infant and innocent

- Дэниел? Арман спускался по одному из коридоров Тринити Гейт в поисках своего компаньона. Луи был где-то в Европе в компании Лестата, так что он пригласил Дэниела к себе в Нью-Йорк на неделю. И прямо сейчас тот куда-то пропал. Арман искал его вот уже 20 минут, но увы - мысли Дэниела были от него скрыты, так что найти его по ним не представлялось возможным. Он решил перепроверить собственную комнату ещё раз и обнаружил именно того, кого искал, сидящим на кровати. Он также увидел маленький сюрприз, который тот ему подготовил. Мариус стоял напротив кровати, обернувшись к двери, когда бледная кудрявая голова Армана возникла в дверном проёме. - Амадео! Рад, что ты к нам присоединился, - проговорил Мариус с мягкой улыбкой. Арман вошёл в комнату и направился прямо к Дэниелу, на мгновение игнорируя Мариуса. Он приблизился к его лицу, почти соприкоснувшись с ним лбами. - Дэниел, я искал тебя. Где ты прятался? – Его глаза метнулись к Мариусу и снова вернулись к Дэниелу. - И я не идиот. Что ты задумал? Рука Мариуса легла на спину Армана и это заставило его выпрямиться и встретиться взглядами со своим создателем. - Мне запрещено навещать моих мальчиков? Я могу уйти, если это доставляет неудобства. Мариус двинулся по направлению к двери, как бы собираясь уходить. Арман остановил его, вцепившись обеими руками в его рукав. Как и всегда, Мариус возвышался над ним, когда их взгляды снова пересеклись. - Дэниел хотел сделать тебе сюрприз в виде меня, раз уж вам в кои-то веки выпала возможность побыть наедине. Мы трое давно не проводили время вместе, не так ли, малыш? Последние слова подействовали как электрический разряд. Мариусу всегда удавалось влиять на него ласковыми прозвищами, но выбор именно этого означал, что он хочет поиграть с Арманом в особенную игру. Что вероятнее всего означало, что Дэниел хотел того же. Видимо, эти двое что-то запланировали для него, учитывая неожиданное появление Мариуса. Арман только сейчас обратил внимание на усмешку, появившуюся на лице Дэниела. Он скорчил тому рожу и вновь переключил внимание на Мариуса. - Ты должен вести себя хорошо с Дэниелом, Амадео. Было мило с его стороны пригласить меня сюда, чтобы мы оба могли быть здесь, с тобой. Арман со вздохом кивнул. - Спасибо, Дэниел. Я люблю вас обоих. - Вот так, очень мило. Хороший мальчик, Амадео. Дэниел встал и положил руку на голову Арману, слегка взъерошивая волосы. Он начал целовать его лицо. Сначала щёку, потом нежные губы. Оставив множество поцелуев по всему лицу, он наконец отстранился. - Я тоже тебя люблю, детка, - проговорил Дэниел с любовью. – Очень, очень сильно, мой маленький мальчик. Арман хихикнул и подарил Дэниелу быстрый поцелуй. Он чувствовал себя таким любимым и спокойным с этими двумя. Его разум был лёгким и затуманенным, и он чувствовал себя… хорошо. Почти по-детски, что было его нормальным состоянием с ними, во время их игры. Арман снова потянул Мариуса за рукав, обращая к нему взгляд своих круглых карих глаз. - О чём ты меня просишь? Ты хотел поцелуй и от меня, ангел? Арман кивнул: - Да, - он замолчал, почти забыв добавить кое-что ещё. – Пожалуйста, папочка. После этого Мариус высвободился из хватки Армана, обхватил руками бёдра мальчика и поднял его так, что их глаза оказались теперь на одном уровне. Он усыпал поцелуями лицо Армана, также его зубы и клыки, потому что тот улыбался. Когда Мариус опустил его на пол, то занял место Дэниела у края кровати. Первым его коснулся Дэниел, беря за руку. - Позволишь своему папочке и мне позаботиться о тебе сегодня? – задал он вопрос, уже зная, каков будет ответ. Арман кивнул и тогда вмешался голос Мариуса. - Используй слова, Амадео. - Да, Дэниел. - Хороший мальчик. Мариус погладил его по волосам, а затем обхватил ладонью его лицо. - Мой дорогой, открой для меня рот, - попросил Мариус. Арман послушался и большой палец Мариуса проскользнул внутрь. Арман медленно сомкнул вокруг него губы и провёл по пальцу языком, пробуя кожу на вкус. Он посасывал палец, как ребёнок, и это его успокаивало. Мариус переместил палец во рту мальчика и проколол кожу о его клык, давая ему немного своей крови. Арман не был голоден и не нуждался в крови, но было приятно вновь ощутить вкус своего создателя. - Достаточно, - Мариус заставил Армана открыть рот и вынул палец. – Сегодня ты ведёшь себя хорошо. У тебя есть особые пожелания как нам лучше провести эту ночь перед тем, как мы продолжим? Арман покачал головой. - Нет, папочка. Вы оба можете продолжать. Мариус издал удовлетворённый звук, затем повернулся к Дэниелу и кивнул. Тот вынул из кармана что-то пластиковое, в чём Арман рассмотрел пустышку. Её внутренняя часть была прозрачной, а наружная – небесно-голубой. Когда Дэниел поднёс её к губам Армана, тот разомкнул губы и позволил положить её себе в рот. - Детка, подержи это для нас. Выглядишь очень мило с ней, - с улыбкой проговорил Дэниел и поцеловал Армана в кончик носа. Мариус устроился на краю кровати напротив Армана и усадил его к себе на колени спиной к своей груди, обхватывая обеими руками, даря чувство безопасности. Дэниел опустился перед Арманом на колени и погладил его по ногам. Медленно провёл пальцами от голеней к