Алтарь взаимных угроз

(параллельная вселенная) Дисклеймер: Написано по прошлой работе "Если бы я только мог вернуть время назад...". Данная работа никак не относится к основному сюжету и была создана по запросу читателя!!! Содержит сцены, что могут показаться неприемлемыми для определенного количества людей.       В этом мире может существовать абсолютно всё. От фантастических тварей до божеств, которым поклоняются обычные люди. Во множестве городов, разбросанных по континенту, виднеются высокие храмы, которые являются гордостью каждого населенного пункта. Каждая нация старается перегнать друг друга в высоте этих строений, сделать их максимально красивыми и величественными, которые, возможно, со временем смогут достать до облаков. Каждый такой храм делится на несколько частей: монастырь, где живут жрецы, монахи и старшие, зал для подношений с алтарем, молитвенный зал с исповедальней и часть, что полностью сделана из витражей и фресок, что повествуют о своей истории божества, которому здесь поклоняются.        На этот раз история рассказывает о появлении на свет одного поразительного существа, что сочли богом в городе Ваулен, что славился одним из самых высоких и красивых храмов. Этому существу приписывают разные имена. От загадочного темного призрака, до волшебного духа, указывающего путь заблудшим душам после их смерти. Но ничто из этого не было истиной на самом деле. Говорят, что он мог быть одним из самих жителей города, но это были лишь легенды, никто точно не доказал правдивость этого утверждения.        Жить в храме было огромной честью, а быть одним из священнослужителей - большая ответственность. Задача заключалась в том, чтобы руководить продолжением стройки храма, соблюдать порядок, и следить, чтобы его соблюдали другие. В этом месте были установлены четкие правила, нарушать которые мало кто осмеливался, так как за это часто полагались различные наказания. Правила запрещали оскорбление божества, что приравнивалось к тяжкому преступлению наравне с убийством, шум в пределах священной территории, нецензурную брань, неповиновение старшим по званию, невыполнение обязанностей, разглашение тайн храма и многое другое, в т.ч. каждый из 7 смертных грехов. Также был введен строгий дресс-код. Носить можно было только робы и мантии, выданные руководством. Запрещалось менять цвет ногтей и волос, пользоваться косметикой. За выдачу наказаний отвечал один доверенный человек, который каждый месяц избирался лично руководством из числа монахов. ***        Пока шло время очередной молитвы, один из монахов покинул территорию зала - счёл это занятие недостаточно интересным и важным. Он часто пропускал вечерние молитвы и увиливал от наказаний от более старших по званию. Его темный и невысокий силуэт исчез в дверном проёме почти бесшумно, словно тот и сам был призраком. Каждый вздох и каждый стук сердца отзывался эхом в коридоре, повышая шансы быть обнаруженным. Руки сжимали ткань белой мантии, натягивая капюшон прямо на лицо. -Снова пропускаешь служения, Дрим?        Прозвучал довольно строгий голос. Взгляд юного монаха тут же направился в сторону, ища источник звука. Розововатые глаза наткнулись на высокую фигуру мужчины перед собой. Жёлтые глаза в ответ пронзили своим строгим и одновременно спокойным взглядом. Это был тот самый старший, которого хотелось здесь видеть меньше всего. Довольно строгий и приверженный правилам. Постоянно носил с собой небольшую записную книгу на поясе, в которой записывал каждое замеченное нарушение. Дрим часто нарушал правила и так же часто получал наказания именно от него, так как его назначали смотрителем раз в несколько месяцев. Довольно много записей были подписаны именем этого парня, что немного даже забавляло самого смотрителя порядка. -Ваше преподобие.. Каюсь, покинул молитвенный зал до окончания вечерней молитвы.        Паренёк склонил голову перед высоким мужчиной, пытаясь хоть как-то показаться более послушным перед ним. Все равно получать наказание, может, хоть смягчит немного..? -Постарайся больше не пропускать, брат. Перепиши один раз каждое правило в храме и принеси мне после окончания молитвы. А сейчас возвращайся назад.        Дрим вздохнул и выпрямился, затем с явным нежеланием направился обратно в зал, возвращаясь на свое место. В тот же момент Эрен внёс новую запись в свою книгу своим любимым черным пером, захлопнул ее и повесил обратно на пояс, удаляясь с места встречи.        Все время Дрим сидел и просто смотрел вниз, зевая и абсолютно не слушая духовника, который произносил уже заученные слова. Каждый день одно и то же... После возвращения в комнату снова пришлось сидеть за этими скучными текстами с правилами. Но юноша не был бы собой, если бы в очередной раз не стащил чужие переписи и сдал как свои. Почерк у всех был примерно одинаковым, так что никто не заподозрил, что эти записи уже были на глазах у проверяющего.       Каждый день абсолютно одинаковый: молитвы, работа, обед, чтение, ужин и снова молитвы.. Он не понимал как вообще оказался в таком месте, где была такая жёсткая дисциплина. Иногда даже на простой разговор требовалось разрешение старшего и это жутко бесило. Это было не для него однозначно. Этот парень никогда не отличался послушанием. Многие вообще не могли понять как его все ещё не выдворили и как он дослужился с послушника до монаха. Неужели был настолько дисциплинирован? Тогда почему сейчас саботировал идеальную работу каждого "брата", буквально будучи единственным из своей группы, кто попадает под трибунал храма каждую неделю.       В один из таких же скучных и монотонных вечеров, пропуская очередное чтение Священных Писаний, Дрим шагал по коридору, направляясь к главному алтарю по поручению другого старшего. Сегодня ему нужно было заняться уборкой этого места. Шаги разносились между колоннами, звук бился о белые стены, пока не достигал арки с длинными белыми шторами, что вела к алтарю. Край длинного одеяния волочился по белой плитке, постоянно поправляемый рукой, чтобы случайно не наступить. Рука сжимала край связки ключей, что были от разных дверей комнат монастырной части храма, в которой нужно было убраться после алтаря.        С тяжёлым вздохом юноша переступил порог помещения и замер на месте, мгновенно зайдя за угол и затаившись, чтобы выглянуть и остаться незамеченным. Белая мантия, высокий рост, синие волосы, заметная темная записная книга на поясе. "Неужели..? Не может быть". У алтаря стоял никто иной, как игумен Эрен. Тот самый, что постоянно отчитывал за малейший проступок. -Ха.. Удача мне сегодня улыбнулась. Неужели такой правильный и послушный человек ворует подношения с алтаря? Как некультурно.. - Шёпотом произнес Дрим самому себе.        Широкая улыбка растянулась на лице парнишки, словно тот что-то задумал. Ещё немного понаблюдав убедился, что мужчина действительно собирает подношения для местного божества с главного алтаря. Надо же, какое кощунство. За такой грех полагается одно из самых тяжёлых наказаний. Теперь, в случае чего, этого надоедливого старшего было чем шантажировать. Это было совсем неправильно, но разве Дрим был когда-нибудь идеальным? Конечно нет.        Уже собираясь уйти с триумфом, обдумывая идеи как же именно будет глумиться над Эреном, Дрим так отвлекся, что выронил из рук ключи. Связка рухнула на плитку с громким звуком, мгновенно привлекая к себе внимание. -Бл-..        Юный монах тут же закрыл рот рукой. Ещё немного и он бы произнес скверное слово. И где только он нахватался таких слов в таком-то чистом месте? Наверное, виной были те самые тайные запретные встречи с простыми мальчишками, что часто ошивались возле священной территории с любопытством. С людьми снаружи было запрещено контактировать как раз по этой причине.       Дрим резко наклонился, подбирая ключи, затем ударил себя по лбу за свою оплошность и собрался бежать прочь, чтобы не быть пойманным. Голос раздался из-за спины и все тело застыло, словно статуя. Эрен уже заметил наблюдателя и был прямо сзади, где-то около арки. -Ты все видел, брат мой?        Парень медленно повернулся, видя тот самый строгий взгляд, заставляющий мурашки побежать по коже. -Я.. Ничего не видел!        Выпалил он быстро и рванул прочь с места происшествия, боясь реакции Эрена на то, что его застали. Однако цокот обуви по плитке был разбавлен ещё одним. Старший последовал за монахом. "Почему он бежит за мной? Просто оставь меня в покое". Это и все о чем мог думать Дрим в тот момент, забегая в уже опустевший молитвенный зал и ища глазами место, где можно было переждать холодный гнев Эрена. А тот определенно был зол. Тот взгляд, что пробирал до костей, тот тон, который так и заставлял вжиматься в стену.. От одной мысли становилось прохладно и руки подрагивали.        Взгляд заметил укромный уголок. Исповедальня. Там можно было укрыться на время. По пути к укрытию Дрим всё же наступил на край своего одеяния, ругаясь под нос и спотыкаясь, почти что влетая в маленькое помещение носом вперёд. Парнишка успел поймать равновесие и опереться руками на стену, прежде чем упасть. Быстро встал в угол, закрыл рот рукой, чтобы не издавать ни звука, поправил одеяние и затих, ожидая, когда преследующий уйдет.       Прошло несколько минут. Шаги становились всё ближе, обувь цокала по белой плитке, отдаваясь эхом по пустому залу, где недавно было большое количество людей, что сейчас, вероятно, были в другой части здания и делали свои дела. Дрим задержал дыхание, будто это может чем-то помочь, стал действительно молиться по-настоящему впервые за долгое время, чтобы его не нашли. Но шаги остановились прямо у входа в темное деревянное помещение. Затем показалось и лицо старшего, смотрящего прямо на юношу сверху вниз с такой интенсивностью, что хотелось провалиться сквозь землю. Нашел. -Зачем сбежал ты, брат мой? Если пытался сыграть со мной в прятки, то напрасно. Край твоей белой мантии был виден наружу и сильно выделялся на фоне темного дерева этого помещения.        