Когда змеи молчат

Я никогда не думал, что обычный магазин может казаться одновременно уютным и... немного пугающим. Над дверью висела старая, выцветшая вывеска: «Гаррик Олливандер. Изготовитель превосходных волшебных палочек с 382 года до нашей эры.» — Лучший мастер во всей Британии, — с уважением сказал Хагрид. Стоило открыть дверь, как над головой тихо звякнул серебряный колокольчик. Внутри было полутемно. Стеллажи уходили куда-то под самый потолок и на них стояли тысячи узких коробочек. Я невольно задержал дыхание. Казалось, магазин тоже наблюдает за мной. — Добрый день... Голос раздался неожиданно. Из глубины помещения появился очень пожилой мужчина. Его серебристые глаза блестели так ярко, что на мгновение мне стало не по себе. — Гарри Поттер. Он улыбнулся. — Я ждал вас. Кажется, сегодня это самая популярная фраза... — Здравствуйте. — Ах... — неожиданно произнес мужчина Мистер Олливандер медленно подошёл ближе. — Те самые глаза. Глаза Лили. — Но лицо Джеймса... Он говорил скорее самому себе, чем нам. — Помню палочки ваших родителей: десять с четвертью дюймов, красное дерево, замечательная работа. А у Джеймса... Он рассказывал так спокойно, словно говорил о старых друзьях. Я молча слушал. Внутри вдруг стало удивительно тихо. Впервые за весь день родители перестали быть просто именами. Они были людьми. Настоящими. И кто-то их помнил. — Посмотрим... Олливандер взял длинную измерительную ленту. — Правую руку, если не возражаете. Я протянул руку. Лента тут же ожила. Она измеряла всё подряд: пальцы, локоть, рост, расстояние между плечами, и даже окружность головы. — Интересно... Очень интересно... Тем временем хозяин магазина уже снимал коробки с полок. — Попробуйте эту. Я взял палочку. — И?.. — Взмахните. Я осторожно махнул. Ничего. — Нет... Она мгновенно исчезла из моей руки. — Следующую. Вторая. Третья. Пятая. Десятая. После очередной попытки одна из палочек выбила вазу. Другая заставила потолок покрыться инеем. Третья выпустила сноп зелёных искр прямо в Хагрида. — Ой... — Не страшно! — рассмеялся Хагрид. Олливандер, наоборот, выглядел всё более довольным. — Любопытно... Очень любопытно... Он долго ходил между полками. Потом внезапно остановился. — Кажется... Да. Снял одну-единственную коробку. Очень осторожно. Будто внутри лежало что-то бесценное. — Одиннадцать дюймов, остролист, перо феникса. Я коснулся палочки. В тот же миг тепло разлилось по ладони. Не обжигающее. Скорее... словно кто-то радостно пожал мне руку. Воздух вокруг задрожал и из конца палочки вырвался золотистый вихрь. Он закружился под потолком и сотни крошечных искр рассыпались по магазину, а некоторые напоминали маленьких птиц. Они кружили вокруг меня, прежде чем медленно исчезнуть. Я поражённо замер. — Она... — Выбрала вас, — закончил Олливандер. Он улыбался. Но улыбка быстро исчезла. — Любопытно... Очень любопытно... — Что именно? Старик долго смотрел на меня. — Видите ли... Перо в вашей палочке принадлежало одному и тому же фениксу... Он сделал небольшую паузу. — ...что дал ещё одно перо. Я молчал. — И из него была изготовлена другая палочка. Почему-то стало холоднее. — Чья? Олливандер посмотрел мне прямо в глаза. — Того самого волшебника, который оставил этот шрам. Я машинально коснулся лба. Шрам слегка кольнул. Всего на мгновение. Но этого оказалось достаточно. — Иногда судьба пишет очень странные истории, мистер Поттер. — Надеюсь, моя закончится хорошо. В глазах старого мастера мелькнула грустная улыбка. — Это уже зависит не от палочки. А от человека, который её держит. Мы вышли из магазина почти молча. Я всё ещё сжимал коробочку с палочкой. Странно... Хотя она лежала внутри, мне казалось, будто я чувствую её тепло сквозь дерево и картон. — Ну что? — спросил Хагрид. — Не знаю... Я улыбнулся. — Кажется... Теперь всё стало настоящим. Хагрид громко рассмеялся. — Вот увидишь, Гарри. Это только начало. Я тогда ещё не знал, насколько он окажется прав. Ведь меньше чем через два месяца я снова встречу мальчика с серебристыми волосами. И именно тогда он впервые назовёт меня... — Поттер. Так спокойно. Так буднично. Словно мы были знакомы уже много лет.