаю, — раздался строгий холодный голос. — Эм, это я. То есть Фелл. Ази Фелл, — букинист опустился на корточки, закрывая глаза рукой. Как же это позорно прозвучало. — Мистер Фелл! — Ази физически почувствовал, как на лице его собеседника расцвела широкая улыбка, и тоже улыбнулся, выдохнув. — Очень рад вас слышать! — Надеюсь, я вас не отвлекаю? Очень боялся позвонить посередине лекции. — Не волнуйтесь, я ставлю на беззвучный, — Фелл не стал говорить, что в таком случае нескончаемые гудки только заставили бы его распереживаться. — Мне осталось досидеть присутственные часы, и я свободен. — Доприсутствовать? — Что? А, да-да, — Кроули от души рассмеялся, — До экзаменов еще достаточно времени, чтобы меня не доставали по пустякам. Пауза несколько затянулась, оба собирались с мыслями. — Кстати… Я тут подумал… — начали они одновременно и так же осеклись, уступая один другому. Продолжил в итоге Энтони: — В общем, я полагаю, настала моя очередь вас куда-то пригласить? Я завтра провожу небольшую публичную лекцию в планетарии, как вы на это смотрите? — О, я с радостью!***
Стоило Ази вернуться в главный зал, как Дерек закатил глаза: — Дайте мне темные очки. — М? — Фелл рассеянно на него глянул, даже не пытаясь стереть с лица счастливую улыбку. — Светишься весь, говорю. Тебя будто ураном накормили. — Ой, не завидуй. Сходи, вон, в паб, подцепи себе кого-нибудь. — Да надо оно мне. Как и я никому. — Не прибедняйся! — Ази опустился на стул рядом с кассой, опустив обе ладони на край стола. Дерек только отмахнулся, возвращаясь к незаконченному кроссворду. *** Ази зашел в лекционный зал, причинив больше шума, чем надеялся. Ему показалось, что все тут же обратили на него внимание. В полутьме его светлое пальто выглядело слишком ярким, ни дать ни взять белая ворона. Он бросил беглый взгляд на лектора и успел поймать его ободряющую улыбку, пока усаживался в ближайшее свободное место с краю. Ази никогда не бывал в планетарии. Он не ожидал, что тут настолько футуристично, слово «лекция» вызывала у него ассоциации исключительно с университетскими аудиториями и твердыми скамьями. Фелл растекся по мягкому креслу и оглядел залитый галактиками купол, представляя, как летит сквозь Вселенную на космическом корабле. — Так вот, галактикам, которые мы видим сейчас вокруг себя, уже больше тринадцати миллиардов лет. И они не собираются умирать. Галактики существуют и будут существовать еще очень долгое время. Фелл опустил голову, выхватывая из темноты лицо Энтони, подсвеченное снизу пультом управления с кучей кнопок и рычажков, с которыми он управлялся как космический капитан с тридцатилетним стажем. Видно было, насколько тот чувствует себя в своей тарелке (летающей, ха), как горит тем, о чем рассказывает. Фелл улыбнулся. Представить бы, что никого больше в зале нет, и Энтони все это рассказывает своим вкрадчивым голосом ему одному. Хорошо, что полумрак планетария скрывает его заалевшие щеки. *** После окончания лекции Фелл скромно встал в очередь желающих задать вопрос. Стоило ему подойти к лектору, вежливая улыбка моментально расцвела искренностью. — Мистер Фелл! Очень рад, что вы смогли прийти! — Прошу прощения за опоздание, заплутал во всех этих пересадках, — Ази виновато опустил глаза и принялся теребить рукав пальто. — Что ж, на обратном пути плутать не придется, я вас подвезу. Подождите только, я закончу, — Энтони повернулся к оставшимся слушателям. Когда зал окончательно опустел, Кроули опустился на соседнее с Ази сиденье в переднем ряду. — Ну, и как вам? Привычнее, конечно, за кафедрой со слайд-кликером читать, — он поправил очки. — Да ладно! Вы как будто всю жизнь только этим и занимались! — на запале эмоций Ази положил обе руки на ладонь Энтони, лежащую на подлокотнике между ними, тут же сконфузился, но отнять руки обратно ему не дали, накрыв всю конструкцию левой рукой и слегка погладив большим пальцем. — Ну, поднаторел чуть-чуть, — Энтони засмеялся, оглядывая Ази теплым взглядом из-за очков. В дальней от них части зала хлопнула тяжелая дверь, пропуская уборщицу. — Упс. Сейчас нас будут отсюда выметать. Пойдем-ка лучше добровольно, — Энтони поднялся, утягивая Фелла за собой. Они вышли из кирпичного здания, и Ази обернулся, собираясь хоть немного им полюбоваться — слишком уж опаздывал по дороге сюда, не мог себе позволить такой роскоши. За спиной раздался бип сигнализации, Кроули уже садился в свою явно старенькую, но еще крепенькую