Дрим выдохнул, опуская руки. Хотя и взгляд Эрена был пугающим, но всё же ничего страшного не произошло. -Отец... Я не должен был сбегать от Вас. Прошу простить мои грехи. Если нужно отмолиться.. -Не стоит. Я должен сначала узнать. Готов ли ты поклясться, что действительно не видел ничего? -Что..? Я не..        Он замешкался. Сразу стало понятно - есть что скрывать. На эту заминку Эрен лишь хмыкнул, глаза его сузились и он сделал шаг внутрь тесного помещения, предназначенного для одного человека. Дрим вжался в угол, пытаясь казаться меньше, смотря снизу вверх со страхом и непониманием. -Прекрати оправдываться. Что именно ты видел? -Н-ничего.. Ну.. Как Вы брали подношения и ничего более!       Эрен не поверил. Шагнул ещё ближе, нависая над меньшим. Рука поднялась, ладонь легла на шею паренька. -Готов ли ты поклясться своей верностью, что ничего не утаил? -Да.. Я правда больше ничего не видел..        Рука игумена сжалась, после чего отпустила тонкую шею, под кожей которой сейчас бешено бился пульс. Палец коснулся губ, словно жест молчания. Лицо приблизилось к испуганному. -Молчи об этом, ладно? Это будет нашим братским секретом. Только твой и мой. -Голос Эрена был холодным и ровным, не терпящим возражений.        Дрим весь побледнел. Он впервые видел мужчину таким. Нерешительно кивнул, не в силах отвести взгляд или как-то двинуться с места. На этот жест Эрен одобрительно кивнул и отступил назад, выходя из исповедальни и оставляя недоумевающего юношу в одиночестве.        Дрим медленно сполз по стене вниз, приложив свою ладонь к груди, где сердце практически вырвалось наружу. "Что это было?" Этот вопрос не покидал юную голову. Вроде бы и простой старший, но с другой стороны.. Вел себя он иначе. Его глаза.. В них было что-то пугающее, что-то, что заставляло повиноваться и ужасаться. Что-то зловещее и тяжелое, такое тягучее, словно могло бы запросто поглотить, будто какая-то смола.       После того случая Дрим решил не попадаться на глаза Эрену. Продолжал свои пропуски, продолжал нарушать, но уже заметно реже. Даже окружение парня заметило, что что-то в нем изменилось, словно он чего-то остерегался. Никогда ничего не боялся и тут вдруг такое. Многим стало интересно, но совать нос в чужие дела не смели. Когда краем глаза улавливал тот самый силуэт с синими волосами, то сразу разворачивался и шел в другую сторону, словно внезапно вспомнил о чем-то, что забыл. Стал держаться более людных мест, чаще проводил время с "братьями".        Многих волновало так же то, что Дрим постоянно ходил в капюшоне. С недавних пор он перестал его снимать и отказывался это делать даже во время обеда. Снова что-то скрывал. Уже в который раз шагая уставшим после вечерней молитвы парень завернул за угол, направляясь к своей части храма, как снова наткнулся на Эрена. "Что за? Я постоянно на него натыкаюсь куда бы ни шел". Казалось, будто тот действительно его преследует. В коридоре, в зале, у алтаря, во время редких прогулок. Он постоянно где-то рядом и постоянно смотрит. Каждый раз Дрим сбегал и этот раз не исключение. Мгновенно рванул в другую сторону от своей комнаты, стоило только заметить знакомый силуэт.       Несколько часов дополнительной работы за уборкой, которая даже ему не предназначалась, как Дрим решил, что достаточно. Пора возвращаться обратно. В коридоре вроде было чисто, подозрительно тихо. Нужно поскорее добраться до своей комнаты. Стук шагов, далёкие голоса откуда-то из другой части здания. Вроде всё спокойно. Наконец-то комната, можно выдохнуть. Юноша толкнул рукой дверь вперёд, не глянул даже внутрь, прежде чем закрыл за собой дверь и обернулся. Сердце ёкнуло от неожиданности и Дрим вскрикнул, но тут же оказался заглушен чужой рукой. Эрен ждал его все время в его комнате. "Что он здесь делает? Как это понимать?" Ответить было некому, пока парень жался спиной к двери с закрытым ртом. Пытался что-то сказать, но по итогу выходило лишь мычать в чужую ладонь. Эрен наклонился ниже и прошептал на ухо спокойным голосом. -Не кричи. Ничего плохого с тобой не будет. Мы ведь все братья.        Эти слова не заставили Дрима чувствовать себя в безопасности, но деваться было некуда. Пришлось замолчать. Рука медленно опустилась от лица парнишки и тот выдохнул. Частый стук его сердца можно было слышать даже на расстоянии. Эрен не отрывал взгляда от шеи парня и он это заметил, поднимая руку к тому месту и прикрываясь, одновременно отводя взгляд. Ощущалась какая-то неловкость. -Ваше преподобие, почему Вы находились в моей комнате? -А разве мне не разрешено посещать комнаты, если я имею какие-то подозрения насчёт нарушения правил? Скажи, брат мой, что ты скрываешь под своим капюшоном, м?       Юноша мгновенно напрягся и поднял вторую руку, натягивая капюшон ещё больше на лицо. Это было слишком подозрительно и мужчина решил не расспрашивать больше. Он просто одним движением сорвал ткань с головы Дрима и откинул ее назад на спину. -Так я и думал. И долго ты собирался это скрывать? Брат, ты же знаешь, что это запрещено. Я буду вынужден..        Внезапно слегка хриплый голос перебил его. -Знаю! Я всё знаю. Но Вы разве не боитесь, что я расскажу кому-нибудь о том, что Вы делали тогда у алтаря? Мало кто сможет простить Вам такой грех, Отец..       Дрим решил надавить на старшего, прощупать почву для возможной манипуляции, для взаимного шантажа, чтобы оба теперь молчали о том, что видели. Но Эрену, к сожалению, было совсем не боязно. -Попробуй. -Слово с уст Эрена прозвучало ровно, с подтекстом некой угрозы, уголки губ поднялись в едва заметной слабой улыбке.       Это было жутко. Действительно жутко. Парень взглотнул, но решил не сдаваться. -И попробую. Каким бы уважением Вы не пользовались, но даже так трудно будет простить Вам такой крупный грех. К тому же если учесть то, что Вы мне угрожали и касались без разрешения.. -Довольно. -Нет. Справедливость должна восторжествовать и Вы..        Внезапно кисть Эрена взмыла в воздух - ударила по щеке парня, приводя его в чувство и напоминая ему его место. Фиолетовые волосы взметнулись и упали обратно на плечи и спину, лицо слегка повернулось в сторону. На лице застыли шок и непонимание. -Я сказал довольно. -Голос был всё таким же ровным, таким же пугающим своим спокойствием.        Дрим пошатнулся в сторону, опёрся руками на стену позади себя, пытаясь удержаться на ногах. Эрен смотрел на младшего сверху вниз, щурясь и ожидая хоть какой-то реакции. Парень лишь коснулся своей ладонью щеки, что слегка покраснела. Рукоприкладства тоже были запрещены на территории, да и впервые юноша видел, чтобы старший настолько разозлился, чтобы сумел поднять руку на кого-либо. Ранее Дрим ощущал боль только во время наказания, когда того хлестали за особо сильный проступок. Обычно до такого не доходило, уж тем более вне комнаты для наказаний, что была неподалеку от исповедальни, что в молитвенном зале.        Он не понимал почему это случилось, не понимал за что его ударили сейчас, но сердце колотилось бешено, колени подкашивались и он медленно рухнул на колени, не осмеливаясь поднять взгляд вверх. -Я.. Я понял.. Я буду просить прощения у Всевышнего за то, что сотворил..       На эти слова Эрен лишь хмыкнул, доставая книжечку с пояса и свое любимое перо, снова что-то записывая. -Хорошо, что ты сам вызвался. Я помолюсь за тебя сегодня ночью, запятнанное грехом дитя.        В противовес своим предыдущим действиям игумен потрепал окрашенные волосы паренька рукой, чуть наклоняясь. Прежде чем выпрямиться и открыть дверь, он бросил через плечо: -Буду ждать тебя в комнате правосудия. Не опаздывай, Дрим. Сам знаешь за что. -Эрен немного помедлил, прежде чем продолжить. -И не смей болтать о том, что было. Я об этом узнаю.       Дверь хлопнула около плеча. Мужчина вышел, вновь оставляя Дрима наедине со своими мыслями, трясущегося и не знающего чего ждать. Руки медленно поднялись, легли на те самые волосы, за которые предстоит получить наказание. Пальцы сжимали длинные пряди фиолетового оттенка до боли, глаза закрылись, слабый хрип, вперемешку со всхлипом, вырвался изо рта. Кричать было бесполезно на данный момент. Оставалось лишь подавлять эмоции, постараться выровнять дыхание и успокоить сердце, что немного закололо в груди.       Постепенно подёргивания прекратились, слабость отступила и Дрим смог подняться на ноги, хватаясь рукой за какой-то стул рядом, чтобы помочь себе. Его взгляд был расфокусированным, словно мыслями парнишка был где-то далеко. "Что он сделает со мной за это?" Это единственное, что сейчас беспокоило Дрима. Пропали мысли о шантаже, о возможности смягчения, о каком-то контроле над ситуацией. На данный момент приоритетом была собственная безопасность. Всё-таки он уже понял, что уважаемый Эрен тоже не был таким правильным, как казалось. Как минимум, за сегодняшний день он нарушил несколько грубых правил, из-за нарушения которых мог бы легко лишиться доверия и вовсе своего места среди старших храма.       Немного подумав, Дрим всё же решился пойти в ту злополучную комнату, что была скрыта от чужих глаз. Несколько минут ходьбы и вот она. Тяжёлая, высокая дверь, что выделялась своим темным и сложным дизайном, в сравнении со светлым окружением. Приложив некоторые усилия, дверь поддалась и приоткрылась, запуская юного монаха внутрь. Как и ожидалось, Эрен уже ожидал его там.        Посреди комнаты стоял огромный кубок со святой водой, на стенах висели светлые, выбивающиеся из мрачной атмосферы подсвечники. Огонь свечей слегка колыхался, создавая причудливые тени на поверхности позади фигуры в центре комнаты. В шкафах были разные свитки: молитвы, правила, описания наказаний. Игумен оттолкнулся от кубка и направился к одному из шкафов, вытаскивая один из пыльных свитков. Кажется, правило, что было описано там, давно никто не нарушал.       Развернув свиток, Эрен направил бумагу в сторону свечи, подсвечивая текст. В этот момент Дрим уже стоял внутри помещения, рядом с массивной дверью, не решаясь прикрыть ее за собой. Взгляд метался по разным предметам внутри. В горле образовался ком, пока парень ждал свой приговор.       