Мой - личный кошмар

Сука, блять, какая же сука, — проносится в голове Дениса. — Убью тварь, затем воскрешу, а потом снова убью. Эйфория от недавнего минета испарилась в один миг. Хотя и эйфории особой не было. Девочка, по мнению парня, сосала на двоечку, хотя он бы сказал — на двоечку с минусом, а когда начала глотать сперму, так скривилась, будто проглотила дерьмо. И спрашивается, какого хрена? Или думала, я не замечу? — снова рассуждал парень. — Зато потом смотрела на меня так, мол, смотри, какая я милашка, готова на всё ради твоего удовольствия. А мне вообще похер. Когда же девушка полезла к Денису с поцелуем в награду за свои труды, он её немедленно оттолкнул. Она что, правда думает, что я буду с ней целоваться? — проносится в голове парня. Поцелуи для парня теперь табу, сейчас его интересует только секс — грубый, животный, жёсткий. Без поцелуев, без прелюдий и только для своего удовольствия. Ну, а что касается девок, то если они и получают оргазм, то только для того, чтобы он ещё раз убедился в своей неотразимости. Как они стонут и выкрикивают его имя — это самая настоящая услада для его ушей. Может, кто-то и скажет, что Денис ведёт себя как самый настоящий мудак, но ему пофиг. Всё, хватит. Была в жизни парня любовь, от которой, как ему казалось, сносило крышу, казалось, что он дышать без неё не мог, а она в один момент просто взяла — и изменила. Парень застал её в постели с другим. — Прости, зайка, — в тот момент промурлыкала сучка, натягивая одеяло на грудь, будто он её голой никогда не видел. — Но ты слишком приторный. Твоя ванильность у меня в печёнках сидит. А я хочу жёсткости и повиновения, чтобы меня в буквальном смысле втаптывали в грязь, как последнюю дешёвую шлюху. И тут его прорвало: он тогда так орал, что сотрясались стены, даже её хахаль при виде парня быстро ретировался. Ну и спрашивается, что это за тюбик такой, — проносится в голове Дениса. — Что он не может постоять за свою женщину, или он только в постели доминант? А этой дуре, видимо, всё равно, — снова рассуждает парень. Девушка сначала спокойно смотрела, а когда он чуть не перегнул грань и не ударил эту шмару, завелась. Сразу скинула с себя одеяло и полезла к нему с поцелуями, надеясь на бурное продолжение. Если так нравится тебе БДСМ, как в лучших сценах «Пятидесяти оттенков серого», так какого хрена ты молчала? — пронеслось в тот момент в голове парня, но он промолчал. Вместо этого он оттолкнул эту звезданутую от себя, смачно сплюнул на пол, едва удержавшись, чтобы не харкнуть ей в рожу, а затем молча развернулся и ушёл, поклявшись про себя, что больше никогда не влюбится. И пока ему это удавалось. Кстати, с того момента он больше ни разу ни с кем так и не целовался, считая, что поцелуи — это что-то интимное, что можно дарить только тому, кого по-настоящему любишь. А ещё Дениса стали бесить прикосновения, и он всячески старался свести тактильный контакт на нет, исключение составлял минет. Вот здесь девкам можно проявлять себя во всей красе и тщательно работать языком. В остальных случаях всё было чётко табуировано. И как только девушка начинает проявлять свою чрезмерную ласку, чтобы разжечь в парне огонь либо посильнее завести саму себя, сразу получает полный нон-стоп. Он её с ходу предупреждает, что не приемлет такого рода прикосновений с чьей-либо стороны, и тут выбор только за девушкой: остаться либо уйти. И, к счастью парня, никто из девушек не говорит «нет», а ему такое только на руку. Из раздумий Дениса выдернул зловонный запах, резко ударивший в нос. Парень тут же поморщился и окончательно пришёл в себя. Брезгливо, едва касаясь штанины джинсов, и тряхнув кроссовком, он понадеялся хоть немного избавиться от противной субстанции, но сделал только хуже. Когда осознание пришло в голову, Дениса самого чуть не вырвало. Парень еле сдерживался, чуть наклонившись в сторону и прикрывая рот рукой, но буря миновала, и рвотные позывы оказались ложными. Ох, как же он сейчас был зол — это даже невозможно передать словами. И если бы Мила сейчас спешно не ретировалась, он бы точно убил её на месте. Сильно сморщив лицо, парень повернул голову в сторону, чтобы лишний раз не смотреть на это безобразие и, стараясь не дышать, начал медленно раздеваться. Сначала он расстегнул пряжку ремня, затем пуговицу и ширинку на джинсах, а когда с ними было