Курортный роман

Мимолетный взгляд на стену и тяжелый выдох от понимания, что уже идет пятый час нового дня, а он до сих пор не закончил новую картину. Пальцы стягивают резинку с блондинистых волос и парень чуть мотает головой, ощущая, как же сильно затекли абсолютно все мышцы на его теле. До такой степени, что кажется, он не встанет с этого стула, не сломав себе пару костей. Но встать всё-таки надо, чтобы хотя бы пройтись до туалета и наконец-то умыться. Бессонная ночь, уже третья подряд, наконец-то показывает себя во всей красе и под глазами залегли синяки, а улыбка уже и не показывается на пухлых губах. Наконец-то поднявшись и потянувшись до сладостного хруста в спине, парень медленно бредет в сторону ванной комнаты, по пути остановившись перед напольным зеркалом. Хёнджину в марте исполнилось двадцать два года, а он уже выглядел старше лет на пять из-за вечного недосыпа, истерик и слез. Даже сейчас, когда вроде бы до сдачи проекта оставалось совсем чуть-чуть и ты должен быть рад, что наконец-то отдохнешь, но… Вид Хёнджина вызывал лишь вопрос: "А ты вообще отдыхаешь?" Футболка, растянутая из-за того, что он любит прятать острые коленки под ней, сползала с одного плеча и оголяла ключицы, которыми Хёнджин всегда гордился, но предпочитал их всё-таки прятать, ведь негоже таким сокровищем сверкать просто так, за бесплатно, верно? Взгляд скользит ниже, цепляется за край футболки и выглядывающие из-под неё боксеры, а дальше на довольно крепкие бедра и те же острые коленки. Хван прикусывает пухлую губу и возвращается глазами к своему лицу и качает головой. Кажется, ему пора брать отпуск, желательно на несколько недель, а лучше сразу на полгода, чтобы отоспаться. Но для начала необходимо было, наконец-то, закончить проект. И может тогда он полетит в какую-нибудь страну, где сядет на берегу моря, возьмет свои лучшие краски и нарисует лучшую картину в мире, за которую выручит большие деньги... Но пока что, Хёнджин лишь вздыхает и скрывается в ванной комнате, чуть наморщив нос. Мысли об отдыхе заставили его покрыться мурашками, а значит, что пора действительно отдохнуть. — Для начала надо хотя бы денег найти для отпуска, идиот... — сам на себя начинает ворчать парень, выдавливая на зубную щетку мятную пасту, сонно моргая. Ему осталось совсем чуть-чуть. Совсем немного, буквально пару штрихов, но звук льющейся воды слишком убаюкивает и Хёнджин ничего не может с собой поделать. Глаза закрываются сами собой, рука у рта останавливается, так и не вытащив зубную щетку. Дыхание становится медленнее, а тело медленно клонит в сторону душевой кабинки. HanjiPABO, 05:48 АМ Эй, придурок, ты там живой????? Ало ОтВеЧаЙ Хёнджин вздрагивает от звука уведомления и резко делает шаг назад, из-за чего поскальзывается на коврике под ногами и чуть не падает на пол, но вовремя успевает ухватиться за раковину и удержать равновесие. Промыв рот после зубной пасты и умывшись, Хван берет телефон в руки и недовольно закатывает глаза. Конечно же Джисон не будет спать в это время. Тоже тот ещё трудоголик, который до посинения будет заниматься музыкой и сводить треки каких-то подростков, которые хотят быть популярными. Хёнджин думал о том, что ему тоже надо было устроиться на более стабильную работу, однако душа всё-таки больше лежала к рисованию. JinJin, 05:54 АМ Живой Что тебе надо? Время позднее уже Или опять у тебя там не клеится?

HanjiPABO, 05:55 АМ

Ой, завались

Я просто соскучился по своему любимому мальчику

Волнуюсь, ты там почти не отдыхаешь, это пугает

JinJin, 05:55 АМ Вау Умеешь чувствовать? Интересно, конечно... Ну, спать хочется конечно, но мне немного осталось Хочу в отпуууск

HanjiPABO, 05:55 АМ

Хочешь подарок?

Давай я тебе кину денег, а ты полетишь куда-нибудь и нормально выспишься

JinJin, 05:56 АМ Ты идиот???

HanjiPABO, 05:58АМ

Да

Лови

И на этом его лучший друг просто выходит из сети, пока Хёнджин в абсолютном шоке смотрел на деньги, что упали на его банковский счет. Если прикинуть, то их хватит на две недели классного отпуска, где-то на островах, поэтому, даже не раздумывая о том, чтобы вернуть деньги Хану, Хёнджин бросается к рабочему месту и открывает крышку ноутбука, вбивая в поиск горящие туры. На глаза падает прекрасное бунгало на острове Крит в Греции. Хёнджин, не думая ни минуты, сразу же бронирует там место, а после кидает в корзину билеты на самолет и оплачивает всё в ту же секунду. Теперь, мотивации, чтобы как можно быстрее закончить проект, стало еще больше и Хван, убрав ноутбук, возвращается к работе. Надо было постараться и ускориться в несколько раз, чтобы броситься в это спонтанное решение с головой... И, черт, возможно это было лучшим решением за последние пару лет.

***

Вещи собираются быстро. Хёнджин не глядя кидает в чемодан несколько шмоток из гардероба, туда же кидает свой излюбленный скетчбук, набор карандашей и плавки. Он планирует много купаться, спать и пить алкоголь. Может даже познакомится с симпатичным греком и они вместе проведут этот замечательный отпуск, а потом Хёнджин оборвет все контакты и улетит обратно в Сеул... В любом случае, самое главное, что радовало парня сейчас - возможность просто выдохнуть и представить себе прекрасные две недели счастья и крепкого сна. Вскоре он уже садится в такси, взъерошивает волосы и направляется в аэропорт. Погода была прекрасной. Солнце лучиками целовало лицо Хёнджина всю дорогу до точки назначения, таксист попался довольно молчаливым, поэтому парень с удовольствием надел свои наушники и просто крутил любимые песни по несколько раз, чувствуя, как в груди распускается самый чудесный цветок счастья, который появлялся в редких моментах, но всегда приносил только самые приятные ощущения. Регистрация на рейс, досмотр и вот он уже сидит на своем месте возле окна и улыбается, от нетерпения ёрзая на своем месте. Лететь, конечно долго, почти двенадцать часов, но оно того явно стоило. Хван мечтал наконец-то упасть на большую кровать и просто заснуть, а потом сходить на море и плескаться там весь день. В голове он прокручивал почти сотню вариантов того, что можно будет сделать за всё это время и этот список не уменьшался, а совсем наоборот. Как только самолет отрывается от земли и начинает набирать высоту - Хёнджин закрывает глаза и проваливается в сон. Полет и правда длится довольно долго, зато Хван пропускает большую его часть и просыпается ровно тогда, когда шасси касаются земли в другой стране. Снова по кругу досмотр, проверка документов и, наконец-то, Хёнджин переступает порог аэропорта и оказывается в солнечной Греции, на острове Крит. Слава Хан Джисону, что когда-то начал практиковать с Хенджином английский язык, ведь теперь он может и такси вызвать, и по пути в отель рассказать о себе и послушать от улыбчивого мужчины, как же хорошо живется на острове. Хёнджин же с ним абсолютно согласен. Солнце. Море. Что еще надо для счастливой жизни? Мужчина завозит его прямо на парковку отеля и благодарит за увлекательный диалог. Хёнджин с радостью оставляет мужчине чуть больше нужного и вылезает из машины, крепко сжав ручку чемодана. На первый взгляд отель был потрясающим. Там были и номера для тех, кто любит классику, и те самые бунгало на воде, в которые он просто ужасно хотел попасть. Выдохнув, парень поправляет кепку на голове и заходит в отель.

