***
Настойчивый стук в дверь заставил Каина отвлечься. Решив, что это Дэвис сработал на опережение, парень уверенно шагнул в прихожую и толкнул тяжелую входную дверь. Однако на пороге вместо пятидесятилетнего водителя в строгом костюме стояла благодушная миссис Дейн с дымящейся формой для запекания в руках. Старушка замерла, ее глаза за стеклами очков округлились от явного удивления. Каин, впрочем, не до конца понял, чему именно она поразилась больше: самому факту, что дверь дома Роуэнов открыл он, или тому, что парень стоял перед ней абсолютно голый по пояс, обернутый в одно лишь полотенце на бедрах, демонстрируя рельефный торс. — Ох… Простите, что прервала вас, — мило и понимающе хохоча, произнесла женщина, протягивая ему форму, от которой исходил умопомрачительный цитрусовый аромат. — Вот, как и обещала. Ешьте, пока горячий. — Спасибо большое, — абсолютно без капли стеснения, с вежливой улыбкой истинного джентльмена произнес парень, спокойно забирая выпечку. Его ничуть не смущал собственный полуобнаженный вид. Пожилая женщина одобрительно кивнула, развернулась и пошла по дорожке в сторону своего дома, тихо, но вполне отчетливо бормоча себе под нос. — Эх, мне бы сейчас ваши годы… Каин, улыбаясь уголком губ, закрыл дверь и повернулся на звук громких шагов. Викс буквально пулей спускалась на первый этаж. — Боже, Каин… Скажи, что это был Дэвис! — взмолилась она, остановившись посреди прихожей. Парень с нарочитой медлительностью и явным удовольствием отрицательно покачал головой. Девушка издала тихий стон катастрофы и мгновенно прикрыла руками свое густо покрасневшее лицо, готовая провалиться сквозь землю. Кажется, теперь у миссис Дейн не осталось никаких сомнений в том, какими именно «уроками» приятели занимались в пустом доме.***
Каин не мог оторвать взгляда от спящей на его груди девушки. Прохладный воздух, проникающий сквозь приоткрытое окно, наполнял комнату свежестью, но под плотным одеялом было тепло. Парень отчетливо понимал, что после этих выходных ему еще не скоро представится возможность вот так просто спать вместе с ней. Именно поэтому он так и не смог сомкнуть глаз, жадно наслаждаясь каждой минутой ее бессознательной компании. На улице уже медленно светало, окрашивая спальню в теплые тона, когда Викс беспокойно заворочалась и открыла глаза. Ее взгляд, еще затуманенный сном, тут же нашел его бодрствующие серые. — Почему ты не спишь? — сонно и хрипло спросила девушка, ближе прижимаясь к его теплому боку. — Не хочу, — тихо отозвался он, перебирая ее русые пряди. — А ты почему проснулась? — Приснился кошмар... — Викс тихо вздохнула, утыкаясь носом в его шею, словно пытаясь спрятаться от остатков дурного сна. Каин сразу же начал успокаивающе поглаживать девушку по голове, прижимая ее к себе еще крепче, даря ощущение абсолютной безопасности. — Засыпай, это всего лишь глупый сон, — тихо, почти шепотом заговорил парень, и его низкий голос действовал лучше любого снотворного. — Засыпай. Я буду охранять тебя, пока ты спишь. Тебе ничего не угрожает. Под его размеренное убаюкивание и тепло тела, Викс быстро расслабилась. Тревога отступила, и девушка сама не заметила, как снова мирно погрузилась обратно в царство Морфея. А Каин так и остался лежать, бдительно оберегая ее покой до самого утра.***
Во вторник днем родители Викс наконец вернулись из своего мини-путешествия. Они ездили к женщине, которая когда-то жила с ними в приюте, но старшие в семье Роуэн называют ее сестрой. Девушка, конечно была рада их видеть и крепко обняла маму с папой, но в глубине души она эгоистично желала о том, чтобы они отсутствовали еще дольше. Эти два дня, проведенные наедине с Каином, окончательно одурманили ее голову и сердце. Им было так чертовски хорошо вместе. Впервые за долгие месяцы, Викс чувствовала себя по-настоящему счастливой, и причиной этого был никто иной, как старший брат ее лучшей подруги. После