бёдрам. С силой развёл бёдра Армана, вырывая из того маленький вздох. Мариус проследовал ладонями к паху Армана, мягко поглаживая через ткань, пока не почувствовал под пальцами нарастающее возбуждение. Тогда он расстегнул его брюки, а Дэниел стянул их вместе с бельём. Дэниел обхватил его член руками и начал двигать ими, сжимая с нарастающей силой. Он взглянул вверх на Армана, который следил за ним всё это время. Их взгляды встретились и Дэниел улыбнулся как раз перед тем, как взять его в рот. Арман вздрогнул от внезапной перемены ощущений, что позабавило Дэниела. Как только его слюна полностью покрыла член Армана, он начал сосать. Скоро Арман уже с трудом сдерживал звуки. Пустышка приглушала их, но тихий скулёж всё же прорывался. Вдобавок руки Мариуса скользнули вверх по телу Армана, поглаживая и дразня его соски через одежду.  Мариус покрывал жадными поцелуями шею, уделяя своему мальчику всё внимание, которое мог в данный момент. За то время, что все они были знакомы, Дэниел стал очень хорош в том, чем сейчас был занят. Арман наблюдал за движениями его головы: он заглатывал его полностью, делая паузу у основания и затем возвращал внимание на головку. Он терялся в ощущениях, что было приятно. Но внимание от двоих мужчин сразу означало, что долго он не продержится. Дэниел стал наращивать темп, будто чувствуя приближение оргазма. Если Дэниел продолжит в том же духе, он был уверен, что не сможет сдержаться. На очередном стоне Арман открыл рот слишком широко, выронив пустышку. Мариус тут же убрал от него руки и отстранил Дэниела, оттянув того за волосы. Арман издал протестующий звук, но Мариус лишь повернул его лицо к себе. - Дэниел ведь попросил тебя не выпускать её, - тон Мариуса стал чуть более строгим, чем обычно. - К тому же, ты так хорошо себя вёл весь вечер, - Дэниел поглаживал бёдра Армана, не касаясь больше того, что было между ними. - Дэниел, пожалуйста, - Арман попытался повернуться к нему лицом, но хватка Мариуса не позволила этого сделать. - Думаешь, ты заслужил это, Амадео? – спросил он. – Мы не просили от тебя многого. Арман нахмурился. - Я не думаю, что заслуживаю такого отношения от вас, - бросил он. Мариус приподнял бровь: - Уверен, что хочешь говорить со мной в таком тоне? Арман ничего не ответил. Конечно, он повёл себя глупо, но сейчас Мариус расстраивал его. Он встряхнул головой в попытке высвободиться из рук Мариуса, но тот одним движением уложил его к себе на колени животом вниз. Глаза Армана расширились. Он был знаком с этой позой и знал, какой тяжёлой могла быть рука Мариуса, когда было нужно. - По-твоему 20 будет честно? – спросил Мариус. Арман не ответил. Тогда Мариус потянул его за волосы, причиняя острую боль: - Амадео, если ты не ответишь , я не остановлюсь, пока не услышу от тебя ответ. - Да, папочка, - поспешно ответил тот. Мариус отпустил его волосы и шлёпнул его в первый раз. Он ощутил короткую вспышку жгучей боли, которая так же быстро исчезла. Мариус всегда был сильным, даже когда Арман был смертным, но с его обращением сдерживаться больше не приходилось. Он всегда чувствовал себя беспомощным под Мариусом, даже теперь. - В этот раз тебе не придётся считать. Дэниел делает это за тебя мысленно. Но я хочу, чтобы ты извинился перед ним перед тем, как я продолжу. – Мариус ждал, Арман помолчал некоторое время. Он был перевозбуждён и стыд почти поглотил его, но он знал, что молчание лишь усугубит наказание. - Прости. Я люблю тебя, правда, - Арман был готов расплакаться. Когда второй шлепок Мариуса заставил Армана вскрикнуть, Дэниел поцеловал его. Каждый удар был сильнее предыдущего и каждый приближал его слёзы. К 17, как ему казалось, удару он начал плакать, но всё уже почти кончилось. Покраснение быстро прошло благодаря ускоренному заживлению, но неприятная боль осталась. Дэниел откинул его кудри от лица: - Последний. Затем удар с силой обрушился на кожу, вырывая у Армана стон. Отдышавшись, он наконец расслабил тело. Сейчас Арман ещё больше погрузился в атмосферу их игры. Он не был уверен, что это было запланировано изначально, но сейчас ему было всё равно. - Сядь, пожалуйста, на место, малыш, - скомандовал Мариус и он послушался. Он снова прижимался спиной к груди Мариуса и тот снова погрузил свой большой палец в рот Армана, на этот раз не давая своей крови. Дэниел обхватил всё ещё твёрдый член Армана рукой и сжал. В этот раз он делал всё руками, но сейчас этого было вполне достаточно. Довольно скоро дыхание Армана стало тяжёлым и тело пронзил электрический разряд, заставивший его кончить. Дэниел всё ещё сжимал его, продлевая ощущения как можно дольше. Его рука окрасилась красным, но Мариус уже протягивал ему салфетку. Дэниел поднял упавшую пустышку с пола и вернул её в рот Армана. Лицо Армана было красным от слёз и Дэниел вытер их чистой стороной салфетки. Мариус приподнял Армана и уложил на постель. Тот прикрыл глаза и выдохнул. Дэниел с Мариусом вероятно уже устроились на кровати рядом с ним или где-то ещё. Это было и не важно - достаточно было знания, что они оба всё ещё были рядом и это его успокаивало. Арман много кого любит, но эти двое особенные. Его единственный создатель и его единственное дитя - и его это устраивает.