***

— То есть… То есть, как это, у вас не было больше свободных номеров? Вы предлагаете мне делить постель с неизвестным для меня человеком? Господи, это хотя бы мужчина? Я не представляю, чтобы девушка попала в такую ситуацию, мне будет её очень жаль, — Хёнджин искренне возмущен. Столько лететь и терпеть ради того, чтобы миловидная девушка на ресепшен, сверкая своей улыбкой, с горечью сообщила о том, что в отеле закончились номера? Хёнджин не то, чтобы возмущен. Он просто в бешенстве! — К сожалению, наша программа тоже ошибается. Мы не можем вас переселить, у нас очень много гостей. Но если в течении вашего отпуска у нас освободится хотя бы один из номеров, то мы с радостью его вам предложим! А пока примите вот эти абонементы в спа и в наш бассейн, — девушка протягивает два буклета и снова улыбается, на что парень лишь раздраженно выдыхает и выдергивает из руки администратора эти чертовы буклеты. Хотелось начать кричать и бить головой об стол, но Хёнджин не хотел еще больше испортить себе отдых тем, что его упекут в психушку. — Добрый день, у меня бронь на бунгало. На фамилию Бан, проверьте, пожалуйста, — слышится справа и Хёнджин поворачивает голову, нахмурившись. Рядом с ним стоит симпатичный мужчина, лет тридцати. С кудрявыми черными волосами, ямочками от улыбки на щеках и с легким загаром. От него пахло морем и каким-то ужасно приятным запахом. Хван на момент растерялся. — Да, конечно, — девушка, что обслуживала его, лезет в компьютер и сразу же тянется за «извинительными» буклетами, — Прошу прощения, но это бунгало зарезервировано на двух людей. Свободных номеров увы нет, поэтому единственное, что мы можем вам предложить, это абонементы в… — но девушка не успевает закончить, потому что мужчина протягивает руку вперед и мягко её останавливает. — Не стоит, все в порядке. Вы тут ни в чем не виноваты, надо было мне лично звонить и резервировать номер, — и он смеется, а Хёнджин покрывается мурашками от этого бархатистого смеха. И вот с этим он будет две недели жить? С этим ходячим тестостероном? — Эм. Здравствуйте, — Хёнджин быстро делает шаг вперед и обращает внимание этого мужчины на себя, — Я Хёнджин. Я, типа, буду с вами жить в одном номере эти две недели. Думаю будет лучше познакомиться и обсудить все прямо сейчас, раз уж мы одновременно приехали. А вас как зовут? — спрашивает Хван, чуть наклонив голову вбок и незаметно прикусив кончик своего языка. — Кристофер. Можно просто Крис. Либо Чан, я так понимаю, что вы из Кореи, — улыбается мужчина и протягивает руку вперед, — В этом номере есть небольшая перегородка между спальней и гостиной. Можем разобраться в том, кто где будет спать уже на месте. Девушка, дадите ключи? — и Чан поворачивается на администратора, что сразу кивает и быстро протягивает мужчине ключи от номера. Хёнджин получает точно такие же и недовольно цокает языком. Хоть этот Крис и был довольно приятным на вид, но все-таки хотелось провести этот отдых в одиночестве… Чан же спокойно идет впереди Хёнджина, пока тот яростно ударял подушечками пальцев по экрану своего телефона, отправляя гневное сообщение Джисону. Ему необходимо было кому-то выговориться и просто услышать слова поддержки, но, кажется, Джисон очень крепко спал, поэтому и не отвечал. Но, отведя душу, Хёнджин просто пишет в конце-концов, что Джисон редкостный идиот, который губит свое здоровье, а после убирает телефон в карман, остановившись перед бунгало. Роскошный дом, что стоял прямо на воде. Панорамные окна, уходящие в пол, довольно большие размеры самого дома и, самое главное, лестницы перед самым входом, чтобы можно было сразу спуститься в воду и купаться неподалеку от места отдыха. Хёнджин приоткрывает рот от шока, а после на губах расползается широкая улыбка. — Господи… Слава богу я выбрал это место, — парень заходит за Чаном и осматривается внутри дома. Большой диван, небольшая кухня, чтобы быстро приготовить что-то, что ты купил в местном магазине. Справа от входа дверь в ванную комнату, а за диваном стояла перегородка, за которой пряталась просто огромная кровать. Хёнджин ставит чемодан возле обувницы и бросается к кровати, прыгая на неё всем телом, — Бог ты мой, да тут просто замечательно! — Хван раскидывает ноги и руки в форме звезды и закрывает глаза, вдыхая потрясающий запах свежего белья. Чан тихо смеется и ставит свои сумки на диван, проводя ладонью по кудрявым волосам. Самым главным оставался вопрос, как делить пространство? — Хёнджин, понимаю что тебе хочется полежать на этой кровати подольше, но надо решить, кто на ней все-таки будет спать, — улыбается Чан и присаживается на край кровати, заинтересованно наблюдая за тем, как парень просто… Лежит. — Мх… А давай ты побудешь таким же джентльменом, как на ресепшен, и уступишь кровать мне? — спрашивает Хёнджин, открывая один глаз, чтобы посмотреть на Чана. Тот снова смеется этим чертовым бархатистым голосом и качает головой. — Всё должно быть честно, милашка. Давай так: кто победит в "камень-ножницы-бумага", тот выбирает себе спальное место. Договор? — спрашивает мужчина. Хёнджин сразу же кивает, даже не заметив, как покраснели его собственные уши от этого прозвища. Его редко так называют даже знакомые. А тут целый незнакомый мужчина… Хван садится на постели и вытягивает вперед кулак, улыбнувшись с азартом. И Чан этот азарт с радостью поддерживает, присев на стул рядом и так же вытянув руку вперед. На счет три - Хёнджин показывает рукой ножницы, а вот кулак Чана оказывается неподвижным и он пожимает плечами, поднимаясь со стула. — Эй! Вот вообще нечестно, ты отвлек меня своими ямочками, дурак, — Хван слегка краснеет от стыда, потому что ранее не проигрывал в эту игру ни разу, и снова падает на кровать. Это действительно задевает его хрупкое эго и сразу хочется начать спорить, но в голову быстро возвращается мысль о том, что они вообще-то с этим парнем не друзья и не станут ими после поездки. Но вдруг Бан смеется и откидывает голову назад, из-за чего Хёнджин был вынужден залипнуть на красивую шею мужчины и его кадык. — Ой, да ладно. Мне просто хотелось посмотреть на твоё лицо. Я выбираю для себя диван и буду спать там, он довольно удобный. Но в душ я пойду первый, уж прости, — Чан улыбается и уходит в сторону своей сумки, чтобы достать что-то, а после скрыться в ванной. Хёнджину же становится стыдно во второй раз и он мычит, уткнувшись в подушки. Вот так опозориться перед красивым мужчиной. Настолько сильно опозориться! JinJin, 07:13 РМ Джисон Это ужас Я в одном номере с классным мужиком И Я ТАК ОПОЗОРИЛСЯ

HanjiPABO, 07:13 РМ

ЧЕЧЕЧЕЧЕ

В СМЫСЛЕ

С МУЖИКОМ??????

Он в твоем вкусе?

JinJin, 07:14 РМ ПИЗДЕЦ КАКОЙ Он сыграл со мной в "КНБ", а потом отдал мне кровать... А СЕЙЧАС В ДУШ ПОШЕЛ Я не планировал влюбляться на отдыхе, НО Я ВЛЮБЛЯЮСЬ....

HanjiPABO, 07:15 РМ

Бро

Ты забыл, что тоже что-то типа бога?

Скажи ему, что он симпотный

Да и поебитесь

Ты сколько лет уже без секса?

JinJin, 07:15 РМ Понятно Пошел в жопу

HanjiPABO, 07:16 РМ

Я ПОМОЧЬ ХОТЕЛ ЭЙ...

Хван убирает телефон на тумбочку и снова поворачивается в сторону ванной комнаты, прикусывая губу. Нет, Джисон был абсолютно прав, потому что Хёнджин был без секса уже... Господи, да он даже не помнит, сколько лет он ни с кем не спал. И, если честно, Крис был довольно привлекательным вариантом, чтобы закрутить курортный роман, а после забыть про это навсегда, но Хёнджин не может так поступать. Да, эти мысли были привлекательны, но в реальность он их никогда не воплотит. Не хочет потом думать о том, что он упускает, когда оставляет второго человека в неведении. Вот только, стоит двери в ванную комнату открыться и показаться Чану в дверях, только с полотенцем на бедрах, все моральные принципы Хёнджина уходят на второй план. Этот парень был чертовски горячим. С шикарным телом и замечательным смехом. — Нет, я знаю, что симпатичный, но чтобы настолько откровенно? — спрашивает Чан, подходя снова к своей сумке и доставая оттуда крем и духи, — Смотри там слюнями не подавись. Хотя, если тебе так нравится... — и Крис тянется руками к полотенцу на бедрах, из-за чего Хёнджин взвизгивает и закрывает лицо ладонями, снова вызывая смех у мужчины. — Ты всегда перед незнакомцами ходишь полуголым или у тебя есть хотя бы какое-то чувство приличия? — спрашивает парень, стараясь не дать себе посмотреть на мужчину снова, но пальцы возле глаз медленно раздвигаются и Хёнджин с поразительным интересом наблюдает как капельки воды стекают по торсу Чана. Тот жмет плечами и поворачивается спиной, открывая вид на широкую спину. — Нет, только перед симпатичными парнями, которые проигрывают мне в детских играх, — отвечает мужчина и хихикает, а уши Хёнджина вновь заливаются красным от смущения. — Я не проиграл! Я просто... — Отвлекся на ямочки, да, я слышал. Кстати, я собрался прогуляться до местных магазинчиков и потом поесть что-нибудь на пляже. И буду рад компании, так что если захочешь, то присоединяйся, — и Чан скрывается в ванной снова, закрыв за собой дверь. Хёнджин моментально хватает телефон и отправляет еще пару сообщений Джисону, а после подскакивает с кровати и переодевается во что-то, что больше подойдет для пляжной прогулки-свидания. JinJin, 07:25 РМ ОН ВЫШЕЛ ГОЛЫЙ У НЕГО ОБАЛДЕННЫЙ ПРЕСС ОН НАЗВАЛ МЕНЯ СИМПАТИЧНЫМ Я ВСЁ Надеюсь, что он просто окажется мудаком и мы классно переспим, а потом я не буду по нему страдать... Надеюсь...