школы, девушка приехала в поместье Морриганов на своем ультра-крутом розовом велосипеде. Прямо сейчас девочки сидели на ковре в просторной комнате Грейс, обложившись учебниками, и заканчивали один из сложных совместных проектов по биологии. — Мне кажется, у Каина кто-то появился, — вдруг нарушила тишину блондинка, крутя в руках маркер. Сердце Викс пропустило сильный удар, а в груди все сжалось от паники. — С чего ты это взяла? — максимально спокойно, не подавая вида, ответила ошеломленная девушка, продолжая аккуратно записывать данные в таблицу. — Много причин… — Грейс откинулась спиной на кровать. — Во-первых, он стал заметно добрее. И ко мне и к маме. Знаешь, мне кажется, он наконец-то регулярно трахается с кем-то, выплескивая туда всю свою агрессию. Во-вторых, он начал постоянно где-то пропадать. Вчера он вообще не ночевал дома и утром слишком поздно приехал за мной, поэтому я и опоздала на первый урок. Сегодня ночью он, кстати, тоже спал у кого-то, я проверяла его комнату. А еще он прервал нас с Дэвисом за партией в шахматы! Представляешь, звонит посреди партии и просит нашего водителя привезти еду на две персоны. — И... это плохо? — осторожно поинтересовалась Викс, стараясь, чтобы ее голос не дрожал. — Нет, вовсе нет! Просто я удивлена, что у него вообще кто-то есть. — Почему? — Ну, думаю, ты и сама заметила, что он довольно закрытый парень. Угрюмый, вечно в себе, — вздохнула Грейс, глядя в потолок. — Я за все годы даже не знаю, были ли у него когда-нибудь девушки... или парни. Черт, да я даже о ориентации собственного брата ничего не знаю! Викс зацепилась за слова подруги и ее карандаш на секунду замер над бумагой. — Ты сказала, что он стал добрее к тебе и матери. А что, раньше он был жесток? — Э… Я думаю, что мы уже достаточно близки, чтобы я поделилась этим, — Грейс сделала глубокий вдох, прижимая колени к груди. — Я плохо помню сам развод родителей и до конца не знала, почему они разошлись. Нас с Каином тогда разделили. Он по решению суда остался с отцом, а я уехала с мамой. И, на самом деле, мне было хорошо в новой обстановке, но мне его так отчаянно не хватало. Наши встречи со временем происходили все реже и реже… Он менялся на глазах, становился все более жестоким, холодным и отстраненным, особенно когда приходил в сопровождении отца. А потом произошло… Грейс резко всхлипнула, судорожно вдохнув. Викс тут же отбросила карандаш и бросилась через ковер утешать подругу, крепко обнимая ее за плечи. — Тшшш, все хорошо, Грейс, ты не обязана об этом говорить, если больно, — горячо зашептала Викс, чувствуя, как внутри нее самой все сжимается. — Нет, я хочу сказать, — блондинка вытерла слезу тыльной стороной ладони. — А потом произошло страшное… и теперь я наконец понимаю, почему Каин вырос именно таким. — Каким? — тихо спросила Викс, замерев. — Таким же, как отец… Но сейчас он меняется. Будто медленно возвращается обратно к жизни после долгой комы. Я не знаю, кто эта несчастная девчонка, которая с ним связалась, но я искренне благодарна ей за это. — Несчастная? — едва слышно, почти шепотом переспросила Викс, и по ее спине пробежал мороз. — Все мужчины в нашей семье… они жестокие и одержимые, — Грейс серьезно посмотрела в глаза подруги. — Они не умеют любить в нормальном понимании этого слова. Они умеют только контролировать и манипулировать. Они как драконы из старых средневековых сказок. Дело ведь не только в грубости, нет. Дело в их безумной одержимости. Дракону мало просто любить свое сокровище, ему нужно обладать им. Он находит то, что ему дорого, утаскивает в самую глубокую, темную пещеру и засыпает прямо на нем, укрыв крыльями от всего остального мира. И не дай бог кому-то из смертных хотя бы посмотреть в ту сторону – этот монстр сожжет весь мир дотла, даже не задумываясь. На Викс в этот момент буквально не было лица. Слова подруги словно ударили ее под дых, ведь она слишком хорошо