try aging!

      Шейн остановился у приличного здания в центре города, позвонил в домофон и напечатал короткое «пришел» в открытом диалоговом окне. Русский Медведь ответил: Заходи. Послышался жужжащий шум, парадная дверь с щелчком открылась. Шейн зашел внутрь.              В лифте было чисто, здесь не было стойкого запаха травки, как у него в подъезде. Что ж, очень по-взрослому, чего и стоило ожидать от мужчины вдвое старше Шейна.              Сейчас он нервничал гораздо сильнее, чем три предыдущие раза использования Grindr’a. Две первые переписки свелись к обычному секстингу, потом он встретился с ровесником из своего же универа, и они очень долго не могли договориться, кто будет активом. У Шейна был убедительный контраргумент, и он отстоял свое мнение, но что-то ему подсказывало, что в конечном итоге парнишка не особо-то был вовлечен в процесс. Скорее он всю дорогу удивлялся, почему Шейн пассив, если его внешность говорила об обратном — крупный, мускулистый, с аккуратной стрижкой.              Вот как-то так Шейн и лишился девственности полгода назад. Впрочем, его все устраивало — если бы все это имело более сакральный смысл, ему бы пришлось отнестись к произошедшему ответственнее. А так ему было достаточно того, что он лишился девственности с парнем, который не умел надевать презервативы — он справился только со второй попытки — в общаге с запахом плесени.              Шейн вздохнул, поправил куртку, откинул волосы со лба и постучал в дверь.              — Ну привет, Мистер «исключительно пассивная роль», — поздоровался мужчина, пробегаясь по Шейну оценивающим взглядом. Юноша моментально вспыхнул и поежился, услышав отсылку на свое описание в профиле. Он не хотел повтора той ситуации, где ему пришлось буквально бороться за свои хотелки, поэтому последовал примеру других пользователей, подчеркнув все необходимое в своей анкете.              Мужчина стоял перед Шейном, закинув одну руку на дверной косяк, а другой придерживая дверь. На нем была белая хлопковая майка в обтяжку, через ткань которой можно было увидеть волоски на его груди. Из-под растянутого края футболки соблазнительно выглядывал кусочек живота.              Русский Медведь выглядел даже лучше при встрече. Они не особо обменивались сообщениями в приложении. Шейн, все еще пылающий от интенсивной тренировки, просто отправил селфи из спортзала в ответ на запрос: «лицо?». Русский Медведь (46) сделал ровно то же самое. Его селфи, объективно говоря, было неудачным и по освещению, и по ракурсу. Оно напомнило Шейну об отце, который не умел правильно настроить камеру в видеозвонке и в переписке. Но даже на этой зернистой фотографии с неудачным ракурсом (конечно же она была сделана снизу-вверх) Русский Медведь выглядел очень и очень сексуально. Выразительные черты лица, подбородок с аккуратно подстриженной щетиной и густая копна кудрявых волос.              Шейн знал, что его привлекают мужчины постарше. Это было не совсем фетишем — скорее чем-то таким, что он всегда хотел попробовать. Темными ночами порноролики с тегом «разница в возрасте» были самыми популярными на его поисковой страничке. До этого юноша никогда не был с кем-то постарше, даже если на год. Так что Шейн с большим энтузиазмом воспользовался возможностью, которая предоставилась ему чуть ли не на блюдечке с голубой каемочкой. Поэтому он, смущенный донельзя, неловко управился с клизмой в ванной комнате квартиры, которую делил с двумя соседями, а затем еще и воспользовался своим парфюмом для «особых случаев».              Шейн осознал, что откровенно пялится, и поднял взгляд на лицо с мягкой улыбкой и несколькими морщинами вокруг глаз.              — Привет, — ответил Шейн. Русский Медведь шагнул назад, приглашая юношу войти. Его сердце заполошно забилось, когда он перешагнул порог.              — Как тебя зовут, сладкий? Сними обувь, пожалуйста.              Шейн потянулся развязать шнурки. Он бы точно скривился, используй кто-то другой подобное прозвище, но сейчас, из уст этого мужчины, оно прозвучало хорошо.              — Шейн, — произнес он. Кроссовка все никак не хотела сползать со стопы, и ему пришлось упереться рукой о стену, чтобы не потерять равновесие. Это смущало.              — Я Илья.              — Получается ты, эм, не из Канады, верно?              Он не особо понимал, надо ли ему завязывать разговор. Судя по имени этого мужчины, у него были русские корни. Это предположение, в сочетании с акцентом, предоставило Шейну возможность задать простой вопрос.              — Нет, я из России. Но живу тут уже лет двадцать.              — Круто. Ты говоришь по-русски? — как всегда феерично, Шейн. Он из России, конечно, он говорит по-русски. Юноша почувствовал себя таким глупым и рассеянным, стоя посреди квартиры Ильи. Но как же все-таки обалденно майка смотрелась на этих плечах.              — Да.              Шейн покраснел. Это едва ли можно было назвать словом, просто слог, но ему понравилось произношение Ильи.              Мужчина вновь улыбнулся и произнес целое предложение на русском, завершая его подмигиванием.              Шейн моргнул, живот скрутило от предвкушения.              — Что это значит?              — Может ну их, эти уроки русского, на потом? Я научу тебя парочке фраз.              — Хорошо.              Он сделает все, чтобы Илья снова заговорил по-русски. Именно сейчас этот язык стал для него слишком горячим.              — Уверен, что ты быстро учишься.              Шейн уверенно кивнул. Илья многозначительно улыбнулся, словно он уже видел мальчишку насквозь. Вот розоватые легкие, вот красное трепещущее сердце.              — Иди сюда.              