HanjiPABO, 07:30 РМ

Бро, зная твою удачу...

В целом, неважно

Повеселись и классно проведи время, вот и все)

***

Пока Чан был в ванной, Хёнджин сменил почти пять разных комплектов одежды. Он всё не мог выбрать именно ту одежду, в которой будет уместно пойти на эту спонтанную прогулку с ужасно симпатичным парнем. Хван меняет образы один за другим и в итоге останавливается на белых шортах и такой же белой футболке. Базово? Да. Но мозг Хёнджина не смог придумать нечто интересное. Поэтому внутри теплилась надежда на то, что Чан не будет смеяться над ним и не отменит прогулку. Им ведь еще жить в одном номере. — Итак, — Чан выходит из ванной уже одетый и улыбается, осматривая Хёнджина с ног до головы, — Тебе идет. Так вот, я бы хотел сначала зайти за каким-нибудь местным угощением, а потом посидеть на пляже. Заодно посмотрим этот городок получше, как тебе мысль? — спрашивает мужчина, достав небольшую сумку-бананку и кидает туда документы, кошелек и ключ от номера, а после надевает через плечо. Хван пожимает плечами и распихивает все свои вещи по карманам шорт, чтобы не занимать руки. — Как угодно. Я иду с тобой только потому что мне скучно, — отвечает Хёнджин, задрав нос, но внутри он уже избивает себя ногами за такие слова. Господи, почему он просто не может флиртовать в ответ? И всегда, вместо смущенного смеха из него вырываются чертовы оскорбления или того хуже... Но Чана это, кажется, нисколько не задевает, потому что он снова очаровательно смеется и открывает дверь, предлагая Хёнджину выйти из номера первому. Тот картинно закатывает глаза, но в душе становится приятно, хотя бы из-за факта того, Что Чан снова улыбается ему своими дурацкими ямочками. Первой остановкой на их пути становится небольшая лавка возле отеля. Пожилая женщина с яркой улыбкой приветствует их на английском и красочно рассказывает про свой товар, предлагая попробовать некоторые фрукты. Чан берет две зубочистки и накалывает на них два ломтика арбуза, съедая один. Хёнджин смотрит с некоторой завистью, но ничего не трогает. Он не думал о том, что будет что-то покупать, поэтому даже не взял с собой кошелек. Он остался в номере на кровати, а просить у Чана... Это было бы довольно странно, ведь они знают друг-друга всего пару часов. Но стоит только Хёнджину вновь упасть в мрачные мысли, как перед лицом Чан дергает кусочком арбуза и улыбается. — Милашка, не теряйся тут, хорошо? Вот, попробуй, он очень сладкий. Я думаю, тебе понравится, — мужчина протягивает кусочек арбуза прямо к губам парня и тот удивленно хлопает глазами, потому что Чан не дает ему зубочистку в руки. Нервно сглотнув, Хёнджин приоткрывает губы, хватает ими арбуз и быстро проглатывает, даже не успев толком прожевать кусочек, чем вызывает новую волну смеха со стороны Чана. — Хватит ржать уже, что тут смешного? — парень скрещивает руки на груди и отворачивает голову, чтобы Чан не заметил красные щеки, но, кажется, Чан и без этого понимает, насколько сильно он смутил своего нового знакомого. Он больше ничего не говорит, просто просит нарезать два стаканчика разных фруктов и протягивает деньги. Хёнджин непонимающе смотрит на Чана и, когда они выходят из лавки, всё-таки поворачивается на мужчину. — Зачем тебе два стакана? Ты разве съешь всё это в одиночку? — спрашивает Хёнджин, приподняв одну бровь. Чан в ответ улыбается и протягивает стаканчик парню, пожав плечами. — Кто сказал, что я буду есть в одиночку? Я бы не оставил тебя голодным. Тебе же понравился арбуз, вот я и купил тебе. Ешь. И пойдем дальше, у нас еще целый день впереди, — мужчина разворачивается и идет по дороге прямо, пока Хёнджин с недоумением плетется за ним, медленно съедая свежие фрукты из своего стаканчика. Только к вечеру они наконец-то доходят до пляжа и это становится лучшим решением, что они принимали за весь этот день. Людей почти нет, вода самой лучшей температуры на свете. Так и хотелось сразу зайти в воду и просто плавать, не беспокоясь больше ни о чем. Хёнджин уже хочет свернуть с дороги на песок, как вдруг замечает, что Чан пошел вообще другим путем. — ЭЙ, — он останавливается и одергивает футболку, — Ты куда? Пляж вообще-то в другой стороне. Или ты решил меня тут кинуть? — спрашивает парень, чуть нахмурившись. Чан же останавливается и поворачивает голову, а на лице сияет всё та же яркая улыбка. — Я схожу за перекусом, вон там небольшой магазинчик. А ты пока найди нам местечко, где можно будет расслабиться и присесть, хорошо? Я быстро, даже оглянуться не успеешь,— и он продолжает свой путь, через пару минут скрываясь в том самом магазинчике. Хёнджин же закатывает глаза и всё-таки идет на пляж, занимая неплохое место под деревом. Совсем рядом с водой. Где можно просто сесть и волны сами будут достигать твоих ног без особых усилий. Хван сразу же стягивает с ног кеды, ставит их рядом и присаживается на песок, наконец-то позволяя себе закрыть глаза и расслабиться. Шум волн, пение птиц где-то далеко. И никаких людей рядом. — Скучал? — рядом слышится знакомый голос и Хёнджин открывает глаза, смотря на Чана, что присаживается рядом, поставив пакет прямо перед ними. Оттуда мужчина достает бутылку вина, пару пластиковых стаканчиков и небольшую нарезку из сыра, колбасы и каких-то еще деликатесов. А так же почти целый стакан свежей клубники. — Откуда у тебя столько денег, господи... Ты что, миллиардер? Мне кажется, после всего отдыха я тебе буду должен несколько миллионов долларов, — Хёнджин подгибает ноги под себя и заинтересованно рассматривает импровизированный стол. Чан разливает вино по бокалам, открывает все закуски и протягивает один из стаканчиков Хёнджину, чокнувшись с ним. — Предлагаю выпить за прекрасный отпуск. Чтобы мы оба отдохнули и вернулись к работе с новыми эмоциями и приятными воспоминаниями, — Чан выпивает вино почти залпом и довольно жмурится, а после спокойно усаживается на песок, подтянув одну из ног к груди, — И нет, я не миллиардер. Просто своя небольшая студия. Занимаюсь музыкой, помогаю другим. Веду блог, все дела. Что-то с этого имею, поэтому спокойно могу купить нам хорошее вино и заставить тебя смущаться. — Я не смущаюсь! — сразу же начинает отрицать Хёнджин и закатывает глаза, но вино отпивает, просто потому что оно действительно было вкусное. Чан же снова смеется, а после снова пускается в рассказы про свою работу, про жизнь на две страны и про то, каким последним был его рабочий день. Хёнджин внимательно слушает мужчину, медленно съедая кусочек за кусочком и запивая это всё вином, но со временем он всё-таки отвлекается от слов Чана и его взгляд становится пустым. Хван погружается в свои мысли и болтовня мужчины становится лишь фоновым шумом наравне с волнами. — Эй. Очаровашка. Ты тут? — Бан аккуратно касается чужого плеча и Хван заметно вздрагивает, а после быстро хлопает глазами, пытаясь понять: где он и что вообще происходит. Чан больше не смеется, но смотрит с такой теплой улыбкой, что Хёнджину становится плохо. В голове снова всплывает мольба о том, чтобы Чан просто оказался редкостным мудаком и разбил ему сердце. Потому что не может быть настолько идеального мужчины. — Почему ты отдал кровать мне? Ты ведь выиграл, разве нет? — в ответ задает вопрос Хван, приподняв бровь. Чан удивленно таращится на парня, а после усмехается. — У нас была честная борьба. Я победил и выбрал диван. — Ни за что не поверю в то, что ты предпочел неудобный диван, а не кровать. Зачем ты уступил мне? Мы ведь даже не знакомы толком. Чан не отвечает сначала. Он переводит взгляд на море и вздыхает, опираясь руками на песок позади себя, провожая взглядом солнце, что медленно уходило за горизонт. Хёнджин тоже терпеливо ждет и так же молчит. Алкоголь немного дал в голову, а вкупе с усталостью парень понимал, что, как только его голова коснется подушки - он сразу же уснет. — Ты выглядишь уставшим. И, несмотря на улыбку и показушную грубость, ты расстроен и, возможно, зол. Я понимаю, что тебе хочется провести отпуск без назойливых соседей. Без того, чтобы тебе делали мозг и так далее. Поэтому с моей стороны было бы честно отдать тебе хотя бы малую долю комфорта, которую я могу. Тебе будет приятно спать на удобной кровати, а мне будет хорошо от того, что тебе комфортно. Вот и всё. Я сделал это не из корыстных побуждений. — А из каких тогда? Чан усмехается и поворачивает голову на парня, внимательно разглядывая его лицо. Глаза цепляются за пухлые губы, за мешки от усталости под глазами. За, почти незаметные, морщинки и очаровательную родинку под глазом. — Ну, представь. Тебе довелось пожить в одном номере с ужасно симпатичным парнем, который залипает на твой голый торс и очаровательно краснеет каждый раз, стоит тебе сказать что-то смущающее. Думаю, ответ очевиден. Мне захотелось бы сделать этому парню настолько приятно, насколько я вообще смогу. Просто потому что я могу это сделать. И я знаю, что тот совсем не против этого, — говорит Чан, а щеки Хёнджина медленно краснеют. Он резко встает, хватает свои кеды и быстрым шагом идет в сторону их бунгало, под новый взрыв смеха со стороны Бана. JinJin, 2:11 АМ Джи... Это ужас. Он не мудак. Он хуже... И у меня от него бабочки.

