Partners in crime

- Говорят. . . Что все законы этого мира по своей сути являются «проклятьем». По гримёрке разносится меланхоличный голос, отражающийся от хрусталя как блик на глади вод. Он подобен штилю на огромном озере, когда сама природа подмечает, что настал момент остановить свой ход и окунуться в размышления. Интересно, что это спокойствие никак не нарушают визажист и её помощники, появляющиеся и исчезающие перед зеркалом. Они безмолвно выполняют свою работу, двигаясь в быстром, но в то же время плавном темпе. Перед массивным зеркалом, разукрашенным драгоценными камнями и позолоченной лепниной, восседает она - Примадонна Царской труппы. Непревзойдённая певица, вокалу которой готова сделать реверанс сама Фурина-де-Фонтейн. Взошедшая на морозный небосклон звезда Снежнограда, несущая песнь о сверкающем бриллиантами прекрасном и о стеклянной тонкой лжи. Водяница. - Таким образом, жить по законам. . . Значит страдать от совокупности всех проклятий. Говоря это, девушка бросает мимолетную улыбку, лишённую искренности. Это не первый и не последний раз, когда театр даёт оперетту не чтобы заработать, а чтобы скрыть от глаз народа очередное нарушение закона и морали. Водянице давно известно, что пока она сияет на сцене, в Снежной происходят покушения на убийство, террор и государственные преступления. Она знает. Но не спешит менять расклад событий. - Ты имеешь в виду снежные бури, проект «Стужа» или. . . Саму Царицу? Ах, верный друг её души - Алёша. Верный друг и партнер по достаточно скандальным идеям. Охотник, выслеживающий не дичь, а господ из высшего сословия, рискнувших поступиться законом. Тень, следующая позади Примадонны и Прима-балерины. В его руках блеснула начищенная револьверная винтовка, заранее готовая к очередной охоте. - Идём, нужно опередить Лелека. Вопрос остался без ответа, но в глубине души, Алёша давно знал истину, за которой следует оперная певица. Не первый год они вместе идут по этому потрескивающему льду, растерявшему свою могучую волю и устойчивость к штормам. Её Величество Царица издавна не питает любви и веры в свой народ, как и они к ней. Она закрылась от людей ледяной метелью, что как шаль всегда развивалась за её спиной. Единственные, кто удостоился от неё аудиенции и одобрения - Предвестники Фатуи, преследующие больше собственные цели, чем несбыточные мечты Крио Архонта. Анастасия Фёдоровна Снежная - загадка для этноса морозных земель. Символ любви, столетия назад потерявший свой смысл. Персона, возводящая природу Альвов в абсолют, но в тоже время, так ненавидимая альвийскими князьями, отрицающими конец Белого Царя. Алёша никогда не понимал стремление правительницы вывернуть мир наизнанку, бросить вызов смотрителям Тейвата. Альвы и старцы из простого люда конечно поговаривали, что Небесный Порядок запятнал любовь Царицы, что вследствие и подтолкнуло её к оппозиционным действиям по отношению к Теням, но Алёшенька верил этим сказаниям с большим трудом. Часто, у обычного человека не находилось времени для размышления о мотивах собственного Архонта, ведь его жизнь по прежнему будто неслась галопом по полям брани, и к сожалению, нередко рано обрывалась. Опустившись в омут мыслей, охотник не сразу заметил, что Примадонна закончила с приготовлениями и уже направлялась в сторону кулис. Её движения были тихими и невесомыми, как движения плавников у подводных созданий. Мимо неё проносились работники театра, добавляющие последние штрихи композиции, дабы успеть до первого звучания оркестра и исчезновения занавеса. В коридоре, идущем от дальних кулис, промелькнула леди Одетта, крутя в руке ритуальный клинок. От её пачки разлетелись чёрные перья, подчёркивающие колоритность образа Прима-балерины. Тут Алёшу резко осенило, что сегодня в театре дают не только оперетту «Прекрасная Елена», но и знаменитый на весь Тейват балет «Лебединое озеро». Прошлым вечером он конечно читал брошюру, но не придал этому особого значения. Теперь же он осознал, что шанс успеха значительно вырастает, если граф Лелек останется и на балет. Ему не суждено избежать наказания за свои провокационные слова и поступки в сторону