А на последней страничке...
5 июля 2026 г., 19:31
А на последней страничке ...
Позолоченная лифтовая решётка отъехала в сторону, открывая проход. Гермиона на секунду замешкалась, глядя на плавающие под потолком разноцветные огоньки — первые ласточки подкрадывающегося Рождества. Девушка вздохнула и, поправив ремешок сумки, висящей на плече, вышла из лифта. Каблуки её сапожек звонко отбивали дробь о мраморный министерский пол, а сама Гермиона думала о том, что даже волшебники стали вспоминать о Рождестве раньше положенного. Магловские супермаркеты чуть ли не на следующий день после Хэллоуина пестрели мишурой и огнями — рано, слишком рано, к назначенному дню надоедало... Вот и волшебники туда же: коридоры министерства сияли теми же разноцветными огнями и блеском мишуры. Кстати, какое сегодня число? Гермиона дошла до своего кабинета и повела палочкой над дверной ручкой; та повернулась с тихим щелчком. Шагнув внутрь, девушка тихо порадовалась: наконец-то у неё был свой кабинет. Небольшое пространство, принадлежащее только ей вот уже целых два дня, с момента назначения на должность ведущего специалиста отдела правовой экспертизы. Она показала себя ответственным и очень внимательным работником, регулярно находя слабые места в контрактах отдела международного сотрудничества, чем и заслужила своё повышение. Гермиона окинула кабинет влюблёнными взглядом, ведь успела обустроиться. Она, глубоко вздохнув, уже занесла ногу, чтобы войти внутрь, как вдруг нахмурилась. Что-то тут было не так... Какая-то чужеродная деталь. Карие глаза ещё раз внимательно осмотрели помещение, вычислив её. На стареньком диванчике, обновлённом с помощью чар, примостилась довольно большая коробка красного цвета, перетянутая золотой лентой. Гермиона, прикрыв за собой дверь, бросила в предмет диагностические чары, но они не обнаружили следов темной магии. Она на ходу расстегнула тёплую мантию и опустила сумочку на диван, с опаской глядя на коробку. Ни записки, ни каких-либо опознавательных знаков... Для рождественских подарков ещё рано, сегодня... А какое всё-таки сегодня число? Девушка бросила взгляд на зачарованный календарь. Первое декабря. Она всё-таки взяла в руки коробку, справедливо отметив, что посторонние совершенно точно не проникли бы в её кабинет. Стоило коснуться, как обёртка, заискрив, растворилась в воздухе, явив взору Гермионы адвент-календарь в виде библиотечной полки. Брови девушки взметнулись вверх: тот, кто оставил здесь эту вещь, знал о ней самый минимум. На пяти миниатюрных рядах выделялось по пять книг, корешки которых были промаркированы порядковыми номерами, от одного до двадцати пяти. Гермиона коснулась кончиками пальцев книги с номером один. Та будто бы только и ждала этого момента, сама прыгнула Гермионе в руки и раскрылась. Из её нутра вырвался пергамент, который завис перед лицом девушки. «Мисс Грейнджер, только что вы согласились на увлекательную рождественскую игру. Вас ждёт целых двадцать пять заданий, способных изменить навсегда вашу жизнь. Имейте в виду, что невыполнение задания не позволит вам открыть следующую книгу, а, значит, вы не измените свою жизнь и никогда не узнаете имя отправителя этого календаря. Надеюсь, вам понравится». Пергамент рассыпался золотым дождём искр, и Гермиона в шоке уставилась на миниатюрные странички, на которых появилось первое задание. «1 декабря. Выпить горячий шоколад с тем, чье имя прямо сейчас пришло тебе в голову». Гермиона едва ли не застонала, ведь, пока она читала этот текст, вспомнила о подготовленном Малфоем контракте, который нужно было изучить сегодня же, а ещё лучше — отыскать в нём нарушения и вернуть на доработку. Она в растерянности уставилась на коротенькое задание. Горячий шоколад в компании Малфоя? И как она должна это сделать? Гермиона отложила крошку-книжку на стол, но та, вспорхнув, вернулась на своё место в календаре. Девушка сняла с себя мантию и отправила её заклинанием на вешалку в углу. Гермиона одёрнула полы темно-синего пиджака и пригладила волосы. Глупая затея! Какой ещё горячий шоколад...***
Она как раз читала контракт, когда раздался тихий стук в дверь. — Войдите, — не отрывая взгляда от пергамента, проговорила Гермиона. Последовала тишина. Девушка оторвалась от чтения, хмурясь, и, подняв голову, нарвалась на льдистый взгляд Малфоя. Он стоял в дверном проёме её кабинета, небрежно держа руки в карманах идеально отглаженных брюк, и скользил по её скромному убежищу изучающим взглядом. — Здравствуй, Грейнджер, прочитала контракт? — сделав пару шагов вперёд, спросил он. — В процессе. Здравствуй. — Много ещё? Может, сразу скажешь, что не так? С ним нельзя тянуть, там сроки горят, — он подошёл вплотную к её столу и одарил Гермиону испытующим взглядом. — Последний раздел, — она пожала плечами, — пока всё хорошо. Драко кивнул и провёл рукой по волосам. — Сколько тебе нужно времени? — Минут десять... — растерянно