***

Хёнджин впервые за очень долгое время спит как младенец. Возможно, алкоголь сделал всё-таки свое дело и помог мозгу отключиться. Возможно, всё дело было в том, что Чан слишком замучал его долгой прогулкой по острову. Но факт оставался фактом. Едва голова Хвана коснулась подушки - он тут же отключился, даже не удосужившись поменять одежду на пижаму. Настолько сильно он был вымотан. Даже сны не снились, что его очень радовало утром, стоило только открыть глаза. Чан уже не спал. Более того, он что-то мычал себе под нос, распаковывая завтрак, который, видимо, им принесли из ресторана. Хёнджин не торопился подниматься с кровати, вместо этого он перевернулся на другой бок и впился глазами в широкую спину мужчины, сглотнув. Да уж... Всё, что он услышал вчера на пляже, снова всплывало в голове и заставляло кровь приливать к щекам. Хотелось еще посмотреть, что ему ответил Джисон на вчерашнее сообщение, но пока Хван предпочитал просто наблюдать за Чаном. Его кудри растрепались, на лице было всё ещё сонное выражение лица. И, в целом, с утра этот парень выглядел еще... Милее, что ли? Хёнджин точно не понимал, что конкретно он чувствует. С одной стороны, довольно странно что-то вообще говорить о чувствах, когда они знакомы меньше суток. С другой - почему бы и не помечтать? В жизни Хёнджина романтики почти не было, поэтому даже представлять подобное было очень приятно. — Я знаю, что ты уже проснулся. Давай, умывайся и садись завтракать, тут принесли на нас двоих. Причем, что-то очень вкусное, — спокойно говорит Чан, поставив каждое из блюд на небольшой столик. В мини-баре он находит сок и разливает по стаканам, удовлетворенно кивнув. Хёнджин недовольно хнычет, понимая, что его заметили, а после всё-таки встает и потягивается. Футболка сползает на одно плечо, а губы сами собой складываются уточкой, стоит Хвану начать потягиваться. Он даже не сразу понимает, насколько бесстыдно Чан пялится на него. — Чего смотришь? — усмехается он и встает с кровати, шаркая в сторону ванной. — Нравишься, вот и смотрю, — абсолютно спокойно и легко отвечает Чан и пожимает плечами, садясь за стол и отпивая сок из стакана, — давай быстрее, а то я тут всё съем и тебе ничего не оставлю! И я не шучу. Серьезно все съем, я очень голодный, — эти слова заставляют парня вздрогнуть и как можно быстрее скрыться за дверьми ванной. Быстро умывшись и ополоснувшись в душе, Хёнджин начинает вытирать волосы полотенцем и, только в этот момент, до него доходят слова Чана, что он сказал несколькими минутами раньше. "Нравишься" Что?! Хёнджин смотрит на себя в зеркало и видит - уши медленно краснеют, а губы начинают дрожать. Он нравится Чану. И тот это сказал вот так просто? Даже несмотря на то, что они знакомы буквально сутки? "Тебе просто кажется. Не может так всё быстро продвигаться, вы не в дешёвой манге или фанфике. Прекрати, Хёнджин, ты себе слишком надумываешь" — думает про себя Хван и быстро вытирает лицо полотенцем, а после наконец-то выходит из ванной. Его порция всё-так же была нетронута, а Чан что-то искал в своем телефоне. Парень мнется всего пару секунд, а после садится за стол и берет вилку. — Я очень хотел съесть твою яичницу, но решил, что тебе на сегодня понадобятся силы. И много, поэтому ешь и собирайся. Нам надо на пляж, — Чан поднимает глаза от экрана телефона и дарит Хёнджину какую-то непонятно нежную улыбку, а после, снова смотрит в экран, подергивая ногой. Хван старается не придавать этому особого значения и медленно начинает завтракать. Причем еда оказывается очень даже неплохой, хотя, не Хвану выбирать. Обычно он не завтракал - так, выпивал воды с утра и бежал по делам, а потом весь день ныл, что желудок скручивало от голода. Сейчас он вполне в спокойном темпе доедает все и кладет тарелки в небольшую раковину, выпрямляясь. — Всё? Отлично, переодевайся и я буду ждать тебя снаружи, — говорит Бан и покидает бунгало, прикрыв за собой дверь. Хёнджин же решает не задерживать ни себя, ни мужчину и, быстро переодевается во вчерашний образ, выбегая из домика вслед за Баном. На улице светит солнце, которое Хёнджин обожает всем сердцем. Он равняет шаг с Чаном и прячет руки в карманы шорт, осматриваясь. — Куда мы идем? — спрашивает он у Чана, когда они проходят мимо магазинчика, где вчера Бан покупал фрукты. Сегодня вместо милой старушки там сидит какой-то мужчина. — На пляж. Будем купаться и отдыхать, ведь мы прилетели сюда ради этого, — отвечает Бан и улыбается. Хван в ответ лишь приподнимает бровь, но ничего не говорит. Вместо этого он просто продолжает идти с этим мужчиной, что был таким странным, но вместе с этим притягательным. В голове всё ещё был вопрос, а надо ли это всё Хёнджину? Влюбляться, разбивать себе сердце и разбегаться на разные концы страны, не зная, как друг-друга найти. Не то чтобы Хван вообще искал в своем небольшом отпуске какую-то огромную любовь, но… — Эй, ты чего застыл, милашка? Пойдем, а то все хорошие места на пляже разберут! Ты плавать то умеешь? — Чан выглядит как тот, ради кого можно разбить собственное сердце. Просто потому что было понятно сразу: эти отношения будут страстными и безумно волнительными. И неважно, что будет после. — Иду я, иду. И плавать не умею, я предпочитаю просто ходить. Вода… Пугает, — Хван мотает головой и скрещивает руки на груди, осматриваясь. Слишком рано для того, чтобы кто-то толпился на пляже. Разве что мамочки с детьми, которые абсолютно не понимали, что детям необходимо дать отдых. — Ничего, со мной научишься. О, смотри, пляж пустой! — с восторгом говорит Бан и ускоряет шаг, а Хёнджин на это лишь ворчит, но спешит следом. Неужели этот парень вообще не видел пустых пляжей? Они расстилают плед на песке, Чан кладет в уголки собственную обувь и телефон с повербанком, а после стягивает футболку, оставшись в одних шортах. Хёнджин в этот момент подвисает и просто бесстыдно пялится на него. Шесть кубиков пресса. Тело такое, словно его выковал греческий бог. Хёнджину даже становится немного стыдно от того, что он так сильно отличается телосложением от Чана. Ему бы тоже хотелось похвастаться красивым торсом и кубиками, но вместо них у него был плоский живот, какая-то талия и сутулая спина. Впрочем, раньше он совсем не обращал внимания, что он какой-то не такой. Наоборот, ему нравилось свое тело, пусть и не полностью. Но сейчас он выглядел особенно жалко. — Нравится? — спрашивает Бан, стягивая с себя шорты, чтобы остаться в одних плавках. И когда он успел их надеть? — Пойдем. Только я раздеваться не буду, — Хёнджин закатывает глаза и направляется в сторону воды, чтобы поскорее оказаться там и не светить своим телом перед Чаном. Тот приподнимает бровь и хватает Хвана за руку. — Сними хотя бы футболку, она же вон какая белая. Жалко будет, если запачкается, разве нет? — спрашивает Бан, склонив голову к плечу. Хёнджин в ответ на это кусает нижнюю губу и пожимает плечами, а после всё-таки стягивает с себя футболку, положив её на плед. Вот черт. Как же ущербно он выглядит на фоне Чана. Просто ужасно... — Идем уже, — Хёнджин направляется в сторону воды и искренне старается не дать плохим мыслям заполнить его голову. Он хотел отдыхать и веселиться, а не страдать от собственных комплексов и того, какой же Чан на самом деле хороший. Правда его всё еще не отпускает надежда на то, что он окажется полным мудаком. Тогда Хван оправданно сможет страдать и даже без угрызения совести. Чан идет за ним следом, но почему-то молчит. Не смеется, не подкалывает, как до этого. А просто молча следует за парнем, подходя к воде. Хёнджин сглатывает и медленно заходит в воду, вздрагивая от того, насколько она прохладная. Вскоре они оказываются в воде по колено и Хван постепенно привыкает к этому. Он в целом боялся открытых водоемов. Не до панических атак, конечно, но всё равно. Больше по душе ему были бассейны с чистой водой, где можно было увидеть всё. Чан рядом продолжает молчать, но через пару минут аккуратно обвивает рукой чужую талию и тянет на себя. — Пойдем. Надо учиться плавать, — улыбается мужчина, начиная движение в сторону глубины, но Хёнджин упирается пятками в дно и мотает головой, не желая идти за мужчиной, — Милашка, это не так уж и страшно, просто доверься мне, я не дам тебе утонуть. Обещаю. Со мной ты в безопасности! — Я боюсь! — почти визжит парень и делает шаг назад, пытаясь вырваться из чужих рук, вот только не рассчитывает силу, с которой Бан его удерживает. Поэтому он дергается еще раз, спотыкается о какой-то корень в воде и летит в воду, погружаясь в неё с головой. Чан сразу же бросается к парню и вытаскивает его, убирая волосы с лица. — Черт... Прости, не хотел, чтобы это вот так обернулось. Но правда, давай мы с тобой поплаваем? Пойдем ближе к берегу, чтобы ты не утонул случайно. Обещаю, я не отпущу тебя, — Бан действительно выглядел обеспокоенным и Хёнджин, будь он неладен, чувствует это чертово "ту-дум" где-то в сердце. В голове до сих пор крутится одна единственная просьба. Пусть Чан будет мудаком... Бану как-то удается уговорить Хёнджина немного поплавать у берега. Он поддерживает парня за живот, помогает правильно грести и терпеливо объясняет, куда и как нужно девать все части тела, чтобы держаться на плаву. Хван старается слушать, правда старается. Вот только перед глазами всё время маячит чужая грудь, по которой стекают капли воды. И кожа Чана так соблазнительно блестит в лучах солнца... Хотелось не плавать. Хотелось укусить этого парня за плечо и оставить свой след. Но эти мысли он старался отгонять как можно дальше, смиренно двигая руками и ногами в стиле лягушки. — Вот умница. Ты быстро учишься. — Чан сейчас стоял на коленях, чтобы быть на уровне Хёнджина и держать его под животом, — Сейчас, еще пару минут вот так проплаваешь и можешь уже без моей помощи в свободный путь, — смеется мужчина, наблюдая за парнем. Тот закатывает глаза, но ничего не отвечает. потому что слишком сосредоточен на том, чтобы просто не утонуть к чертовой матери. Наконец-то он выдыхается и перестает двигать руками и ногами. — Всё, я устал. Пойдем на берег, я хочу выпить воды и перекусить. Твое плавание здорово утомляет, — вздыхает Хван и встает на ноги. Чан поднимается следом и ерошит мокрые волосы парня. У Хвана пробегает мысль, что сейчас они стоят как два придурка в воде по колено и смотрят друг на друга в ожидании чуда. Чан не делает первый шаг в сторону берега, ровно как и Хёнджин. — Знаешь... — тихо начинает Бан, пододвигаясь ближе к парню и укладывая ладонь на его талию, ощущая, как вздрагивает парень рядом, — Тебе кто-нибудь говорил о том, что ты похож на чудесную фею, м? — ладонь идет выше, к груди, но останавливается на ребрах, — Ты такой бледный, как вампир или аристократ. Безумно красивый... Эй, а может ты и правда какой-то принц, который случайно оказался в этом времени? — К чему ты клонишь? — спрашивает Хёнджин, который на минуту забывает как дышать в этом чертовом море. Потому что он чувствует дыхание Чана на своей щеке, ощущая, как начинают бежать мурашки по всему телу. Господи, настолько давно у него никого не было? Что вот от такого простого флирта, а Хёнджин уверен, что это именно он, парень начинает плыть? — К тому, что ты безумно красивый. И мне хочется поцеловать тебя. Причем с самого первого дня нашего знакомства, но я понимаю, что это слишком быстро и не хочу тебя напугать. Хотя... Знаешь, не каждый парень пойдет в пугающую его воду только по одной просьбе. Значит я тебе тоже не безразличен, а теперь, пойдем на сушу. Ты уже дрожишь, — улыбается Чан и, наклонившись, подхватывает Хёнджина на плечо, направляясь в сторону их места. Хван вскрикивает от шока и хватается за широкие плечи Бана. — Отпусти! Что ты... Эй, отпусти, кому говорю?! У меня есть ноги, я способен ходить сам! — кричит Хван и слабо ударяет кулаками по чужой спине, но Бан в ответ лишь смеется и отпускает парня только когда они оказываются у пледа. Хёнджин сразу же падает на него и выдыхает. Столько нервов потрачено за пару дней их знакомства! Неужели это всё будет длиться целых две недели?! Чан, казалось бы не смущенный ничем, присаживается рядом и закрывает глаза, подставив лицо лучикам солнца. И Хёнджин позволяет себе небольшую шалость: просто посмотреть, как этот парень наслаждается. Как улыбается. Как всё те же чертовы капли стекают по его рукам и торсу, оставляя за собой влажные следы. Хёнджину всё еще хочется укусить эту руку.