противников проекта «Стужа». - Алексей. Словно лебедь, плывущий из тени, рядом появилась Одетта. Накинув плащ на плечи, она ждала когда охотник обратит свой взор на неё. Прима-балерина была одной из немногих, кто разделял ношу Алёши. Но в отличие от скромного стрелка, она лишала жизни элегантно, будто всё ещё продолжала танец на сцене. - Если ты не справишься со своей задачей, я завершу дело вместо тебя. Мы не можем позволить себе оставить Лелека на свободе. Одетта редко заводила с кем-то разговор, даже в компании постоянных клиентов, каждый раз зазывавших Прима-балерину присоединиться к ним, она предпочитала молча наблюдать за происходящим, иногда поддерживая диалог дежурными фразами или и вправду интересуясь ситуацией. Алёша проводил отдаляющуюся фигуру Прима-балерины без слов, он понимал, что бы он ни сказал, для леди Одетт это уже не имело никакого значения. Тем временем, Водяница неспешно располагалась в реквизите, который представлял из себя большую жемчужницу. Внутри был расположен матрас, скрытый под шёлковой тканью, чтобы добавить чуть больше удобства Примадонне. Остальных певиц и певцов такой роскошью не радовали. Суровый мир культуры и искусства, практически ничем не отличался от настоящего. За блеском украшений, дорогими тканями, ухоженным видом и ярким светом скрывался тот же самый мрак, что был везде. Водяница с ненавистью вспоминала те времена, когда даже в театре не было никакой этики и личных границ. Дворец культуры тогда казался аналогом публичного дома, просто заместо куртизанок были певицы и балерины, которые ещё кое-как могли отстоять свои права и в случае чего защитится именем театра. Лишь при содействии Фатуи прежние устои понемногу канули в лету. Примадонна слегка обернулась, ища взглядом дорогого друга. - Если законы - это проклятья. . . То у нас есть только два варианта. Алёше было необязательно отвечать. Их разговоры на подобные темы чаще были монологами Водяницы, ведь она лучше него разбиралась в этой теме. Водяница была любимицей Ла Синьоры, и поэтому с её помощью смогла получить образование и подходящий для таких разговоров опыт. Когда до Снежной дошла весть о том, что Восьмая Предвестница Фатуи погибла в Инадзуме, Водяница окончательно лишилась чувств, став блеклой версией прошлой себя. Только благодаря усердной работе визажистов, постановщика и директора театра для зрителей она всё ещё была яркой звездой. В мыслях Алёши всплыло короткое, но очень печальное воспоминание. Как он утешал Водяницу, стараясь не оставлять её подолгу в одиночестве. Девушка проливала слёзы каждый раз, когда бросала взор на поминальную записку или проходила мимо мест, где раньше она всегда встречала леди Розалину. Именно Розалину. Водяница имела натянутые отношения с Фатуи, но от неё не отворачивалась никогда. Алёшенька и не сосчитает, сколько вечеров минуло с того момента, но он с трепетом хранит память о том, как стал ближе к Водянице. Пускай и благодаря такому опустошающему событию. - Либо мы отвергаем законы. . . Либо. . . Алёша постарался взглядом показать, что Водяница заходит слишком далеко за грань. Туда, где один неверный шаг или неосторожно сказанное слово становятся приговором. В его глазах читалось напряжение, легкий страх и. . . Смирение? - Ты хочешь сказать, что нужно следовать им? или приспособиться к ним? Голос Водяницы слегка дрогнул, приобретая отчаянное звучание. Она не сомневалась в Алёше, но не была готова мириться с тем, что он излишне осторожничает. - Ни то, ни другое. Её радужка глаз потемнела, знаменуя о том, что в этот момент она отбрасывает свою человечность. Как никак, Водяница сирена, лишь принимающая привлекательный для людей облик. Но с Алёшей она могла быть самой собой. Он не отвернулся от неё, когда узнал об этой стороне Примадонны. Он принял её, ведь в душе был таким же диким зверьком на этом шумном людском балу. - Мы найдём способ обойти законы. За занавесом стих шум из зала, внимая первым звучаниям оркестра. Алёшенька последний раз посмотрел на Водяницу, одаривая её лёгкой улыбкой, означавшей - «Мы вместе. Мы справимся», и быстрым шагом стал удаляться в сторону тёмного