ответила Гермиона, и её глаза полезли на лоб, когда он бесцеремонно плюхнулся на её диванчик, закинув одну длинную ногу на другую. — Подожду. — Я же должна сделать заключение, смысла нет сидеть здесь. Ты порядок знаешь. Ей вовсе не нужны были посторонние! Она любила работать в тишине и покое, не торопясь, смакуя каждую строчку документа. — Ну ты хотя бы предварительно скажешь, что всё хорошо, и я уйду, мне нужно подготовить его к подписанию. Честно говоря, его поведение обескуражило, но тут взгляд Гермионы упал на адвент-календарь... Что, если попробовать? Любопытство её раздирало, это следовало признать. Что там за задания? Кто отправитель календаря? Гермиона вновь чувствовала себя одиннадцатилеткой, разгадывающей тайны Хогвартса. Она свела губы в тонкую полоску, а затем выпалила: — Не хочешь горячего шоколада? Сегодня в министерстве как-то особенно промозгло... Его брови взметнулись вверх в удивлении, и Гермиона прикусила внутреннюю поверхность щеки, ругая себя за этот порыв, но... — Не откажусь. Какое счастье, что она действительно умела делать неплохой шоколад...***
Утро второго декабря началось с открытия очередной миниатюрной книги: «2 декабря. Позволить тому, с кем был выпит шоколад, выбрать тебе рождественскую сладость». Гермиона несколько раз перечитала задание и поморщилась. Нет уж, это совершенно невозможно! Каким таким узором должны сложиться звёзды, чтобы Малфой выбрал ей сладенькое? Они не так уж часто контактировали на работе, ограничивались дежурными фразами и уж точно не были друзьями, которые могли бы в обеденный перерыв вместе прогуляться до кафетерия. Похоже, ей не узнать тайну отправителя этого странного календаря.***
Без пяти минут час Гермиона прикрыла за собой дверь кабинета и, поправив юбку коричневого платья-футляра, неспешно двинулась к кафетерию. Она редко там обедала, но сегодня ноги сами её туда понесли. Всю дорогу Гермиона врала себе о том, что просто соскучилась по своим подружкам из отдела, однако правда пряталась на страницах крошечной книги-провокатора. Ей было очень интересно, кто прислал этот адвент, зачем и как далеко зайдут пока ещё безобидные задания. Гермиона заняла очередь у раздачи и скользнула взглядом по разнообразной еде, приготовленной министерскими эльфами. Между прочим, получающим жалование и настоящие кулинарные кители! Это была первая и единственная заслуга Гермионы за время её работы в отделе регулирования магических популяций... — Здравствуй, Грейнджер, — вкрадчивый голос раздался слева и чуть позади так неожиданно, что Гермиона едва не выронила из рук поднос. — Здравствуй, Малфой, — отреагировала она, поймав себя на мысли о том, что хочет как можно быстрее оплатить свою еду и занять столик. Не то, чтобы ей было совсем неприятно его общество, просто почему-то стало неловко. Она завернула его контракт, обнаружив в нём досадную ошибку в реквизитах для оплаты, но зато они вместе выпили горячего шоколада... Гермиона опустила несколько монет на специальную тарелочку и, подхватив поднос, осмотрелась. За столом, где уместились её подружки, мест не было... Вздохнув, Гермиона присела за свободный столик и принялась за еду, как вдруг на край её стола приземлился украшенный миниатюрной ёлочкой тыквенный котелок. Гермиона завертела головой в поисках таинственного дарителя сладостей и столкнулась взглядом с Драко Малфоем. — За контракт, — произнёс он одними губами и указал взглядом на котелок. Гермиона вопросительно посмотрела на Малфоя. Она была уверена, что он зол на неё за недопуск контракта, а тут — сладость... Сладость... Гермиона пододвинула к себе упаковку с котелком и одними губами произнесла «спасибо», глядя на Драко.***
К удивлению девушки, на следующий день третья мини-книжка распахнула для неё свои странички. По всей видимости, календарь посчитал подаренный Малфоем котелок за выполненное задание. «3 декабря. Спроси у человека, одетого в бордовое, про лучшее Рождество в его жизни». Надо сказать, бордовый — не самый популярный цвет в министерстве. Целый день Гермиона присматривалась к коллегам и посетителям в поисках подходящего человека, но тщетно. Расстраиваться, конечно, она не спешила, ведь вечером планировала заглянуть в «Нору», где совершенно точно хоть кто-нибудь из Уизли наденет бордовое. В крайнем случае, всегда можно попросить Рона примерить фирменный свитер от миссис Уизли и задать этот вопрос ему. К сожалению, декабрь нес с собой не только дух Рождества, но ещё и гору работы, поэтому Гермиона закрыла свой кабинет ближе к восьми вечера, когда министерство почти опустело, а сил на походы в гости просто не осталось. Она медленно шла к каминам, загрустив из-за того, что, по всей видимости, сегодняшнее задание выполнить не получится. — Здравствуй, Грейнджер, — знакомый голос вырвал её из собственных мыслей. Гермиона повернула голову на звук и едва не захлопала в ладоши, увидев, что мимо неё пронёсся одетый