Лишь спустя несколько минут Эрен отложил бумагу в сторону, свернув обратно. Поднял взгляд на нарушителя и указал рукой на чашу рядом. -Подойди сюда, дитя. Ты осквернен влиянием извне. Дабы избежать сомнений в том, что ты всё ещё не подвержен влиянию лукавого, тебе стоит очиститься.       Дрим опустил руки, глянул на свое одеяние, прежде чем подойти и покорно склонить голову. -Осознаешь ли ты свою ошибку и готов ли покаяться перед Всевышним? -Осознаю. Готов. -Тогда склонись пред чашей, поклянись, что чист ты своими намерениями, помолись и попроси прощения.        Юноша задержал дыхание, закрыл глаза и наклонился к ёмкости с водой. Края волос погрузились в воду, немного ее окрашивая. Шепот молитв наполнил тишину комнаты, создавая ещё более мрачную обстановку вокруг. Эрен подошёл ближе, взял небольшой графин и набрал в него святую воду из чаши, затем стал поливать ею голову Дрима, который не прекращал шептать. Холодная вода стекала по лицу и волосам вниз, смывая все плохие замыслы.       Через несколько минут очищение кончилось и парень выпрямился. Капли вместе с краской фиолетового цвета стекали по его волосам, вниз по лицу, на одеяние и капали на пол. -Господь простит тебя, как простил каждый грех человечества ранее. Прими мое благословение и очисть свой разум. Теперь иди же и с чистыми помыслами продолжай нести знания и чистоту всему миру. -Премного благодарен, Ваше преподобие.       Дрим поклонился в знак благодарности и покинул комнату. Свежеокрашенные волосы прилипали ко лбу и вискам. Сиреневые влажные пятна украшали белую мантию. Редко проходящие мимо монахи и старшие бросали взгляды, полные интереса, но долго смотреть не решались, скрывая свое любопытство. Вернувшись в комнату юношу глянул на свое отражение. Влажная кожа, все ещё мокрые волосы, грязное одеяние. "Будто в фиолетовый пруд бросили.. Мне ещё повезло что так легко отделался". ---        Близилось важное событие. Праздник весеннего цветения. Ежегодно в сезон цветения сирени, где-то к началу мая, люди собирались на центральной площади, а после на вершине храма, той самой, что состояла из витражей. Каждый раз этот праздник проводился управляющими из храма, которые, в свою очередь, выбирали одного из своих выходцев в качестве ключевой фигуры, что будет исполнять ритуальный танец в честь местного божества. Важным было правило, что запрещало два раза выдвигать одного и того же кандидата.       Выбранный человек должен был надеть специальный ритуальный наряд - пышные одежды, украшенные цветами и множеством разных деталей, что часто гремели при ходьбе. Лицо раскрашивали по-разному, но чаще всего это был черный перевернутый треугольник с полосами на лбу, несколько полос и деталей на щеках, одна на носу и под губами. В качестве главного атрибута каждый раз выбирался случайный артефакт из числа тех, что хранились в специальном зале с памятными и историческими вещами в тайных уголках священной территории. Выбирался он довольно простым способом. Чтобы избежать жульничества, тот, кто в этом году открывает церемонию, должен был надеть повязку на глаза и под присмотром наблюдающего раскрутиться и после указать рукой в случайном направлении. На какой предмет из множества укажет рука, тот и станет главным артефактом во время ритуала в танце. Считалось, что в такой важный момент в тело выбирающего вселяется тот самый почитаемый дух и направляет руку на тот предмет, который будет символизировать ближайший год - предсказание до следующего праздника. В прошлый раз это был букет цветов, сделанный из чистого золота с серебряными деталями. И, как и ожидалось, к моменту этого фестиваля цветение разных растений и деревьев происходило особо бурно, город расцвел и за прошедший год высота храма увеличилась на несколько метров, уровень жизни слегка улучшился.        Сегодня, накануне важного события для всего города, народ собрался около священной территории, ожидая объявления от местных властей о выбранном предмете. Именно сейчас, где-то в тайном месте храма, куда привели звезду этого года, проходила церемония выбора. На этот раз важной фигурой мероприятия стал Дрим, очередь которого не наступала уже несколько лет. Сейчас он стоял в середине помещения, куда его привели уже с повязкой на глазах, дабы не выдать местоположение столь важного объекта. Наблюдающим стал один из жрецов, которого звали Вини. Этот мужчина пользовался уважением и доверием уже долгие годы с самого его юношества и часто следил за правильностью проведения праздника, особенно ритуальной части.       Как и было установлено правилами, Дрима стали раскручивать. Ровно 22 оборота, прежде чем парня остановили. После такого количества вращений даже стоять было трудно, не то чтобы поднять руку и четко указать на какой-то предмет. Однако, даже в таком состоянии рука поднялась, словно сама не своя, будто ею кто-то управлял. Довольно странное ощущение, что пустило мурашки по коже. Палец вытянулся и указал в дальнюю часть помещения без секунды колебаний. Один четкий предмет, что решит судьбу этого года.        Вини тут же встал со своего места и направился в указанном направлении, ища ту самую вещь. Среди множества непонятных предметов был выбран он. Палец указывал ровно на красивый и пугающий кинжал, который ещё ни разу до этого не был выбран. Этот предмет был одним из пары. Второе оружие было давно утеряно и осталось лишь в легендах, передающихся в письменном виде и в формате историй. Вытащив кинжал, Вини слегка побледнел. -Это же... Не может быть.        С нечитаемым выражением мужчина положил предмет в руку Дрима и вывел того наружу, подводя к входной двери храма, за которой уже собралась толпа в ожидании результата. Медленно потянув за край повязки пальцем, Вини снял ее и подтолкнул юношу в выходу. -Ступай, сын божий. Передай народу весть о будущем.        И Дрим шагнул вперёд, держа в руках необычный кинжал, который видел впервые и о котором слышал лишь несколько раз. Народ взорвался криками и аплодисментами, пока кто-то важный не прервал их. Мудрый на вид старик подошёл к парню и взял предмет из его рук, осматривая. -Это.. Один из двух кинжалов, которыми, по легендам, орудовало одно из Его воплощений. Красивое оружие и не менее опасное. Именно этим уцелевшим кинжалом в старые времена проводились обряды жертвоприношений до их полного запрета. Много крови и убийств на счету у этого металлического оружия. Нехороший это знак.        Толпа затихла, кто-то ахнул, люди заметно напряглись, слушая речь дальше. Старик же потёр бороду пальцами, перебирая густую щетину. -К несчастью это. Грядет что-то плохое. Возможно даже кровопролитие, от которого никому из жителей города не спастись. Но не стоит паниковать раньше времени. -Он покашлял, прежде чем вернул предмет в руки Дриму, что стоял позади и слушал. -Возможно, при правильном исходе событий, который пожелал Он, нас ждёт спасение и вознаграждение за наше стремление и просвещение. Так проведем же завтрашний день так, чтобы даже наш Спаситель не смог пройти мимо, обратил на нас свой взор и спас в тяжёлый час. Да прибудет с нами мир и долгожданное освобождение!       Толпа ликовала, хотя множество людей среди них явно были напуганы таким жутким предсказанием. Этот предмет действительно был вытянут впервые и каждый знал что его выбор не повлечет за собой ничего хорошего.       Как только толпа разошлась, Дрим вернулся обратно в храм, встречая обеспокоенные взгляды "братьев". Многие смотрели с неким интересом, многие с опаской. Кто-то начал думать, что виноват в таком неблагоприятном именно сам парнишка, который выбрал тот предмет, ведь от его руки на тот момент зависела судьба народа. Хотя это и было отчасти так, но он ведь не знал какой предмет выберет. К сожалению, никого особо это не волновало.        На следующий день, пока проходила подготовка к событию, пока Дрима украшали цветами и разрисовывали лицо, многие обходили этого юношу стороной, боялись того, что из-за своего выбора он будет приносить несчастья. Даже несколько самых близких "братьев" прекратили общение с ним. Фиолетовые волосы длиной практически до поясницы, что в свою очередь были нарушением, на сегодня были одобрены старшими, так как цвет был символическим в истории местной религии и предавали ритуальному образу ещё больший шарм. Пышное белое одеяние с красно-фиолетовыми оттенками и черными звякающими украшениями, головной убор в виде венка из веточек какого-то хвойного дерева, черные символы на лице в виде полос, завитушек и перевёрнутых треугольников. Образ был готов.        К вечеру, как раз когда церемония должна была начаться, Дрим уже ждал у входа в витражный зал с закрытой стороны храма. Специально приглашенные гости уже ожидали начала внутри, пока для остального народа события транслировались и выводились на экран около площади, до куда в итоге должна будет дойти процессия и где произойдет важнейший ритуал. Команда дана. Парень медленно зашагал в сторону входа в зал. Его сердце колотилось. Танец, что нужно будет исполнить потом на площади, он прекрасно знал и помнил. Слова, что нужно будет произнести тоже. Но от волнения ноги будто стали ватными. Ещё и эти все украшения, что прибавляли сложности во время ходьбы. Наконец, с выдохом, готовясь к появлению и открытию праздника, Дрим принял артефакт в руки. Пальцы напряглись на рукояти кинжала, черные кольца на них неприятно давили.        Дверь распахнулась. Ключевая фигура шагнула внутрь зала, что изображал собой разные легенды и эпохи. Витражи в мрачных оттенках, преимущественно красных и темно-фиолетовых, синих и черных цветах, отбрасывали причудливые тени и засветы на кафельный пол. Весь зал словно был в какой-то мрачноватой дымке.        