***

— Знаешь, чисто ради приличия ты мог уступить мне ту клубнику. Она оставалась последняя! — они возвращаются в свой домик только поздно вечером. Чану как-то удалось завлечь Хёнджина в путешествие. Они провели весь день, гуляя по достопримечательностям острова и Хёнджин, если честно, был в восторге. Потому что весь день Чан весьма намеренно касался его, брал за руку, обнимал за талию и просто находился рядом. Это всё доводило его до мурашек и внутри Хёнджин ощущал себя маленьким мальчиком, который впервые влюбился в старшеклассника и теперь прыгал от счастья всякий раз, как тот на него посмотрит. В целом, тут всё ощущалось ровно так же. — О, прекрати. Ты захотел её уже после того, как она оказалась в моем желудке. И я предлагал тебе, но ты отказался! — Чан добродушно смеётся и открывает дверь в бунгало, проходя первым. Ноги ныли от долгой прогулки, Хёнджину хотелось в душ и сразу упасть в кровать. Чан, казалось бы, думал о том же самом. И Хёнджину на момент становится очень стыдно за то, что Бан будет лежать на неудобном диване, вместо хорошей кровати, поэтому он... Он вздыхает и поворачивается на мужчину. — Ляжешь со мной? — спрашивает Хван, скрестив руки на груди. Бан замирает с кроссовком в руке и приподнимает бровь, — Не смотри на меня так. Ты тоже устал за целый день. Учил меня плавать, таскал на руках. Я хочу отблагодарить тебя, поэтому ложись со мной спать. Только руки чур не распускать. Отказов я не приму. Я в душ, — Хван разворачивается, взмахивает волосами и спокойно уходит в ванную, закрыв дверь. И только там весь этот напускной вид спадает и парень беззвучно кричит, закрыв лицо ладонями. Господи, что он творит? Неужели он и правда предложил этому мужчине поспать рядом? Господи, Хёнджин надеялся на то, что Чан будет распускать руки. JinJin, 11:22 РМ Джисон... Джи, пожалуйста Я не смогу это переживать в одиночку, мне плохо. ДЖИСОН

HanjiPABO, 11:30 PM

Господи, я тут. Тут!

Что уже у тебя случилось, дурак?

Он сказал, что ты не очень и вы поругались?

JinJin, 11:30 PM Хуже Гораздо хуже Он сказал, что я ему нравлюсь... Джисон, я в полной заднице. Он не мудак. Вообще нет...

HanjiPABO, 11:32 PM

Ну так в чем проблема?

Целуй, тащи в постель. Крути роман. Он тебе интересен, ты ему. Что тебя останавливает?