в бордовую рубашку Драко Малфой. — Здравствуй... Малфой! Он остановился и обернулся. Весь его вид говорил о том, что он очень спешит. Драко держал в руках несколько свитков и, судя по всему, направлялся в приёмную своего начальника. Гермиона успела отругать себя за то, что сумела остановить его интонацией. — Малфой, послушай, спасибо за котелок, — поравнявшись с ним и зачем-то поправив свою тёплую мантию, поблагодарила она. Драко кивнул, и дальше они зашагали вместе. — А какое Рождество было лучшим в твоей жизни? — спросила и прикусила язык. Они как раз остановились у развилки коридора. В тусклом свете зачарованных огоньков взгляд Малфоя вдруг показался ей мягким, а черты лица расслабленными... Что за наваждение, он ведь явно торопится, его должен был разозлить этот глупый и совершенно неуместный вопрос! Но он уже был задан... — Думаю, лучшее Рождество ещё впереди, — ответил Драко, удобнее перехватив свитки. — Возможно, оно совсем близко. Хорошего вечера, Грейнджер. Глядя ему в спину, Гермиона подумала, что он как-то слишком быстро оборвал этот разговор.***
Календарь засчитал их короткий диалог, и вот уже Гермиона читала следующее задание. «4 декабря. Рассмеши человека с самыми зимними глазами в министерстве». Гермиона сделала глоток чая и перечитала задание ещё раз. По правде говоря, этот календарь её захватил и занимал теперь все мысли. Всё ещё оставался неизвестным его даритель, всё ещё она относилась к миниатюре библиотечной полки, теперь занимавшей местечко на её столе, настороженно, но именно сегодня утром поймала себя на мысли, что спешит в свой кабинет за новым заданием. Самые зимние глаза, это что за формулировка вообще, что имеется в виду? Красные глаза из-за простуды? Зелёные, как рождественская ель? Серые, словно январское небо?.. Ответ нашёлся чуть позже, когда в её кабинете раздался звонкий смех Драко Малфоя...***
Пятое декабря выпало на пятницу. Открывая следующую книжку-малышку, Гермиона подумала о том, что всю эту неделю она так или иначе контактировала с Малфоем, а вчера и вовсе сумела его рассмешить и впервые в жизни обратила внимание на цвет его глаз. Действительно, зимние, светло-серые с темно-синим ободком вокруг радужки. Или всё-таки черным? Хотелось думать, что темно-синими. «5 декабря. Прими участие в конкурсе ёлочных игрушек». О, ну это проще простого, в министерстве обожали Рождество, и конкурс ёлочных игрушек был уже привычен и ожидаем, вот только тратить последний рабочий день на такую ерунду ей не хотелось, но загадка календаря манила, толкала в спину прямо между лопаток, и Гермиона, выпив утренний чай с долькой лимона, отправилась в зал собраний, где, собственно, этот конкурс и проводился. Там была и благотворительная подоплёка: игрушки добавляли в наборы конфет из «Сладкого королевства», которые потом дарили деткам малоимущих волшебников. Она довольно быстро смастерила миниатюрного дракончика с золотыми перепончатыми крыльями. Игрушка раскрывала их, стоило провести по острым чешуйкам на миниатюрной спинке, и разевала крошечную пасть. — Приручаешь дракона, Грейнджер? — со смешком спросил оказавшийся вдруг в соседнем кресле Малфой, и Гермиона закатила глаза. — А ты — льва? — парировала она, глядя на грациозного золотого зверя в его руках. — Почему не змея, если на то пошло? — упаковав свою игрушку в коробочку взмахом палочки, спросила Гермиона. — Что за стереотипное мышление, Грейнджер! — фыркнул он, погладив игрушку по густой гриве. — Нравятся мне львицы. — У львиц не бывает гривы, — по-доброму улыбнулась Гермиона. — Я бы поспорил, — просто ответил Драко, глядя на неё во все глаза. Уже в своем кабинете, стоя перед зеркалом и поправляя прическу, Гермиона вдруг поняла, что он имел ввиду. Поняла и отказалась в это верить.***
Утром шестого декабря она раскрыла следующую книжечку, которую предусмотрительно взяла с собой на выходные, едва проснувшись и приведя себя в порядок. «6 декабря. Сделай искренний комплимент». Это задание Гермиона выполнила за завтраком, похвалив мамины оладьи.***
«7 декабря. Прими помощь от самого неожиданного человека». С самого утра Гермиона в компании Джинни бродила по магазинчикам Косого переулка в поисках рождественских подарков... и разгадки своего календаря. Праздник всё ближе подбирался, плотнее укутывая Лондон цветной мишурой и тёплыми шарфами ручной вязки. Конечно же в планах был «Флориш и Блоттс», хотя бы потому что Гермиона надеялась отыскать именно там адвент-календари, похожие на тот, что остался в её рабочем кабинете. Она не спешила делиться с Джинни, Гарри и Роном этим таинственным подарком, прекрасно понимая, что это следовало делать до того, как она ввязалась в выполнение этих заданий. В книжном было ожидаемо меньше народа. Между полок прогуливалось несколько волшебников, среди которых оказалась и узнаваемая макушка Малфоя. Гермиона цепким взглядом осматривала полки с сувенирами и подарками, но