Шейн прошел за ним в носках. Илья кивнул на диван и юноша, уловив намек, устроился на нем. Мужчина же остался стоять перед ним, скрестив руки на груди.              — Хочешь что-нибудь выпить?              — Нет, спасибо.              Илья присел вплотную к мальчишке, жар от его бедра разошелся по всему телу Шейна. Его желудок сжался от нервного предвкушения, от осознания, что скоро эти руки прикоснутся к его обнаженной коже. Он так чертовски сильно хотел этого. Он был возбужден. Желание растеклось по венам еще на подъезде, а в этой квартире оно просто захватило его.              Воздух между ними был тяжелым, Шейн почувствовал, как волоски на загривке встали дыбом.              Илья обхватил его челюсть — одновременно нежно и властно. Шейн провел языком по разомкнувшимся губам. Илья притянул его ближе, разделив одно дыхание на двоих, позволил этому моменту немного задержаться в воздухе, а затем наклонился к юноше. Шейн ценил возможность сразу перейти к делу, впрочем, как и Илья. Мужчина подарил ему два простых поцелуя, прежде чем завладеть его ртом полностью.              Илья хорошо целовался — было бы обидно, если это было не так, ведь у него на целых двадцать лет больше практики, чем у Шейна. Поцелуй оказался чем-то средним между серьезностью и простым поддразниванием. Мужчина отстранился, покусывая нижнюю губу Шейна. Как только юноша привык к этому ощущению, Илья проник языком в его рот. Шейну нравилось это всепоглощающее доминирование. Старший сам определял ход событий, позволив Шейну отставать на полшага.              Юноша дернул за край майки Ильи, задрав ее, и взглянул на обнаженный торс. Он удовлетворенно вздохнул, проведя пальцами по животу мужчины, цепляясь ногтями за идущую вниз дорожку волос. Илья был крепким. Его живот был доказательством того, что человек перед ним когда-то был очень спортивным и подтянутым благодаря куче приложенных усилий, но впоследствии перешедшим к более щадящему образу жизни. Шейн провел ладонью по руке Ильи и сжал мускулы под пальцами.              Одним слитым движением они сорвали футболки друг друга. Илья притянул его ближе, обхватив за талию. Шейн встал на колени, оказавшись чуть ли не верхом на бедрах Ильи, и снова соединил их губы.              — Ты горяч, — Илья разорвал поцелуй и провел пальцами по юношеской груди верх-вниз, задевая соски. Юноша захлебнулся воздухом и подставился под ласки.              — Ты тоже, — Шейн посмотрел на него широко распахнутыми глазами, а затем опустил взгляд на свою грудь, где Илья вновь дразнил его соски.              — Не получилось найти парня своего возраста? — подначивал Илья.              — Не захотелось, — задохнувшись, ответил Шейн. Чужие руки на мгновение застыли.              — Правда? Искал кого-то постарше, кто хорошенько позаботится о тебе, малыш?              Шейн закусил губу. Илья уже и так был его самой неприличной влажной мечтой. Может, сегодня ему повезет, может, сегодня он осуществит и другие свои желания. Он взял мужчину за запястье и мягко провел по нему.              Юноша взглянул на Илью из-под ресниц, высунул язык и облизнул кончик его указательного пальца, наблюдая, как чужой взгляд перемещается по его лицу.              — Да, папочка, я искал, — прошептал он, побоявшись говорить громче.              Шейн на мгновение застыл. За ту миллисекунду, что Илья осознавал ситуацию, юношеское сердце успело разогнаться до диких скоростей.              А затем Илья вырвал ладонь из чужого хвата и впился пальцами в загривок юноши, откинув его голову назад за волосы.              Мужчина тихо мурлыкнул, провел пальцем по нижней губе Шейна и скользнул внутрь, во влажную тесноту его рта. Шейн задрожал, ощущая себя крошечным под тяжелой ладонью — и это было так необычно для него, хоккеиста весом под двести фунтов, состоящего из одних только мышц. Илья был так близко, одна нога лежала между распахнутых бедер Шейна, а другая упиралась в пол. Юноша двинулся вперед в попытке потереться о чужое колено, но угол был неправильным. С губ сорвался разочарованный скулеж.              — Что ты сказал? — спросил Илья, проведя мокрую дорожку от шеи Шейна к соску, надавив на него. Шейн дернулся вперед, навстречу прикосновению.              — Я с- я сказал да, папочка. Мне нужно…чтобы ты позаботился обо мне как следует.               Илья отпустил его волосы.              — И чего бы ты хотел от своего папочки, ангел? — мужчина откинулся назад, убрав колено.              Шейн застонал. Илья поднял руку к своим грудным мышцам, крепко сжимая и разминая плоть между пальцев, а затем провел ладонью вниз, минуя складку на животе. Юноша почувствовал себя окрыленным, он так хотел, чтобы его уже трахнули, а это они только поцеловались.              Сознание Шейна погрузилось во тьму. Он положил руку на бедро Ильи, провел ею вверх и погладил — ох господи ж ты блядь — огромную выпуклость в чужих спортивных штанах. Член еще даже не был полностью твердым.              Это было слишком охуенно в сравнении с предыдущим — пускай и ограниченным — опытом Шейна. Юноша понимал, что этот раз многократно поднимет планку для всех прошлых и возможных будущих свиданий. Они всего лишь поцеловались, а дрожь уже овладела его телом.              Шейн взглянул на Илью, усевшись на пятки. Зрачки мужчины заполонили голубую радужку.              — Хочу, чтобы ты сделал со мной все, что пожелаешь, папочка. Я просто хочу… — он чувствовал себя таким смелым, проводя по всей длине члена сквозь ткань. Шейн почувствовал, как вздрогнула под рукой плоть — его маленькая победа.              — Хочу, чтобы тебе было хорошо.              