покончено, сделал глубокий вдох и снова повернул голову. Прикрыв глаза, Денис очень медленно начал спускать джинсы вниз, боясь, что рвотная масса попадёт на кожу, и уж тогда его самообладанию точно наступит конец. Самым трудным для парня оказалось избавиться от обуви. Окончательно спустив штаны вниз, Денис наклонился и брезгливо, как в замедленной съёмке, потянулся к шнурку, благо кое-где они оставались чистыми. Медленно потянув конец на себя и развязав узел, Денис резко отпружинил назад и снова повернул голову. Прикрывая рот тыльной стороной ладони, он на секунду прикрыл глаза, давая себе небольшую передышку и позволяя мозгу хоть немного избавиться от картины, которую он сейчас лицезрел. Немного переведя дух, он снова чуть наклонился и, откинув одну из ступней назад, согнув ногу в колене, медленно начал снимать с пятки первый кроссовок. А затем тут же откинул его в сторону. То же самое он проделал и со вторым. Медленно развязал шнурок и, согнув ногу в колене, также снял с пятки кроссовок и откинул в сторону. Далее дело пошло быстрее: оставшись в носках, парень окончательно снял с себя джинсы, а потом избавился и от носков. Денису казалось, что и они пропитались этой вонючей жижей. Оставшись в футболке и боксёрах, парень, не медля ни секунды, бросился на поиски своей обидчицы, совершенно не смущаясь своего внешнего вида. Целью номер один для него сейчас было найти блондинистую девку и, схватив за волосы, ткнуть её в её же дерьмо, а затем всё это размазать по её красивому личику, чтобы впредь знала о последствиях своего поведения. Вот только планам Дениса не суждено было сбыться. Сразу же минуя помещение клуба, он рванул на выход: вряд ли девчонка после такого останется продолжать флексить, если, конечно, у неё напрочь не отсутствует инстинкт самосохранения. Но такую отбитость на голову можно проверить и позже. Оказавшись снаружи, Дениса моментально накрыло потоком холодного воздуха, тело покрылось гусиной кожей, но он словно не замечал этого, сгорая от ярости. Уперев руки в бока, он взглядом исследовал парковку в поисках своей жертвы. И вот наконец-то его взгляд остановился на одной из машин. Та самая именинница, завалившись всем корпусом через лобовое стекло, что-то объясняла, судя по всему, водителю, аппетитно выставляя свою пятую точку напоказ. Вот только сейчас Денису было недоразглядывания женских прелестей, он уверенным шагом направился к машине, шестым чувством ощущая, что девчонка именно там. Но не успел он сделать и пары шагов, как автомобиль дёрнулся с места, унося нарушительницу с каждой секундой всё дальше от его праведного возмездия. Буквально спустя минуту к Денису подвалили его друзья и тут же поинтересовались, в чём дело. — Неужели тёлка развела тебя на секс? — поинтересовался один из приятелей, по-братски положив руку на плечо друга. — Но в последнюю минуту передумала? — продолжал говорить парень. — И, оставив со стояком, решила свалить, прихватив одежду? От своей же мысли приятель усмехнулся: любая девушка мечтала попасть к ним в компанию и задержаться навсегда, поэтому глупо было предполагать такое. Да и стояка, как такового, у Дениса не наблюдалось. — Хуже, — безразлично ответил Денис, продолжая смотреть в сторону удалившейся машины, будто от его взгляда она может появиться здесь снова, но чуда ожидаемо не случилось. Окончательно принимая тот факт, что машина тут больше не появится, Денис развернулся и двинулся обратно в клуб, рассказывая по пути историю сегодняшнего вечера. То, что вещи были испорчены без права на существование, Набутов понял сразу. Даже после профессиональной химчистки он не смог бы их носить из-за своей брезгливости. Хорошо хоть мобильник и ключи от тачки были в куртке, а то ещё неизвестно, как надо было доставать это добро из испорченных джинс. Быстренько попрощавшись с друзьями, парень так и отправился домой — босиком, без штанов, правда, сверху накинув кожаную куртку. А спустя пару часов ему прилетело подробное сообщение о той самой незнакомке. Ребята, услышав историю, пообещали помочь и сдержали обещание, выяснив, что это за девчонка. — Значит, Мила Ершова, — ухмыльнулся про себя Денис, делая глоток энергетика и глядя в экран телефона. — Ну, держись, Мила, — снова произнёс парень. Затем, сделав ещё один глоток энергетика, Денис положил телефон на тумбочку и пошёл на второй