даже близко не видела хоть что-то похожее на свою миниатюрную библиотечную полочку. — Здесь таких нет, — раздался знакомый голос позади, и Гермиона резко обернулась. Драко Малфой стоял, привалившись плечом к одной из полок, вальяжно запустив руки в карманы. — Таких...? — Таких адвент-календарей, — подсказал он. — Похоже, у тебя в кабинете — индивидуальный заказ, если не ручная работа. — Которая тебя насмешила! Он продемонстрировал ей самодовольную улыбочку. — Да, но это не делает твой календарь чем-то заурядным. Не ищи, Грейнджер, ты не найдешь такой. Поверь мне. Гермиона растерянно посмотрела на него. Догадался, значит, зачем она сюда пришла... Малфой продолжал взирать на нее с высоты своего роста, и Гермиону вдруг накрыло ощущение неловкости. Не многовато ли Малфоя стало в её жизни за последние семь дней? — Что же... Тогда я, пожалуй, пойду? — откуда-то в её голосе взялись вопросительные нотки. Драко слегка склонил голову к плечу. — Конечно.***
Утром в понедельник Гермиона пришла на работу раньше обычного. Стыдно признаться, но любопытство подгоняло её, интерес подпалял пятки, заставляя идти быстрее: так было интересно, что же за задание её поджидает. Едва переступив порог кабинета, даже не скинув тёплую мантию, она достала восьмую книжечку с миниатюрной полки. «8 декабря. Подари что-то тёплое тому, кто первым войдёт в твой кабинет». Гермиона не успела вернуть малышку на место, как дверь распахнулась, и на пороге оказался... Малфой. Мерлин, это уже не смешно! Девушка недоверчиво посмотрела на него, затем перевела взгляд на часы и нахмурилась. — Тебе не кажется, что это немного невежливо, вот так врываться? — она скинула с плеч мантию и взмахом палочки отправила её на вешалку. Поправила лацканы своего пиджака, провела руками по юбке длиной чуть короче, чем полагалось: Гермионе казались очень изящными её коленки, и она с удовольствием показывала их миру. — Мы поправили реквизиты в контракте, пожалуйста, посмотри сразу, — без приветствия Драко подошёл к ней на расстояние вытянутой руки и протянул пачку пергаментов. Гермиона приняла её и ненарочно коснулась кончиками пальцев его руки. К её удивлению, он не скривился, не отпрянул от неё, словно ошпаренный кипятком. Спокойно передал бумаги. Его кожа показалась ей обжигающе холодной. На ум тут же пришли хорошие перчатки, да вот только под каким соусом она их ему подарит? Из неловкости и застенчивости? — Я всё равно должна прочитать его от начала и до конца, — извиняющимся тоном произнесла девушка. — Зайди через пару часов, хорошо? Грозовые тучи, сгустившиеся в его глазах, рассеялись. — Да, без проблем, — Драко вышел из кабинета, оставив после себя лёгкий шлейф парфюма. Что-то свежее и зимнее, наверное, Гермиона могла бы сказать, что так пахнет свежевыпавший снег... Она поставила на контракте свою визу уже через полтора часа. Ещё через час Гермиона захлопнула пухлый каталог «Магической моды» и быстрым почерком заполнила карточку заказа пары тёплых перчаток, указав в качестве получателя Малфоя.***
Утром в Атриуме появилась огромная ель, чьи ветви оказались припорошены снегом. По дереву рассыпались разномастные украшения, и после обеда Гермиона позволила себе остановиться у него, чтобы получше их рассмотреть... Тем более что девятое задание оказалось тесно связано с рождественскими украшениями. «9 декабря. Отыщи самое нелепое рождественское украшение». Она неспешно скользила взглядом по раскидистым ветвям, обняв себя за плечи. В тонком кардигане цвета корицы было немного прохладно. — Самое нелепое украшение... — пробормотала Гермиона, приподнявшись на носочки. — По-моему ничего нелепее, чем вон тот домовой эльф в костюме Санты, на этой ёлке нет. Девушка вздрогнула и обернулась. Определённо, в её жизни стало слишком много Малфоя, но она не могла с ним не согласиться.***
Десятого декабря за завтраком Гермиона впервые поймала себя на мысли о том, что она торопится на работу не только ради адвент-календаря... «10 декабря. Съешьте один десерт на двоих в компании с тем, о ком вы стали слишком часто думать в последнее время». Гермиона, смутившись, захлопнула маленькую книжку и присела на диванчик в своём кабинете. Впервые в её голову закралась мысль о том, что дарителем этого адвент-календаря вполне мог оказаться Малфой... Он подозрительно часто подходил на роль того, с кем стоило выполнить ежедневный квест, убеждал, что такой адвент — редкость. Гермиона сделала себе чашку чая и, удобно устроившись, стала анализировать их общение за прошлый год. Официально-нейтрально-деловое. Ничего особенного. Она пыталась вспомнить, оказывал ли он ей какие-нибудь знаки внимания, но, к счастью или сожалению, в памяти не всплыло ни одного подходящего случая, всё их взаимодействие укладывалось в рамки рабочих отношений. Могла ли она ему нравиться? Чисто теоретически... Пожалуй, да. Гермиона призвала к себе зеркальце из сумочки и пристально