Заходящее солнце бросало последние лучи, что преломлялись стеклом и создавали единую картину на противоположной стене. Изображение складывалось в сияющий образ драконовидного, но человекоподобного существа, что держало в левой когтистой руке какое-то холодное оружие, направленное лезвием вниз, а в правой, поднятой вверх, гроздь винограда. Волосы были длинными, отливались темным цветом - градиентом от синего к фиолетовому. Рост был внушительным, позади красовались крылья, слегка расправленные, словно показывающие величие фигуры. Одежда была схожа с той, что сейчас носили высокопоставленные особи - епископ и его окружение. Простая, но величественная - дающая четкое понимание важности в религии, немного заметнее в цветах и символике на ткани, чем у простых монахов.        Праздник проходил именно в этот день - 3 мая. Только сегодня и только в это время можно было запечатлеть картину, которая фантастическим образом постоянно менялась. То пропадали какие-то детали, то появлялись новые. Дрим уже стоял посреди зала, повернувшись спиной к величественному образу. Все приготовления, все мысли тут же покинули юную голову, оставив пустоту в мыслях, как только множество взглядов важных персон оказались прикованными к человеку в центре. Немного прочистив горло и поймав взгляд Вини, парень начал церемонию открытия. -Приветствую каждого и премного благодарен за ваш визит.. Сегодня мне выпала большая честь и большая ответственность. Этим вечером я должен буду исполнить традиционный танец и найти определение тому пророчеству, что было выбрано моей рукой. -Он выдохнул, прежде чем продолжить. -Мы надеемся, что опасения были напрасными и на самом деле нас ждёт великое будущее. Обещаю быть рядом с каждым из вас до конца.       На этом Дрим поклонился и повернулся лицом к изображению позади, поднимая кинжал вверх. Украшения загремели, стуча друг об друга и создавая шум, что даже был приятным в эхе, словно отзвуки колоколов. Рука совсем не дрогнула, крепко удерживая оружие, словно ему там самое место, будто держатель был рождён именно для этого момента.        Сделав пару движений в ритуальном стиле, опустив руку и провернув кинжал в руке так, чтобы он был лезвием вниз, Дрим сам не осознал, как встал в ту же позу, что была на уже исчезающей картине перед ним. Малиновые глаза поймали последний заходящий луч, прежде чем свет солнца полностью погас. Теперь праздник был официально начат. Люди засуетились, стали расходиться и направлялись в сторону главной площади города, выстраиваясь в длинное шествие, сопровождаемое пением народа и мерцающими огнями, что были горящими веточками хвойного дерева. Запах хвои и дыма разносился по округе, что уведомлял каждого жителя о том, что всё уже начинается.       Через полчаса, когда солнце уже окончательно зашло за горизонт, когда огни в сумерках стали более заметными, Дрим появился на площади. Остальные монахи и старшие были там же. Это была редкая возможность отойти так далеко от храма и незаметно поговорить с жителями, которые всегда были рады поболтать с такими важными для населенного пункта особами.       С появлением ключевой фигуры около фонтана все затихли. Многие с неверием и нотками страха смотрели на разворачивающуюся сцену, кто-то был заинтересован и воодушевлен таким нечастым событием. В стороне заиграла тихая музыка, спокойная, но довольно напряжённая. Выходцы из монастыря играли стандартную отученную обрядовую песню, используя струнные и духовые инструменты. Задался ритм и Дрим встал на колени на плитке, склонив голову и готовясь начать. Его рука все ещё крепко сжимала артефакт, боясь его потерять.        Где-то неподалеку цвели разные деревья. Цветочный аромат разносился по округе слабым ветерком, что трепал волосы каждого человека в округе, в свою очередь проскальзывая через волосы паренька на коленях, играя с прядями и создавая завораживающий образ. Черные украшения постукивали друг о друга, колышась на одеянии, добавляя происходящему какую-то загадочность и мистичность.       Наконец-то, под ускоряющийся ритм мелодии, Дрим медленно поднялся и начал танец. Руки грациозно то разводились в стороны, то поднимались вверх. Ноги плавно ступали по поверхности, постепенно приближая тело к небольшому алтарю под деревом пихты, которое создавало немного пугающую тень, нагоняющую мистицизма. Гул ветра и стук металлических безделушек дополняли живую музыку, добавляя ей душу. Танец получался грациозным и загадочным, особенно когда юноша с бесстрастным выражением лица шагал в тень дерева.       Оружие в руке больше не пугало - оно стало символом самопожертвования, когда руки то и дело заносились вверх, голова паренька отклонялась назад и лезвие почти касалось уязвленной кожи, но быстро меняло направление и движения меняли свой характер. Это стало больше похоже на бой с невидимым существом. Такой плавный и красивый, где каждое движение было уклонением от воображаемого удара, что наносила собственная рука, будто ее контролировал кто-то иной. Действительно завораживающее зрелище, взбудоражившее до мурашек.       Как только музыка прекратилась Дрим рухнул на колени слова, будто вышел из гипноза. Просто замечательное выступление. Народ ахнул и наконец-то смог вдохнуть полной грудью, ведь каждый смотрел на часть ритуала, затаив дыхание до самого конца. Юноша поднялся через десяток секунд и подступил к алтарю под деревом, наклоняясь, чтобы оставить на нем артефакт. Это действие должно было стать последним, если бы не непредвиденные обстоятельства. Рука парня снова словно стала чужой, как тогда, когда происходит выбор предмета. Она медленно начала сгибаться, кисти не слушались.       Одна рука оказалась вытянутой вперёд над алтарем, вторя держала над запястьем лезвие ножа. Судя по лицу Дрима, тот сам был напуган происходящим. Многие подумали, что это просто часть ритуала и тот просто хорошо отыгрывает свою роль. Но глаза каждого расширились в ужасе, когда лезвие кинжала действительно стало рассекать нежную кожу на запястье. Кисть склонилась вниз, позволяя крови стекать по ладони на пальцы, а с них капать на поверхность священного места. Даже старшие, что следили за мероприятием, застыли на месте, словно статуи. Впервые за всю историю существования этого дня случилось нечто подобное. Каждого охватила паника, все, как один, стали размышлять о том, что это действительно может быть знаком большого несчастья, а может и вовсе беды. Что платить в этом году придется кровью.       Как только это странное ощущение отступило, Дрим тут же выронил оружие и отшагнул назад, чуть ли не падая, зажимая ладонью кровоточащий порез. Зубы стиснулись от боли, что начала накатывать волнами, захлестывая всё бо́льшую поверхность кожи. Когда казалось, что хуже событий не придумаешь, нос уловил запах гари. Юноша медленно обернулся, смотря по сторонам, пока не заметил небольшой возгорающий очаг у храма. Глаза округлились. Тело замерло в ступоре, прежде чем Дрим сбросил мешающие украшения, оставляя их у алтаря, и рванул в сторону разгорающегося пламени, не обращая внимание ни на что на пути.       Фиолетовые волосы, словно шелк, развивались на ветру позади паренька, пока тот бежал, сломя голову. Не все покинули храм на время проведения праздника, многие остались на месте и, возможно, были сейчас в опасности. Он не думал ни о чем, просто ворвался через главный вход, несясь в сторону, где мог кто-то остаться. Многие находящиеся внутри даже не заметили, что начался пожар, ведь жилые уровни были гораздо выше, чем огонь, который распространялся снизу.        Местные жители и каждый неравнодушный брали какую-то ёмкость и набирали воду из фонтана, из родника рядом, из ручья, чтобы помочь избежать самого страшного. В то же время, Дрим уже добирался до ближайшего человека, чтобы предупредить об опасности. Заметив новенького монаха, парень рванул к нему, весь запыхавшийся. От надвигающегося жара по вискам и лбу стекали капли пота, смывая часть раскраса на лице и оставляя потеки, будто юноша только что плакал или его облили водой. Он начал объяснять ситуацию, задыхаясь и пытаясь восстановить дыхание и более ровный ритм сердца. -Брат! Срочно спасай остальных братьев и выбирайся. Снизу начался пожар, огонь уже охватил пару помещений!       Монах тут же напрягся и побежал прочь, чтобы оповестить и вывести остальных. Дрим последовал за ним, по пути забегая в свою комнату и забирая самые важные вещи. На столе он заметил подозрительную книгу с черным пером. Это же.. Книга Эрена, которую тот никогда не оставлял. Но что она делала здесь сейчас? Разбираться будем позже, сейчас важнее спасти людей и, по возможности, прихватить ценные артефакты и свитки.        Собрав несколько записей, ценных подарков и ту самую книгу, юноша выбежал наружу, встречая растерянных братьев, которых тут же принялся провожать к выходу, помогая донести вещи. Внизу уже нечем было дышать, все было в едком дыму, что резал глаза. Пришлось пожертвовать частью праздничного одеяния, оторвав части ткани и дав монахам, чтобы те дышали через ткань и быстрее покидали опасную территорию.        Как позже выяснилось, причиной возгорания стало то, что во время шествия кто-то выронил горящую ветку из рук и та задела ткань белоснежных штор у арки алтарного зала. Это не сразу заметили, так как та долго тлела, прежде чем разгорелась до такой степени, чтобы смочь поджечь ткань. Никого рядом с алтарем почему-то в то время не было, хотя, как минимум один из жрецов должен был находиться там в тот момент.        В тот же момент люди тушили хотя бы выход, чтобы дать возможность выбраться тем, кто оказался в огненной ловушке. Дрим выскочил вместе с последними сопровождающими прямо через огонь, перепрыгивая очаги и выбираясь на свежий воздух. Оказавшись снаружи, юнец отошел подальше, внимательно осматривая толпу, ища каждого знакомого человека глазами, чтобы убедиться, что все в безопасности. Однако, изнутри послышался крик о помощи. -Помогите! Больно.. Очень больно! Я не хочу умирать.. Мне нечем дышать..        