заход. Уходя из клуба, он подцепил очередную девицу, которая, бросив на него короткий взгляд, без колебаний согласилась. И теперь вовсю развлекала парня. Весь следующий день я практически не вставала с постели. Голова жутко болела, а живот крутило так, будто я полжизни провела на американских горках. Хотя вчера, не считая того злополучного случая, из-за которого я готова была провалиться сквозь землю, я совершенно не чувствовала опьянения. А ещё мне постоянно звонила и написывала Машка, пытаясь выяснить подробности моих похождений. Как я поняла, она уже была в курсе, но всё равно хотела услышать мою версию событий. Вот только сил на объяснения не было, и я пообещала, что всё обязательно расскажу, но чуть позже — когда немного приду в себя. Понедельник встретил меня порывистым ветром и проливным дождём, под стать моему настроению. Идти никуда не хотелось, а хотелось остаться в общаге, закутаться в плед и целый день залипать на очередной дораме с кружкой горячего глинтвейна. Да только вот для меня это было невозможно. Чтобы сохранить льготную стипендию, я была обязана посещать все пары, за исключением случаев официальной справки от врача по болезни. Но вот раздобыть её у меня не было возможности. Вряд ли кто из врачей будет писать мне липовый документ, да ещё и на один день. Поэтому пришлось тащиться на учёбу. Всю дорогу я проклинала погоду, а заодно и себя за то, что не позволила Машке за мной заехать. Написала ей, что доберусь сама, вот же глупая идиотка. Уже на пороге общаги я поняла, что путь будет не из лёгких, хотя идти тут от силы минут пятнадцать. Несколько раз мой зонт выворачивало наизнанку, обдавая меня ледяными каплями. И мне постоянно приходилось держать его за край. Руки заледенели, волосы и одежда намокли, а макияж наверняка размазался от капель дождя, которые периодически падали на лицо. Представляю, как шикарно я, наверное, сейчас выгляжу, но мне было уже всё равно. Всё, чего я сейчас хотела, так это как можно скорее оказаться внутри универа и выпить горячего кофе, чтобы побыстрее согреться. Вдруг практически перед самым входом у меня зазвонил телефон. И мне бы проигнорировать звонок и для начала зайти внутрь, а уже потом спокойно отвечать или перезванивать, там уж как дело пойдёт. Но нет же. Моя нетерпеливая натура подтолкнула ответить сию же секунду. Я тут же остановилась и, прижимая то ли щекой, то ли шеей ручку зонта к плечу, одной рукой придерживая рюкзак, второй пыталась отыскать мобильник, всё больше раздражаясь от непрекращающейся телефонной трели. В такой позе, при такой погоде неудивительно, что я не продержалась и нескольких секунд. Очередной резкий порыв ветра сначала вывернул мой зонт наизнанку, а в следующую секунду он просто съехал в сторону, и на меня тут же обрушились крупные ледяные капли. Одновременно матерясь про себя и поправляя зонт, я снова приступила к поискам. Благо в этот раз они увенчались успехом. Ещё раз поправив зонт, я вернула рюкзак на место и взглянула на тёмный экран. Как только мне удалось его достать, он, как обычно, по закону подлости, перестал звонить. Но я была бы не я, если бы сразу не довела дело до конца. Несмотря на капли, стекающие с зонта, я начала свайпать по экрану и одновременно медленно двигаться в сторону универа, но экран ожидаемо не поддавался, потому что моментально намок. Но я была упёртой: протерев экран сухой частью одежды, я снова начала движение, продолжая одновременно свайпать по экрану. В этот раз мои старания увенчались успехом, хоть на телефоне вновь практически сразу появились крупные капли, падающие с зонта. Как выяснилось, номер, с которого мне звонили, оказался неизвестным, и я только зря дёргалась. А ещё мне снова пришлось останавливаться и протирать экран. Ну и в завершение я чуть не полетела лицом вниз, когда, залипая в телефоне, чуть не споткнулась об выступ тротуарной плитки, едва устояв на ногах. Представляю, как комично я, наверное, смотрелась со стороны. А ведь наверняка на меня пялились студенты, приехавшие на своих тачках, думая, что я какая-то шизанутая. В том, что на неё смотрят, Мила оказалась права. И одним из них был не кто иной, как Денис. Вычислить гостью с закрытой вечеринки для него было плёвым делом. И как же он тогда обрадовался, узнав, что Мила учится с ним в одном универе, только на два курса младше и на другом