машину черного цвета. Не ретро, конечно, но и повидала она уже многое. Ази поспешил и разместился на переднем сидении, сразу же пристегиваясь. В машине ненавязчиво пахло корицей. Энтони выехал с парковки в сторону Чарлтон-уэй. — А знаете, как официально называется цвет космоса? — Энтони скосил глаза на спутника, стараясь не слишком отвлекаться от дороги. — Мм. Полночный черный? — будучи пассажиром, Ази ничего не ограничивало смотреть на водителя во все глаза. — А вот черта с два! Космический латте! — Серьезно? — Ази развернулся к нему всем телом. — Ага! Космос в среднем светло-бежевый. Если бы мы могли вылететь за пределы вселенной и взглянуть на это все со стороны, то свет от всех галактик выглядел бы как латте. — Ну надо же! — всплеснул руками Фелл. *** Ази почувствовал дежа-вю, когда они опять встали перед дверью, неловко переминаясь. — Что ж, не хотите ли зайти на бокальчик-другой? У меня есть замечательное, почти не начатое Шатонёф-дю-Пап. У вас же нет лекций в субботу? — Попробовали бы они быть! — Энтони обошел Фелла и открыл дверь на лестницу, — Смотрю, мы поднялись на ступень выше, чем чай, да? — Можно и чай, как пожелаете. — Нет-нет, Бла-бла-дю-пап звучит отлично. Они поднялись по узкой лестнице на второй этаж, лампочки в коридоре автоматически зажигались, пока они шли до нужной двери. Съемная комната была обустроена настолько уютно, насколько Ази смог: декоративные подушки подходили по цвету к покрывалу, стулья были из одного комплекта, и посуда на полке над микро-кухней из электроплитки и чайника сочеталась между собой. На другой полке были аккуратно расставлены всякие безделушки, и на них даже не было пыли. Шкаф был всего один, но забит книгами настолько под завязку, что пару стопок пришлось разместить на самом верху. — Ого, прямо над самим магазином, — Кроули подошел к окну, отодвинул тяжелую штору и оглядел притихший в такое время перекресток, — Значит, можно топать, и никто ничего не скажет? — А потом сметать штукатурку с полок? — Ази включил свет и достал бутылку из крошечного мини-холодильника. Поставил ее на круглый столик, пододвинул к нему оба стула и снял с полки два бокала из тонкого стекла, — Прошу прощения, у меня не убрано. Не очень верил, что вы действительно согласитесь… — В таком случае, я живу в медвежьей берлоге, — Энтони сел за стол и ободряюще улыбнулся Феллу, пока тот разливал вино по бокалам, — А у вас очень уютно. Рад, что согласился. — Ну, за встречу? — Ази поднял свой бокал. — Угу, чтобы было хорошо, а плохо не было, — Энтони легонько звякнул об него своим. К концу бокала стулья сдвинулись заметно ближе, и все попытки сохранять формальность куда-то испарились: — Нет, ну ты мне скажи, не баклан ли? — Энтони разгоряченно жаловался на декана, — Я ему три, три! Три раза сказал, что в 413-й аудитории окно не закрывается, не надо мне в ней лекции ставить. Погода далеко не летняя, студенты в шапках сидят. До сих пор не починили, кстати. — Абсолютнейший баклан, возразить нечего, — Ази крутил пустой бокал в руках, пока ему его вновь не наполнили. — Антигуманистические условия! *** Они сидели плечом к плечу и листали старый фотоальбом. — Ой, вот это вообще умора, — Фелл допил бокал и ткнул пальцем в фото: малыш в когда-то чистеньком матросском костюмчике сидел посередине лужи и гордо протягивал в камеру раскрытую ладонь. — Тут плохо видно, но там мой первый молочный зуб. Я его так расшатал, что он вылетел как ракета. Как видишь, нашел и сижу довольный. — Боже! — Энтони рассмеялся, уткнувшись носом в плечо Ази, — Надеюсь, тебя не слишком отругали за порчу одежды? — А я уже и не помню, слишком был окрылен успехом, — он слегка провел рукой по волосам Кроули, надеясь, что этот контакт продлится как можно дольше. *** На задетом локтем столе жалобно звякнул уже давно пустой бокал, но они этого даже не заметили, поглощенные друг другом. Пальцы зарывались в рыжие пряди и комкали ткань на плечах. Энтони водил носом по шее и шептал глупости. Первые рассветные лучи расцвечивали комнату сквозь щель в шторах. За окном стрекотали жаворонки. Для всего мира начинался новый день, в то время как обитатели комнаты и не думали завершать старый. Они не чувствовали усталости, проговорив всю ночь, и пьяны были скорее друг от друга, нежели от вина. Никакая сила бы их сейчас не заставила друг от друга оторваться, хоть оба и чувствовали, что впереди их ждет вся жизнь, чтобы насладиться обществом друг друга.