всмотрелась в своё отражение, попытавшись увидеть себя глазами Драко Малфоя, а в следующую секунду в ужасе отшвырнула его на пол и прижала руку к губам. Испугало не отражение, а осознание собственного интереса к этому вопросу. Почему это её заботит, как именно она выглядит в его глазах?! Как вообще в её умной голове возник вопрос про какую-то симпатию? Это всё чёртов адвент и его задания! Нелепые случайности, благодаря которым она начала думать о Драко Малфое как о мужчине. Симпатичном, высоком и забавном, когда улыбается и не мечтает вырезать всех грязнокровок... Стоп, а кто сказал, что он вообще когда-то о таком мечтал? Гермиона упёрлась локтями в колени и положила голову на собственные ладошки. Допустим, Малфой отправил ей этот календарь. Если так, то он точно знает, что за задания поджидают её, верно? Гермиона решительно поднялась на ноги и... до обеда еще несколько часов, она рьяно взялась за работу. Несколько часов спустя она показалась в министерском кафетерии и заказала поистине огромный кусок яблочного пирога с корицей. От выпечки пахло так, что текли слюнки. Гермиона присела за столик на двоих и уставилась на очередь, в которой со скучающим выражением на лице стоял Малфой. Она не торопилась начинать еду, ждала, когда Драко двинется к столикам. Когда он прошёл мимо неё, Гермиона его окликнула, потратив на это половину своего запала. — Малфой, может, поможешь мне с десертом? Он замер. Как и несколько сидящих за соседними столиками человек. Гермиона выдавала милую улыбку, и, к её удивлению, Малфой плавно приземлился напротив, уместив свой поднос на маленьком столике. — Взяла кусок не по зубам, Грейнджер? — он одарил её самодовольной улыбкой, и её сердце пропустило удар. Мерлин, только не это... Она реагировала. Ладони немного вспотели, щёки обдало жаром, дыхание слегка сбилось. — Просто хочу поделиться, я столько не съем, — она пожала плечами, надеясь, что это выглядело непринуждённо. — Ну, раз уж ты так просишь, — Драко вонзил в пирог свою вилку.***
Их совместное поедание яблочного пирога стало настоящей новостью номер один в министерстве. Гермионе пришлось тем вечером объяснять свой порыв неприятно удивлённым друзьям, однако звучала она крайне неубедительно, почему-то умолчав о адвент-календаре. Позже, лежа в своей постели, она уличала себя в том, что почему-то спокойно обсуждала эту вещь с чужим для неё Малфоем, но вот поделиться с друзьями так и не смогла...***
«11 декабря. Расскажи тому, с кем разделила десерт, о месте, куда приходишь, чтобы ощутить покой и умиротворение». Девушка захлопнула крошечную книгу и покачала головой. Уверенность в том, что именно Драко подложил ей в кабинет адвент, росла, вот только бежать к нему с обвинениями не хотелось... Напротив, азарт усилился, появилось бешеное желание дойти до заветной двадцать пятой книжицы. С недавних пор местом, где она ловила покой и умиротворение, стал её рабочий кабинет. Раньше она делила небольшую комнатушку с несколькими специалистами сразу, сейчас же занимала столько же пространства одна. Гермиона скинула туфли и прилегла на диван, дав волю своим мыслям. Итак, похоже, ей стал симпатичен Драко Малфой. Что же она о нём знала на сегодняшний день, кроме банальных вещей вроде оправдательного приговора и неожиданно успешной карьеры в министерстве? Поговаривали, что у него есть невеста, и эта мысль кольнула куда-то в район сердечка острой иголкой. Ей очень не хотелось, чтобы это было правдой. Ей вообще хотелось, чтобы в двадцать пятом томике оказалось задание вроде поиска омелы, под которой её обнаружил бы совершенно случайно идущий мимо Драко в какой-нибудь обязательно светлой одежде. Вспомнились все просмотренные в компании родителей романтические комедии с их банальными сюжетными линиями и ожидаемыми поворотами, где красавчик обязательно выбирал между сексапильной дивой и дурнушкой, нереалистично отдавая предпочтение второй... Гермиона не могла себя отнести ни к тем, ни к другим, зато совершенно точно считала Малфоя этим самым красавчиком. Вот интересно, он везде такой идеальный?.. Она резко села на диване и сдавила виски кончиками пальцев. Это что за мысли? Наверное, всё дело в том, что она некоторое время не занималась своей личной жизнью. Режим дом-работа-дом кого угодно приведёт за ручку к мысли о привлекательности Малфоя... В таком положении её и нашёл Драко. Он как-то тихо проскользнул в её кабинет. — Зачем ты тревожишь моё убежище в этот раз? — беззлобно спросила Гермиона, откинувшись на спинку дивана. — Убежище? — переспросил Драко, слегка улыбнувшись, и она кивнула. — Мой кабинет. Моё убежище. Место, где спокойно...***