факультете. Первая волна ярости слегка подутихла, и парень стал соображать на трезвую голову. Применять насилие он, конечно же, не будет, но вот сделать её жизнь невыносимой — это, пожалуй, лучший вариант. И приступить к выполнению плана он принялся с самого утра. То, что впереди него идёт Мила, парень догадался сразу. В первую очередь по стройному силуэту и плавной походке, присущей девушке, а также длинным светлым волосам, заплетённым сейчас в небрежную косу и доходящим до поясницы. Первой мыслью парня было обдать девушку из лужи, резко ударив по газам, но Мила вовремя свернула в сквер, и совершить задуманное не удалось. А следующая их встреча состоялась на парковке. Точнее, на парковке был только Денис, а Мила шла по тротуару, вынырнув из сквера. Идея с телефоном, конечно, была так себе, но парень решил ею воспользоваться. Вдруг Мила одна из тех, кто при первом звонке хватается за мобилу, думая, что от этого зависит жизнь человечества, и не прогадал. Когда по его просьбе друг позвонил на указанный номер, девушка моментально полезла за телефоном, да так, что со стороны это выглядело чересчур комично. Денис моментально схватил мобильник и стал снимать всё на видео, а когда Мила споткнулась и чуть не упала, в прямом смысле заржал в голосину. — Хоть бери и дербань на мемы, — сразу же просматривая видео после съёмки, чуть улыбнулся Денис, сидя у себя в машине, где вовсю тарабанила печка. — И всё-таки она красивая, — неожиданно пронеслось в голове парня, но он тут же отогнал эту мысль от себя. — Ден, не неси чушь, она такая же, как сотни других тёлок, которые табунами ежедневно крутятся вокруг тебя, — сам себя выругал парень, пряча телефон обратно в карман куртки. А затем, подхватив зонтик, выбрался из машины и короткими перебежками в считанные секунды добрался до входа. Машка ждала меня в главном атриуме института, и при виде меня в таком виде моментально всплеснула руками и потащила к ближайшему женскому туалету, чтобы я смогла привести себя в порядок. При этом не забывая читать нотации о том, что мне нужно было ехать с ней. — Мил, в следующий раз я не буду тебя слушать и просто приеду к общаге, — стоя спиной к раковине и упираясь руками в неё, говорила подруга, наблюдая за тем, как я привожу себя в порядок. — Хорошо, мамочка, — произнесла я, в конце концов так и не удержавшись от колкости, но Машка не обиделась. За это я и ценю нашу дружбу: никто из нас не обращает внимания на такую фигню. Дождавшись, когда я более-менее приведу себя в порядок, мы прямиком направились на пары, где нас уже ждал Егор и два капучино из кофе-автомата. Парень принципиально не взял за напитки деньги, которые я ему предлагала, заявив, что он не настолько мелочный, чтобы собирать с девушек копейки. Взамен он, как и Машка, попросил рассказать в подробностях всё, что происходило на вечеринке. И практически всю первую половину пары я шёпотом пересказывала всё, что со мной происходило, изредка отвлекаясь на написание лекций, в тот момент, когда препод косился на нашу троицу. Время обеда для всех подкралось незаметно, но я пока единственная двигалась в сторону столовой. Дело всё в том, что моих друзей после пары задержал учитель, обсуждая с ними нюансы предстоящего реферата, над которым им предстояло корпеть в ближайшее время вместе. А следовательно, на меня была возложена одна из важнейших миссий — занять всем нам место. И теперь, стоя в очереди с подносами на линии раздачи, я размышляла, какой бы салат взять. Погружённая в свои мысли, я не сразу заметила, что за моей спиной кто-то встал, а когда поняла, было уже поздно. По обеим сторонам на линию раздачи опустились чьи-то мужские руки, захватывая меня в плен без права на освобождение. И буквально впечатывая меня в одну из металлических труб, по которым скользят поддоны. А в следующую секунду я почувствовала запах знакомого парфюма; к сожалению, я не парфюмер и не могу разложить аромат на ноты, но зато могу предположить, кому он может принадлежать, и такая перспектива мне совсем не нравилась. Ох, как бы я хотела ошибаться, но увы, мне не повезло. Знакомый голос, от которого по телу пробежала дрожь, зашептал мне прямо в ухо: — Ну, вот, Рапунцель, ты и попалась. Уже придумала, — продолжал шептать мой личный палач, — как будешь отрабатывать наказание? Но учти: просто так тебе от меня не отделаться.