JinJin, 11:33 PM Моя тупая самооценка Хван убирает телефон и снова проводит ладонями по своему лицу, тяжело вздыхая. Ладно, может и правда пора отпустить себя и просто плыть по течению. По крайней мере, у них будет классный секс весь отдых и Хёнджин будет потом вспоминать его с тенью печали на лице. Встряхнув головой, парень считает до десяти и после этого включает воду, чтобы наконец-то принять душ и немного успокоить нервы. Он выходит из ванной только спустя час, чувствуя себя намного лучше. Кипяток действительно может залечить всё на свете. — Всё, очередь твоя. И приходи потом в кровать. Будешь пинаться - и я тебя скину к чертовой матери, — беззлобно ворчит Хёнджин, завязывая мокрые волосы в небольшой пучок, а после проходит мимо Чана на небольшую площадку перед их домом. Там был спуск сразу к океану, но Хёнджин вместо этого садится на качель и расслабляется. День полный потрясений. Становится немного легче от свежего воздуха и этой приятной прохлады. — Я присяду? — Чан выходит через минут десять и улыбается, склонив голову на плечо. Хёнджин хочет сравнить парня с щенком. но лишь молча кивает и отсаживается ближе к краю, чтобы Чан тоже мог сесть. Тот и правда садится, вот только так близко, насколько это возможно. Их колени прижимаются друг к другу и Хёнджин понимает, что снова безбожно краснеет и смущается. Чертов Чан... — Знаешь, ты довольно плохо скрываешь свои эмоции, хотя стараешься изо всех сил. Я это понял еще в вестибюле, когда ты кричал на ту бедную девушку, — Бан закидывает руку на спинку качели и улыбается, поворачивая голову на парня, — И это по-своему очаровательно, на самом деле. Серьезно. Эмоциональность сейчас не в моде, а мне такие нравятся. — Какое мне дело до того, кто тебе нравится? — ворчит Хёнджин, вздрогнув от ветра. Чан пользуется этим моментом и приобнимает его за плечи, из-за чего Хёнджин слегка наваливается на него. Хван совсем не понимает, что ему сейчас делать... То ли бежать, то ли идти в наступление. — Чтобы ты знал, что я не вру. Хёнджин, ты симпатичный парень. Очень интересный. Я не знаю всю глубину твоей предыстории, к сожалению мы знакомы слишком мало, но, честное слово, я бы хотел узнать тебя лучше. И я надеюсь, что ты позволишь, — Бан наклоняется и горячо выдыхает в чужое ухо, второй рукой сжав колено парня, что сейчас старался даже не дышать. Повисает тишина. — Чан ты... — Ты можешь не отвечать мне ничего и мы просто пойдем обратно в номер, ляжем спать, а наутро сделаем вид, что ничего этого не было. Но, Хёнджин, я бы рискнул попробовать. Мы два взрослых человека, нам теперь нельзя пускаться во все тяжкие? — смеется Чан и невесомо целует чужую щеку, прикрывая глаза. Хёнджин в ответ тихо мычит. поворачивает голову и смотрит в эти невозможные глаза. Чан не мудак, теперь это точно ясно. Он — змей искуситель. И Хёнджин только что попал под его чары. — Да черт с тобой, — шепчет парень скорее самому себе, нежели Чану, а после целует Бана, обвив руки вокруг его шеи. Чан отвечает практически сразу, помогает Хёнджину перебраться на свои колени и мычит, ощущая, как правильно чувствуется вес Хвана на нём. Хёнджин сейчас вообще ни о чем не задумывается. Его главная задача сейчас - целовать, пока не закончится воздух. Потому что их тянет друг к другу с той самой первой гляделки возле администратора. И Хёнджин просто больше не намерен скрывать то, что Чан ему интересен. Собственно, как и Чан. Поцелуй мокрый, слишком страстный для людей, которые знакомы всего ничего. Но Сейчас плевать на все, что было "нормой". Возможно, они не увидятся после этого отпуска. А может наоборот, улетят в одном самолете. Черт, Хван не знал, что будет завтра утром. Сейчас он целовал Чана до потери воздуха в легких и это было лучшим решением за весь этот долгий день. Постепенно они перемещаются в комнату и Хёнджин просто не может перестать улыбаться. Ему так приятно от того, как Чан его трогает, как заправляет волосы за ушко, как нежно целует и, самое главное, говорит... Парню кажется, что за все эти полчаса он услышал несколько десятков новых прозвищ, от которых голова идет кругом, настолько становится приятно. И успокаиваются они оба только тогда, когда от поцелуев начинают болеть губы, а усталость берет свое. — Руки можно распускать? — хрипло смеется Чан, когда ложится возле Хвана и аккуратно обвивает руками его талию, чтобы прижаться вплотную. И это ощущается настолько хорошо и правильно, что на губах у Хёнджина расплывается абсолютно идиотская улыбка. — Нужно. — в ответ шепчет Хёнджин, закрывает глаза и проваливается в сон, стоит голове коснуться подушки.

***

Хван так и не понял, как пролетела целая неделя его отпуска. Вроде бы, вот только он приземлился и вышел из аэропорта, как вдруг целая неделя просто пролетела перед ним, а парень особо не понял, когда это случилось. Просто теперь они с Чаном гуляют вместе. Ужинают вместе. Спят вместе, купаются, покупают фрукты, разговаривают и, самое главное, целуются. Много. Очень много. Хёнджин пытался считать, сколько раз за день Чан поцелует его, но сбился на двадцатом. Джисон в личных сообщениях уже шутит по поводу того, что они женатики, ведь на фотках Хвана в инсте Чана становится всё больше. Это не то чтобы сильно напрягало, но парень и сам понимал - их отношения становятся гораздо ближе, чем простой курортный роман. Хёнджин привыкает к тому, что вечером, после особо выматывающей прогулки, он может прижаться к Чану и уткнуться ему в шею, а Чан в ответ на это обязательно обнимет его и погладит по голове. Сам Чан может просто притянуть его к себе и поцеловать. Без вопросов. И Хёнджин просто позволяет ему это делать. — Кот, сегодня дискотека будет на территории нашего отеля. Сходим? Обещают классную шоу-программу, — спрашивает Хёнджин, листая ленту в телефоне, откуда собственно и узнал про мероприятие. Чан выглядывает из ванной с зубной щеткой во рту и кивает, а после его голова снова скрывается за дверью, из-за чего Хван смеется, — она будет в восемь вечера, так что мы успеем искупаться и перекусить. Ну или можем просто поваляться на кровати в обнимку, — Хван фыркает и замечает сообщение от Джисона.

HanjiPABO, 7:22 РМ

Брооооооо

Ну что, вы уже переспали, я надеюсь?

Или нет

Он приедет с тобой?)))

Я хочу заманить его в свою студию

JinJin, 7:22 РМ Бро, иди в жопу Не переспали Хотя... Нет.

HanjiPABO, 7:24 РМ

ПОЧЕМУ???!????!?

JinJin, 7:25 РМ Потому что это неважно. Если он так потрясно целуется, то и сексом отлично занимается Я итак по уши, а с таким сексом буду без ума А мне надо сохранять чистый и девственный ум

HanjiPABO, 7:25 РМ

Слова антонимы какие-то

Хёнджин и ум...