узнавала в этом описании Каина. Но блондинка, не замечая состояния подруги, продолжила. — Я до сих пор не понимаю, почему мама когда-то выбрала этого монстра в мужья. Ведь ее родители, как оказалось, очень милые люди. — Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти, — искренне выдохнула русоволосая, крепче сжимая подругу в объятиях. — Но сейчас все хорошо, самое страшное уже позади… — Грейс грустно опустила голову. — Но смотря на Каина, я просто не могу перестать чувствовать вину. — Вину? За что? — Я выросла в нормальной обстановке, с любящей мамой. А его воспитание… если это вообще можно назвать воспитанием, было сплошной жестокостью. Он до сих пор, даже после всего, что случилось с отцом, ни разу не рассказал нам с мамой, через какой ад ему пришлось пройти. Я чувствую вину за то, что я жила обычной подростковой жизнью, а он каждый божий день просыпался в кошмаре. — Но сейчас же с ним уже все в порядке, — попыталась успокоить ее Викс, хотя ее собственное сердце бешено колотилось в груди от осознания масштаба чужой трагедии. — Ты рядом, ваша мама рядом. Не переживай, все плохое осталось в прошлом. Ты не можешь вернуться назад и что-то изменить. — Да, ты права, — Грейс слегка улыбнулась сквозь слезы и шмыгнула носом. — Надеюсь только, что эта пигалица, с которой он сейчас встречается, не разобьет ему сердце. Мне кажется, еще одного потрясения его психика просто не выдержит. Викс ничего не ответила. Она лишь молча продолжала обнимать блондинку, которая уткнулась лицом в ее плечо, и нежно гладила ее по светлым волосам, успокаивая. После таких откровений Викс и сама остро почувствовала удушающую вину. Грейс только что буквально вывернула перед ней душу, доверив самые сокровенные тайны, а она, ее лучшая подруга, зачем-то продолжает утаивать этот безумный роман с ее же братом. От этого осознания внутри все неприятно скребло. Спустя час они сидели в просторной, залитой мягким светом столовой, ужиная вместе с Рейной и Каином. Викс не проронила ни слова с того самого момента, как села за стол. Полностью погрузившись в свои тревожные мысли, она лишь отрешенно ковыряла спаржу на тарелке, почти не прикасаясь к еде. — Приветствую семейство, — внезапно раздался размеренный голос пожилого мужчины, вошедшего в столовую. Все члены семьи тут же обернулись и вежливо поздоровались. — А это у нас кто? — пожилой мужчина остановился и устремил пристальный взгляд на гостью. — Дедушка, это Викс, моя лучшая подруга, — с улыбкой пояснила Грейс. — Здравствуйте, — выдавливая из себя вежливую улыбку, тихо проронила синеглазая. Мужчина уверенно направился прямо к ней. Он мягко, но крепко взял Викс за руку и с истинно джентльменским изяществом слегка покрутил ее вокруг оси, чтобы получше рассмотреть со всех сторон. — Да, это Викс, я помню, Грейси рассказывала о тебе, — старик искренне восхитился, отпуская ее ладонь. — Ну что за красавица! Ты как неограненный бриллиант, дитя. Редкая истинная красота и острый ум в одном флаконе. Викс смотрела на него с явным непониманием и легкой растерянностью. — Ох, где же мои манеры, — спохватился он, заметив ее замешательство, и добродушно улыбнулся. — Меня зовут Альфред Морриган. Очень приятно познакомиться лично, Викс. — Спасибо, мне тоже очень приятно, мистер Морриган, — ответила она. В этот момент девушка чувствовала себя морально подавленной из-за слов Грейс и жутко смущенной из-за такого пристального внимания. — Отец, не ожидала увидеть тебя здесь, — с удивлением обратилась к нему Рейна, откладывая салфетку. — А, да, простите, что прервал ваш семейный ужин. Мне на самом деле нужен Каин, — мужчина перевел взгляд на внука. Парень, который весь вечер практически не сводил своего изучающего взгляда с бледного лица Викс, наконец переключил внимание на деда. — Каин, можешь помочь мне кое с чем в кабинете? — Да, конечно, — парень поднялся из-за стола. Ему чертовски не хотелось сейчас