Звук вырвался откуда-то из глотки Ильи, а затем мужчина впился в губы напротив поцелуем. Шейн запустил дрожащие руки в его кудри, зацепив пальцами небольшой узелок, который распустился, когда он повел руками к чужому затылку, скользнув мизинцем по теплой коже.              Одной рукой Илья обхватил подбородок Шейна, другой погладил его по щеке, разрывая поцелуй. Шейн заскулил, выпячивая лицо вперед.              — На колени, — скомандовал Илья, до сих пор удерживая юношу за щеки.              Шейн неуклюже опустился на пол, шикнув, когда его колено больно ударилось о деревянное покрытие.              Он признает — ему нравится сосать член. В теории, как минимум. На практике же ему никогда не удавалось достичь того ощущения, о котором он мечтал во время дрочки. Стоя на коленях перед Ильей, заглядывая в его лицо, он ощущал, что сейчас он как никогда прежде близок к этому чувству.              Тяжелые вдохи вырывались из его рта, пока он смотрел, как Илья потянулся к своим домашним штанам и достал член. Шейн издал удивленный писк.       — Не переживай, — сказал Илья насмешливым и одновременно успокаивающим тоном, — я знаю, ты справишься.              Шейн отчасти сомневался, но он очень, очень хотел хотя бы попробовать.              Юноша вновь взглянул в затуманенные удовольствием глаза напротив. Сердце в груди ухнуло, когда он потянулся рукой к основанию члена Ильи и наклонил его к своим губам. Шейн чувствовал себя немного неуверенно, подумывая об их с Ильей разнице в возрасте. У него наверняка было много минетов. Он мог указать Шейну на его неопытность. Может, все пройдет настолько хуево, что Илья просто отправит его домой.              Он пристально смотрел на мужчину, парализованный страхом, но затем Илья положил нежную твердую руку на его волосы, мягко массируя кожу головы.              — Порядок? — спросил Илья.              Шейн кивнул. Он справится. Он хочет справиться.              Он наклонился вперед и облизал головку.              С самого первого прикосновения Шейна повело от разрастающегося желания. Он обхватил губами кончик члена, сильно засасывая его, а затем опустился почти до середины. Юноша подавился и удивленно приподнял брови. Он сглотнул и расслабил горло, становясь податливым. Шейн отнесся к своей задаче со всей серьезностью. Он хотел не просто отсосать Илье, а сделать это хорошо. Лучше, чем хорошо. Предпочтителен высший пилотаж.              Он двигал головой вниз, обхватив ладонью то, с чем не мог управиться. Рука Ильи в его волосах вцепилась в пряди, придерживая его. Шейн ощутил, как его тело дрогнуло, капля предсемени размазалась по ткани трусов. Он опустил руку меж бедер, вжимаясь ладонью в свой текущий член.              — Вот так, малыш. Нравится отсасывать папочке?              Шейн застонал и поднялся, чтобы поцеловать головку. Он кивнул Илье, понадеявшись, что его лицо в тот момент выглядело сексуально.              Юноша вытащил член изо рта с громким хлюпом.              — Ты можешь, — он прочистил горло, голос был охрипшим, — ты можешь быть немного грубым. Если хочешь, — взгляд мальчишки стремительно опустился к заинтересовавшему его пятну на колене.              Мозолистые пальцы впились в челюсть и подняли его голову. Шейн пискнул, распахнув глаза от такого пристального внимания к своей персоне.              — Попроси о том, чего хочешь по-человечески, а иначе ты этого не получишь.              Слова отозвались прямиком в члене Шейна. Он вжался в свою стопу. Илья одернул руку юноши с его паха и выразительно приподнял одну бровь.              — Никаких прикосновений.              У Шейна натурально закружилась голова. Его член реагировал на голос Ильи даже сильнее, чем на прикосновения.              — Трахнешь мой рот? Ты можешь… можешь быть грубым.              — О, правда можно? — задумчиво произнес Илья, опустив пальцем уголок рта Шейна, немного размазав слюну.              Мальчишка кивнул. Илья вздохнул, упираясь ступней в — «Ох, блядь», — заскулил Шейн — его член.              — Постучи по моей ноге, если будет слишком. Тебя что-то не устраивает, ты сообщаешь мне об этом, я останавливаюсь. Понял?              Шейн кивнул. Илья посмотрел на него в ожидании.              — Да, я понял.              Слова сработали как заклинание. Илья хрипло выдохнул, вплел пальцы в волосы Шейна и направил его голову к своему члену. Юноша постарался сделать вздох, но его дыхание оборвалось, а рот наполнился густым жаром Ильи. На одну крошечную секунду мышцы на его груди судорожно сократились, но он заставил себя успокоиться и просто поплыл по течению. Шейн понимал, что Илья сдерживается и не входит на всю длину. И как бы он не хотел, чтобы мужчина потерял контроль, он был благодарен ему за то, что Илья принимал во внимание мальчишескую неопытность. Шейн, возможно, хотел бы еще попрактиковаться с ним. И не один раз.              Головка члена Ильи с силой уткнулась в его глотку. Шейн закашлялся, горло сперло, а глаза намокли. Он закрыл глаза, вытирая крошечные слезинки, и дернул бедрами, потираясь членом о стопу. Илья очень сильно влиял на него, заставлял желание в животе стремительно разрастаться.              — Хороший мальчик, — выдохнул Илья. Шейн услышал и почувствовал, как Илья сдвигается на диване, вновь загоняя член в горло. Шейн завыл вокруг него с влажным, жалобным мяуканьем. Слюна стекала по подбородку. Он представил собственное лицо, и эта фантазия сильно вдарила по его нервным окончаниям.              Илья с рыком вытащил член изо рта, перехватив у основания.              — Ох, блять, малыш. Я чуть не кончил. Но мы не можем себе этого позволить, верно? — спросил, надавив на подтекающий член Шейна.              