Странно

JinJin, 7:27 РМ Придурок — Я схожу нам за едой и мы можем искупаться возле дома, если хочешь, — Чан наконец-то выходит из ванной и садится рядом с Хёнджином, уже привычным движением обнимая его за плечи. Хван спокойно укладывает голову на грудь мужчины и расслабляется. Ему действительно с ним хорошо. Такого поразительного совпадения у парня не было очень давно и он даже не думал встретить родственную душу. Но Чан был именно тем, кто заставлял бабочек в его животе порхать от этих чувств. И Хёнджин начинал искренне верить в то, что эти чувства взаимны... — М-м... Давай. А потом будем танцевать до потери пульса, — смеётся Хван и поднимает голову, чтобы посмотреть в чужие глаза. Чан снова улыбается и, снова, эти чертовы ямочки на щеках, которые не дают ему нормально существовать. Чан медленно наклоняется и аккуратно целует Хёнджина, а тот незамедлительно отвечает, пальцами зарываясь в черные кудряшки. Как оказалось, Чан их особо не любил и всегда выпрямлял, но после душа волосы сами завивались в эти красивые кудряшки, которые Хван обожал трогать. Чан улыбается, смотря на Хёнджина, и снова целует его, прикрывая глаза. Кажется, они немного опоздают... Время пролетает незаметно. Хёнджин достает из чемодана одежду, которую еще не надевал. Красивую белую рубашку и брюки, которые прекрасно подчеркивали всё, что нужно было. Парень крутится перед зеркалом, не зная, что можно было бы добавить в образ, поэтому решает послушать совет от Чана. Тот как раз вышел из ванной в свободной футболке и джинсах. И выглядел чертовски сексуально. — Как думаешь, надо ли мне что-то добавить? — Хван поворачивается на Чана и тот мычит, прикусив губу. Он отворачивается к сумке и достает небольшую косметичку. из которой появляется тонкая серебряная цепочка с кулоном в виде солнца. Чан самостоятельно надевает её на шею Хёнджина и обнимает со спины за талию. — Вот так смотрится очень хорошо, — шепчет Бан в чужое ухо и слегка прикусывает мочку, проводя ладонями по животу Хёнджина и опускаясь гораздо ниже. Хван бы и рад поддаться этому игривому настроению мужчины, рад был остаться в этой комнате и заняться делом, но они собирались посетить мероприятие и он уже настроился на танцы. Поэтому он поворачивается и легонько чмокает Бана в губы. — Идем, — улыбается парень и, крепко сжав чужую ладонь, направляется в сторону места проведения мероприятия. Там уже во всю играла громкая музыка, люди постепенно стекались на главную площадку и начинали танцевать. Хван уже на подходе к месту понимал, что будет весело. Он постепенно и сам начинал пританцовывать, а как только нога ступает на танцпол, Хёнджин отрывается от Чана и просто растворяется в музыке. Ему нравилось танцевать. Он чувствовал каждую ноту, каждый новый бит и наслаждался этим. Тусовка становится всё ярче и громче. Хёнджин выдыхается через час и устало плюхается на диван рядом с Чаном, что как раз сходил за коктейлем. — Ты двигаешься замечательно. Надеюсь ты не против, что я тебя снял? — улыбается Бан, протягивая один из напитков Хёнджину. Тот послушно принимает бокал, отпивает алкоголь и улыбается. Он не верит, что всё может быть настолько хорошо. Но, кажется, судьба всё-таки дает ему шанс на счастливую жизнь. И ровно в этот момент диджей берет микрофон и объявляет первый медленный танец, приглашая парочки танцевать. Танцпол постепенно редеет и остаются только пары и некоторые одиночки, что просто любили медленную музыку. Чан молчит минуту, наблюдая за этим, а после поворачивается к Хёнджину, протягивая ему руку. Молча. Внутри Хвана растекается что-то очень теплое и он сжимает ладонь Бана, поднимаясь с диванчика и выходя вместе с мужчиной на середину танцпола. Чан обнимает его за талию, притянув к себе, а Хёнджин обвивает руками чужую шею, снова пальцами зарываясь в кудряшки. Они танцуют медленно, просто кружась по танцполу. Чан продолжает улыбаться, а Хёнджин краснеет от каждого комплимента, которые этот лис шепчет ему на ухо, а после целует под ним. Это доводило до чертовых мурашек... — Чан... — шепчет Хёнджин, положив голову на чужое плечо, наслаждаясь этим дивным вечером, — Я не хочу расставаться с тобой, — и закрывает глаза. Он был слишком влюбчивым. Чересчур доверчивым. За неделю он практически отдал свое сердце этому, по сути, незнакомцу, но он ни о чем не жалел. Он знал, что потом будет плакать. Что в случае отказа ему будет плохо и он наверняка начнет хандрить. Джисон будет его откачивать и, может, через пару лет он наконец-то сможет от этого отойти. Но Чан лишь улыбается и целует чужие губы, прикрыв глаза. — У меня будет командировка в Сеул через месяц. Я не могу тебе ничего обещать, как и просить такого же обещания в ответ. Но... Если ты не против попробовать отношения на расстоянии, то... — мужчина улыбается слегка и крепче сжимает тонкую талию Хёнджина. Тот сглатывает, ощущая мурашки по спине, а после хватает Чана за руку и тащит за собой. Бан удивленно следует за парнем, но ничего не говорит против. — Эй, детка, мы же... Черт, — Бан не ожидает того, что Хёнджин повалит его на кровать и сядет сверху, прижав к этой самой кровати всем своим весом. Мужчина хлопает глазами и укладывает ладони на чужие бедра, замечая этот странный огонёк в глазах парня. Кажется, он прекрасно понимает, к чему всё идет. И Чан не то чтобы против. — Я хочу тебя. Прямо сейчас и здесь. Если ты меня не трахнешь, то у меня будут большие вопросы, — усмехается Хёнджин, начиная нервно расстегивать пуговицы на рубашке. Бан пока предпочитает наблюдать за этим, подложив подушку под голову и улыбнувшись. Что же. Это действительно было довольно интересно. Вскоре Хван избавляется от этой надоедливой рубашки и наклоняется к мужчине, чтобы поцеловать его. С чувством, со всей своей страстью. И Чан отвечает так же страстно и пылко, как хочется парню сейчас. Его горячие ладони помогают развязать ремень на брюках и спустить их до колен, чтобы ничего не мешало чувствовать друг друга. Бан всё-таки перехватывает инициативу на себя. Он спускается поцелуями на шею, ладонями проникает под трусы младшего и крепко сжимает голые ягодицы, из-за чего изо рта Хёнджина вырывается первый сдавленный стон удовольствия. Становится чертовски хорошо, потому что Бан наконец-то позволяет себе оставить засос на белой шее и провести цепочку влажных поцелуев от этого засоса ниже, к ключицам. Глаза Хёнджина закатываются от удовольствия и он неловко хнычет, двигая бедрами и потираясь о чужой пах своим. Оба стонут в унисон. — Какой ты нетерпеливый... — Бан меняет их местами и теперь он нависает над парнем, прижав его руки к кровати. — Такой сладкий... Я не ожидал, что ты... Что ты решишься на такое спустя неделю после знакомства. — Зачем нам медлить? Взрослые люди... Будет обидно, конечно, если ты кинешь меня после этого, но тогда за тобой закрепится позиция мудака и я не буду так сильно страдать,— смеется Хёнджин и тут же слова прерываются его громким стоном.. Рука Чана пролезла в трусы и обхватила уже возбужденный член. — Слишком много говоришь, детка. И Бан медленно начинает двигать рукой, из-за чего Хёнджин выгибается, выдыхая от каждого движения чужой руки. Глаза закатываются сами по себе, а пальцы стискивают простыни. Господи, если он готов кончить от одной только дрочки, то это сильно плохо?.. — Ты выглядишь потрясающе, — шепчет Бан на ухо парня и улыбается, слегка прикусывая губы младшего. Но в итоге Чану всё-таки приходится отстраниться, чтобы достать из сумки рядом небольшой тюбик и презервативы. Хёнджин не сдерживает смех, потому что в его сумке лежит такой же набор. — Не смейся. Я знаю, что ты прилетел сюда с такой же мыслью, — фыркает Чан и наконец стягивает с себя футболку, откидывая назад. Хёнджин голодными глазами впивается в чужой торс, который всё еще хочется покрыть своими поцелуями и укусами. Черт побери, Хёнджин просто обязан это сделать. Но не сегодня. Сегодня ему хочется побыть слегка эгоистичным парнем и получить всю порцию внимания от Чана. Поэтому он, в довольно красноречивой манере, дергает штаны Чана вниз, чтобы тот их снял. Бан послушно стягивает джинсы с себя и раздвигает ноги парня, лежащего под ним. — Ты знал, что мне очень нравится твое тело? — спрашивает Бан, избавляя Хвана от ненужного нижнего белья, — Ты... Действительно безумно красив, я в восторге от твоих ног, от твоих длинных пальцев. А еще, от твоих рисунков, — Чан закидывает одну из длинных ног себе на плечо и тихо смеется, когда Хван заметно краснеет, — Прости, я побыл сталкером и нашел твою страничку в твиттере. Очаровательные рисунки, — мужчина целует чужое бедро и выдавливает смазку на свои пальцы, размазывая гель по чужому анусу. Хёнджин вздрагивает от прохлады и закрывает лицо ладонями. Резко накатывает смущение, из-за которого стыдно смотреть Чану в глаза, но тот лишь снова смеется, нежно поглаживая чужую ногу. — Детка-а... Ну зачем ты закрываешь свое прекрасное личико? — Чан медленно проникает одним пальцем внутрь парня и горячо выдыхает, потому что внутри Хёнджина чертовски узко, — Как долго ты... — Очень долго, — бубнит Хёнджин сквозь свои ладони, но всё еще не открывает лицо. Ему и стыдно, и приятно, и страшно. Всё это смешивается в один коктейль и мозг Хёнжина начинает кипеть. — Тогда придется потратить немного больше времени на растяжку... — бормочет Бан, продолжая медленно двигать пока еще одним пальцем. Он не торопится, дает Хёнджину время отдышаться и привыкнуть к забытым ощущениям. И, когда парень расслабляется, то Чан постепенно начинает добавлять пальцы, продолжая растяжку. И, спустя очень долгих пятнадцать минут внутри Хвана свободно двигаются сразу три пальца мужчины с таким пошлым хлюпаньем, что Хёнджин начинает хныкать от смущения. — Я сейчас с ума сойду... — шепчет Хёнджин, поднимая глаза на Бана и замечая, что тот полностью избавляется от всего, что было на нем из одежды. И, господи... Даже член у этого засранца идеальный. Чан замечает этот взгляд и тихо смеется, проводя кончиками пальцев по чужому животу, из-за чего Хёнджин вздрагивает и швыряет в него подушку. — Сходи с ума, мне это льстит. Ты готов? Если будет больно, то не молчи, хорошо? Говори сразу, я остановлюсь, — мужчина раскатывает презерватив по члену и смазывает его, добавляя смазки и между ног Хвана. Тот кивает согласно и устраивается удобнее. Чан выжидает пару мгновений и давит головкой на сжатое колечко, медленно продвигается внутрь, напряженно наблюдая за каждой эмоцией на чужом лице. Конечно, Хёнджину больно и он сигнализирует об этом легким ударом о кровать. Чан сразу же останавливается, ждет кивка и после продолжает двигаться. И, когда Бан вошел полностью, прижавшись к бедрам парня всем телом, он чуть не задохнулся от того, насколько горячо и хорошо внутри Хёнджина. От нервов он то и дело сжимал чужой член внутри себя и именно этим заставлял Чана тихо стонать. Бан медленно наклоняется к Хёнджину, упираясь локтями по обе стороны от его головы, и ласково целует опухшие губы младшего, чтобы успокоить его. — Я рядом, сладость. Не переживай, хорошо? — Бан аккуратно убирает мокрые волосы с чужого лба и тихо смеется, когда Хёнджин снова хнычет и обвивает руками его шею. Руки парня привычно лезут в кудри Бана и тот прикрывает глаза, носом ткнувшись в шею, прежде чем начинать двигать бедрами. Толчок. Еще один. Постепенно темп растет и Чан перестает себя сдерживать, вбиваясь в худое тело все быстрее и быстрее. Стоны Хвана становятся громче, а сам парень ерзает по кровати всякий раз, стоит члену Чана достичь той самой точки, которая посылает импульсы тока по всему телу. Это сводит с ума. Особенно то, как Чан специально давит на простату, чтобы вызвать ту самую бурю эмоций в Хване. У того выступают слезы на глазах и ногтями он царапает широкую спину Бана. А потом резко становится хорошо. Хёнджин даже не совсем понимает, как и когда. Просто в один момент он выгибается и на него наваливается такая усталость, а тело покрывается новой порцией мурашек. Чан не останавливается, продолжает двигаться, ударяясь о чужие бедра, и догоняет чужой оргазм, кончая в презерватив. Бан выходит из Хёнджина только когда голова немного проясняется, завязывает презерватив и кидает в сторону мусорки, даже не глядя. Потом уберет. Мужчина падает рядом с Хёнджином и целует его в щеку. — Вау... Я влюблился в тебя еще сильнее, — тихо шепчет Хван, повернув голову и устало улыбнувшись. Чан отвечает такой же уставшей улыбкой, прикрывая глаза и засыпая. Хёнджин же даже не задумывается о душе, просто потому что слишком устал, чтобы думать. Сон забирает его слишком быстро. Утром Хёнджин просыпается, когда солнце начинает светить прямо в глаза. Про шторы они вчера забыли напрочь, но это было последним делом, о котором следовало заботиться. Парень поднимает голову, сонно мыча, и замечает, что Чана рядом нет. Внутри все сжимается от непонятного и страха. Парень пытается подняться с кровати, но поясницу простреливает от резкой боли и он стонет, ложась обратно. Вчерашний вечер дает о себе знать во всей красе. Чана нет. Он ушел... И, кажется, всё-таки остался мудаком. — Блять... — Хван закрывает лицо ладонями, тяжело вздохнув. Главное не начать плакать. А то будет еще больнее. И только Хёнджин понимает, что, кажется, всё-таки расплачется, как дверь в бунгало открывается и появляется Чан с двумя пакетами в руках. Он старается ходить как можно тише и явно боится побеспокоить парня, но Хёнджин ведь уже не спит, поэтому тихо зовет Чана по имени и тот вздрагивает. — Господи, детка, ты меня напугал, — тихо смеется Бан и ставит пакеты на стол, после чего идет в кровати и садится на край. Хёнджин цепляется взглядом за засосы, за царапины, которые были видны из-под футболки и это всё приносит странное ощущение удовольствия. Это Хёнджин оставил такие следы, а не кто-то еще. Именно он. — А ты меня... Я подумал, что ты ушел и просто... Короче, что ты всё-таки оказался мудаком и я зря тебе доверился. Но, оказалось, не зря, — улыбается Хёнджин и целует Чана в губы, прижавшись к нему всем своим телом. Мужчина лишь смеется и отвечает на поцелуй, расслабившись. У него и в мыслях не было покидать младшего... Не после их ночи. Так что им предстоит еще долгий разговор по душам. Но это потом. А сейчас Хван тянет мужчину на себя и улыбается, стягивая с него футболку.

