Спор о трёх принцессах

Закончился очередной урок от Ласта, и, надо признать, сегодня лекция морского была даже немного интересной. Воспитатель сидел в центре пещеры и рассказывал драконятам о мире, который они сами никогда не видели, и о трёх сёстрах-принцессах, что разорвали Песчаное королевство на части. — ...и с тех пор Огонь, Ожог и Пламень не могут поделить трон своей матери, — закончил Ласт, складывая свиток, который держал в когтях. — Прошло уже много лет, и конца этой войне не видно. Солнышко, которая свернулась клубочком у входа, приподняла голову. Её золотистая чешуя приятно блестела в тёплом свете факелов. — Но ведь кто-то из них должен быть лучше других, правда? Как в свитках, где одна сильная, одна умная, а одна добрая и красивая. — В реальной жизни всё немного сложнее, Солнышко, — вздохнул Ласт, поднимаясь. — Да и принцессы эти не сказочные героини. Цунами, которая всё это время стояла у самой реки, недовольно фыркнула. — И всё же какая-то из них должна править песчаными драконами. И что, решать нам? — В пророчестве сказано, что именно Драконята Судьбы должны остановить эту войну, — кивнул Звездокрыл, отрываясь от своего свитка. — Когда придёт время, мы должны будем выбрать новую королеву песчаных. — Но мы же даже не видели их никогда, — Цунами хлестнула хвостом по воде. — Откуда нам знать, какие они на самом деле? Глин смотрел, как Ласт сворачивает все свои свитки и идёт к выходу из пещеры. — А что нам вообще о них рассказывали? — спросил он вслух. — Ласт говорил, что Огонь любит калечить других и у неё целая башня с чучелами убитых ею существ... Получается, она самая злая и жестокая. — Сильная, — поправила его Цунами. — Её боятся, потому что она сильнее всех, вот и пускают слухи. Лично я эту башню не видела, может, там всё вообще не так! Да и в честном бою Огонь бы победила любую из своих сестёр. Она самая старшая и самая крупная, разве это не то, что нужно королеве? Ореола лежала на небольшом выступе скалы, и её чешуя переливалась фиолетовым цветом. — Сила без ума никуда не годится. Ожог гораздо умнее, и, судя по рассказам Ласта, ведёт правильную и осторожную политику. С таким методом она гораздо лучше подходит для трона, чем та, кто просто крушит всё на своём пути. Цунами сердито развернулась в её сторону, и полосы на боках морской вспыхнули. — Ты называешь это умом? Ожог просто трусиха, которая нанимает убийц и использует яды, чтобы избавляться от врагов. Настоящая королева так не поступает. — Ничего она не прячется, — закатила глаза Ореола. — Это называется стратегия. Она использует то, что у неё есть — ум и хитрость. Пока остальные тратят силы и убивают друг друга, Ожог будет сидеть на троне, вот увидишь. Звездокрыл почесал когтем за ухом, обдумывая услышанное. — Если подходить к вопросу рационально, то Ожог действительно выглядит наиболее предпочтительным кандидатом. Она не тратит ресурсы попусту, у неё есть долгосрочный план. Хотя, конечно, информация, которой мы располагаем, крайне ограничена, и мы не можем быть уверены в точности... — Ну вот, опять он за своё, — проворчала Ореола, прикрывая глаза. Глин перевёл взгляд на Солнышко. Она явно хотела что-то сказать, нетерпеливо перебирала лапами, но ждала, пока другие закончат спорить. Её хвост нервно дёргался, будто она вот-вот выпалит всё, что накопилось. — А ты что думаешь? — спросил он её. Солнышко заулыбалась, когда он обратился к ней напрямую. — Мне кажется, что если они сёстры, то должны были бы просто договориться. Но раз не смогли и выбирать нам, то я за Пламень. О ней меньше всего говорят плохого, так что, может быть, она просто не хочет воевать, как все остальные? Если бы ей дали шанс, может, она бы смогла всех помирить и сделать так, чтобы никто больше не умирал. Она не жестокая и не коварная. Цунами фыркнула. — Нет-нет, точно не она. Пламень глупа и труслива, тоже прячется за спиной у других, как и Ожог. Она не сможет править, у неё для этого нет ни силы, ни ума. Если мы выберем её королевой, песчаные быстро станут слабыми и беспомощными, и тогда любое другое племя легко их победит. — Но это неправильно, — настаивала Солнышко. — Если они продолжат убивать друг друга, королевство никогда не будет в мире. Может быть, Пламень на самом деле умная и добрая, просто все о ней плохо говорят? — Возможно, она просто притворяется, — поддержал Звездокрыл. — Это может быть частью её стратегии. Есть вероятность, что она умнее, чем кажется, просто скрывает это. Я читал о такой теории, что... — О, только не это, — вздохнула Ореола. Глин задумчиво посмотрел на свои лапы. Он плохо разбирался в песчаных принцессах, но думал, что тот, кто кажется добрым, возможно, и есть самая лучшая королева. — Я тоже считаю, что Пламень неплохая. По крайней мере, не