«12 декабря. Спой рождественский гимн в кафетерии». Гермиона едва ли не отбросила от себя подальше ни в чем не виноватую книжечку. Петь она не умела от слова совсем. Позориться перед всеми в кафетерии... И перед ним. О, наверняка в его представлении девушка обязана обладать чарующим голосочком и тончайшим слухом... Гермиона захотела ударить себя по лбу за такие мысли. Какая вообще разница, что за девушки ему интересны? Она покосилась на брошенную книжечку, и тут в её умной голове возникла светлая мысль: можно ведь спеть там гимн в конце рабочего дня! В условиях не указано ничего про наличие слушателей! Гермиона еле дождалась вечера для осуществления своей задумки. Едва стрелки часов перевалили за шесть, как она покинула свой кабинет и застучала каблучками в сторону кафетерия. Дверь открыла с помощью банальной алохоморы и прошла в пустое помещение, пахнущее чистящими средствами и остаточными запахами еды. Она тихо затянула первый попавшийся рождественский гимн, с каждым шагом её голос становился все увереннее и громче. Когда Гермиона дошла до припева, раздался смех и редкие хлопки. От неожиданности девушка даже подскочила на месте. — Браво, Грейнджер! — к ней шагал смеющийся Малфой. — Прекрасный концерт! Она покраснела до корней волос. Ну почему именно он и именно сейчас? — Давай сделаем вид, что ты этого не слышал, хорошо? — тихо попросила девушка, вжав голову в плечи. — Конечно, только ответь, пожалуйста, зачем ты это делала? — Не важно, захотелось. — Это было задание? Из твоего календаря? После этого вопроса Гермиона вспомнила все свои подозрения относительно таинственного дарителя и, прищурившись, подошла к Малфою немного ближе. — Какие ещё задания там есть? К чему мне готовиться? Малфой поднял руки и отступил от неё на пару шагов назад. — Понятия не имею, Грейнджер, но ты зря так смущаешься. Певица из тебя, конечно, никудышная, но разве это имеет значение, если тебе правда хочется петь? Ты не выглядела как человек, которого принудили. Ты вроде даже наслаждалась. От его слов стало ещё хуже. Вообще, для Гермионы спеть при ком-то означало едва ли не то же самое, что раздеться. Интересно, если он увидит её обнажённой, она будет чувствовать себя так же паршиво?***
«13 декабря. Ты прошла половину пути и заслужила отдых!»***
«14 декабря. Не пора ли нарядить елку, мисс Грейнджер?»***
За десять дней до Рождества Гермиона обнаружила себя немного влюблённой и самую малость этим фактом разочарованной. Ну не выходил из её головы Драко Малфой, нагло обосновался там, закинув длинные ноги одна на другую, и отпускал едкие и смешные комментарии по поводу и без... Точнее, Гермиона за него придумывала эти самые комментарии. Свежеосознанное влечение не радовало, ведь обещало быть очередной горькой игрой в одни ворота, поэтому, раскрыв пятнадцатую книжку и прочитав задание, она тут же схватилась за перо, чтобы его выполнить. «15 декабря. Напиши письмо, которое никогда не отправишь». О, она писала. Строчки неровно ложились на пергамент, и там было всё, начиная обвинениями во всех его грехах прошлого и заканчивая колким «меня к тебе тянет, Драко» (зачёркнуто), я что-то чувствую к... (снова зачёркнуто), похоже, я в тебя... (залито аккуратной чернильной кляксой). Так и не закончив письмо, она засунула его в первую попавшуюся папку, когда в кабинет вошла её начальница.***
«16 декабря. Укрась кабинет магическим снегом».***
«17 декабря. Не отказывайся от игры в снежки!» Это задание пока что лидировало по уровню нелепости. Снежки? Ей что, влезать в компанию играющих детей на улице? Однако календарь, кажется, был в чем-то сведущ, ведь кто-то повредил чары погоды, и коридоры министерства натурально замело. Осторожно ступая по рыхлому снегу, Гермиона вышла в атриум, где развернулась самая настоящая битва, и, конечно же, несколько снежков тут же прилетели в неё саму. Наложив на ладони согревающие чары, она зачерпнула горсть снега и, скатав снежок, швырнула его в развеселившегося аврора Поттера, пока тот буквально забрасывал снежными комьями Малфоя. И тут она увидела... Перчатки на его руках. Её подарок. Драко поймал её взгляд и непривычно широко ей улыбнулся. Очередной снежок врезался ему прямо в нос.***
«18 декабря. Попроси того, кто поселился в твоей голове, сделать тебе чай». У Гермионы глаза полезли на лоб от этого задания. Как она должна это сделать? Пригласить его к себе в кабинет и попросить? Или... Бред. По всей видимости, на этой книжице распаковка адвент-календаря и закончится. Гермиона грустно вздохнула и с какой-то щемящей тоской взглянула на свою библиотечную полочку, к которой успела привыкнуть. Так и будет стоять до конца неразгаданной... День оказался выматывающим. К вечеру Гермиона обнаружила себя выжатой, словно лимон, который она так любила добавлять в чай... Она только занесла руку с зажатой в ней палочкой, чтобы нагреть чайник, как в кабинет вальяжно вошёл Малфой. — Ты слишком часто стал здесь появляться, — констатировала она факт, только имела ввиду не кабинет, а свою голову. — Хотел попросить глянуть еще один контракт. Твоим подружкам из отдела я не доверяю. — Зря, они способные девочки. Сегодня не посмотрю, сил нет. — Да мне бы до Рождества... Гермиона глубоко вздохнула. Была не была... — Если сделаешь мне чай. — Чай? — С лимоном, — она опустила подбородок на сложенные замочком руки. Малфой закатил глаза и взмахнул волшебной палочкой. В воздухе закружились её кружка, заварка, дольки лимона, но Гермиона смотрела не на этот вихрь, в считанные минуты превратившийся в чашку чая. Она смотрела на Драко, признавая своё поражение.***