уходить со стариком и оставлять притихшую Викс в окружении матери и сестры, но семейный долг звал. В последнее время они с Альфредом все чаще обсуждали перспективные направления в сфере деревообработки и расширения бизнеса. Каин, вопреки своей обычной закрытости, не был против проводить время с дедушкой. Особенно учитывая, что почти всю его сознательную жизнь тот по определенным причинам отсутствовал в их жизни. Мужчины неторопливо покинули столовую, скрывшись в коридоре и оставив дам наедине. В комнате повисла относительная тишина, нарушаемая лишь тихим звяканьем приборов. — Викс, милая, Грейс уже устраивала тебе полноценную экскурсию по нашему дому? — мягко перевела тему Рейна, тепло посмотрев на девушку. — Нет, мисс Морриган, мы в основном сразу уходим заниматься в комнату, — честно ответила русоволосая. — Вот и отлично. Давайте немного пройдемся, я с удовольствием все тебе покажу, здесь есть на что посмотреть. — Мам, я, пожалуй, сразу пойду к себе в комнату, — Грейс вяло поднялась со стула, потирая виски. — Мне что-то не очень хорошо, голова раскалывается. — Хорошо, милая, — заботливо кивнула Рейна. — Я скоро верну ее тебе. Рейна видела, как Викс с каждым днем все больше проникала в их семью. Женщина ловила себя на мысли, что начинает по-настоящему доверять этой тихой, чуткой девочке с проницательными синими глазами. За долгие годы, Рейна повидала достаточно плохих и фальшивых людей, так что ее внутренний радар уже давно безошибочно определял хороших личностей. Они неторопливо обошли почти всю жилую часть особняка. — Летом здесь просто восхитительно, — с мягкой улыбкой делилась воспоминаниями Рейна, когда они проходили мимо панорамных окон. — Когда зимняя слякоть наконец отступает, все садовые растения оживают и играют совершенно новыми красками. В подростковом возрасте, до замужества, мы с друзьями часто устраивали здесь шумные вечеринки у бассейна... — А там что? — Викс вдруг остановилась, заметив в глубине сада, среди густых деревьев, неприметную деревянную постройку, похожую на старый амбар. — Ох… — Рейна на секунду замерла, и в ее глазах промелькнула легкая грусть. — Я не заходила туда уже очень много лет. Пошли, я покажу тебе. Отперев массивную дубовую дверь, которая поддалась с тихим протяжным скрипом, Викс подсознательно ожидала увидеть внутри старые садовые инструменты или следы загонов для животных. Но то, что открылось ее взору, заставило девушку буквально лишиться дара речи. Это была целая художественная студия. Через огромное стеклянное окно в крыше внутрь падал мягкий рассеянный свет. По всему просторному помещению в хаотичном порядке стояли несколько деревянных мольбертов разных размеров с незаконченными, покрытыми тонким слоем пыли работами. Вдоль стен высились огромные стопки готовых холстов, рисунки которых сейчас невозможно было разглядеть в полумраке. Амбар выглядел абсолютно заброшенным, застывшим во времени. Казалось, сюда никто не ступал последние лет двадцать. Викс с ошеломленным видом медленно пошла между мольбертами, разглядывая смелые рисунки. — Это... ваши работы? — прижимая ладонь к груди, прошептала она. — Да, — тихо отозвалась Рейна. В этот момент она выглядела удивительно уязвимой, сбросившей привычную маску сильной дамы. — Я когда-то много писала. — Но почему вы перестали? — Викс аккуратно, стараясь не дышать, подошла к одной из ближайших картин и слегка повернула ее к свету. На холсте проступал невероятно драматичный пейзаж бушующего моря. — Рейна, это же просто невероятно, у вас талант! — Спасибо, милая, — женщина грустно улыбнулась, глядя на свои испачканные когда-то краской подрамники. — Я активно рисовала, пока жила здесь. Творчество было моей единственной отдушиной, моим спасением. Но после свадьбы и переезда в Европу… появились совершенно другие приоритеты. Жизнь с Дамианом требовала от меня быть идеальной женой и мамой, а не художницей. С тех