Юноша согласился и кивнул, заскулив.              — И почему же мы не можем? — вновь обхватив его скулы, спросил Илья, заставляя Шейна поднять взгляд.              Шейну потребовалось унизительно много времени, чтобы не только открыть рот, но и сформулировать предложение.              — Потому что я хочу тебя? Потому что мы… Потому что ты собираешься трахнуть меня?              Шейн видел, как зрачки Ильи расширились до предела, почти не оставляя места голубой радужке.              Наблюдать за этим грехопадением было одним сплошным удовольствием. Это вожделение, которое Шейн никогда и ни у кого раньше не видел по отношению к себе — по крайней мере, такое интенсивное. Такое всеобъемлющее.              Илья убрал свою руку, затем ногу, посмотрел на Шейна сверху-вниз и мягко, с недоверием, покачал головой.              — Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?              Шейн прикусил губу:              — Да, хочу.              Илья тихо выругался и поднялся. Шейн отодвинулся назад, освобождая место.              — Тогда пойдем, и ты получишь то, о чем мечтаешь.              Колени Шейна подогнулись, когда он поднялся, а его тело с трудом вспомнило, как работает гравитация в вертикальном положении.              Шейн повернулся лицом к Илье. Мужчина цокнул языком и положил руку ему на плечо. Они были одинакового роста — но Илья оказывал на юношу какое-то особое давление и все равно казался больше, внушительнее.              — Кто сказал, что тебе можно встать?              Шейн уставился на него с непониманием в глазах.              — Тебе нравится вести себя как шлюха? — тепло пронеслось по его суставам, позвоночнику, — так вот. Шлюхи ползают на коленях.              Шейн на мгновение застыл, и этого хватило, чтобы пелена страсти спала с глаз Ильи, и выражение его лица изменилось. Юноша опустился на колени, на это раз более мягко, и уперся ладонями в пол.              Ему было так стыдно — из-за собственного возбуждения и неловкости. Но последнее ощущение исчезло, когда Илья одарил Шейна усмешкой и провел по его члену.              — Вот теперь пойдем.              Первое движение было странным, как и второе с третьим. Илья опередил его, пройдя уже половину коридора, и обернулся на Шейна с сочувствием во взгляде. Его член был таким твердым, Шейну казалось, что он вот-вот взорвется.              Юноша никогда бы не подумал, что ему так понравится что-то подобное. По крайне мере на практике. Но унижения и оскорбления завели его. Илья был воплощением его самой горячей фантазии.              Пол был холодным. Коленки ныли. Шейн смаковал каждую секунду, проведенную на четвереньках. Он добрался до Ильи и захотел было прижаться к его ноге, но мужчина уже отступил, ускользая в спальню. Тот факт, что Илья не особо-то наблюдал за унижениями Шейна, возбуждал лишь сильнее. Как будто мужчине было плевать, насколько сильно Шейн измывается над собой. Как будто так и должно было быть.              Илья уже ожидал на кровати. Шейн остановился на ковре перед ней. Поднял взгляд. Илья улыбнулся, похлопав по матрасу рядом с собой. Юноша на трясущихся ногах присоединился в нему.              — Милый щеночек, — похвалил Илья, вдыхая дрожь Шейна в поцелуе, проведя руками по всему его телу с неописуемой жаждой.              — На тебе до сих пор почему-то есть одежда, — пожаловался мужчина, ухватившись за пояс Шейна.              Шейн приподнял бедра, стягивая штаны вместе с бельем, нетерпеливо сбрасывая их с лодыжек. Член шлепнулся о живот, кожа трепетала от возбуждения. На этот раз мальчишка сам инициировал поцелуй, сминая губы Ильи. Тело неловко завалилось вперед, но большие теплые руки удержали его.              — Я хочу вылизать тебя всего, — выдохнул Илья ему в губы.              Шейн, конечно же, с радостью принял поступившее предложение. Он взглянул на Илью до того, как уткнуться лицом в матрас, лишаясь представленной картины. Мужчина был охуительно горячим. Лицо немного порозовело, а кудряшки растрепались и падали на лоб — дело рук Шейна. Его член торчал из штанов, полностью возбужденный. Когда он сидел так — подогнув одну ногу под себя — Шейн хотел впиться в складку на его животе и вылизать дорожку волос, ведущую к паху. Желание взяло верх. Волоски ощущались на языке сухими и жесткими, хранили на себе вкус Ильи. Мужчина ласково хмыкнул, сказал Шейну что-то на языке, который тот с трудом мог определить, а затем грубо заставил его упереться коленями в кровать. Шейн хрипло выдохнул, ощущая, как под руководством Ильи его ноги разъезжаются в стороны.              Юноша вздрогнул, когда большие ладони развели его ягодицы.              — Расслабься, — попросил мужчина с улыбкой, пододвигая его бедра поближе к себе. Дыхание ощущалось на коже меж ягодиц. Шейн раздвинул ноги еще шире, за что получил одобрительный звук, пронзивший все его существо.              Илья поцеловал колечко мышц. Шейн вздрогнул, выдохнул тихое «ой» и вновь растаял в руках Ильи. Никто и никогда не делал ему римминг. До этого момента.              Илья неторопливо целовал его, ощутимо проводя ладонями по бедрам. Юноша загнанно дышал, уткнувшись в подушки, потерявшись в небрежных касаниях губ и трении щетины о кожу.              Шейн выпятил задницу, пытаясь побудить Илью к продолжению. Поцелуи были мучительно дразнящими, обещающими, но безрезультатными. Илья отстранился и шлепнул Шейна по ягодице. Юноша вскрикнул, дернувшись всем телом.              — О, пожалуйста, — проскулил он.              Илья сжал ягодицы руками, впившись в плоть пальцами.              — Пожалуйста что?              Шейн не выдержит этого. Ему пришлось приложить титанические усилия, чтобы не вцепиться зубами в простыни и не разорвать их как возбужденный щенок.              Он приподнял голову и повернул ее, встречаясь взглядом с Ильей. Тот смотрел на него выжидая.              — Пожалуйста, папочка, вылижи меня.              — Какой ты вежливый, — проворковал Илья, оставляя укус на левой ягодице. Шейн зашипел: жжение было приятным.              Илья прекратил дразниться. Он провел языком линию от промежности до его дырки и покачал головой, потираясь о кожу бородой и одновременно работая языком. Шейн застонал, спрятав лицо в складках матраса; его мозг окончательно превратился в кашу. Простыни пахли чем-то вкусным и свежим, с нотками кожи, согретой сном. Он глубоко вдохнул.              — Блять, — выдохнул, когда Илья сосредоточился на кольце мышц, попеременно обводя и засасывая его.              Илья нажал на край дырки большим пальцем, проталкивая его внутрь. Шейн закричал, когда язык — влажный и теплый, заполняющий собой все пространство — проник следом, извиваясь, заставляя его мышцы расслабиться, принять Илью.              — Хорошо, — подбодрил Шейн и пошарил дрожащей рукой в поисках кудрявой копны волос, прижимая мужчину ближе.              Ощущение языка внутри было необычным, в новинку, гибкая мышца извивалась и скользила в нем, а проникновения кончиком в кольцо мышц одним махом выбивало весь кислород из легких. Илья трахал его языком, погрузив больший палец внутрь до сустава.              — Остановись, иначе я кончу, — предупредил Шейн, но продолжил толкаться навстречу чужому языку, который с жадностью врывался в него, пока большой палец двигался вверх-вниз. Юноша был слегка смущен от осознания, что он был так близок к оргазму даже без стимуляции простаты или прикосновений к члену.              Илья отстранился с коротким смешком, покрутив большим пальцем.              — Разве не в этом вся суть? — он поцеловал Шейна в копчик.              — Я думал, ты хочешь выебать меня, — в голосе юноши чувствовалась нотка раздражения.              — А я думал, что ты можешь кончить не один раз.              — О, — он оглянулся с новообретенным энтузиазмом и кивнул, — да, могу. Определенно.              — Миленько, — Илья толкнулся пальцем вглубь, и Шейн прогнулся в спине, — а теперь будь хорошим мальчиком и прими все, что я тебе дам.              Юноша со стоном уронил голову на подушку, когда Илья вновь принялся за дело. На этот раз он просунул руку между ног Шейна и обхватил его член, пока вылизывал колечко мышц. Шейн кончил с горловым вскриком, когда Илья провел по головке двумя мозолистыми пальцами в такт жесткому движению языка.              Илья продолжил ласкать юношу сквозь оргазм — ослепительная буря из ощущений заставляла тело хаотично то напрягаться, то расслабляться. Шейн выгнул спину, отстраняясь от мужчины, избавляясь от руки на члене. Перед глазами плясали звездочки.              — Ты так сладко стонешь, — произнес Илья. Шейну потребовалось еще немного времени, чтобы вдохнуть.              Юноша перевернулся на спину. Илья был воплощением беспорядка — мокрые губы, беспорядочная россыпь кудрей, слюна на подбородке, раскрасневшиеся щеки и белозубая улыбка.              — Прости, — сказал Шейн, заметив, что рука Ильи запачкана его спермой. Илья пожал плечами и одним махом оседлал бедра Шейна. Мужчина поднес руку ко рту и начал слизывать сперму с пальцев.              Шейн застонал, наблюдая за происходящим, сердце глухо затрепетало от одного только вида Ильи, облизавшего все. Или почти все. Он поднес ладонь к лицу Шейна, на ней осталось маленькое пятно спермы.              — Попробуешь? Ты вкусный. Очень полезно.              Шейн раскраснелся. Он никогда не хотел попробовать собственное семя, он скорее был тем типом парней, которые сразу же подрывались в ванную отмываться, предварительно протеревшись салфетками. Но сейчас он не мог не соблазниться от одной только мысли. Юноша слизнул сперму, глядя на Илью, который еще раз провел по тому месту языком даже после того, как там ничего не осталось. Член Шейна вновь начал подергиваться, подавая признаки жизни.              — Занимаешься спортом? — спросил Илья. Шейн нахмурился.              — Да?              — Каким? — Илья провел пальцами по его соскам.              — Эм — ах! — хоккеем.              — Точно. Я мог бы предположить. Ты такой большой и сильный. Но я сильнее, верно? Могу сделать с тобой все, что захочу.              — О, боже, блять, да, — Шейн приподнял грудь над кроватью навстречу касаниям Ильи. Его член вновь затвердел между ног, так и не успев полностью ослабнуть.              — Умоляй меня.              Мозг Шейна соображал очень туго. Повторная искра желания была гораздо сильнее, чем первая, и она сразу же ввергла его в безумное состояние, послав по организму импульс возбуждения.              — Пожалуйста, сделай уже что-нибудь. Пожалуйста, все что угодно, папочка. Блять, я так хочу тебя, мне нужен твой член —              Шейн взвизгнул, когда его одним движением перевернули на живот. Он не успевал отслеживать происходящее. В один момент он лежит на спине, разглядывая Илью, а в следующий его утыкают лицом в матрас и водят пальцам по расслабленной дырке.              — Маленькие шлюшки как ты не нуждаются в подготовке, а? Они вечно растраханные, — промурлыкал Илья, кончиком ногтя скользя по мышцам.              — Пиздец, Илья, — заскулил он.              Ягодицу обожгло одним крепким ударом, изо рта вырвался рваный вдох, утонувший в матрасе.              — Ты не можешь так обращаться ко мне.              — Папочка, папочка, пожалуйста. Мне нужно, чтобы ты трахнул меня.              Илья убрал палец. Шейн почувствовал, как с кровати пропадает часть веса. Его взгляд был затуманен, член вновь затвердел, побаливая от столь скорого повтора. Он услышал шуршание, а затем постель снова прогнулась под чужим весом. В тишине комнаты раздался едва слышный звук открывающейся бутылочки.              — Так нормально? — мягко поинтересовался Илья, обведя пальцем его дырочку. Шейн прильнул к нему, впуская фалангу внутрь.              — Да.              — Бля, ты идеален.              Шейн едва успел насладиться похвалой, как Илья вогнал палец вовнутрь. Юноша вздохнул от удовольствия и приподнял бедра еще чуть выше.              — Еще, — скомандовал Шейн. Илья коротко хохотнул и добавил второй палец. Ему потребовалось пару движений чтобы найти простату. Шейн взвинченно дернулся и заскулил.              — Вот так, — прорычал Илья. Он легонько ударил по одной из ягодиц.              — Еще раз, — попросил Шейн.              Илья снова шлепнул его — и Шейн застонал. Они повторили это еще несколько раз, следуя какому-то неизвестному никому, кроме них, ритму. Илья снова и снова проводил по простате Шейна, заставляя его прогибаться навстречу, а затем толкался пальцами на всю глубину, очерчивая стенки. Шейн не помнил, чтобы его хоть когда-то так долго подготавливали. Это было одновременно раздражающе и восхитительно. Каждое дразнящее движение вызывало прилив отчаяния, а уступки Ильи после этого становились для мальчишки чем-то за гранью фантастики.              — Боже, — задохнулся Шейн, чувствуя, как слюна скатывается по щекам прямо на мокрую простынь. Илья придержал его за бедро, когда Шейн начал отчаянно насаживаться на его пальцы, нуждаясь хоть в какой-нибудь стимуляции. Илья развел пальцы внутри Шейна, из-за чего тот чуть не разрыдался.              — Пожалуйста, трахни меня, — взмолился он, в горле стоял ком непрошенных слез, — я так сильно хочу, хочу тебя, папочка, блять, пожалуйста.              — Ты такой вежливый, да? — спросил Илья.              Шейн угукнул, из его глотки вырвался тяжелый выдох.              Илья ударил его по заднице, шлепок получился очень громким. Шейн дернулся под его рукой, чувствуя, как боль расползается по ягодице.              — Я задал тебе вопрос.              — Да, я вежливый, — согласился Шейн, вновь выгибаясь для Ильи, — трахни меня, пожалуйста? Сейчас, ну же?              Илья взял его за бедра, член удобно лег в ложбинку между ягодиц. Блять, он забыл, какой Илья пиздецки большой — когда потерялся в ошеломительном оргазме с пальцами у себя в заднице. Он сглотнул, почувствовав, как напрягается.              — Все в порядке? — спросил Илья, проведя ладонями по его коже.              — Да, порядок. Прости, просто… — Шейн взглянул на него через плечо, — ты просто очень большой.              — А. Он влезет. Все еще хочешь?              — Хочу, — подтвердил Шейн, вновь повернувшись к матрасу. Илья коснулся его дырки головкой, размазывая смазку по краям.              — Я не стану торопиться, — пообещал Илья, прежде чем отодвинуться. Шейн расслабился. Как бы он не хотел, чтобы все было с точностью да наоборот, он немного боялся размеров Ильи; он как минимум на два дюйма больше его фаллоимитатора. Шейн не хотел… ну, умереть вот так. Это было бы очень постыдным способом отбросить коньки. Хотя, если взглянуть на все это с другой стороны, не так уж и плохо, скончаться с членом чертовски горячего мужика внутри. Мир полон дивных открытий.              Юноша услышал шуршание фольги от презерватива, а затем почувствовал пальцы на своей пояснице и бедре. Илья еще раз спросил его, все ли в порядке, Шейн опять ответил, что да, и тогда он почувствовал растяжение от головки. Он рвано выдохнул, пытаясь расслабиться как можно сильнее.              Илья и правда никуда не торопился. Шейн уже хотел, чтобы он вставил на всю длину и покончил со всем этим.              — Молодец, малыш. Еще немного, — подбодрил Илья, слегка задыхаясь, — бля, какой же ты узкий.              Шейн чувствовал себя перчаткой на несколько размеров меньше нужного. Давление было сильным, оно расползалось по всему животу.              — Ты ведь не девственник? — грубо спросил Илья.              — Нет, — ответил Шейн. Он не девственник. Неопытный, да. Но ведь Илье не нужно знать, что это лишь второй его раз с мужчиной.              — Хм. Пиздишь как дышишь, — продолжил Илья, отвешивая ему шлепок в тот же самый момент, как войти еще глубже, — твоя дырка такая тугая. Хочешь, чтобы папочка размягчил ее?              Шейн многое о себе понял.              Он тяжело задышал, будучи полностью опьяненным. Его член был слишком твердым, а сердце стремительно раскачивало кровь по венам.              — Да, во мне никогда не было ничего больше, — проскулил юноша.              — Блять, — это стало последним словом, которое услышал Шейн, прежде чем Илья вошел в него полностью. Юноша задохнулся, широко раскрыв глаза и ощущая, как яйца и волосатый живот Ильи соприкасаются с ним. Он вцепился пальцами в простыни, сделал глубокий вдох и на секунду погрузился в тишину. Это было слишком приятно. Он немедленно сообщил об этом Илье, который отвесил ему очередной шлепок по ягодице и с силой повторил толчок.              Шейн напрягся, ожидая от Ильи бешенного и жесткого темпа. Вместо этого мужчина вытащил член до конца, его головка едва ли не выскользнула из дырки, а затем вошел обратно одним долгим ленивым толчком. Движения были настолько плавными и медленными, что Шейн начал сгорать от желания толкнуться навстречу, побудить Илью двигаться быстрее. Ему хотелось больше.              