С каждой секундой голос становится всё более отчаяннее и сорваннее, прежде чем начал затихать. Дрим не мог этого слушать, он рванул через людей в сторону опасной территории, что уже была охвачена яростным пламенем, пожирающим все на пути. Какие-то части строения начали плавиться и рушиться, создавая дополнительную опасность. Одна из балок рухнула внутри, оставляя за собой грохот ломающейся конструкции, после которого отчаянный голос мгновенно затих. "Нет.. Не может быть.. Я должен.." Дрим дёрнулся вперёд снова, хотя уже и понял, что просящий о помощи уже погиб, но не хотел в это верить. И он бы пошел туда и погиб тоже, если бы не чья-то крепкая рука, что легла на плечо юноши, останавливая его. -Отпусти! Я должен.. Должен спасти его!        Как бы тот не вырвался, как бы не кричал - его не отпускали на верную смерть. -Спасти кого? Он уже погиб. Ты не сможешь ничего сделать, брат, лишь погибнешь вместе с ним. Если ему суждено было прервать свое существование сегодня, то так тому и быть. Такова воля Его и мы не имеем права вмешиваться.        Наконец, Дрим позволил оттянуть себя дальше, падая на колени на мягкую траву и сдерживая рыдания. Перевязанная кровавой тканью рука напряглась, красное пятно на ней стало больше. Удерживающий парня от необдуманных поступков заметил это и склонился вниз, проверяя рану. Лишь сейчас Дрим понял, что его остановил Эрен. Тот самый хладнокровный наблюдатель, чьи синие волосы сейчас перекрывали часть обзора. Каждая прядь в темноте вечера казалась ещё более темной и юноша понял одну вещь. "Почему я не видел его уже так долго..? До этого он постоянно был где-то рядом и затем внезапно пропал. Сейчас объявился и помогает мне? Почему? Он ведь мне угрожал". Прохладные пальцы коснулись тыльной стороны ладони парня, заставляя вздрогнуть. Рука заметно дрожала от ужаса происходящего, в отличие от ровных и собранных движений самого Эрена. -Почему ты так спокоен..?       Дрим был настолько взволнован и напуган происходящим, что вовсе забыл о том, как правильно обращаться к старшим, как проявлять уважение. Его голос дрожал и срывался. Было заметно, что он на грани нервного срыва. -Все хорошо. Не лезь в огонь и дай осмотреть рану. -Хорошо..? Да как это может быть хорошо?!        Юноша дёрнулся, вырывая руку и переводя взгляд на храм, что теперь был практически полностью охвачен огнем. Вертолеты пожарных уже работали над тушением здания. Такое кострище было заметно на невероятно далёкое расстояние, освещая собой даже небо, что уже давно потемнело, вступая в ночь.        Нервы сдавали. Труды множества поколений буквально сгорали на глазах. Каждый артефакт, каждый свиток, каждая вещь и записанная история теперь были погребены под пеплом и обломками. Близился нервный срыв и слезы хлынули с глаз. Влага смывала оставшиеся подтёки краски на лице, крик пронзил воздух в округе. Даже ветер затих, словно слушал горевания каждого человека, что потерял что-то ценное из-за этого события, что произошло в такой важный день, что уже подходил к концу. Хотя церемония так и не была закрыта, что было грубым нарушением и по легендам могло вызвать горе для всего народа, но уже сейчас все видели в Дриме лишь символ несчастий и смерти. Именно в тот день, когда он должен был объяснить пророчество, именно когда начинался новый год по местному календарю, случилась такая ужасная трагедия. И просто из-за того, что именно в этот раз был выбран именно он, на него свалились все обвинения.       Парень кричал в слезах, хрипы и душераздирающие крики обращали на себя внимание неравнодушных. Презрительные и напуганные взгляды множества зрителей были прикованы к одному. К Дриму. Он стоял на коленях, наклоняясь вперёд, хватая руками себя за волосы, больно натягивая. Его спина выгибалась, когда он поднимал голову, чтобы закричать в небо. Юноша задыхался, сходя с ума. Ему и так было нелегко. Такая ответственность и такая тяжёлая вина, хотя на самом деле здесь не было его влияния на события. Однако, народу не докажешь, им нужно было найти козла отпущения. И кто им станет, если не тот, кто вытащил такой символический артефакт, что сейчас лежал у алтаря на центральной площади, залитый кровью?        Казалось, что весь мир против него и это добивало и без того раненое сердце, что покрылось мелкими трещинами, словно стекло, в которое ударил камень. Эрен заметил всё это и буквально силой оттащил брыкающегося Дрима подальше от любопытных глаз, держа его под руки и волоча за собой по траве. Всё-таки большинство зевак обращали внимание именно на пламя, которое никак никто не может потушить, а не на какие-то личные разборки.        Пусть парнишка и брыкался, но довольно быстро прекратил сопротивление и просто рыдал, не в силах успокоиться. Его тело ослабло и старший поднял его, взяв под руку, словно второй ничего не весит. Дрим не предпринимал попыток вырваться.       Пока оба достигли какого-то укромного угла, юноша уже затих. Его лицо было заплаканным и в следах краски, не выражало никаких эмоций, словно он был всего лишь какой-то разбитой и забытой куклой, которая внезапно стала никому не нужна или вовсе ненавистна. Эрен усадил парня на что-то мягкое на полу. Из-за своих мыслей Дрим даже не осознал, что его перенесли против его воли куда-то в непонятное место, окруженное стенами. Такое тихое. Но задавать вопросов не смел. Всё-таки он не сопротивлялся, а нес его сам Эрен, который все ещё нагонял жути своим этим взглядом и спокойствием даже в такой ситуации. -Отдохни здесь, брат. И не забывай. Даже если храма больше нет, ты не должен забывать об уважении и обращаться ко мне должным образом.       Взгляд мужчины пал на книгу на его поясе, что снова покоилась там, вернувшаяся к владельцу. -Это ведь ты забрал ее? Премного благодарен. -В голосе слышалась необычная ласка, явно не характерная личности Эрена, которую Дрим знал. -Но это не искупит твоей вины. Ты ведь уже понял, что теперь тебя захотят, в лучшем случае, где-нибудь запереть. Изолировать.. Может, даже устранить. Люди в попытках достичь лучшей жизни готовы пойти на крайности. Если они сочтут тебя действительно потенциальным носителем несчастий, то не посрамятся прибегнуть к самым нечеловеческим методам.       Он выдохнул, присаживаясь перед Дримом, который все так же безэмоционально и разбито сидел, опирался спиной на стену, смотря в одну точку. Эрен протянул руку, двумя пальцами поднимая подбородок юноши и заглядывая в красные после слез глаза. -Скажи... Ты ведь тоже никогда не любил людей? Я знаю это. Мы с тобой гораздо более похожи, чем ты думаешь.        Вторая рука мужчины коснулась перевязанного запястья парня. Пальцы стали медленно скользить от ладони к плечу, оставляя прохладное ощущение за собой. -Молчишь. Совсем язык проглотил?       Эрен снова вернул руку к запястью, теперь надавливая прямо на порез под повязкой, чтобы вызвать боль и хоть какую-то реакцию, на что Дрим лишь нахмурился и что-то промычал, пытаясь освободить руку, но хватка не ослабевала, не желая отпускать. -Слышу, что нет. Больно? Он снова надавил на порез, вызывая новую волну боли. -Прекрати.. -Что? Всё ещё никакого уважения. Ни должного обращения, ни ответа на мой вопрос. -Я не понимаю о чем Вы.. Прошу, отпустите меня. -Если отпущу, то сбежишь. Как тогда, когда ты застал меня у подношений. Это было не совсем красиво, братец. Особенно, когда ты думал, что сможешь манипулировать мной с помощью этих знаний.       Губы Дрима поджались. "С самого начала понял, что я хотел сделать.. Я облажался уже тогда". Его ладонь превратилась в кулак, показывая явное недовольство тем, что происходит. -Знаешь почему ты меня не видел? -Он немного промедлил, создавая интригу. -Я готовил кое-что для тебя. Решил проучить по-своему и сегодня ты увидел результат моей работы. Понравилось ведь? В глазах народа ты ещё более грешен, чем мог быть я. Пусть и вышло чуть лучше, чем я хотел, но..        Он помедлил, склоняясь ближе и свободной рукой держа Дрима за подбородок, чтобы тот не отвернулся, продолжая другой рукой удерживать запястье, теперь мягко поглаживая его большим пальцем. -Но сейчас ты выглядишь так прекрасно. На мое действие, даже если ты расскажешь, уже будет всем плевать. А вот на тебя.. Боюсь, если ты переживешь этот год, то до конца жизни останешься с клеймом чего-то зловещего, приносящего неудачу.        Глаза парня расширились от этих слов, дыхание перехватило. -Что..? Так это всё.. Это Вы устроили, отец? Почему? -Я только что ответил на твой вопрос. У тебя ещё одна попытка задать мне что-то менее глупое.       Эрен заправил выбившуюся прядь фиолетовых волос за ухо Дрима, слабо улыбаясь. Улыбка не достигала глаз, взгляд оставался холодным, что заставляло сжаться на месте, чувствуя себя ничтожным рядом с мужчиной. -Вы не человек? -Что? -Казалось, таким вопросом был шокирован даже он сам. -Я заметил это.. Ваши глаза, что светятся в темноте, Ваша аура, Ваши слова - это всё слишком нечеловечески, слишком трудно для понимания и пугающе. -Пугающе? Так вот каким ты меня считаешь. Возможно, ты прав, но сейчас тебе бояться нечего.       Эрен улыбнулся, теперь более нежно, но все ещё недостаточно искренне. Его пальцы поглаживали щеку парня, что сейчас был словно птенец, что угодил в ловушку. Такой напуганный и готовый в любой момент сбежать. Именно это Дрим и сделал, оттолкнув мужчину. Он встал быстро, не глядя побежал куда-то, не оглядываясь. Однако не успел он выйти на свет за пределами какого-то укрытия, которое он все ещё не узнал, как боль пронзила кожу головы. Парень оказался схвачен за волосы крепкой хваткой чужой руки, которая тут же потянула за них назад, заставляя вскрикнуть от боли и упасть обратно на поверхность у стены. В это же мгновение он мгновенно пожалел, что не стриг их, как "братья", оставив такими длинными.        Более крупное, высокое и подтянутое тело тут же навалилось сверху, прижимая юнца к полу. Кулак все ещё держал волосы, натягивая. Намотав их на руку, Эрен прижал юношу щекой вниз, присев на его спину. -Зря ты это сделал. Я не очень люблю таких непослушных людей, как ты. Я ведь уже говорил об этом многократно.        Другая рука зажала обе руки Дрима за запястья, прижимая к полу над его головой. Даже не двинуться. Слишком крепко держит и слишком тяжёлый. Ещё и тот порез так странно болит, как будто выжигает кожу. Мужчина склонился вперёд, его дыхание было холодным - точно нечеловеческим, но все равно обжигало кожу на шее, которой касалось. -Знаешь как я всегда тебя находил? Очень просто. В нашу первую погоню, когда я тебя поймал, я не просто так положил руку на твою шею. Я оставил небольшой знак на тебе и всегда знал где ты находишься и что делаешь.       