пор я так ни разу и не взялась за кисть. — Это удивительно и так грустно... — Викс завороженно обвела пальцем контур застывшей краски на палитре. — Меня всегда завораживало искусство, а еще больше, по-настоящему талантливые люди. Знаете, я ведь и сама всегда хотела попробовать что-то написать, но никогда не решалась. Услышав это, Рейна заметно оживилась. В ее глазах, уставших от многолетних семейных драм, вдруг вспыхнул давно забытый огонек. — Знаешь что? — воодушевленно произнесла женщина, подходя ближе к Викс. — А может, я как-нибудь приберусь здесь и дам тебе полноценный урок живописи? Вспомню старое, а ты наконец попробуешь сотворить свой первый шедевр. — С нетерпением буду ждать этого. Они неспешно возвращались по садовой дорожке обратно к особняку, когда Викс, обдумывая услышанное, нарушила уютную тишину. — Мисс Морриган… а почему вы так удивились, что ваш отец присоединился к ужину? — Родители живут в отдельном доме. Он расположен здесь же, на территории нашего поместья, чуть дальше за садом. Так что, хоть мы и делим один участок, из-за их возраста и нашего графика мы почти не пересекаемся в будни. Отец редко заходит в главный дом без предупреждения. Они открыли стеклянную дверь и снова зашли в теплое, залитое светом помещение прихожей. Викс взглянула на настенные часы и поняла, что визит явно затянулся. — Я, пожалуй, пойду попрощаюсь с Грейс, если вы не против, — мягко улыбнулась русоволосая. — Время уже действительно позднее, пора ехать домой. — Да, конечно, милая, беги, — понимающе кивнула Рейна. — Спасибо вам огромное за экскурсию. Это было… мягко говоря, увлекательно. Я до сих пор под впечатлением от вашей студии. — Не за что, любимая, — искренне отозвалась женщина, и на ее лице появилась теплая материнская улыбка. — Чуть позже, обязательно договоримся о дне для урока рисования. Идет? — С огромным удовольствием, — ответила Викс. Попрощавшись с Рейной, она направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Мысли о художественной студии на мгновение вытеснили внутреннюю тревогу, но стоило ей вспомнить, что где-то в глубине этого огромного дома сейчас находится Каин, как сердце снова предательски застучало быстрее. Викс тихо поднялась по лестнице на второй этаж и осторожно постучала в полуоткрытую дверь. — Не спишь? — шепотом спросила русоволосая, заглядывая внутрь. Грейс, уже укутавшись в одеяло, неохотно повернулась на бок. — Вы так долго… я уже дремала, — сонным голосом ответила блондинка. Викс тепло улыбнулась, подошла к кровати и присела на край, крепко заключая подругу в прощальные объятия. — Тогда спокойной ночи. Я поехала домой. — Попроси Каина отвезти тебя, на улице уже совсем темно, — пробормотала Грейс, утыкаясь носом в подушку. — Его комната в самом конце коридора. — Хорошо, до завтра. — До завтра… — выдохнула подруга, окончательно отворачиваясь к стене в поисках удобной позы для сна. Викс тихо прикрыла за собой дверь и повернулась в сторону погруженного в полумрак коридора. Сердце заколотилось где-то в горле, когда она дошла до массивной дубовой двери в самом конце. Сделав глубокий вдох, она негромко постучала. — Входите, — раздался изнутри, слегка усталый голос. Стоило Викс переступить порог, как Каин, сидевший за рабочим столом над какими-то бумагами, мгновенно сменил свое серьезное выражение лица на расслабленное и ошеломленное. Парень буквально подлетел к ней в два шага, с тихим щелчком запер дверь на замок и, подхватив девушку на руки, потянул ее за собой прямо на огромную кровать, так и не выпустив из объятий. — Я так рад, что ты еще здесь — хрипло выдохнул он ей в шею, крепко прижимая к своему телу. — Дедушка поручил разобраться в куче отчетов по лесопилкам, я боялся, что ты уже уехала. — Я вообще-то пришла попросить тебя отвезти меня домой, — тихо произнесла Викс, упираясь ладонями в его широкую грудь. — Дай мне еще пару минут. Всего пару минут… — парень