Илья накрыл его собой, упираясь рукой в матрас, а другой прижимая два пальца к губам Шейна. Тот втянул их во влажный рот, покусывая костяшки.              — Тише, малыш, потерпи. Я позабочусь о тебе.              Шейн заскулил вокруг пальцев Ильи во рту и нетерпеливо прогнулся назад. Мужчина трахал его так медленно, что кружилась голова, а каждое нажатие на простату становилось отдельной волной удовольствия, растекающейся по мышцам живота.              — Пожалуйста, — невнятно и отрывисто проскулил Шейн, все еще с пальцами Ильи между губ. Илья оставил поцелуй на его шее, укусив напоследок.              — Что такое? — цокнул языком Илья и протолкнул пальцы еще дальше в горло Шейна, заставив его подавиться.              Он попытался сказать «пожалуйста» еще раз, но язык не хотел слушаться — этот мускул предпочел слизывать соль с пальцев Ильи.              — Я думаю, я догадываюсь о том, что ты хочешь сказать, — два мощных толчка, сопровождающиеся сильным шлепком кожи о кожу, — ты попросил папочку разъебать твою дырку, так ведь?              Шейн застонал, пробормотав «да» измазанными в слюне губами. Тогда Илья вытащил пальцы из его рта и вытер их о щеку юноши, а затем полностью вышел из него. Шейн протестующе заныл, но Илья шикнул на него.              — На спину. Хочу видеть твое лицо, пока ты кончаешь на моем члене.              Хотя Шейн и так был счастлив как никогда, он решил, что эта поза осчастливит его еще больше. Так он мог видеть мокрые от пота кудри на лбу Ильи и липкую, влажную дорожку из волос на его животе. Илья поднял его бедра — и спина Шейна проскользила по матрасу.              Одна нога легла на плечо Ильи, а второй юноша попытался обхватить его за спину.              — Блядь, — задыхаясь, прохрипел Шейн, когда Илья без какого-либо предупреждения вошел в него.              — Такой охуенный, малыш, — проворчал Илья, сопровождая каждое слово толчком. Мужчина давал ему все, что он хотел: ошеломляющий темп, яркие ощущения. Илья один раз слегка изменил их позу, и этого оказалось достаточно, чтобы каждая фрикция проходилась по простате в диком ритме. Шейн впился ногтями в спину мужчины, издавая такие звуки, которых он никогда от себя не ожидал: стоны сквозь сжатые зубы, писклявые ахи.              Илья положил большой палец на основание его шеи, практически не надавливая, просто прижимаясь. Шейн распахнул глаза, обхватил его запястье дрожащей рукой в попытке усилить нажим. Илья не повелся на этот жест, а лишь мягко улыбнулся.              — Видел бы ты себя, такая хорошая шлюшка. Нравится мой член?              — О да, блядь, обожаю, — Шейн звучал так, будто он только-только пробежал марафон, тело потряхивало от каждого толчка. Пальцы на ногах самопроизвольно сжимались и разжимались. Илья был так глубоко внутри — юноша наклонился вперед, чтобы посмотреть туда, где их тела соединяются, когда Илья сначала вышел из его дырки, а потом вновь погрузился в нее.              Шейн впился в грудные мышцы Ильи, сжимая их под пальцами, чтобы было за что держаться. Илья трахал его так быстро, что мальчишке казалось еще чуть-чуть, и его откинет назад, он взлетит слишком высоко и сразу же разобьется.              — Подрочи себе для меня, — приказал мужчина.              — Нет, — отказался Шейн, впервые за этот вечер выразив несогласие. Илья моргнул и замедлился, с его губ уже практически сорвался вопрос, в порядке ли Шейн.              — Нет, — повторил Шейн, самостоятельно насаживаясь на член Ильи, — я хочу кончить только для тебя, папочка.              Гордость заполонила его сердце, когда Илья с довольным стоном повел бедрами.              Мужчина убрал руку с его шеи и приподнял таз, уперевшись ладонями в матрас. Илья скользнул внутрь, и весь остальной мир потерял свое значение. Шейн разомкнул губы в немом крике, руки отчаянно дрожали, он утонул в буре из чувств. Он еще сильнее вцепился в Илью, оставляя отпечатки от ногтей на его коже. Вновь немного поменявшийся угол заставил Илью входить глубже, словно он вырос, заполняя Шейна до отказа.              Юноша бормотал что-то бессвязное: гласные и согласные, старался сплести их в слоги. Шейн не мог ручаться за существование получившихся слов. В ушах звенело, звук соприкосновения кожи о кожу отзывался эхом в его черепной коробке, ударяя по обоим полушариям мозга.              На лбу Ильи выступила пульсирующая венка, его шея блестела от пота, подчеркивая учащенное сердцебиение.              Илья закинул ногу юноши себе на плечо. Шейн закричал — громко и неистово, все губы были в слюне. Он оторвал спину от матраса и приподнялся на локтях.              — Я сейчас… Можно, пожалуйста?              Его оргазм нарастал иначе, чем в первый раз. На этот раз он начинался с кончиков пальцев ног, пронзил ноги, осел в животе гудящим ощущением, горячим, пылающим.              — Хочешь кончить?              — Да, да, мне нужно, — фраза оборвалась скулежом, когда Илья прижался к нему своими бедрами, попав членом прямо по простате.              — Попроси меня хорошенько.              — Ах, о боже, папочка, пожалуйста, позволь мне кончить, умоляю, я очень хочу кончить, блять, слишком много…              До сегодняшнего дня Шейн не имел и малейшего понятия о том, что он умеет вот так говорить. Шейн так же не знал, что может сопоставить все эти слова в одно связное, пошлое предложение. Как будто внутри него был какой-то выключатель, которым Илья с удовольствием воспользовался. Юноше очень хотелось кончить, но одновременно он желал, чтобы эти ощущения никогда не заканчивались. Растянутый и заполненный членом Ильи, недавнего незнакомца, он чувствовал себя слишком хорошо.              