Это было пугающе. Действительно пугающе. Ощущение невозможности двинуться, беспомощность и безысходность. По спине прошел холодок, Дрим вздрогнул и Эрен это заметил. -Страшно? Хорошо. Помнишь, как ты попытался пригрозить мне? Сейчас проверим насколько ты смелый на самом деле. -Что..?        Вопрос был прерван движением ладони, что опустила волосы, спустилась по спине от затылка вниз, прослеживая линию позвоночника. Спина слегка выгнулась от лёгкого нажима, тихий выдох, что тут же был прерван, сорвался с губ. -Что такое? Не привык к такому? Совсем ни с кем не контактировал.. Но почему же ты не пытаешься освободиться?       На этот вопрос Дрим только промолчал, поджав губы и закрыв глаза. -Молча сдался, как я вижу. Что ж.. Придется выбивать из тебя хоть что-нибудь. Ещё не поздно начать говорить. -Он ткнул парня пальцем в щеку. -Ну же, давай.        Реакции, как таковой, не последовало и Эрену это не понравилось. Чтобы освободить обе свои руки, ему пришлось оторвать ещё часть одеяния Дрима, что уже давно перепачкалось и было совсем не белым, как требовалось. Ткань затрещала - полоска была оторвана, чтобы туго перевязать ею запястья юноши. Руки были заведены теперь за спину и сцеплены друг с другом крепким узлом. Сопротивления снова не было и старший это не одобрил. Вновь рванул за волосы, заставляя поднять голову, запрокидывая ее назад. Вторая рука легла на шею, слегка сдавливая. Положение Дрима медленно сменилось из лежачего на стоящего на коленях спиной к Эрену. Тот поднял его буквально за голову, причиняя боль и не заботясь об этом.       Дыхание участилось от непонимания и страха, что смешивались в единый клубок, что становился посреди груди, мешая вздохнуть как того требует организм. Что будет дальше и чего добивается Эрен было непонятно. Нужно было лишь ответить ему, но слова застревали в горле, наружу вырывались лишь выдохи и всхлипы. Даже попросить отпустить или объяснить причину таких действий казалось невозможным. Да и после увиденной ранее картины мысли путались и не могли нормально формироваться, словно это умение сгорело вместе с местом, которому были отданы годы жизни.        Эрен лишь цокнул, прижимая более хрупкое тело к своей груди, придерживая теперь за шею, чтобы тот смотрел вверх, и другой рукой скользя по груди вниз. Это ощущение было новым для парня, было каким-то непонятным и.. Не неприятным? Это было вовсе не так, как описывали в храме на учениях. Контакт с другим человеком не был отвратительным, даже если он происходил без согласия. Возможно, юное тело уже давно изголодалось по касаниям, просто он не понимал этого. Правила четко запрещали подобного рода действия, тем более настолько откровенные и с человеком одного пола.       Эрена, что казался всю свою жизнь слишком строгим и приверженным правилам, сейчас ничего не останавливало. Дрим не брыкался, даже как-то реагировал, ведь ранее был неприкасаем и это чувство, когда наконец-то разрушаешь барьер и многолетние запреты было лучшим. Когда ломаешь человека, пользуясь его ослабленным состоянием. Вот она. Истинная сущность.        Рану на запястье все ещё неприятно жгло под слоем окровавленной ткани, которая теперь ещё и была сдавлена узлом. Взгляд старшего опустился с макушки пленника на его плечи, на его волосы, что спадали по плечам фиолетовым водопадом, спускаясь к пояснице, около которой обе связанные руки сжимались в кулаки, где пальцы, все ещё украшенные черными кольцами, впивались в ладони, оставляя красные полумесяцы от ногтей на коже. Но больше внимания привлекло пятно крови около кисти. Захотелось увидеть ещё что-то подобное на бледной коже этого все ещё незапятнанного юноши.        Отбросив волосы в сторону, все ещё удерживая руку на точке пульса, Эрен склонился вперёд и укусил обнаженную и уязвимую точку на шее. Больно, до крови. Язык прошёлся по текущей красной жидкости, пробуя ее на вкус, прохладные губы коснулись кожи рядом. От контраста боли, холода и неожиданной заботы всё тело Дрима затрясло в чужих руках, но тот не издал ни звука, лишь прикрыл глаза и закусил губу, сдерживая свои накатывающие ощущения и чувства, которые затягивались узлом и отзывались где-то внизу живота. Голова теперь самостоятельно откинулась назад, практически ложась на затылком на ключицу мужчины позади. -Как и думал.. Ты слаще летней спелой дыни. Но такого покорного и податливого поведения я совсем не ожидал. Не похоже на тебя.        Он наклонил голову Дрима рукой в свою сторону, заглядывая в глаза, что теперь были полуприкрыты от интенсивности новизны. -Неужели тебе на самом деле нравится? Совсем не пытаешься сбежать и сидишь смирно.       Малиновые глаза встретились с желтыми, что грозились поглотить своей глубиной. Но в них почему-то теперь не было ни страха, ни вообще какой-либо эмоции. Мужчина этого не оценил. Будучи тем, кем он является, он в первую очередь питался эмоциями, уже после - всем остальным. Теперь он был обязан вытащить из этого парнишки хоть какой-нибудь звук, хоть какую-то эмоцию на его лице, в его глазах.        Смотрящий на него Дрим был совсем замучан. Уставший, весь в этих разводах на лице от краски, что была ритуальным раскрасом, все ещё красные после недавней истерики глаза, но сейчас такие пустые. Не отпуская шею, Эрен снова склонился и стал оставлять новые укусы на мягкой коже. Свободная рука оттянула ворот с одежд, обнажая нежную плоть. Прекрасные ключицы, гладкие плечи.. Будто так и просили, чтобы этот запретный плод наконец-то вкусили. Прохладный язык прошёлся от уха Дрима к его плечу, заканчивая влажную дорожку укусом и новой порцией боли. Укусы расцветали на бледном полотне один за другим, словно алые цветы, окрашенные цветом боли их владельца.       Данное зрелище было прекрасным для творца, что использовал чужое тело в свое удовольствие. Капли крови уже успели запачкать и без того грязное одеяние, будто лепестки роз, что были сброшены на снег. Тихий хрип на выдохе вырвался с губ, выдавая состояние Дрима. Одинокая слеза скатилась по щеке вниз. Без особых эмоций - просто реакция на резкую боль. -Так не пойдет. Ты совсем испачкался.        С этими словами Эрен стал стягивать слои ткани, постепенно обнажая нетронутое ранее тело, будто это был самый драгоценный подарок или десерт, завёрнутый в слои бумаги. Прохладный ночной воздух, что проникал откуда-то извне, достигал кожи и заставлял вздрагивать. -Холодно? Это нормально. Ты привыкнешь.        Когда ткань соскользнула с плеч вниз на пояс, наконец-то показывая то, что было скрыто от глаз так давно, Эрен не удержался, чтобы не прикоснуться. Ладонь наконец-то покинула шею, теперь обводя мышцы груди, ребра и достигая живота, что напрягался при каждом касании. Вроде было прохладно, но постепенно начало становиться всё теплее. Щеки Дрима налились краской, порозовели. Сердцебиение снова потеряло ровный ритм, бешено колотясь, дыхание совсем сбилось, первый вздох вырвался из груди.       Мужчина заметил реакцию и слабо улыбнулся. Впервые за всё время. Удовлетворенный тем, что видит, он наклонил другой рукой голову Дрима в свою сторону, сам наклонился и коснулся его теплых губ своими, словно поощряя.        Для парня этот поцелуй был первым, но отнюдь не ужасным или неприятным. Он не знал почему, но он совсем не хотел оттолкнуть того, кто нагло делает что ему вздумается. Как он уже понял, всё тело Эрена было холодным, как и его губы, что сейчас поглощали собой тепло и выдохи, которые уже никак нельзя было сдерживать. Пальцы Эрена все ещё играли с чувствительной кожей, желая получить как можно больше отклика от сидящего перед ним, что сейчас был в полном непонимании, утопал в новобретенном удовольствии и чем-то, что ещё не имело названия, но вызывало зависимость, словно какая-то сладость или приятный аромат.        Уста не смыкались, глаза постепенно закрылись, пока интенсивность поцелуя все нарастала, пока он становился все более властным и требовательным. Воздух заканчивался и приходилось отрываться, чтобы взять хоть немного. Теперь обе прохладные руки Эрена блуждали по юному телу, заставляя выгибаться и подставляться под касания, словно это был ласковый котенок, который давно уже не получал ласки. Связанные за спиной руки напрягались, будто хотели коснуться того, кто сейчас играл с нетронутым юношей, довольствуясь каждой реакцией, но тот не отпускал. Даже во время поцелуя глаз не сомкнул, наблюдая за тем, насколько всё далеко заходит.       Наконец оторвавшись от партнёра, Эрен посмотрел в его затуманенные, едва приоткрытые глаза, кладя руку на щеку и поглаживая ее большим пальцем. -Знаешь.. Я не ожидал такой покорности, но это мне нравится даже больше. Я знаю как сильно ты ненавидишь правила и сегодня я хочу нарушить ещё одно вместе с тобой. И ещё.. -Он прошептал в его губы, прежде чем отстраниться и произнести остальное прямо около уха. -Можешь не переживать о наказании. Всё-таки тот, кому ты так ненавидел поклоняться все время был рядом с тобой.        Глаза Дрима распахнулись шире. Он взглотнул, с неверием шепча. -Что..? То есть.. -Да. Я и есть один из тех, кого называют перерождением Его. Об этом знаешь лишь ты. Теперь понимаешь как я смог устроить всё это? -Перерождение..? Так Вы... -Он запнулся, не зная как продолжить. -Тише. Просто молчи об этом, ладно? Я знаю, что секреты ты держать не умеешь, но ты понятия не имеешь на что я способен. И если ты хоть кому-нибудь..        Он помедлил, прежде чем потянуться свободной рукой куда-то в сторону, что-то взять и показать. Это был тот самый ритуальный кинжал, один из пары. Как он оказался в его руках и как давно он лежал рядом? Ответить было некому. -То я принесу тебя в жертву себе же. Приколочу к стене и буду медленно истязать, собирать и испивать твою кровь. Никто об этом не узнает и не спасет тебя. Ты это понимаешь, "брат"?       