уткнулся носом в ее макушку, жадно вдыхая уже родной аромат. В этот момент в голову девушки вонзились недавние слова Грейс об одержимых драконах, прячущих свое сокровище в глубоких пещерах. Раньше она как-то не обращала внимания на то, насколько властными были все его привычки. То, как он перехватывал контроль, как дышал ею, но девушку это совершенно не пугало. Напротив, внутри разливалось странное тепло. Кажется, она сама была одержима им ничуть не меньше. Каин мягко взял ее за подбородок, заставляя приподнять голову, и без лишних слов впился в ее губы жадным, глубоким поцелуем. Его большие ладони медленно, требовательно блуждали по ее спине и бедрам сквозь ткань одежды, будто он физически проверял, цела ли она. Викс тихо застонала прямо ему в губы, полностью расслабляясь в его руках. В этот миг ей больше всего на свете хотелось просто закрыть глаза и остаться спать прямо здесь, в этой огромной постели. Его кровать была невероятно соблазнительной, а простыни насквозь пропахли его парфюмом. В своей комнате, она до сих пор так и не решилась сменить постельное белье после его уезда. Ей отчаянно не хотелось лишаться шлейфа его тела на своих подушках. Когда они наконец с трудом отлипли друг от друга, Каин нехотя поднялся с постели, переплел свои пальцы с ее и уверенно повел Викс вниз через весь дом. Его, кажется, вообще ни капли не волновало, что кто-то из домашних может выйти в коридор и увидеть этот нежный жест. Для него существовала только она. Спустя пару минут они уже ехали в черном внедорожнике по темной трассе в сторону дома Роуэнов. На удивление, ее велосипед поместился в багажник, предварительно опустив задние сидения. Каин вел машину одной рукой, а второй по-прежнему крепко сжимал ее ладонь. Время от времени он подносил ее пальцы к своим губам, оставляя на коже обжигающие поцелуи. Викс была совершенно вымотана событиями этого дня и откровениями Грейс. Она отчаянно мечтала о глубоком сне, но еще сильнее, желала видеть этого парня в своей кровати. Сил вести диалог не осталось совсем. Каин чутко уловил ее состояние, поэтому не стал беспокоить расспросами, позволяя ей просто отдыхать под тихий рокот мотора. До самого конца поездки они лишь изредка обменивались красноречивыми взглядами. Машина плавно затормозила у ее крыльца. Настало время прощаться. — Так не хочу тебя отпускать… — с невыносимой болью в голосе произнес парень, глуша двигатель. — Я тоже, — тихо ответила девушка, глядя на его идеальный профиль в полумраке салона. Каин резко потянул ее за талию к себе, сгребая в охапку и вовлекая в сладкий поцелуй. Его зубы собственнически впивались в ее нижнюю губу, мягко оттягивая колечко пирсинга. Будто их ждала разлука на долгие годы, а не на один день. Они физически не могли заставить себя расстаться. Томное молчание и рваное дыхание повисли в салоне автомобиля. — Сладких снов, красавица, — наконец отстранившись, произнес Каин. Викс мгновенно залилась краской, ее сердце пропустило удар. — Красавица? — Ты невероятно красива, сводишь меня с ума. — А ты… самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела, — с сонной улыбкой промурлыкала девушка, ластясь к его ладони на своей щеке. — Ты уже это говорила, — на губах кудрявого проступила хищная усмешка. — Что? Когда? — Когда оседлала меня и трахала на балконе, — безжалостно напомнил британец, и в его глазах вспыхнули порочные искры. Девушка ахнула и мгновенно закрыла лицо ладонями, пряча пылающие щеки. — Я не помню, чтобы я это говорила! — О, а я очень хорошо помню, — Каин опасно наклонился ниже, убирая ее ладонь от лица. — Помню, как ты двигалась на мне и стонала так громко, что мне пришлось зажать ладонью твой красивый ротик, чтобы нас не услышал весь квартал. Викс до предела была смущена и одновременно дико возбуждена от его откровенных слов. Между ними снова заискрило то мощное электричество, готовое сжечь их дотла. Вдруг в