***

JinJin, 8:38 АМ Ты был прав Надо себя отпустить Я счастлив

***

— Обещай мне писать, ладно? В любое время, я всегда буду на связи, — Хёнджин вздыхает и крепко сжимает ладонь Бана. Они вместе сидели в аэропорту, только Хёнджин улетал на час раньше Чана. И в другую страну. Ему было невыносимо больно после двух недель замечательного отдыха покидать Чана на целый месяц. Но он надеялся на то, что всё-таки они еще встретятся. Что Чан снова поцелует его и назовет ласково. А Хёнджин улыбнется, достанет блокнот и нарисует его. Как рисовал всю неделю до конца отпуска. — Обещаю, родной. Я напишу тебе, как долечу. И ты тоже обязательно напиши, хорошо? — Бан кладет ладонь на щеку Хёнджина и поглаживает её большим пальцем, а после наклоняется и целует поджатые губы, — Напишу и по поводу командировки, и по поводу всего. Обещаю. А теперь беги, у тебя посадка заканчивается, — улыбается Чан и отходит назад. Хёнджин тяжело вздыхает, потому что хочет постоять рядом с мужчиной еще пару минут, но время действительно поджимало и младший в последний раз целует мужчину, убегая в сторону своего выхода. И когда Хван садится в самолет, то наконец-то выдыхает. Он отдохнул. Нашел кого-то, от кого сердце трепещет. И теперь он возвращается в Сеул. Так почему сердце все еще сжимается?

***

— А я говорил, что он горячий самец и вы всё равно переспите, — Джисон ставит на стол два стакана с кофе и садится напротив друга. Они пришли в кофейню, наконец-то состыковавшись с выходными, — И что, вы уже месяц просто переписываетесь? Он не собирается сюда? — Собирается, но командировку вроде перенесли. Я так и не понял, что случилось, но дата теперь другая, он прилетит неделей позже. Но я уже предложил пожить у себя, даже квартиру наконец-то прибрал, — тихо смеется Хван, оперевшись головой о собственный кулак, задумчиво размешивая кофе ложечкой, — Я так по нему скучаю. Из-за работы мы не можем часто созваниваться, но каждый звонок это... Что-то с чем-то. Я скучаю по нему. Хочу снова обнять и поцеловать... Короче, я влюбился, как полный придурок, да? — Да нет. Вы познакомились там. Даже переспали. А теперь общаетесь почти каждый день. Естественно оба по уши. Я уверен, он по тебе тоже скучает, — Хан отпивает кофе и прикрывает глаза, — господи, тут обалденный американо... Не зря я сюда каждый день хожу. — Ты сюда ходишь из-за того, что тут работает симпатичный бариста, а не из-за кофе. — Одно и то же. — Да ты просто влюбленный идиот. Ровно так же, как и я. Только у меня есть хотя бы шанс. — Да пошел ты в задницу, Хван Хёнджин. Тебе просто повезло! Парни смеются и начинают болтать на отвлеченные темы, просто потому что слишком давно не виделись. За весь месяц после того отпуска Хёнджин успел закончить три заказа во влюбленном порыве. Они старались созваниваться с Чаном каждый вечер, делились прошедшим за день, Чан по видеозвонку познакомил его с друзьями, а Хёнджин наконец-то дал контакты Джисона, чтобы парни могли обсудить музыку и совместное сотрудничество. Хёнджин засыпал каждый вечер с мыслью о том, что вот пройдет еще пару дней и они встретятся. И безумно расстроился, когда Чан сказал, что приедет позже. Но все-таки приедет. Правда больше по работе, но они в любом случае встретятся! — Ладно-ладно, всё. Ну обклеена у меня вся стенка его рисунками и фотками. Ну и что! Любовь не порок, я имею на это право! — возмущается Хёнджин, отставив чашку в сторону. Джисон почему-то молчит и смотрит на него с доброй улыбкой. И только Хван хочет задать вопрос, что вообще случилось, как на стол падает небольшой букет в красивой крафтовой упаковке, а Хёнджин чует до боли знакомый запах. — Привет, родной, — голос Чана заставляет сердце сжаться. Хёнджин медленно поднимает голову и визжит от счастья, буквально напрыгивая на мужчину с объятиями. Чан! Со своими дурацкими кудряшками, со своими абсолютно идиотскими ямочками на щеках. Его Чан! Его любимый Чан! — Дурак! Ты зачем обманываешь меня? — смеется Хёнджин сквозь слезы, покрывая поцелуями всё лицо мужчины. Тот обнимает парня за талию, привычным движением прижав парня к себе, и мягко останавливает поцелуем в губы. Джисон издает протяжное "У-у-у" и отворачивается, делая вид, что безумно увлечен выключеннывм телефоном. — Прости, я не хотел, чтобы ты грустил. Просто хотел сделать тебе сюрприз и, посмотри! У меня же это получилось, — смеется Бан, ласково заправляя волосы Хёнджина за ухо. Тот сглатывает, вытирает слезы с уголков глаз и кивает. — Получилось... Я люблю тебя, — шепчет Хёнджин, прижимаясь к парню всем телом. Тот обнимает Хвана крепче, утыкается ему в шею и кивает пару раз. — И я тебя люблю... — шепчет Бан так тихо, чтобы это услышал только парень. Джисон на диване напротив театрально закатывает глаза, но фотографирует эту парочку украдкой, чтобы потом показывать это фото на их свадьбе для подтверждения, что некоторые курортные романы всё-таки имеют счастливый конец.