Последнее слово он произнес с явной наигранностью, зная, что прошлые взаимоотношения были полностью разрушены с этого самого момента. Лезвие коснулось подбородка Дрима тупой стороной, спускаясь по шее к ключице. -Вот начну отсюда..        Он провел им по плечу, собирая уже подсохшую кровь с укусов. -Затем здесь.. На этот раз прохладный металл коснулся щеки парня и тот прикрыл глаз, остерегаясь резких движений. -Но ты ведь хороший мальчик и будешь молчать, я прав?       Он отбросил кинжал в сторону, что с лязгом ударился о кирпичную стену. Потрепал рукой фиолетовые волосы, взъерошив, затем вернулся к своей затее.       Дрим и так все время стоял на коленях, отчего ноги уже затекли и кожа на месте соприкосновения с полом покраснела. Но сейчас чужие пальцы слабо толкнули его вперёд, заставляя склониться вперёд, практически становясь в молитвенную позу, если бы не связанные за спиной руки. Даже порез на запястье уже не так беспокоил, как все ещё жгущие множественные укусы. Согнувшись и склонив голову вперёд, он выглядел как человек, что ждал своего наказания. Одеяние все ещё прикрывало лишь его низ и часть поясницы - висело на рукавах, что пока некак было стянуть. Длинные фиолетовые волосы шторами опускались вниз, кончиками касаясь пола и закрывая собой обзор по бокам. -Прекрасно выглядишь.        Шепот вновь послышался где-то над ухом, выводя из состояния полу транса, в который Дрим уже успел погрузиться. Чужие пальцы перебирали волосы, сбрасывая их со спины в сторону, чтобы обнажить до сих пор нетронутые места. Прохладные губы снова коснулись кожи шеи, но уже сзади, постепенно спускаясь вниз по линии позвоночника. В то же время ладони придерживали парня за грудь и талию, слегка поглаживая.        Когда поцелуи достигли места меж лопатками, Дрим слабо дёрнулся и выдохнул с непонятным звуком, что слышал от себя впервые. Не осмеливался спрашивать что Эрен делает. И Эрен ли это вообще? Теперь было очевидно, что это вовсе никакой не человек. И если это было то самое божество в одной из своих форм, в новобретенном теле, то разве это не самый тяжёлый грех на его душу? Так контактировать с таким важным и устрашающим существом, позволять себя касаться так открыто и бесстыдно стоять на коленях, тайно желая. После этого жизнь не станет прежней, это уж точно.        Не успел Дрим погрузиться в размышления, как холодное касание к рёбрам, а затем и животу вновь отвлекло, заставляя вздрогнуть и напрячься всем телом. -Тебя и правда никто не трогал, да? Но ты совсем не против, как я заметил. Тогда ты будешь сам виноват, если не остановишь меня прямо сейчас. -Не.. Не хочу.        Наконец-то произнес младший, смотря в пол под собой. -Не хочешь? -Эрен переспросил, приподнимая бровь. -Неужели так нравится? Что ж, ладно..       Крепкое тело снова прижалось к спине сзади, но на этот раз немного по-другому. Ладонь скользнула ниже живота, забираясь под ткань и касаясь самой горячей части тела юноши. От такого внезапного внимания к своей самой напряжённой части тот не выдержал и издал тихий стон, склоняясь ещё больше вперёд, теперь практически ложась грудью на пол.        Такая реакция впечатлила мучителя, что теперь в открытую улыбался, исследуя новые места и реакции. Пусть его удовлетворение от происходящего Дрим не мог увидеть своими глазами, но мог прекрасно ощутить. Близилось что-то нехорошее и это было слишком очевидно.        Движения внизу были мучительными, медленными, такими запретными. Эта прохлада чужой кожи лишь усиливала ощущения. Ни разу не получая такого удовольствия в жизни Дрим не мог остановиться. С его уст то и дело срывались какие-то звуки, которые он практически не мог контролировать, даже закусывая губу до крови. Красная капля упала на пол под его лицом, искаженным небывалой гримасой удовольствия. Сдерживаемого, но слишком явного. Брови хмурились, дыхание слишком сбилось, щеки и уши покраснели.       Слишком быстро произошло то, чего юноша сам не ожидал. Его тело выгнулось и новая горячая жидкость испачкала белую ткань и руку, что всё ещё ласкала чувствительные части парнишки, заставляя его склонить голову набок и практически упасть в сторону, если бы не другая крепкая рука, что помешала это сделать. -Так быстро.. Ты и правда был слишком чист.        Дрим едва дышал, сжимая руки и вздрагивая от каждого касания, теперь ощущая всё ещё сильнее, чем было до этого. Положение вновь изменилось. Получив желаемое, тяжёлым нажатием рука Эрена заставила Дрима все же лечь грудью вниз, вновь прижимаясь щекой к прохладному полу как в самом начале его пребывания здесь, но уже в более уязвимой и извращённой позе.        Мужчина снова потянулся за кинжалом, что ранее отбросил, пока юноша пытался отдышаться после такого всплеска ощущений, лежа и тяжело дыша. Наконец достав до оружия, которым мужчина владел в прошлом в другом теле, он схватил его крепко в одной руке и резким движением разрезал белую ткань на запястьях Дрима, наконец-то освобождая его руки, что так долго были в одном положении. Кровь снова прилила к конечностям, заставляя чувствовать неприятные покалывания. Он опёрся руками на поверхность под собой и попытался встать, но тут же был прижат обратно. -Нет, лежи так. Я ещё не закончил с тобой.        Дрим взглотнул, услышав его слова. "Не закончил? О чем он..? Я надеюсь не о..". Мысли в очередной раз были прерваны новым ощущением. Чужое тело снова прижалось сзади, хватая парнишку за волосы и запрокидывая его голову назад, заставляя того вскрикнуть от новой волны боли. -Стойте..! Прошу, давайте просто поговорим- -Нет. -Прервал чужой голос тоном, не терпящим возражений. -Если я решил довести дело до конца, то твои слезливые просьбы меня не остановят.        Доказательством этого стал новый неглубокий порез, оставленный оружием. На этот раз на бедре, с которого уже была стянута оставшаяся ткань, ставя юношу в открытое и смущающее положение. Он хотел-было закрыться хоть чем-нибудь, но по рукам пришелся удар, мгновенно отбивающий желание. -Что такое? Больше не нравится?        На удивление, новый порез совсем не болел. Был сделан слишком профессионально и точно, который начнет чувствоваться лишь немного позже. Холодные пальцы коснулись крови, растирая ее по бледной коже, прежде чем мужчина наклонился и снова слизнул несколько капель, будто вспоминая вкус. От места пореза пальцы скользили все ближе к ещё более уязвимому и открытому месту. От этого ощущения хотелось провалиться сквозь землю. Дрим зажмурился, ногти впивались в пол, царапая поверхность. Он напрягся всем телом, пытаясь помешать сотворить задуманное, что так сильно пугало.        Глаза парня широко раскрылись, когда первый палец проник внутрь вместе с красной жидкостью на нем, что служила смазкой для такого дела. Он не смог сдержать вскрика, пытаясь отползти, но Эрен не позволил. Другой рукой ухватился за талию, сжимая кожу до покраснения, притягивая назад к себе. -Не надо! Хватит, пожалуйста.. Я не.. Не выдержу.. -Достаточно будет тогда, когда я решу. А до тех пор лежи смирно.        Дрим боялся пытаться сбежать, боялся вырываться. Но не менее этого он боялся боли, что постепенно поглощала его тело, казалось, влияя на сам разум и способность мыслить адекватно. Чувства становились всё хуже, когда количество пальцев внутри удвоилось, растягивая и раздвигаясь внутри, пуская по всему телу как будто электрические импульсы. Это была самая настоящая пытка, тем более для такого неподготовленного человека, как Дрим, чьи слова и просьбы сейчас не брались в учёт. Он мог лишь покорно лежать так, как его направили, всхлипывать и хвататься руками за поверхность перед собой. Он жмурился, хныкал, но не мог сопротивляться.        Наконец, когда пальцы покинули тело Дрим выдохнул с облегчением, надеясь, что на этом всё кончится, но тут же ощутил странный холодок по коже. Его надежды были напрасными. Эрен наклонился вперёд, зализывая старые раны, прежде чем оставить новые. Таким действием он отвлекал от того, что задумал, слабо поцеловав плечо юноши, прежде чем толкнуться внутрь уже чем-то более крупным. Это действие на было нежным, а даже наоборот, выбивая крик из лежащего под ним. Губы накрыла чужая рука, что теперь не держала волосы, которая заглушила каждый звук.        Дрим положил свою ладонь на ту, что была на его рту, пытаясь оттащить и позвать на помощь. Но за всё это время поблизости не было никаких звуков и он точно не знал где находился, так что и уверенности в том, что кто-то ему может помочь, не было. Слезы от накатившей резкой волной боли хлынули по щекам, стекая на подбородок и руки на лице. Он мычал в ладонь, качая головой и стараясь отползти, но его все ещё удерживали. -Не кричи. Ты же все время был тихим, что поменялось?        Глаза юноши распахнулись и он хотел-было как-то приспособиться, как-то привыкнуть к этой боли, переключаясь на ту, что была на его шее и плечах, как тут же Эрен стал двигаться, не полностью прикрывая глаза, чтобы видеть фигуру под собой, тяжело выдыхая от долгожданного ощущения, которого жаждал так давно. В храме не представлялось возможным совершить что-то подобное, но сейчас и храма ведь не было, всем было не до этой парочки и ее пропажи. Его взгляд стал более сосредоточенным и собственническим, особенно когда он видел все те метки на коже, что оставил, видел следы крови на бледном теле. Ему всегда нравилось нечто подобное и этот раз был особо прекрасным.        Дрим же зажмурился, все ещё пытаясь хоть что-нибудь сделать, чтобы помочь себе, но был слишком ослаблен. Мог лишь мычать от боли в чужую ладонь, рыдая и терпя всё это, надеясь на то, что это закончится побыстрее. Движения становились всё сильнее и несдержаннее, тяжёлое дыхание слышалось позади. Это странно, но боль стала отступать, заменяясь каким-то странным удовольствием. Ещё и тот факт, что абсолютно каждая часть тела Эрена была прохладной по ощущениям, лишь добавляло какой-то странности. Прохлада помогала справляться с болью и начать чувствовать что-то иное, отчего все внутренности словно переворачивались. Парень не хотел признавать этого. Нет. Но сейчас он даже прекратил кричать, прекратил пытаться что-то сделать, просто практически расслабился и закрыл глаза. Даже слезы уже высохли на его щеках.       