пассажирское стекло кто-то негромко, но настойчиво постучал. Викс испуганно подпрыгнула на сиденье. Повернув голову, она в ужасе увидела у двери свою маму. — Мне пора! Сладких снов! — на одном дыхании быстро выпалила покрасневшая девушка, судорожно дергая ручку двери, и буквально вывалилась из машины на прохладный воздух. Каин, ни капли не растерявшись, спокойно опустил стекло, вежливо и непринужденно поболтал с Лорой пару минут, заверив, что доставил ее дочь в целости и сохранности, и только после этого плавно тронулся с места, скрываясь в ночной темноте. — Ты время видела? — строго произнесла мать, захлопывая за ними входную дверь и скрещивая руки на груди. Весь ее добродушный тон, с которым она только что разговаривала с Каином, мгновенно испарился. — Мам, избавь меня от нотаций, пожалуйста, — устало выдохнула Викс. — Я уже не маленькая, мне скоро восемнадцать. — Да? И, видимо, уже достаточно «не маленькая» для того, чтобы практически пожирать парня в машине прямо у собственного дома? Девушку будто облили ведром ледяной воды. Она замерла на месте, чувствуя, как краска стыда сходит с лица, оставляя лишь защитную агрессию. Значит, Лора видела их поцелуй. — Ты спишь с этим парнем? — грубо спросила Лора, делая шаг навстречу дочери. — Это не твое дело, — в тон матери, с такой же резкостью ответила девушка. — Нет, дорогая моя, это как раз мое дело! Особенно если ты собираешься окончательно перечеркнуть все свое будущее, влюбившись в богатенького парня! — Я не влюблена в него, — Викс откровенно лгала матери прямо в лицо, хотя внутри все болезненно сжималось от этой лжи. — И ничто и никто не остановит меня перед моими целями. Это понятно? Лора еще несколько секунд пристально вглядывалась в глаза дочери, пытаясь распознать обман, но затем тяжело вздохнула и отступила на шаг. — Я очень надеюсь, что так и будет. А теперь марш спать, пока я не начала с тобой долгий разговор о предохранении. — Слушаюсь и повинуюсь, — с ядовитым сарказмом съязвила Викс. Она притворно поклонилась перед матерью и стремительно взбежала по лестнице в свою комнату, мечтая поскорее закрыться от всего мира. Оставшись наконец наедине с собой в полумраке своей комнаты, Викс продолжала злиться на мать. Внутри все буквально кипело от несправедливости. Родители большую часть времени практически отсутствовали в ее жизни, занимаясь своими делами и вдруг, ни с того ни с сего, Лора решила включить образцовую мать и диктовать ей свои нравоучения. Очень вовремя, ничего не скажешь. Девушка с размаху упала на кровать, утыкаясь лицом в подушку, которая все еще хранила едва уловимый, шлейф дорогого парфюма. И в ту же секунду сработало то, что стало для нее новым рефлексом. Теперь, когда ее настигали негативные эмоции, страх или злость, она подсознательно сразу же думала о Каине. Стоило ей мысленно вызвать его образ, как тревога и гнев начали медленно, волна за волной, отступать. Воспоминания согревали ее измученное тело и душу. Викс перевернулась на спину и уставилась в темный потолок. Сердце предательски сильно стучало. «Неужели я на самом деле влюбилась?» – пронеслась в голове мысль. Лгать матери в лицо было легко, но лгать самой себе, стало невозможным. В тишине спальни снова, будто на повторе, всплыли предостерегающие слова Грейс. «Все мужчины в нашей семье жестокие и одержимые... Они как драконы... Дракону мало просто любить, ему нужно обладать». Викс прикрыла глаза, лихорадочно сопоставляя этот рассказ и реальное поведение Каина за последние дни. Его властные жесты, приказной, не терпящий возражений тон, тяжелые взгляды, отчаянные поцелуи. Нормального человека, наверное, такая одержимость должна была напугать и заставить бежать без оглядки. Но Викс, прислушиваясь к бешеному стуку своего сердца, осознавала, что ее это не отталкивает. Наоборот, этот невидимый поводок, который Каин так уверенно набросил на нее, привязывал ее к нему еще крепче.