Шейн вцепился в волосы Ильи, сильно потянув. Он не мог лежать спокойно: его тело била дрожь, его член был твердым и тяжелым, подпрыгивая на каждом толчке. На животе растеклась лужа предсеменной жидкости.              — Кончи на моем члене, Шейн, — прохрипел Илья.              Словно щенок, исполняющий команды своего хозяина, юноша забился в оргазме. Его тело затрещало по швам, он сильно ударил пяткой по плечу Ильи. Это было сравнимо с сильным желанием чихнуть — удовольствие застыло на мгновение, прежде чем разбить его изнутри. Это был чистый экстаз, самый сильный из тех, что Шейн когда-либо испытывал, он почти мог почувствовать его под пальцами.              Илья продолжил трахать его дырку — вроде он опять говорил на другом языке, а вроде Шейн только что лишился несколько клеток мозга и был невменяем. Сперма брызнула ему на живот впечатляющей для второго раза струей.              — Умница, такой хороший мальчик, Шейн, еб твою…              Он понял эти слова, позволил им проникнуть в свое нутро, и они присоединились к туманному гулу удовлетворения, сотрясавшему все его существо.              Бедра Илья задрожали, движения ускорились в отчаянии и потеряли всякий складный ритм, когда он довел себя до оргазма. Шейн ласково что-то пробормотал и ущипнул его за сосок.              Мужчина вышел из него. Шейн слегка поморщился от этого движения. Илья рухнул на спину, а его грудь отрывисто поднималась и опускалась.              — Ты убил меня, — переведя дух, сказал он.              — Это ты убил меня! — обвинил Шейн, переворачиваясь на бок. Это движение отозвалось болевыми ощущениями внизу. Хорошее напоминание. Он посмотрел на Илью, подперев щеку ладонью. Илья взглянул на него в ответ.              — Тебе ведь понравилось, м?              — Да. Спасибо.              — Ох уж эта вежливость. Благодаришь меня за секс.              Шейн покрылся румянцем и закатил глаза.              — Ну и что.              Илья улыбнулся, тихонько рассмеялся и запрокинул голову, рассматривая потолок.              Шейн внезапно почувствовал неловкость из-за того, что он все еще лежит здесь с разводами семени на животе, в кровати этого мужчины.              — Ну, да, спасибо, эм… — Шейн сжался, — я думаю… что… мне нужно идти, — он попытался встать.              Илья мягко обхватил его за запястье.              — Уходишь?              — О, да, я думаю мне пора.              — Оставайся, если хочешь, — просто сказал Илья и со стоном уселся на постель, прижавшись губами к плечу Шейна, — можешь принять душ, — он поцеловал шею, отчего в душе юноши что-то затрепетало, а по коже пробежались мурашки, — или ванну. У меня есть соли для нее. Полезно для спортсменов. И пассивов.              Шейн рассмеялся.              — Я мог бы принять ванну с тобой. Второй раунд, все дела, — Шейн почувствовал, как Илья улыбается, прижавшись к его коже, и улыбнулся ему в ответ, глядя на кудрявую макушку, — или для тебя третий.              Илья отстранился, приподняв брови в ожидании.              — Ладно, душ звучит хорошо.              — А ванна?              — Ты действительно хочешь, чтобы я принял ванну, да? — Шейн усмехнулся, наблюдая, как Илья поднимает руки над головой и потягивается.              — Да, потому что я тоже хочу в ванну. В ванне лучше вдвоем.              Шейна терзали смутные сомнения по этому поводу. На самом деле, он склонялся к мнению, что одного человека в ванной вполне достаточно. Вообще он ожидал, что его сразу же выставят за дверь, он и так уже задержался.              Илья сполз с кровати, снял презерватив и кинул его в мусорное ведро.              — Пойдем, — сказал Илья, поманив его как послушного щенка. И, как щенок, Шейн и последовал за ним. Мужчина протянул ему руку. Шейн на мгновение посмотрел на нее, а затем потянулся к ней своей. Наконец поняв, чего от него хотят, он переплел их пальцы, и Илья помог ему подняться с постели. Как только он принял вертикальное положение, колени подогнулись. Мужчина поддержал его, обхватив за талию.              Шейн смущенно рассмеялся.              — Я так хорошо тебя оттрахал, что ноги уже не держат? — подразнил Илья.              Шейн, почувствовав себя чуточку увереннее, ущипнул Илью за бок. Тот улыбнулся, притянул к себе мальчишку, одарив на удивление очень целомудренным поцелуем.              — Обычно я не сплю с парнями такого юного возраста, — уже в душе сказал Илья, втирая в предплечье Шейна вкуснопахнущий цитрусовый гель.              Шейн немного нахмурился.              Илья продолжил:              — Но ты просто слишком милый. Тебе нравятся мужчины постарше?              Шейн пожал плечами, опуская взгляд на мыльный пол.              — Тебе нравится, что я, ну сколько… на двадцать пять лет старше тебя?              Шейн тихонько застонал, но одернул себя, быстро закрыв рот, и весь раскраснелся.              — Шейн, — произнес Илья с искоркой чего-то провокационного в глазах, — может, ну его, удали Grindr. Уверен, что в домах престарелых полно…              Юноша — осторожно — стукнулся своим коленом о чужое, а затем заставил Илью замолчать с помощью мокрого поцелуя, прижав очень назойливого и очень податливого мужчину к стенке душевой кабинки. Шейн кончил еще раз, пока Илья, как он сам сказал, просто был счастлив в очередной раз пойти у него на поводу. Так что сейчас мальчишка сидел на унитазе в одном лишь полотенце на бедрах, наблюдая, как Илья копается в инструкции к соли для ванн в попытках найти нужные пропорции. Теперь ему хотелось остаться тут. Может, еще парочку раз. Или троечку.