Эрен убрал руку с его лица, вновь хватая за волосы, наматывая длинные пряди на кулак и тяня за них на себя. Этот фиолетовый цвет в его руках сегодня казался ещё более манящим, чем обычно. Самоконтроль полностью пропал, оставляя лишь чистое желание, погоню за ещё большим удовольствием. Сила достигла такой степени, что теперь были слышны шлепки бедер о бедра, бессвязные звуки Дрима, что сам закрывал свой рот тыльной стороной ладони, чтобы не показывать своего нарастающего внутри удовольствия. -А теперь тебе нравится, да? -Он сказал это с заметным удовлетворением от того, что происходит, расплываясь в улыбке. -Я знал, что ты такой же, как и я. Не пытайся врать сам себе, что это не так.       Его собственный голос, наполненный триумфом и похотью, слегка срывался от ощущения того, как его сжимают, когда он в очередной раз натягивает волосы чуть сильнее, царапает чувствительную кожу юноши своими ногтями. Красные полосы покрывали поясницу, оставляя ощущение жжения. Капли пота стекали по обоим телам, волосы прилипали ко лбу, становилось невыносимо жарко.        Чувствуя приближение кульминации, Эрен переместил свободную руку на зону около ключицы Дрима, второй все так же контролируя движения его головы с помощью волос. Снова воспользовался своей позицией и наклонил голову юноши, жадно целуя, чувствуя вкус крови и впитывая ртом каждый выдох и стон из чужого рта. Ладонь парня поднялась и легла на боковую сторону шеи старшего, словно притягивая ближе, прежде чем пальцы на ней слегка сжались от особо резкого движения до предела, которое заставило выгнуться и простонать прямо в губы.        Появилось странное ощущение какой-то наполненности, удовлетворения, когда они наконец-то оторвались друг от друга. Оба тяжело дышали и глаза Дрима закатились и прикрылись. Неожиданно для Эрена он обмяк в его руках сразу после завершения, потеряв сознание от сильного перенапряжения. -Фух.. Такой слабый, я даже немного разочарован. -Сказал он, вытирая поблескивающие капли пота со лба.       Мужчина разочарованно выдохнул и опустил тело на пол, на ту самую ткань, что раньше была одеянием. Отстранившись достаточно, Эрен встал и собрался уходить, оставляя юношу в таком состоянии одного. Но что-то помешало ему это сделать. То ли слишком жалкий вид, то ли он наоборот, выглядел слишком притягательно, что это помешало так просто уйти. Мужчина и сам не понял, так что присел на корточки перед телом на полу, осматривая его состояние. Такой побитый, грязный и использованный на вид - полная противоположность первоначальному виду.        Сердце забилось чуть быстрее и Эрен испугался этого ощущения. Такой интерес к чему-то или кому-то он испытывал впервые. Всю следующую ночь он провел рядом с этим парнишкой, приводя его в порядок влажной тканью, что намочил в роднике неподалеку. Вытер каждый след крови, вытер оставшуюся краску с лица и даже накрыл какой-то тканью, решая остаться рядом с ним до самого его пробуждения. "И чем ты только так меня зацепил.." Эрен хотел это выяснить. С твердой уверенностью принял решение ещё немного побеспокоить этого человека, побыть рядом, узнать его получше и найти причину такой заинтересованности.        С первыми лучами солнца их стали искать остальные жители сгоревшего храма, что уже сумели найти себе жилище за ночь. Не досчитались лишь нескольких особ, одними из которых были Эрен и Дрим. Их обоих видели, в отличие от остальных людей в списке, так что искать смысл ещё был. Признаться честно, многие были даже рады тому, что Дрим внезапно исчез. Хотя желать зла ближнему своему было грешно, но после всего случившегося... Навряд-ли вера восстановится к первоначальному виду. Возможно, даже доверие к божеству рухнет.        Единственное, что можно было узнать, так это то, что тот юный монах, что так и не закрыл церемонию, сейчас был пугающим для множества людей. Его внезапная пропажа только навела больше подозрений. И без того загадочные события прошлой ночи и вечера стали казаться ещё более мистическими. Многие разделились, прочесывая окрестности около центра города и места около храма.        Эрен прекрасно знал, что поиски начались, так что пора было выбираться наружу. Парень так и не проснулся - пришлось потрясти его за плечо. Дрим распахнул глаза и прошипел от боли. На плечах всё-таки были свежие ранки, которые после касаний загорелись огнем с новой силой, побеспокоенные касаниями. -Пора возвращаться. Накинь что-нибудь, если не хочешь быть изгнанным за свой ненадлежащий вид.       Дрим нахмурился. "Сам сделал это со мной и теперь указывает..." Невыносимо было даже подумать о том, что кто-то может так себя вести, особенно этот мужчина. Внутри всё закипало от гнева, но всё-таки ведь он был не человеком. Немного поморщившись, парень присел на полу, хватаясь за голову, что будто раскалывалась. Ткань сползла с него чуть ниже, обнажая следы зубов и ногтей. Все тело болело. Каждая рана напоминала о себе, посылая дискомфорт всему его существу. Ещё и эти волосы, что постоянно цеплялись за все эти болезненные места...        Наконец-то нашел что-нибудь, что мог бы надеть и скрыть все грехи прошлой ночи. С помощью Эрена выбрался наружу, оглядываясь на выходе. -Старый склеп..? Вы серьезно, Эрен? -Там никого не было, не бойся. Ничью душу мы не потревожили.        Стало немного легче при этой подробности, однако ни раздражение, ни страх не покидали душу, которая постепенно меняла цвет своего пламени, становясь всё темнее с каждым часом пребывания в этом израненном и измученном теле. Даже ходить было немного трудно. Только крепкие руки, что практически волокли Дрима, помогали хоть как-то передвигаться на ногах.        Добравшись до ближайшего пункта, где был хоть кто-нибудь из людей со сгоревшего храма, чтобы узнать какие-то новости, Эрен остановился и передал Дрима в руки обеспокоенного жреца. Принявший парня мужчина не заметил ничего странного, кроме его ужасной усталости на вид. -Игумен Эрен, вы нашли его.. Где он был? И что случилось.. -Не имею представления. Нашел его таким неподалеку. Может, кто-то из местных жителей постарался. Вы знаете как теперь к нему относятся. -Знаю.. Благодарю Вас. Мы помолимся за его здоровье и благополучие. Бедный парень..        Дрима увели, чтобы накормить и привести в чувство. Эрен же остался на месте, расспрашивая о том, что случилось и какие теперь планы.        С того дня всё стало как прежде. Служители с поддержкой монахов занялись разбором руин храма. Многие во временной точке пребывания занялись переписью известных историй и легенд, которые многие старцы знали наизусть. Записывали молитвы и правила, ритуалы и обряды. Заново рисовали образы, заново собирали реликвии. Много чело уцелело из предметов, ведь большинство были из негорючих материалов. Их состояние заметно ухудшилось, но реставрацией уже занялись знающие люди. Постепенно началась перестройка и возрождение как религии, так и храма.       Всего за месяц были готовы уже первые комнаты первого этажа, между которыми сейчас блуждал Дрим в сопровождении своих сверстников, помогая с покраской и росписью стен. Все твердо решили, что новый храм будет ещё более величественным и они сами об этом позаботятся. Сколько бы юноша не старался, сколько бы не брал на себя работы, все равно многие относились к нему совсем иначе, чем раньше. Часто тыкали пальцем, пялились на него, когда тот не смотрел. Стоило только поймать чужой взгляд, как смотрящий тут же переводил взгляд в другое место и продолжал работу. Каждый день эти косые взгляды, каждый день эти обвинения, что звучали шепотом между собой когда те думали, что Дрим не слышит.        В очередной раз, неся ведра с краской и раствором для ремонта по коридору и напевая, он поймал на себе чужой взгляд. Такой осуждающий, с явным отвращением. От этого стало не по себе. "Они так смотрят.. Я чувствую себя изгоем. Может мне и нет места среди них?" Даже если бы Дрим добровольно покинул службу, его бы не оставили и за пределами священных территорий. Абсолютно каждый житель города и даже за его пределами уже знали лицо этого парнишки, знали то, что случилось. Так откровенно винили его во всех бедах, даже когда тот старался всё исправить..        Он остался совсем один. Некому было выслушать его. Переживания, страхи, ощущение отстранённости - все это накапливалось и заставляло теперь лишь делать вид, что все в порядке, когда внутри все медленно умирало. Груз ответственности и знаний давил на него всё сильнее. Всё-таки Дрим теперь знал, хотя и не до конца верил, что среди них действительно есть кто-то более могущественный, кто вел обычную жизнь и скрывался. Точно.. Раз никто не хотел с ним общаться, то, может, можно поговорить лично с Эреном об этом? Столо только о нем подумать, как эта фигура с синими волосами показывалась где-то рядом, пронзая своим знающим взглядом. И так было уже не первый раз. "Действительно знает где я нахожусь?"       Снова обернувшись на ощущения холодка по спине Дрим заметил его. Эрен стоял неподалеку, опираясь на стену плечом. Листал ту самую книжку, которую вечно носил на поясе. Чёрное перо теперь было у него за ухом, словно небольшое крыло. Одеяние теперь было черным и более строгим. Видимо, дресс-код немного сменили. Либо просто повысили в звании. Было много вопросов. Где он пропадал, о чем говорил, что узнал? Дрим выдохнул, собираясь с мыслями и шагнул в сторону спокойной фигуры. -Эрен.. Могу я поговорить с Вами лично?        Мужчина отвлекся на голос, захлопнув книжечку и переводя все внимание на длинноволосого, цвет волос которого уже померк настолько же, насколько и его жизнерадостность и оптимизм. -Пойдем.        Мужчина пошел к выходу, ожидая, что за ним последуют. Впереди ожидал тяжёлый разговор, который раскроет много тайн и добавит ещё больше новых загадок. … Продолжение следует~