«19 декабря. Станцуй белый танец». В эту пятницу несколько отделов министерства устроили небольшой корпоратив со сливочным пивом, глинтвейном и рождественскими угощениями. Официальный рождественский прием был традиционно назначен на двадцать четвёртое декабря, и, конечно, его Гермиона обязательно посетит, только бы найти себе пару... Стоя у окна самого просторного аврорского кабинета, украшенного мишурой и неаккуратными снежинками, она потягивала из бокала глинтвейн и размышляла о том, кого можно безопасно и безболезненно пригласить на рождественский прием. Ей очень не хотелось, чтобы предполагаемый спутник воспринял это приглашение как намёк на что-то большее, поэтому Гермиона, прогоняя из головы знакомый светловолосый образ, перебирала в уме всех присутствующих на мини-вечеринке парней. Почему-то она не ждала, что кто-то изъявит желание и пригласит её сам. А ещё у неё было невыполненное до сих пор задание из календаря. Гермиона сделала большой глоток глинтвейна и нашла взглядом Малфоя, замершего в противоположном от неё углу. Рождественский свитер с ёлочками выглядел на нём так смешно и уютно... Захотелось уткнуться носом в эту тонкую шерсть и провести по ней ладонями. — Привет, Гермиона, — к ней подошёл Дин, улыбающийся во все тридцать два зуба. — Я хотел спросить, с кем ты пойдёшь на приём через неделю? В этот момент она поймала пристальный взгляд Драко Малфоя. Кажется, он был напряжён... — Да я... Я, возможно, не пойду, — уклончиво ответила она, — у нас есть своя традиция в семье, да. День рождения кузена. Сам понимаешь если он будет отмечать, я... — она не договорила и развела руками, а Дин заметно погрустнел. Гермиона медленно выдохнула. Правильное решение. Согласие могло повлечь за собой непонимание. А ещё лишить возможности пойти туда в компании Малфоя, не так ли? — Что же, хорошо... Девушка одарила его извиняющейся улыбкой и перевела взгляд на Малфоя... выглядевшего так, словно он только что испытал огромное облегчение. — Друзья, внимание: белый танец! Гермиона залпом допила глинтвейн и решительно двинулась к Малфою, на ходу поправляя волосы и юбку. Во-первых, ей нужно выполнить задание. Во-вторых... Чего это он выглядит таким умиротворённым после её разговора с Дином? — Окажешь честь? — спросила она, подойдя к нему ближе. — Что же ты Томаса не пригласила? — он сверкнул глазами и вздёрнул подбородок. — Он отошёл до того, как объявили белый танец. — На два шага. — Хорошо, вернусь к нему. Она уже развернулась на каблуках, как вдруг чужая ладонь сомкнулась на её запястье. Гермиона ойкнула от неожиданности. — Я с удовольствием с тобой потанцую, — Малфой притянул её к себе. Его ладони легли на её талию, и Гермиона немного неуклюже положила руки на его плечи, умоляя себя не забывать дышать. Она впервые была так тесно прижата к нему. Наверное, кто-то из присутствующих удивился такому повороту, Дин, возможно, обиделся, но Гермиона чувствовала под своими пальцами удары сердца Малфоя, слышала его тихое дыхание и просто упивалась этим странных зимним парфюмом, облачко которого окутывало Драко вместе с ней. Она зачарованно смотрела на его губы и пыталась угадать, каковы они на вкус.***
«20 декабря. Похоже, сегодняшнее задание выполнено ещё вчера...» Гермиона перечитала строчку несколько раз, воскрешая в памяти прошлый вечер. От глинтвейна немного побаливала голова, что осложняло ей задачу. Что там вчера было? Они танцевали белый танец, точно. Потом вдвоём ускользнули от стремительно теряющей градус адекватности вечеринки... Гуляли по Лондону, набрели на... — Мерлин мой, омела, — прошептала Гермиона, ощущая, как начинают гореть уши. Это и поцелуем-то было сложно назвать, так, лёгкое касание губ, вот только воспоминание о нём обжигало внутренности. Остаток дня Гермиона провела в постели, поедая фиш энд чипс и просматривая романтические комедии одну за другой.***
«21 декабря. Рождество всё ближе! Проверь, всё ли готово, и выбери уже платье для приёма!» С учётом того, что ещё она вспомнила о прогулке после вечеринки, к тому вопросу следовало подойти серьёзно, остановив выбор на темно-зеленом слизеринском цвете...***
«22 декабря. Готов поспорить, что ты забыла про туфли».***
«23 декабря. Если передумаешь идти — никогда не узнаешь, что скрыто в последней книге». Она не видела Малфоя с того самого дня, когда неловко коснулась его губ своими по омелой. Как обычно, количество работы под конец года превышало все мыслимые объёмы, и Гермиона пряталась за своими отчетами и цифрами, банально боясь посмотреть в льдистые глаза. Может, он уже тысячу раз пожалел, что вообще ушёл с вечеринки вместе с ней? И что предложил в итоге пойти на приём вместе? Одно Гермиона знала точно: ей совсем не хотелось идти и искать его специально.***
