От сына к матери

Свадьба была идеальной. Лара запомнила её вспышками: белые пионы, дрожащие руки отца Маттиаса (он всё-таки пришёл, хотя Татьяна была против), и лицо жениха — растерянное, счастливое, почти детское. Когда она шла к алтарю, Маттиас смотрел на неё так, будто боялся, что она исчезнет. А потом, когда они танцевали первый танец, он прошептал ей в ухо: «Ты — лучшее, что со мной случилось. Я не знаю, за что мне это». Она тогда рассмеялась. Он всегда был слишком пафосным. Первые два года брака подтверждали: это навсегда. Они путешествовали, строили планы, ссорились из-за мелочей и мирились до утра. Маттиас был внимательным, заботливым, чуть замкнутым, но с ней он раскрывался. Лара чувствовала себя в безопасности. Она думала, что знает о муже всё. Беременность всё изменила. Сначала она списывала это на стресс. Новая работа, финансовые вопросы, страх перед отцовством — у каждого свои способы справляться. Но недели шли, а Маттиас становился всё более чужим. Он перестал прикасаться к ней. Перестал смотреть в глаза. На её вопросы отвечал односложно: «всё нормально», «я просто устал», «давай не сейчас». Лара говорила себе, что надо потерпеть. Беременность — сложное время. Мужчины часто отстраняются. Это пройдёт. А потом она нашла чек. Это случилось случайно. Маттиас забыл телефон на столе, когда ушёл в душ. Экран загорелся — уведомление о списании средств. Лара машинально глянула и замерла. 170 670 рублей. Клиника «Эстетик». Предоплата. Пластическая хирургия. Она перечитала трижды. Пальцы похолодели. Маттиас — и пластическая хирургия? Он даже зубы боялся лечить без местного наркоза. Он вздрагивал при виде крови. Он не стал бы ложиться под нож добровольно. Значит, это не для него. Лара опустилась на стул. Перед глазами поплыло. Почти пятьдесят тысяч — сумма, которую они должны были откладывать на ребёнка. На коляску, на ремонт детской, на всё, о чём они говорили по вечерам, строя планы. А он тайно перевёл эти деньги в клинику с безликим названием «Эстетик». Для кого? Ответ пришёл сразу — как удар под дых. Любовница. Какая-то женщина, которая хочет новую грудь, или подтяжку лица, или губы, или всё сразу. Маттиас оплачивает её красоту, пока его беременная жена сидит дома и верит в его усталость. Её затошнило — и это была не беременность. Она не стала устраивать скандал. Не в тот вечер. Вместо этого она дождалась, пока он ляжет спать, и тихо обыскала его пиджак. Внутренний карман. Там лежала визитка — белая, с золотым тиснением: «Клиника эстетической хирургии "Эстетик"». И от руки приписанное время: четверг, 10:00. Послезавтра. Лара стояла в темноте коридора и прижимала визитку к груди. Ей хотелось кричать. Хотелось разбудить его и швырнуть эту бумажку в лицо. Но вместо этого она глубоко вдохнула и заставила себя думать. Кто она? Где они познакомились? Почему он не может просто уйти — почему платит за её операции, словно покупает её тело по частям? И почему он до сих пор спит в их постели, если его сердце уже где-то в другом месте? Лара поняла, что не справится одна. Ей нужен был кто-то, кто знает Маттиаса. Кто растил его. Кто, возможно, видел его тёмную сторону. Татьяна. Они никогда не были близки — только вежливые звонки по праздникам и редкие семейные ужины. Свекровь держалась с холодноватым достоинством, и Лара подозревала, что та так и не простила бывшего мужа за побег двадцать лет назад. Но сейчас выбора не было. Утром Лара набрала её номер. — Татьяна, это Лара. Нам нужно поговорить. О Маттиасе. Пауза. А потом — странный, почти обречённый голос: — Я ждала этого звонка. Приезжай. --- Лара смотрела на погасший экран. Что значит «ждала»? Что Татьяна знает? И главное — кто эта женщина, ради которой Маттиас тратит их общие деньги и разрушает их общее будущее? Она ещё не знала, что ответ уничтожит всё, во что она верила.