Перекрёсток

Коко сидела за столом, подперев щёку рукой. Тёмно-каштановый хвост уже растрепался — она теребила его, когда волновалась. Карандаш в её пальцах двигался сам, будто кто-то другой управлял её рукой. Сегодня она специально надела светлый комбинезон, в котором чувствовала себя почти нормальной, но сверху всё равно накинула свободную тёмную рубашку — чтобы никто не смотрел слишком пристально. В зеркале напротив она поймала свой взгляд. Розовато-карие глаза смотрели устало, с какой-то задумчивостью. Шёпот однокурсников сзади не прекращался даже на экзамене. Внезапно рука преподавателя опустилась на плечо Коко. Она была будто тяжёлой, давящей. Но взглянув в лицо мастера, коко почти сразу прочитала всё, что ей требовалось услышать. Коко вышла из аудитории последней. Не потому что не успела, просто не хотела никому мешать. В любом случае, её некому ждать. Уже напрочь забыв об экзамене, медленно, будто её и не существует, она поплелась в столовую. Мысли вязнут в какой-то холодной пучине, они медленные, опустошённые. Однако звонок телефона заставил студентку вздрогнуть — это снова была мать. Коко отклонила вызов, не желая тратить время на бесполезные разговоры и попытки отговорить девочку от искусства. — Мне, пожалуйста, суп и маффин. — голос прозвучал более тише, чем Коко хотела. Она протянула буфетчице купюру своими дрожащими руками. Коко заняла столик, оглядываясь вокруг.. Кто-то смеялся, Кто-то спорил, кто-то просто был рядом. На секунду девушке показалось, что только над её столом висела неестественная тишина.. Её взгляд упал на свой поднос.. Суп, маффин. Больше ничего. . Она отломила кусочек маффина, положила в рот. Не почувствовала вкуса. Телефон снова мигнул — мама. Коко перевернула его экраном вниз. «Потом», — подумала она. «Когда-нибудь потом». Кто-то вдруг нечаянно сел к ней за столик, а когда посмотрел с кем сидит — тут же пересел. Коко это никак не задело, просто отметила. Пустой холл, в который вскоре вышла студентка, заставил её задуматься. Кто-то сейчас в столовой, кто-то на экзаменах. Впрочем, это мало волновало девушку. Она задала себе вопрос: "если бы я исчезла, то заметил бы это кто-нибудь?" Коко испугалась, что ответ может прийти слишком быстро. На следующий день Коко проснулась из-за белого света снаружи, но не могла понять — утро сейчас или день. На полу у её кровати стояла кружка, в которой уже третьи сутки засох чай. Коко каждый день думала: «надо вымыть». И каждый день проходила мимо. «Что со мной не так? — думала Коко, глядя на грязную кружку. — Другие живут, учатся, смеются. А я не могу даже чашку помыть. Может, мама права? Может, я просто… слабая?» Рядом лежащий телефон снова завибрировал, однако на экране высветилось уведомление не от матери. Кто-то лайкнул рисунок Коко..! Она в предвкушении, слегка дрожащими пальцами открыла свою страницу, начала читать комментарии, оставленные под её рисунками... "У тебя очень красиво вышло, но почему так грустно? Ты рисуешь что-нибудь весёлое??" "Это невероятно... Ты чувствуешь то же что и я.." "У тебя и вправду талант... " Коко почти улыбнулась, но как назло следующий комментарий был оставлен её отцом.. Художница прочитала первые два слова "Ты должна" И тут же убрала телефон в сторону. В комнате стало тихо, настолько тихо, что Коко слышала тиканье будильника на тумбочке. Она посмотрела в чёрный, грязный экран телефона и увидела своё бледное отражение. Тут же отвернулась. Коко села за мольберт. В комнате по-прежнему тихо — один будильник тикал, всё отсчитывал время, потраченное девушкой. Она потянулась за карандашом, но тот выскользнул из её пальцев. Грифель стукнулся о пол, покатился и замер, коснувшись края мятой бумаги. Это была Афиша. Та самая, которую она сорвала с доски в университете с мыслью об участии. Она не подняла карандаш. Всё смотрела на афишу и думала: "я всё равно не пойду", но рука уже потянулась к бумаге, а после и заботливо разгладила её на мольберте. "Обычная выставка рисунков, только в другом учреждении" — подумала она, но её привлекла вдруг тема конкурса. "Пятое время года"... Может она сможет? Многие преподаватели всегда рекомендовали Коко участвовать в активностях, пытаться смотреть на своё творчество с другой стороны, рисовать не то, что все привыкли видеть, а в первую очередь она сама... — Чтож, ну... Почему нет..? И тут же, как по щелчку пальцев, когда Коко потянулась за телефоном — он завибрировал. Уже не так навязчиво, не так тяжело и грузно.. Проверив уведомления, студентка заметила незнакомое имя — «Мию». Коко не помнила, чтобы подписывалась на кого-то с таким именем. Она открыла сообщение. «Привет! Ты Коко? Я видела твои рисунки, они мне показались такими...живыми что-ли.. У тебя явно талант, которого нет у других. Так к чему я пишу тебе.. Я пишу песни, вернее пою их.. И мне не помешал бы художник... Рисовать обложки для альбомов. Зарплата обязательно будет. Может и не огромная, но будет. Может встретимся лично, всё обговорим? (´~｀)» Коко перечитала три раза. Потом ещё раз. Странно. Её рисунки — это просто мазня. Так говорит мама. Так думает она сама. Но кто-то назвал это чем-то живым. И сказал, что это близко. Она напечатала: «Давай попробуем. Если мы ещё конечно в одном городе..» Отправила. И только потом подумала — а вдруг зря? Но отступать уже было поздно. Пока Коко ждала ответа, она не упустила возможности посмотреть информацию о том конкурсе. Как оказалось, он проходит в актёрском университете, и у Коко есть целый месяц на него. Заявка была отправлена.