коридора. Пересекая длинное помещение, охотник юркнул в зрительный зал. Несмотря на заполненность театра, последний ряд оставался свободным, так ещё и менее освещённым. Револьверная винтовка расположилась на ограждении, не отражая опасный, в данный момент, свет. Под пение Примадонны, Алёша заканчивал настраивать оружие. Крестик прицела остановился на молодом беловласом человеке, что был одет как дворянин. Лелек. Охотник был уже готов совершить выстрел, как неожиданно обзор загородил силуэт. “Офицер Фатуи Валерий” - быстро пронеслось в голове Алёши, пока он машинально выискивал в куртке свисток. Придется отступить. Резким свистом охотник призвал своего фамильяра. Созданный из магической энергии волк бросился на офицера, в то время как Алёша быстро убирал винтовку и готовился либо к бою, либо к побегу. Увидев, что Алёша вынужден ретироваться, Одетта решилась на достаточно рискованный шаг. Промелькнуть за спиной фатуйского офицера, чтобы приставить ритуальный клинок к горлу жертвы. А дальше, как и планировалось. Устранение. Все люди в том ряду, как чуть выше и ниже были подставными. Прима-балерина воздушными движениями преодолела нужное расстояние, занося руку для атаки. Зал в это время восторженно кричал и аплодировал партии Водяницы. Один рывок и Лелек лишился дара речи и сознания. Его сдавленный вскрик тут же затерялся в хаосе из голосов, окончательно лишив того спасения. Алёша смог скрыться во тьме, благодаря необдуманному применению сил глаза Бога Валерием. Тот рассчитывал на то, что сможет своей магией остановить охотника, но не знал, что для Алёши это был идеальный момент для побега. Как только волшебное сияние рассеялось, а накастованный медведь сбавил ход, Валерий вдруг понял, что его ошибка уже могла стоить жизнь гражданину. Обернувшись, он увидел поток людей спешащих на антракт. Как только публика покинула амфитеатр, офицера ударило холодное осознание, что на месте того самого гражданина остался лишь тонкий след крови. Вбегая в просторное помещение гримёрки, Алёша надрывно вдыхал воздух, пытаясь прийти в себя. Он не смог. Вся надежда на Одетту. Скинув капюшон, он закрыл лицо руками, как будто пытался снять свою усталость как театральную маску. - Алёша.! До него донёсся тихий встревоженный возглас, от которого по коже пробежал холодок. В эту же минуту он почувствовал, как его, похоже, заключают в объятия. Сердце пропустило удар от осознания всей ситуации. Он ощущал, как дрожат руки Водяницы, обвивающие его плечи. От девушки волнами исходило напряжение, бьющееся об охотника и хрустальные статуи, стоящие неподалёку. Водяница почти уткнулась в его шею, от нервов иногда задевая щекой. Тревога понемногу отпустила её лишь тогда, когда Алёшины руки опустились ей на спину, выводя поглаживаниями волнистые линии. Его пальцы путались в длинных тёмно-бирюзовых волосах, но никто из них двоих не обращал на это внимания. Водяница медленно опустила голову на родное плечо, скрытое под меховым воротником. - Я в порядке. Всего пару царапин. Выдохнул Алёша, попытавшись придать своему голосу убедительное и мягкое звучание. Не получилось. Да и к тому же, Водяница со сцены прекрасно видела, как Офицер Фатуи ранил охотника в бок, в стремлении его остановить. Кожа в том месте саднила, а куртка и одежда были немного порваны. Повезло, что в этот раз без крови. - Я попрошу директора театра впредь быть более дальновидным в наших планах. Почему сегодня здесь были не просто рядовые Фатуи, а один из Офицеров.? - Это мы узнаем уже завтра. Статье в журналах быть. Алёша отстранился первым, направляясь в сторону шкафчиков, стоявших в глубине комнаты. Там всегда на всякий случай были медикаменты, мало ли, какая ситуация произойдет на очередной постановке. Водяница могла только проводить его взглядом, ведь скоро был её второй выход. Застыв в ожидании чего-то неизвестного, Водяница прикрыла глаза и отринула все душевные терзания. Немного помедлив, она догнала Алёшу, чтобы оставить на его щеке поцелуй, а после, улыбнувшись глазами, развернуться и направится в сторону кулис. Туда, откуда только что вышла Одетта с окровавленным клинком в руках.