Идол Вики

Выйдя из библиотеки, Аннет ещё какое‑то время стояла возле, будто хотела вернуться и сказать что‑то ободряющее, но слова никак не складывались. Она ведь сама и поручила Вики разобраться с багами, сама убеждала всех, что Вики справится лучше всех… А теперь видела, как тяжело той приходится. В груди неприятно сжималось от чувства вины — будто она, отдавая это поручение, не до конца осознавала, какой груз ложится на плечи подруги. «Может, я слишком многого от неё жду?» — пронеслось в голове, и эта мысль царапала изнутри, не давая покоя. Аннет глубоко вздохнула, пытаясь прогнать тревожные размышления, но они упорно возвращались, цепляясь за каждую деталь. Тогда это казалось правильным — опираться на сильные стороны команды. Но сейчас, видя, как Вики буквально выгорает, Аннет сомневалась: а не использовала ли она эту уверенность как оправдание, чтобы не брать часть работы на себя? «Так, ладно», — пробормотала она себе под нос, стараясь вернуть контроль над мыслями. Нельзя было позволить сомнениям парализовать её сейчас. Нужно было действовать, а не копаться в собственных ошибках. Решительно кивнув, словно подтверждая это решение, Аннет направилась к своему кубу. Войдя в свой куб, она вышла в офлайн на какое‑то время. Это был её способ собраться с мыслями — отключиться от бесконечного потока уведомлений, сообщений, запросов, которые требовали немедленного ответа. В тишине и темноте виртуального пространства, где не мелькали чужие аватары и не пищали оповещения, Аннет могла наконец услышать собственные мысли. Она закрыла глаза и просто сидела, позволяя напряжению понемногу уходить. Прошло около трёх часов. За это время она успела перебрать в голове десятки вариантов, как можно помочь Вики, какие ресурсы привлечь, кого ещё подключить к задаче. Но ни один из планов не казался достаточно хорошим. Каждый раз она возвращалась к одной и той же мысли: нужно снизить нагрузку на Вики, даже если это замедлит общий прогресс. Вернувшись опять в онлайн, Аннет первым делом проверила статус Вики — та всё ещё была в работе, судя по индикатору активности. Сердце снова сжалось от беспокойства, но она постаралась подавить это чувство. Сейчас нужно было сосредоточиться на том, что она может сделать прямо сейчас. И тут пришло сообщение от Лайк: она хотела, чтобы Аннет пришла в её комнату. Сообщение пришло относительно недавно — примерно пять минут назад. Аннет задумалась. Она знала, что им надо поговорить, но не знала, о чём будет говорить Лайк. В последнее время они редко обсуждали что‑то личное — всё сводилось к задачам, срокам, приоритетам. И эта просьба казалась чем‑то большим, чем просто рабочий вопрос. Возможно, Лайк тоже чувствовала, что ситуация выходит из‑под контроля, и ей нужна была поддержка. Или у неё появился какой‑то план, который она хотела обсудить наедине. Через минуты три Аннет уже была там. Комната Лайк выглядела так, будто в ней давно никто не задерживался надолго: на столе лежали стопки неактивных планшетов, экран на стене мерцал тусклым фоном, а сама Лайк сидела на диване, поджав ноги, и смотрела куда‑то в пустоту, явно о чём‑то задумавшись. Её поза выдавала напряжение — плечи были слегка приподняты, а пальцы нервно теребили край футболки. — Привет, Лайк… Ещё раз, — подходя к Лайк и садясь рядом, поздоровалась Аннет. — Угу, не думала, что ты прочитаешь моё сообщение, так ещё и придёшь, — задумчиво сказала идол, не сразу поворачивая голову. В её голосе слышалась усталость, смешанная с облегчением. — Ты же знаешь, я всегда смотрю сообщения, — спокойно ответила Аннет, стараясь своим тоном передать уверенность, которой на самом деле не чувствовала. Лайк лишь задумчиво кивнула, но