Кислота

Рейх, само собой, всегда стремился к идеалу. Слабые, больные, застенчивые - какой от них толк? Это просто "дно" общества. Разве может идеальный человек ошибаться? Конечно же нет. Для него было дикостью, когда человек, выигравший лотерею генетики, был неудачлив в бизнесе, в семье, и уж тем более в такой банальной вещице, как доход. Но, к чему все эти предыстории? Лучше и намного приятнее поговорить о самом полноценном Рейхе. Мужчина уже много лет работает с СССР, но даже этот промежуток времени не сумел сплотить их. Почему? Рейх сам не знал, и до конца не мог понять, почему питает к нему смешанные чувства. Когда двоим ставили больше задач, где требовалась командная работа, они чаще пересекались в одном и том же коллективе. И вдруг Рейх начал приглядываться к русскому. Он заметил одну интересную вещь: мужчина был красивым. Красивая обёртка всегда же гарантирует наличие содержимого, иначе быть не может, или это было бы слишком по-человечески, а, впрочем, какая разница? Рейх был создан для великих подвигов: один из них он уже совершил. И вот, волей-неволей, он начал сравнивать себя с СССР. Он видел: прямой, чуть заострённый нос, густые брови, лисий прищур, аккуратные губы на ромбовидном лице с высокими скулами, выступающий вперед подбородок, нависающие надбровные дуги. И каждый раз, смотря на себя в мутное зеркало ванной, он замечал до жути короткую шею, которая, кажется, почти отсутствовала, из-за чего создавалось ощущение, будто голова врастает в плечи, поэтому каждое движение со стороны выглядело нелепым, он видел овальное лицо, на котором вообще не было скул, тонкие сухие губы, которые вечно поджаты, далеко посаженные глаза и редкие брови, смуглая и сухая кожа. Немец обозлился. Каждый раз на работе он старался избегать СССР, а по вечерам крутился возле зеркала. — И, что теперь? Они все — просто мусор. Если бы не я... — Тут, Рейх, конечно, не нашёл больше слов, но это ничуть не смутило его. На следующий день с него потребовали документы, которые он просрочил на неделю. — Парень, будь хоть капельку ответственным, – монтонно проговорил Союз, стоявший за спиной немца. Рейх был одновременно удивлен и оскорблён тем, что его ошивает СССР. — Я забыл их дома. Союз ничего не ответил, только легким движением руки накинул на себя полушубок. Глаза Рейха сузились, но кучерявая голова немца в этот раз не подвела его, и он сумел понять без слов, что они держат курс к его дому. Зайдя в квартиру немца, в нос Союза ударил запах перегара и дешевого пива. Они прошли в комнату, Рейх достал документы из ящичка в столе и кинул в Совка. — Не очень вежливо. Союз скрестил руки на груди. — А ты заслуживаешь моего уважения? Рейх выглядел невозмутимым. Союз горько засмеялся, тыкая на прикрытое запястье Рейха. — А ты себя то уважаешь? Рейха затрясло от злости. — Я бы ударил тебя, но.. Повисла тишина, а воздух становился все тяжелее и тяжелее. Рейх ненавидел СССР с каждым вздохом всё сильнее. Не удержавшись, он плюнул в лицо русского. — Оригинально. Союз даже не моргнул, только через мгновение вытер плевок тыльной стороной руки. Рейх сжал своё искалеченное запястье. Толкнув Совка в плечо, он вышел в коридор и в панике стал искать что-то. На пол полетели книги, одежда, какие-то прочие предметы домашнего обихода. Рейх долго рылся в шкафе, и тут он замер, взяв что-то в руки. СССР выглядывал и щурился, смотря ему за спину, но ничего не сумел разглядеть. — Слушай, в чем проблема? Ты правда устроил скандал из-за того, что завидуешь мне? За спиной Рейха раздались издевательские смешки. СССР знал все. Понимал, что он лучше. Неожиданно Рейх повернулся к мужчине лицом. В руках немец держал короткоствольное оружие. СССР широко распахнул глаза, делая неуверенные шаги назад. — Послушай, я знаю, что ты сейчас уязвим... Но мы можем вместе придумать что-нибудь. Русский почувствовал, как дуло пистолета упирается в его грудь. Он замер. — Стреляй же. Если это поможет чувствовать себя увереннее. Даже тут Союз не сломался. Он, прижатый к стене, находящийся на грани смерти, все равно шутит, и знает, что он лучше. Его самооценка, кажется, грызет Рейха все сильнее и сильнее. Вдруг Рейх опустил ружьё. Мгновение, и дуло пистолета было у виска немца. Союз закусил нижнюю губу. Вроде бы он должен был остановить его или что-то в этом роде, но изо рта Союза вышло только: — Стреляй. Секунда, раздался громкий выстрел. Тело Рейха упало на пол, белоснежная рубашка теперь в каплях крови, задравшись обнажает его рельеф на теле, но Союз не обращает на это внимание. Его взгляд пополз по всему телу немца, которое лежало в лужице собственной крови и останавливается у его запястья. — Закончилось. СССР стоял уже на выходе из дома Рейха, осматривая тело перед тем, как уйти. — Благополучно стал тем, кого презирал.