«24 декабря. Веселись! Если ты всё сделала правильно, ровно в полночь сможешь открыть двадцать пятую книгу». Волнение не отпускало её с самого утра. Гермиона успела отругать себя за то, что рискнула согласиться на его компанию для приёма. Придётся же танцевать с ним, разговаривать и под ручку зайти в зал. С учетом стремящегося к нулю общения, задача казалась практически невыполнимой. Тем не менее, симпатичное зелёное платье, расшитое серебристыми пайетками, ждало своего часа, пока Гермиона укладывала волосы во что-то похожее на её прическу на Святочном балу. Открытую шею украсил бархатный чокер в тон туфлям. Конечно, приём предполагал определённый образ и стиль, но прежде всего она хотела быть красивой для него. Для Малфоя. Застегивая ремешки туфель, она думала о том, что, вероятно, ей не светит больше одного вежливого танца в его компании, и от этого хотелось вздыхать и немного плакать. Вот бы ей в тринадцать лет сказали, что она станет переживать из-за Драко Малфоя и его мнения... Но время пролетело, больше десяти лет, и заносчивый чистоплюй превратился в весьма обходительного мужчину. Чувство юмора у времени, конечно... Оставляет желать лучшего.***
Он зашёл за ней без пяти минут девять. Гермионе показалось, что Драко взволнован не меньше, чем она сама. — Отлично выглядишь, — с его губ слетел дежурный комплимент, и Гермиона ответила ему улыбкой. — Идём? Они дошли до преобразившегося атриума в неловком молчании. Один раз Драко придержал её за руку, спасая от досадного падения, и она пискнула смущённое «спасибо». Гермиона с каждым шагом чувствовала, как ноги наливаются свинцом неловкости и недосказанности. По атриуму эхом разливалась чарующая мелодия, с потолка сыпали снежинки, которые растворялись в воздухе, не долетая до земли. Все министерские служащие будто бы превратились в элегантных графов и графинь, демонстрируя окружающим свои лучшие наряды. — Ну, что же, — начал Малфой, когда они оказались чуть ли не в центре помещения, — чем займёмся? Гермиона непонимающе захлопала ресницами и одарила его удивлённым взглядом. — Мы? Ты... Ты разве не пойдешь к своим коллегам? — она кивнула на столик, за которым расположились Нотт и Забини в компании нескольких девушек в шикарных платьях. Драко пожал плечами. — Не планировал. Я тебя пригласил, забыла? — Я думала... Думала это — формальность. Драко улыбнулся ей обезоруживающе. — Формальность? Нет. Конечно же нет. Разве я не могу захотеть провести этот вечер в твоей компании? — Можешь... — эхом отозвалась Гермиона, ощущая, как подкашиваются её коленки. Она крепче ухватилась за его руку. — Тогда... Потанцуем? Драко покачал головой. — Белый танец ещё не объявили. Гермиона хотела сквозь землю провалиться от окутавшего её смущения. — Да... Ну... — Давай лучше я тебя приглашу? Второй раз за этот сумасшедший декабрь она кружилась в объятиях Малфоя. Ей даже удалось ни разу не наступить ему на ногу, что, в принципе, можно было считать достижением.***
Гермиона оставила его в одну минуту первого, чтобы, спрятавшись за колонной, увитой серебристым плющом, раскрыть странички предусмотрительно взятой с собой книжечки. «25 декабря. Если ты добралась до этой книги, значит, ты всё сделала правильно, и у меня есть шансы на взаимность. Ты ведь уже догадалась, кто подарил тебе календарь, правда? Пришло время признаться и мне, и тебе. Я начну. Ты мне нравишься, Гермиона. Понятия не имею, как это произошло, но оно уже есть, ты уже поселилась в моей голове. Если ты читаешь этот текст, значит, мы пришли на приём вместе, и ты, вероятно, улизнула от меня, чтобы узнать своё последнее задание. Вот оно: подари мне поцелуй, Грейнджер. Такой, чтобы я сразу понял, в чём именно ты хочешь мне признаться». Во рту пересохло, по коже пробежала волна мурашек. Гермиона спрятала книжицу в сумочку и выглянула из-за колонны. Она искала в толпе веселящихся Малфоя, но его нигде не было. Тысяча вопросов в голове: как он проник в её кабинет, кто подсказал? Как давно он думает о ней? Почему затеял эту игру, а не сказал прямо?.. Потому что еще месяц назад ей было в целом всё равно на него, а сейчас, после всех заданий и мелочей — нет. Она нашла его в лифтовом холле. По всей видимости, Драко хотел вернуться на свой этаж, но она его перехватила. Не говоря ни слова бросилась к нему через весь холл, споткнулась перед самым его носом, но Драко придержал, не позволил упасть. Секунды они смотрели друг другу в глаза, а потом Гермиона, обвив руками его шею и наплевав на все сомнения, коснулась его губ своими, вложив в этот жест всю нежность, на которую только была способна, и он ответил, а над их головами буйно зацвела омела.