потом до неё дошло, что Аннет действительно здесь, рядом, и это как будто немного встряхнуло её. Она выпрямилась, будто сбрасывая с себя тяжёлую пелену размышлений. — А… Ты здесь, — повторила она, теперь уже с лёгкой улыбкой, которая, впрочем, не дотянулась до глаз. — Да. И о чём ты хотела поговорить? — спросила Аннет, наклоняясь чуть вперёд, чтобы показать, что она полностью сосредоточена на собеседнице. Лайк помолчала ещё несколько секунд, собираясь с мыслями. Было видно, что слова даются ей нелегко, будто каждое из них приходилось вытаскивать из глубины, где они прятались за слоями сомнений и страхов. — А что, если мы не сможем найти хоть что‑то нужное? — наконец произнесла она тихо, почти шёпотом. — Я не хочу напрягать сильно Вики, она и так… — Лайк замялась, подбирая слова, чтобы не звучать слишком драматично, но в итоге просто махнула рукой, признавая, что любые слова будут недостаточны. — Не в лучшем состоянии. Аннет кивнула, не перебивая. Она понимала, о чём говорит Лайк. Они обе видели, как Вики держится из последних сил, как её ответы становятся всё короче, а паузы между ними — всё длиннее. Это было заметно даже тем, кто не знал её так хорошо, как они. — Согласна, я как раз думала об этом, — тихо сказала Аннет, чувствуя, как внутри снова поднимается волна вины. Но сейчас было не время для самобичевания. Сейчас нужно было думать о том, как поддержать обеих подруг. — Надо будет ей как‑то сказать, что если ничего не найдётся, чтобы не винила себя, — серьёзно сказала Лайк,— Ты же её знаешь. Она из тех, кто будет корить себя за каждую мелочь, даже если ситуация вообще не зависела от неё. — Ага, — коротко ответила Аннет, потому что любые длинные фразы сейчас казались лишними. Иногда простое «я понимаю» значило больше, чем целые речи. — Скажу честно, я уже сама теряю веру во что‑то лучшее, — с грустью прошептала идол популярности, и в этом признании было столько уязвимости, что у Аннет защемило сердце. Лайк редко позволяла себе показывать слабость, особенно перед другими. То, что она сделала это сейчас, говорило о том, насколько тяжёлой стала ситуация. Аннет положила руку на плечо Лайк — простое, но такое необходимое прикосновение, которое должно было передать то, что словами выразить было сложно. — Всё будет хорошо, ну, я надеюсь, — с уверенностью сказала она, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, даже если внутри всё дрожало от неуверенности. Иногда нужно было быть опорой, даже когда самой хотелось опереться на кого‑то. Лайк посмотрела на неё долгим взглядом, в котором читалась благодарность за эту попытку вселить надежду. Потом она вдруг резко подалась вперёд и крепко обняла Аннет, уткнувшись ей в плечо. Это объятие было не просто жестом поддержки — в нём была вся усталость, все страхи, вся тяжесть последних дней, которые Лайк наконец позволила себе выпустить наружу. — Как хорошо, что ты здесь, спасибо, мне это нужно было, — прошептала она, и голос её слегка дрожал. Аннет ничего не ответила, просто обняла в ответ, крепко прижимая подругу к себе. Она не знала, что будет дальше, не знала, найдут ли они то, что ищут, не знала, удастся ли снять нагрузку с Вики и поддержать Лайк. Но в этот момент единственное, что имело значение, — это то, что они вместе, и этого было достаточно, чтобы чувствовать себя чуть менее одинокими перед лицом надвигающейся бури. После объятия идолу позвонила Вики по видеозвонку. Экран загорелся, и на нём появилось лицо Вики — усталое, но с проблеском того самого азарта, который всегда появлялся у неё, когда она была на пороге открытия. — Хей, Лайк, — начала она, а потом, заметив Аннет, продолжила, — и Аннет, у нас есть вход за пределы Технолайка.