такая ужасная, как говорят про других, да и большинство песчаных тоже за неё. Она кажется безобидной и милой. Может, если бы ей помогли, она бы стала хорошей королевой? — Ты слишком добрый, Глин, — покачала головой Цунами. — Песчаным нужна не та, кто будет переживать только о том, как она выглядит, а сильная королева. — А сила кроется в уме, — вмешалась Ореола, приподнимаясь на лапах. — Ожог не нуждается в том, чтобы доказывать свою мощь в каждой битве. — Да ну? — усмехнулась Цунами. — Может, тогда Ожог выйдет и победит Огонь в честном бою? Без хитростей и интриг, просто когти и зубы. — Ничего бы не вышло, потому что она не настолько глупа, чтобы ввязываться в драку с той, у которой преимущество в силе, — парировала Ореола. — Это и отличает умную королеву от мёртвой. — А кто сказал, что честный бой — это глупость? — возразила Цунами. — Королева должна быть готова защищать свой трон сама. — А кто сказал, что она должна делать это в одиночку? — ответила Ореола. — Ожог использует союзников, и это умно. — Использовать убийц, чтобы избавляться от врагов? — усмехнулась Цунами. — Отличная стратегия. Глин переводил взгляд с одной на другую, чувствуя, как спор становится всё жарче. Он уже начинал жалеть, что заговорил. — Может, мы просто подождём? — осторожно предложил он. — Пока не узнаем о них побольше? Звездокрыл кивнул, отрываясь от своего свитка. — Согласен. Нам катастрофически не хватает данных для полноценного анализа. Солнышко встала и подошла к Цунами с Ореолой, оказавшись между ними. Она коснулась крылом сначала одной, потом другой. — Давайте не будем ссориться, — мягко сказала она. — Мы всё равно не можем решить это сейчас. Может быть, когда-нибудь мы увидим их сами, и тогда поймём, кто из них на самом деле лучшая королева. Цунами и Ореола переглянулись и нехотя отступили. Цунами отвернулась к реке, а Ореола снова улеглась на свой выступ. На несколько мгновений в пещере воцарилась тишина, и было слышно лишь журчание подземной реки. Звездокрыл вертел в лапах свиток, который так и не убрал. — Спорить можно бесконечно, — наконец сказал он. — У нас есть ещё несколько лет, прежде чем мы сможем хоть как-то повлиять на это. Может быть, когда мы вырастем и увидим их сами, то поймём, кто из них на самом деле достоин трона. Глин зевнул и потянулся. — Тогда я, наверное, пойду посплю. Всё равно пока ничего не решим. Он поднялся и направился к своему углублению для сна, волоча по каменному полу тяжёлый хвост и уже на ходу прикидывая, что ему сегодня приснится — огромное стадо коров или, может быть, целая гора вкусных кабанов. Солнышко посмотрела ему вслед, потом перевела взгляд на Цунами, которая всё ещё стояла у реки, мрачно глядя в тёмную воду. — Ты идёшь? — спросила она. Цунами фыркнула и развернулась, хлестнув хвостом по воде. — Иду. Всё равно спорить с вами бесполезно, пока мы ничего не знаем. Она зашагала к своему спальному месту, но на полпути остановилась и обернулась. — Но я всё равно считаю, что Огонь была бы лучшей королевой. Хоть она и кажется грубой, но по крайней мере не прячется. Ореола, которая уже сползла со своего выступа и лениво потягивалась, фыркнула. — Огонь? Ну-ну. — Что, хочешь сказать, что Ожог смогла бы победить Огонь в честном бою, без уловок? — Я хочу сказать, что... Солнышко вздохнула и отвернулась от них. Она немного постояла посреди пещеры, глядя, как её друзья расходятся по своим углам. Звездокрыл остался на месте, разворачивая тот самый свиток, который так и не убрал. — Ты не будешь спать? — спросила его Солнышко, подойдя ближе. — Я почитаю немного, — ответил он, не поднимая головы. — Может, найду что-нибудь ещё про этих принцесс. Вдруг Ласт что-то упустил. Она улыбнулась и направилась к своему углублению, но задержалась на мгновение. — Ты правда думаешь, что мы сможем выбрать? Звездокрыл поднял голову от свитка и обернулся на неё. — Надеюсь, что когда придёт время, мы как-то сами поймём, — сказал он. — Нам просто нужно быть готовыми и знать побольше... Солнышко кивнула и забралась в свою нишу, сворачиваясь клубочком на мягкой подстилке из мха. Она слышала, как Цунами ворочается в соседней, как Ореола уже ровно дышит, засыпая, Глин храпит, а Звездокрыл тихо шуршит свитком. Пещера постепенно погружалась в тишину. Слышно было лишь журчание подземной реки да потрескивание факелов. Солнышко закрыла глаза, думая о трёх принцессах, о которых они сегодня говорили. Она представила огромную и грозную Огонь с коллекцией чучел и шрамами по всему телу, потом хитрую и скользкую Ожог, плетущую коварные планы, и Пламень — красивую и, возможно, добрую, если ей дать шанс. «Когда мы вырастем, — подумала она, чувствуя, как сон начинает её одолевать, — мы увидим их сами. И тогда поймём, кто на самом деле достоин трона».