Конец это лишь начало

Одна миссия превращается в две, две — в три, и вот Нацу теперь постоянно ходит на задания с Дреяром. На этот раз они отправились уничтожать культ тёмных магов. Лексус сначала хотел пойти один, но Драгнил просто последовала за ним, даже не спрашивая. — И за что мне эта головная боль? Старые руины горели, уничтожая все следы ритуала, пока культисты, избитые, валялись на земле. Виновница всего этого, присев перед последним, не потерявшим сознания, трясла его, что-то выпытывая. Драгнил слышала, как культисты говорили о её старшем брате, и была обязана спросить. — Где Зереф? Мужчину трясло от страха так, что он даже говорить не мог. Смотря в драконьи глаза, он с тихим писком отключился. Дреяр, не понимающий, зачем ребёнку страшнейший тёмный маг, всё же спрашивает: — Зачем тебе Зереф? Драгнил возмущённо оборачивается, но вспоминает, что не рассказала Лексусу о брате. Пнув бесполезное тело, она всё же отвечает: — Зереф — мой брат, и я ищу его. Замерев, Лексус смотрит недоверчиво. Отпустив тот факт, что ужасающий маг жил четыреста лет назад, это всё равно не имеет смысла. Лексус скорее поверит, что у неё беды с головой, чем в то, что она правда сестра Зерефа. — Зереф жил четыреста лет назад. Что-то ты не выглядишь старой. Хлопая глазами, Нацу пытается понять, о чём он говорит. Она не настолько старая, и Зереф тоже. — К тому же Зереф — один из самых злых и ненавистных людей в Фиоре. Эти слова заставляют её вздрогнуть. Нацу зло смотрит на Дреяра, надеясь, что тот врёт. — Неправда! Зереф добрый! Как он может так говорить, если даже не знает Зерефа? Брат всегда был добрым и мягким. Он даже играл Нацу колыбельные на флейте. Игнил был прав — люди глупые создания, а Лексус, выросший среди людей, перенял их глупость. — В любом случае, никому не говори, что ты ищешь Зерефа. Смотря на зло фыркающую девочку, Лексус ощущает надвигающиеся проблемы. Если кто-нибудь узнает, что по Фиору бродит странный ребёнок, зовущий себя сестрой Зерефа и ищущая брата, беды не миновать. К тому же в гильдии не все добры, как кажутся, и над Нацу могут начать жестоко издеваться. — Теперь хоть понятно, почему ты на каждом задании носилась повсюду. Недовольно шагая по лесу в ближайший город, Нацу, не оборачиваясь, говорит: — Не только Зерефа. А также братьев, сестру и Игнила. Следящий, чтобы на них не напали, Дреяр моргает. — Список большой. А кто такой Игнил? Остановившись и резко обернувшись, Драгнил начинает описание: — Игнил — король огненных драконов. Он весь в красной чешуе и размером с гору. Он также воспитывал меня, поэтому он мой отец. Ребёнок чуть ли не прыгает от волнения. — Ещё есть Гажил. Он почти как я, но слабее. Гажил ест металл и думает, что он круче, но лучше огня ничего нет. То есть убийц драконов несколько. Дреяр пытается переварить внезапно хлынувший поток информации. — Ещё есть другие. Они младше, но о них я плохо помню. Когда я очнулась здесь, то никого рядом не было, поэтому мне нужно найти их и защитить. С каждым словом ситуация становится абсурднее. Если этот ребёнок и вправду сестра Зерефа, которую воспитывал дракон, то Лексус видит только одно объяснение. — Похоже, ты переместилась во времени. Драконов не видели уже несколько столетий, а байки о Зерефе тоже существуют довольно давно. Так что, беря во внимание древний язык, на котором говорила Драгнил, остаётся только то, что Нацу переместилась из древних времён. — Что? От этого ребёнка одни проблемы. Лексус не нанимался нянькой, но почему-то за аномалией приглядывает он. Присев перед девочкой, он всё же интересуется: — Что последнее ты помнишь перед тем, как очутиться здесь? Непонимающе смотря на Дреяра, маленький дракон всё же закрывает глаза, пытаясь вспомнить. В голове со вспышками всё перемешивается, принося боль. Схватившись за голову, Нацу старается не рычать. — Там были врата... Большие врата посреди леса, ведущие в никуда. Учитель что-то говорила, но Нацу не слышно. Драконы стоят по кругу. Вспышка — и двенадцать ключей сверкают. — Двенадцать ключей... Зереф грустно улыбается, говоря, что будет ждать. — Брату было грустно... он говорил, что будет ждать. Хочется спать. — Я уснула. Дреяр молчит. Надежда, что его теория — бред, исчезает. Но в принципе это ничего не меняет. — Ты уверена, что остальные ещё живы? На этот раз у Нацу светятся глаза. — Даже если прошло много времени — все живы. Я уверена, у меня есть связь с остальными. Драконы живут долго. А Зереф пообещал дождаться. Подняв руки, Лексус встаёт. Ситуация всё ещё абсурдна, но, возможно, старик что-то знает — больно подозрительно тот себя вёл. — Ладно-ладно, но про Зерефа всё же молчи. Сдаётся ему, что гильдия скорее примет сказки про дракона, нежели связь с Зерефом. *** Гильдия как всегда была шумной. Вернувшись с задания, Нацу сразу направилась к Леви, пока Лексус исчез в неизвестном направлении. — Леви! Оторвавшись от книжки, МакГарден улыбается. — С возвращением, Нацу! Как прошло задание? Улыбаясь, Драгнил садится за стол. — Лексус победил большую часть людей, а я сожгла руины. Довольная Нацу качает ногами, не замечая, как улыбка Леви становится натянутей. — Нам пришлось ждать стражу, но, сдав культистов, мы получили награду. Нацу ждёт, когда её похвалят. Ей нравилось драться и поджигать вещи. — Вот как? Леви неловко смеётся. — А чем занималась ты? МакГарден оживает и начинает рассказывать про магические исследования, которые вычитала в книжке. Нацу старается не отставать, но в предложениях мелькает множество незнакомых слов, что путают её. Уронив голову на стол, взгляд Драгнил становится более обречённым. — Ой, прости! Тебе ведь ещё сложно с языком. Покачав головой, убийца драконов тыкает в книжку. — Кстати, как у тебя с чтением? С этим было ещё хуже. Если Драгнил и выучила язык на уровне основ, то чтение требовало спокойствия, которого у неё нет. Судя по выражению лица Леви, та не планирует отступать, пока Нацу не научится читать.